35.
──────── ────────
Я проснулась от громогласного мужского смеха. Пробуждение не было испугом, но осталось волнением в груди, когда я поднялась и уперла обе руки в мягкие подушки. В гостиной было светло, край шторы оказался отдёрнут, а окно распахнуто.
Свежий воздух наполнял комнату и заставил меня громко выдохнуть. Воспоминания прошлого вечера нахлынули ожидаемым потоком неверия.
Мысленно прокрутив их несколько раз в голове, я рефлекторно тронула левой стороны шеи. Именно там вчера...
— Доброе утро!
Из кухни выбежал Брент, размахивая запечатанным диском с мультсериалом. Я потёрла лицо и улыбнулась, стараясь снять маску сонливости.
— Доброе, Брент! Что это у тебя тут?
Мальчишка запрыгнул на диван рядом со мной, и я прикрылась одеялом. Нужно будет попросить у Сьюзи другую одежду, чтобы хотя бы доехать до дома. Или надеть платье?
— Мадагаскар.
— О, мне тоже он нравится!
— Мама попросила сказать, чтобы ты пришла к ней на кухню. Как тебе спалось?
— Отлично, спасибо, малыш. Тебя Люк привёз?
— Да-а-а-а! Мы попали под ливень, он залился прямо в салон! Люк сказал «мать твою», а я засмеялся.
— Только при маме так не говори! — шикнула я с улыбкой.
Поднявшись, я поправила пижаму и медленно пошла к кухне. Смеялся не Люк — его смех я узнаю, будучи даже во сне. Когда я выглянула из-за овальной арки, то мне сразу заулыбалась Сьюзи. Она наливала кофе и выглядела свежей и энергичной.
На самом деле, я тоже себя хорошо чувствовала. Не было ни головной боли, ни похмелья. Я осмотрела кухню. Справа, за круглым столом, Люк с Джошем рассматривали стопки с фотографиями.
— Тебя их гогот разбудил? — спросила девушка, на что я покачала головой.
Мне показалось, что их смех долетел до меня лишь потом. Я обняла себя за плечи и прижалась к кухонному шкафу. За узким окном виднелась серая полоса — и ничего больше. Улицу вовсю заливало дождём, и в доме пахло влажной зеленью и мокрой землёй.
Люк был весёлым, и это тоже обрадовало. Вчера в гараже он почти докопался до истины. Теперь он знал, что Спейрс был на нашем пороге вместе с избитым Нейтаном десять лет назад. Никто не станет избивать подростка за то, что он оставил девушку посреди улицы, и Люк это понимал. Он не был дураком.
Джошуа сидел напротив. В футболке Люка, растрепанный и заспанный. Я вдруг вспомнила, как брат водил в комнату толпы мальчишек, чтобы играть в приставку, и мне стало теплее, несмотря на непослушную погоду за окном.
Улыбаясь, я не заметила, как Спейрс на меня посмотрел. Я медленно кивнула ему, будто ничего и не было, но потом поняла, что снова себя обманываю. Я помнила всё до секунды, каждое прикосновение и слово.
«Я хочу быть твоим»
— Какие планы? — спросила Сьюзи, — Ты будешь ругаться с хозяином магазина?
— Нет, скорее всего поговорю с Мэттом. Просто узнаю, в чём дело.
— В такую-то погоду? — Люк повернулся, — Алекс, давай отдохнем!
— Мне нужно забрать оттуда вещи, если он правда хочет, чтобы я ушла. Или кто там... захотел. — я развела рукой и поморщилась.
Только сейчас на меня накатило отвращение. По меньшей мере глупо так гнусно поступать с тем, кто посвятил магазину слишком много времени. Мы никогда не ругались с Мэттом, но какой-то лёгкий отказ от свидания так его задел?
Я просто не хотела в это верить.
— Что он именно тебе сказал, Люк?
— По слогам?
— Как хочешь.
— Сказал, что хотят сделать кадровые перестановки и полностью пересмотреть ведение магазина. Кажется, они хотят объединяться с бензоколонкой, что напротив.
— И ни слова обо мне, как о девушке? — уточнила я.
Несколько секунд брат смотрел на меня непонимающе.
— Нет, ты не при чем. Просто так сложилось.
Я заметила, как Спейрс краем ногтя сдирает со старой фотографии кусочек скотча. Он всё внимательно слушал, но продолжал молчать — не лез в разговор.
— Да, я хочу съездить, поговорить с ним и забрать вещи. Там мой ключ под стойкой.
Теперь Джошуа улыбнулся. Люк рассмеялся, поднимаясь с места и обнимая меня, чтобы затем прижать к себе.
— Всё будет хорошо. Я вернулся, теперь тебе не нужно горбатиться в супермаркете. Отдохни, ради Бога.
Его ладонь прижала плотнее, и я ощутила шероховатую повязку, щекочущую кожу. Я отошла, глядя на руку брата.
