Глава 8
Будильник прочирикал минут за пятнадцать до приезда такси. Эйден еле разлепил глаза — темень в коридорах и снаружи, жители отдыхали перед новой рабочей неделей, и музыка давным-давно стихла. Вокруг — ни души, даже птицы не высовывались. Эйден, прислонившись к стене, поёжился — сухой ветер забирался под воротник, — и в ожидании погрузился в размышления: всё это время его не посетил хотя бы намёк на то, почему Кейси вообще стал уговаривать провести с ним время в Канерберге. Неужто Кевин — недостаточно подходящая персона для дружеских посиделок? Какой смысл звать малознакомого парня, так ещё и безвозмездно за него расплачиваться?
И Эйден, с горечью всматриваясь в забинтованную кисть руки, сообразил: в неоправданно рискованных идеях виновато одиночество. Он ведь сам влезал в неприятности лишь из-за страшно восхитительного желания найти того, с кем можно разделить хлещущую через край энергию, забыться в необъятной свободе.
И всё же связь такая недолговечна. Интрижка с Бэни и другими девушками и парнями — часть прекрасного, бурного приключения, конец которого Эйден заведомо знал, и раз за разом оттягивал неизбежное возвращение. Если, вернувшись в Лоушер, эмоциональная буря уляжется, то он и Кейси так и останутся близкими, но далёкими людьми.
Судорожно вдыхая, Эйден боялся одного запретного чувства — любви. Её он страшился больше мимолётного вожделения и слепой страсти; корни её крепче, глубже и больнее врастают в тело...
Кейси сидел прямо на асфальте. О чём он думал? О родителях, «Ту-К'ей», друге, а может возвращался к впечатлениям от фестиваля или зоопарка с садом? Но видимый контур лица оставался непроницаемым. Может, ничего, кроме приближающегося отдыха, и не таилось в сонной голове. В таком состоянии сложно предаваться философским рассуждениям.
Ох. Снова этот пронзительный ответный взгляд — несомненно, Кейси остро чувствовал пристальное внимание. И Эйден стыдливо спрятал глаза, будто его застали за чем-то неприличным.
«У него что, чуйка какая-то?».
— Вон он. — Кейси подскочил на ноги.
Из-за угла, ослепляя фарами, к ним подъехала белая машина. В оглушающем мраке её мотор мог разбудить какого-нибудь бедолагу с расстройством сна.
— Я хотел минивэн вызвать, — извиняющимся тоном бормотал Кейси, пристёгиваясь в кресле, — но он стоил дороговато.
— Вот горе-то, — Эйден, улыбнувшись, откинулся на спинку. — Хорошо, что от вертолёта мы в начале отказались.
Водитель, переключив радиостанцию, выехал в сторону междугородней трассы. Дома без единого огонька скрылись из виду, и Эйден в полудрёме вспомнил недавнюю (хотя по ощущениям всё случилось чуть ли не полгода назад) поездку с Викридом и Деби: он, расстроенный и измождённый, только выписался из больницы, с кошельком легче пёрышка. Его ждал мир, от которого он спасался бегством.
Но с его души словно ослабили замотанную верёвку, и Эйден отчётливо представлял, что руки, стянувшие её, были белыми и хрупкими, но безумно тёплыми.
***
— Я знаю, что ты уже взрослый, поэтому решила не доводить звонками. Но, чёрт побери, где ты был? — кидая тарелку с омлетом на стол, непривычно сдержанным голосом спросила Андреа. — И где нос разбил?
Эйден не удивился такому приёму с раннего утра. Чувствуя лёгкое раздражение, он залил в чашку чай и принялся за завтрак, второпях пихая куски, надеясь поскорее разойтись.
— Гулял в Канерберге. А нос подправил старый приятель Стив, если помнишь такого.
— Черноволосый? Чуть ниже тебя ростом? — она присела на край стола. — Он вроде хорошо учился...
— Он теперь ещё ниже, и, между прочим, часто списывал у меня домашку... короче, не забивай голову.
— Я думала, ты хоть с кем-нибудь сохранил хорошие отношения.
— Из-за твоей опеки у меня вообще ни с кем не срослось.
Эйден не сразу осознал, что вылетело из его рта вместо со слюнями. Андреа замерла и даже не притронулась к своей порции, а затем, не глядя на брата, не попрощавшись, метнулась за дверь; та чуть с петель не слетела. Стук каблуков быстро стих. «Как обычно» — подумал Эйден, складывая остывший омлет в холодильник. День, начатый с семейной ссоры, ему хотелось поскорее закончить, проснуться уже в новом «завтра». А ведь только несколько часов прошло с момента, как он и Кейси приехали в Лоушер; разошлись у яблони, коротко обнявшись, и каким-то волшебством повеяло в новом для них, но всё же обычном способе сказать: «До встречи».
Прекрасные воспоминания улетучились, стоило переступить порог кафе. И дело не в Андреа — та вообще предпочла не замечать Эйдена. Из кухни вышла маленькая девушка с пучком на голове в отглаженной униформе официантки — Деби.
— Привет! — Она расплылась в блаженной улыбке и тут же ахнула. — Где ты поранился?
— Пустяки... ты что, теперь тут работаешь?
— Как видишь. — Деби деловито пригладила бордовый фартук и убежала к новому клиенту.
В замешательстве, Эйден заговорил с Ленни.
— Когда она устроилась к нам?
— Наверное, на выходных. Но сегодня её первый рабочий день. — В глазах Ленни читались сомнения. — А что?
Эйден чуть было не ляпнул про Скотта Викрида (хотя сам не знал, что именно его встревожило), но потом вспомнил про другую деталь:
— Сколько ей лет?
— Не знаю, но, наверное, первокурсница. Андреа же не берёт на работу школьников. — Ленни пожал плечами. — Хорошие гены.
Деби, несмотря на проявленный к ней скепсис, достойно себя вела; некоторые взрослые постояльцы косо поглядывали на очень уж юную официантку, перешёптывались, но грубостей не позволяли. Эйден пристально наблюдал, пока мыл окна, и к обеду его подозрения развеялись, им на место пришли тревога и грызущая изнутри вина. Андреа передавала информацию через официанток, в основном через Деби, которая умудрялась между делом выкроить минутку на расспросы, хотя про кофту не заикнулась.
Впрочем, возможность объясниться всё-таки скоро настигла — в сумерках «Магнолию» посетил старшеклассник с пакетом. Сердце Эйдена крутануло сальто, и он не заметил переменившийся настрой Деби, сидевшей под боком.
— Кевин сказал принести это сюда, — неуверенно произнёс Кейси, уловив странную атмосферу, и медленно приблизился к ребятам.
Он вытащил из пакета аккуратно сложенную одежду, и Деби вскочила с барного стула так резко, что у Эйдена по коже пробежал холодок.
— Это моё!
Кейси, переглянувшись с Эйденом, вручил ей вещь. Ленни отвернулся, прикинувшись жутко занятым. Руки Деби затряслись, и Эйден судорожно стал соображать, как помягче извиниться за неудобства в их вторую встречу.
— Эм, мне очень-очень жаль, — Эйден помрачнел, — за то, что я тебя тогда оставил на концерте, и что твоя кофта оказалась не у меня... в общем, я повёл себя очень некрасиво. Прости, Деби. Ты ведь тогда в Канерберге мне помогла...
Он буравил деревянный пол, не осмеливаясь встретиться со взглядом девушки, которую не умышленно и не так уж жестоко, но обидел.
— Я... — от чуть ли не заплаканного голоса Деби неприятно скрутило внутренности. — Я подумаю об этом завтра.
Неожиданно она коснулась рукой его подбородка, и Эйдена передёрнуло — подушечки пальцев были холоднее стали. На гладкой коже ни единой морщинки, а в её на удивление ясных глазах стояли слёзы, словно искусственные...
Паршивое ощущение. Одно успокаивало — зал пустой, никакого постороннего внимания.
Деби, не проронив больше ни слова, поднялась по лестнице. Наверху находилась мансарда, куда обычно складывали продукты и старую утварь; идеальное место, чтобы побыть наедине. Ленни облокотился на стойку и, будто подытоживая, констатировал:
— Ранимая девушка.
От готовности утопиться Эйдена спас Кейси, точнее, его предложение.
— Знаю, не вовремя, но... Кевин зовёт на вечеринку на южном побережье. Фейерверк, коктейли и всё такое... не хотите присоединиться?