— Что это? — я потянулась, но он быстро одёрнул её.
Тканевый напульсник был чем-то новым. Я раньше его не замечала.
Спейрс закашлялся, на что Люк обернулся.
— Ну, что ты? — спросил он у друга.
— Я отвезу Алекс. А вы пока... соберётесь.
— Куда? — теперь я смотрела прямо в глаза Люку, снова сложив руки на груди. Мне всё ещё было неловко быть в этой пижаме.
Цокнув, брат потёр шею и вернул руки в карманы. Он нервничал.
— Хочу исправить вчерашнее недоразумение.
— Боже, да всё было чудесно! — воскликнула я, сама от себя не ожидая. Сьюзи позади меня хихикнула, протягивая мне кружку с кофе.
Я благодарно кивнула ей.
— Сначала Люк хотел поехать на реку, но погода показала ему средний палец, — начал Спейрс, глядя на ворох фотографий и перелистывая одну за другой, — А потом подумал, что хочет на повторный показ «Назад в Будущее», но в итоге...
— Заткнись, Джош.
— Так точно.
Я сощурилась. Люк нервничал, заметно нервничал. Складывалось такое впечатление, что ему действительно не по себе — и он вот-вот расколется, но он всё никак не мог заговорить. А Спейрс, по команде, замолчал. Больше я на него не смотрела.
— У нас у всех есть свободное время, правда? — спросил брат, чем ещё сильнее меня раззадорил.
— Боже, ты можешь не тянуть резину? — я отпила кофе.
— Нам нужно поговорить. Поезжай с Джошуа в супермаркет, забирай вещи. Сьюзи даст тебе джинсы и кофту.
— Уже в ванной! — окликнула нас девушка из гостиной.
— Обсудим, когда мы вернёмся? — нахмурилась я.
— Именно.
По взгляду Люка, немного печальному и не менее эмоциональному, было мало что понятно, так что я промолчала. Ещё недавно он смеялся вместе с Джошем, а теперь я думаю о шершавой повязке на его руке.
Всё это странно. И тревожно — не меньше.
— Пойду переоденусь.
Значит, в супермаркет мы едем с Джошуа, и он самостоятельно выразил желание меня отвезти. Если я собиралась разговаривать с Мэттью, то будет полезным крупный бывший спецназовец за моей спиной.
А может — и рядом.
От этой мысли мне становилось жутко — и я не могла понять, почему. Точнее, глубоко в душе всё было проще и прозаичнее. Там я была подростком, мечтающем о красивой любви, и чувства, клокочущие в груди, напоминали мне о простых радостях.
Я вышла на порог в выданной Сьюзан одежде: длинной толстовке по середину бедра и серых джинсах. На голову накинув капюшон, я устремилась к машине, стараясь не попасть под ливень, прикрываясь пустым рюкзаком Люка.
Когда я залезла в салон, то тут же поймала улыбающегося Джошуа. Это было такой редкостью, что у меня перехватило дыхание, но в конце концов я улыбнулась в ответ, пусть и натянуто.
— Ты похожа на бандитку.
— Не на официантку? — я подняла брови.
— Долго ещё припоминать будешь? — теперь он стал серьёзнее, но машина двинулась с места.
Дождь бил по ветровому стеклу, и в салоне уютно звучал этот шорох. Никто и не тянулся к магнитоле.
— Я разбавляю обстановку, — выдохнула я в итоге, пожав плечами, — Только начинаю привыкать к тому, что мы... общаемся.
— Ты тоже ожидала чего-то другого?
— Нет. Я знала, что ты молчаливый. Веришь или нет, но до той встречи на лавочке, когда ты отдал мне альбом от Люка, я не помнила твоего имени.
— Я верю. Я был тощим шнырём, прямо как твой братец.
— Не в этом дело. Просто я всё это время винила армию за то, что она забрала у меня Люка. Лишь со временем поняла, что он сам принял это решение.
— Ты же знаешь, что ваша мать ненавидела меня. Она обвиняла не армию, а меня. Что я потянул Люка за собой и заставил подавать документы. Но простая истина в другом — не все пройдут отбор в NAVY, это ужасный, адский труд. Боль, кровь и...
Пока он говорил, я слушала. Мне необычно было слышать столько рассказов от малословного Спейрса, пусть и мне довелось побыть с ним наедине ничтожно мало. Он продолжил рассказывать про отбор, и я ни на секунду его не перебила.
Было интересно узнать, насколько тяжело им дался этот период. Как ужасно болело всё тело, как хотелось в некоторые моменты «позвонить в колокольчик». На их уставном языке это означало сдаться и уйти домой.
Когда мы подъехали, то Джошуа вышел со мной и взял под руку. Это был первый раз, в который он сделал это сам, не спрашивая.
Он держал меня надёжно и шёл впереди, спасая от дождя и порывов ветра, и я поняла, что между нами больше ничего не будет, как раньше.
Но было слишком рано радоваться.