— Я точно пас. — Ленни подтолкнул стакан воды. — После работы сразу спать...
— Андреа дуется на меня, — освежив горло, пробормотал Эйден. — Вряд ли она согласится. По дороге расскажу, — добавил он, направляясь к выходу.
***
— Не в этот раз — сказала, как отрезала, Андреа, выслушав Кейси и не отрываясь от чтения старенького романа. — А ты как? Выздоровел?
Эйден, поднимаясь к себе в комнату, в ту же секунду замер и переглянулся с Кейси. Он не упомянул, с кем провёл выходные в Канерберге.
— Да, мне намного лучше.
Больная рука нервно дрогнула от судороги, однако Андреа, увлечённая книгой, ничего не заметила. Переодетый Эйден через минуту спустился и, замешкавшись на пороге, молча закрыл дверь.
— Вы ведь помиритесь? — поёжившись, спросил Кейси, ступая на прохладный песок.
— А как же, — хмыкнул в ответ Эйден, угрюмо перебирая ногами.
Он не чувствовал себя виноватым, полагая, что за правду стыдно быть не должно, но и сердце покоя не знало. У него вдруг пропало настроение: захотелось развернуться, запереться в комнате и побыть в одиночестве. Ни предчувствие веселья, ни вскоре настигшая музыка не смогли взбодрить.
«Надеюсь, я напьюсь и всё забудется».
Южный берег — популярное место у молодёжи. Вот и сегодняшний вечер собрал толпу школьников разных возрастов и студентов под знаменем вседозволенности. Никто не проверял документы, подсовывая сносящий голову коктейль, а взрослые, нанятые в качестве охраны, в разгар тусовки сливались с её участниками и изредка посматривали, не тонет ли кто по глупости (до настоящих глубин нужно пройти очень далеко, и сознательные люди всё-таки не разрешали заплывать туда малышне).
Кейси взял два бокала «Куба либре». К нему иногда подходили ровесники, и тот с ними о чём-то весело переговаривался. Эйден осмотрелся и подумал, что по большей части гости вечеринки — ученики одной школы.
— В «Георгине», кстати, ты так ничего и не попробовал, — задумчиво произнёс Эйден, сделав глоток.
— Народ!
К ним подбежали Кевин и Дженни, взбудораженные, но ещё твёрдо стоявшие на ногах.
— Хотите в волейбол?
На песчаном поле с натянутой сеткой собирались люди. Эйден подумал, что глупо прийти на вечеринку и отсиживаться в уголке, так что, передав коктейль Кейси (тот предпочёл остаться среди болельщиков), присоединился к команде. Заняв позицию подальше, он, осмотревшись, задержал внимание на блондинке в двух шагах от него, светившей телом, прикрытым узким купальником. После первого свистка она элегантно развернулась, и у Эйдена дыхание перехватило — он столкнулся с бывшей одноклассницей. Она чуть повзрослела, но осталась такой же красавицей, к которой питали симпатию многие парни. И Эйден в юности не оставался равнодушным, пока та не присоединилась к издёвкам от Стива. Тогда нежные и наивные мысли канули в зияющую пустоту.
Странный азарт пробудился в Эйдене. Он услышал подбадривания в свою сторону, и прилив уверенности смешался с воодушевлением от соперничества. Он обратился к Кейси — юноша не сводил с него глаз, ласково улыбаясь. Сердце вновь затрепетало. Эйден, закатав рукава рубахи, намеревался выиграть и получить в качестве приза крепкие объятия от единственного человека на вечеринке, и большего от ночи он не ждал.
Игра стартовала по второму свистку. Мяч летал из стороны в сторону, зрители с восторгом хлопали каждому победному очку, а напряжение между командами нарастало. Эйден пару раз проехался на спине, отбивая подачу, совсем забыв про рану на пояснице. Обливаясь потом, он скинул рубашку, и не увидел, как кто-то из окружившей толпы её подобрал. А тем временем счёт шёл вровень. Запах алкоголя становился явственнее, крики — громче и бессвязнее, а подачи — сильнее. В оглушительной суматохе игра подошла к концу — Эйден не сумел вырвать победу в решающей партии, пропустив мяч.
Звук ворвался в уши, будто только сейчас затычки вынули. Девушки кинулись подбадривать проигравшую команду, хотя никто не выглядел раздосадованным или грустным. Многие поймали настроение, и уже скоро новые участники подоспели занять освободившиеся места. Но Эйден, вынырнув из чужих рук, ускользнул через кольцо людей и поплёлся к воде. Он нашёл безлюдное местечко и медленно ступил в пенистые синие волны. Распалённые ступни обдало приятным холодом, и он хотел нырнуть глубже, но уловил бегущую к нему тень. Эйден было обрадовался, что его нашёл Кейси, но предвкушение душевной беседы сменилось ужасом — свет упал на женскую фигуру в парео.
Девушка, смахнув белокурые волосы с плеч, не решилась приблизиться, так и оставшись у прибоя. Вид совсем не такой, как на игре, и на мягком лице отразилась непривычная печаль.
— Я тебя сразу узнала.
Эйден неохотно приблизился к ней.
— Стив сказал, что виделся с тобой на выходных.
— Ты с ним общаешься? До сих пор?
Она потупилась, и даже темнота не могла скрыть её странное смущение.
— Я, вообще-то, извиниться хочу, — выпалила она обиженным тоном, проигнорировав вопрос.
— Почему?
— Ну... мы были маленькими и глупыми, вот и... думаю, мы просто увлеклись, и не заметили, что тебе от наших шуток плохо... да ты и не жаловался никогда.
— Конечно, не жаловался. Так почему ты меня догнала и сейчас извиняешься?
— Я же сказала!..
— Нет, ты просто ищешь оправдания. В общем, — он махнул рукой, — не бери в голову. Мне плевать на вас, и будет прекрасно, если вы все забудете про меня.
— Не будь дураком!
— А ты перестань притворяться, что тебя заботит моё психическое здоровье. Боже, Рина, — Эйдена колотило от закипающей злости, и, чтобы немного её унять, начал слоняться по кругу, даже не глядя на собеседницу, — нельзя оправдывать издевательства глупостью! Я ведь не додумался кого-то оскорблять или унижать! Вы просто считали себя умнее: ты, Стив, Уортон и вся ваша шайка... да тебе и сейчас нет до меня дела.
— Не правда! — Рина кинулась к нему и мягко обхватила руку, но Эйден безжалостно отдёрнул её.
— Тогда скажи, — он остановился перед ней и вздохнул, — почему ты пришла сейчас, а не три года назад? Я уж молчу про то, что все в Интернете сидят, ты могла просто написать. Если, конечно, тебя реально совесть мучает, в чём я сомневаюсь.
— Так это я виновата?! — Рина вздёрнула нос и, скрестив руки, встала в позу. — Строишь из себя жертву! Везде успел поныть, как тебя, бедного, обижали в школе, да? А может я всерьёз хотела с тобой поговорить, да только ты избегал нас.
— Ещё бы я не избегал! С такими друзьями, как вы, и врагов не надо.
— Ну иди и дальше страдай! Надеюсь, иностранные друзья тебя пожалеют.
— А-а-а, вот оно что, — прошептал Эйден, не сдержав усмешки. — Вот что разболтал Стив, да? Про мою поездку? Что он ещё сказал?
Рина встрепенулась, и парео соскользнуло с плеч, приоткрыв грудь.
— Что у тебя, очевидно, какие-то комплексы, раз ты с мальчишкой гуляешь, — она внимательно следила за Эйденом, но тот и бровью не повёл.
— Ты про него?
Рина резко обернулась туда, куда указал Эйден. В свете фонарей к ним шёл Кейси, держа бокалы и пожёвывая что-то на ходу.
— Так это правда? Докатился ты, — сквозь стиснутые зубы прошипела Рина.
— По крайней мере, я не лезу в чужие отношения и не завожу интрижки с женатыми.
— Тебе ли меня осуждать! — она сорвалась на крик, плечи взмыли вверх и с щёк сошёл румянец.
Эйден фыркнул — он всего лишь ляпнул догадку, засевшую в мысли из-за неоднозначной реакции на упоминание Стива, и сам удивился прямому попаданию в цель.
— Прости, я не знал, что у вас там всё сложно, — с искренней улыбкой сказал он и сдержал рвущийся из горла хриплый смех, наблюдая, как Рину перекосило. — В отличие от других, меня не волнует, кто с кем спит.
Рина как ребёнок затопала по песку, пока не подошёл Кейси — озадаченный и притихший. Эйден напрягся, готовясь принять на себя удар от человека с лопнувшим терпением.
— ИЗВРАЩЕНЦЫ! НЕНОРМАЛЬНЫЕ! — завопила Рина, прижав ладони к лицу; по запястьям стекали слёзы. — Лучше бы ты тогда сдох! Ненавижу тебя!
И, оставив парочку наедине, бросилась в сторону общего сбора, где её подобрала подруга. Всхлипы вскоре стихли в мелодии моря и отдалённых ритмов из аудиоколонок. Кейси, выйдя из оцепенения, протянул Эйдену его полный бокал.
— О чём это она?
— Ещё одна детская забава, — нахмурился Эйден, вглядываясь в две удаляющиеся женские фигурки. — Кто-то из одноклассников — Уортон, наверное, — однажды с вон того холма меня толкнул. Всё обошлось, не делай такие испуганные глаза! Ни перелома, ни царапины, представляешь? Зато высоты перестал бояться.
— Она из тех «друзей»? Как Стив?
— Из тех. Странный разговор завела, а я просил остановиться. В итоге обиделась.
— Поэтому и стала ругаться?
Эйден хмыкнул, задумчиво поглядел на яркую луну, высунувшуюся из вороха облаков над затуманенными горами.
— У неё личных проблем хватает, а ей захотелось вытащить мои изъяны. Неужто думает, что я про себя ничего не знаю, что мне требуется её мнение? Это забавно — мы ведь почти не знаем друг друга.
— Наверное, ты её чем-то задел...
— Ах, тогда, конечно, грубить в ответ — то, что нужно, чтобы тебя услышали. Прекрасно, — засмеялся Эйден. — Пойду, наконец, искупаюсь.
Он воткнул опустевший бокал в ямку песка и побежал навстречу волнам, чуть погодя заплыл с головой. Липкое ощущение смылось морской водой, и в мыслях словно стало чище. Эйден вынырнул и обернулся, смахивая волосы. На берегу одиноко сидел Кейси, неспешно допивая коктейль.
— Плыви сюда!
— А вдруг снова вывих? Выступление послезавтра.
Эйден нахмурился, огляделся; люди слишком далеко — отрезаны расстоянием и ослеплены весельем, чтобы заметить двоих парней, столкнувшихся с взаимным непониманием. Представлялся отличный шанс снова сблизиться с мальчишкой, который сумел так легкомысленно увести подальше от водоворота проблем, но почему-то отступивший в момент, когда его присутствие так необходимо. Да и в одиночестве и без вечеринок можно поплавать... зачем было приглашать?
Поэтому он перебрался на холодный песок и протянул руку.
— Идём. Вода тёплая.
Кейси отложил коктейль, но не торопился отвечать. Он, вжав голову в ворот рубашки, глянул исподлобья. В привычном взгляде, когда распахнуты глаза, полные любопытства и смелости, не осталось ничего, кроме неуверенности и страха. И Эйден на миг почувствовал себя по-идиотски: вдруг и правда что-то плохое случится, и новый тяжёлый пласт будет давить на совесть? Но интуиция подсказывала — надо ждать, поэтому он, стараясь излучать решимость, которой не доставало Кейси, игриво зашевелил пальцами, как бы подзывая.
Несколько секунд — а казалось, прошла вечность — и Кейси, уставившись на зрачки с изумрудной окантовкой, в которых плескался отражённый лунный свет, всё ещё сомневаясь в выборе, стиснул большую ладонь. Только не успел он скинуть рубашку, как намочил низ плавок. Эйден затащил его, озябшего, в воду по грудь, и одним взмахом окатил волной.
— Ты что творишь! — Кейси мотнул головой, но тон его был скорее смущённым, чем недовольным.
— Надо глубже зайти.
— Нет-нет, там совсем глубоко! Я и так на цыпочках, — он с надеждой покосился на берег, но в следующую минуту сдавленно крикнул.
Его подхватили на руки. Эйдену он казался не тяжелее пёрышка, однако, когда Кейси со всей силы обхватил за шею, прижавшись щекой к русой голове, тело стыдливо отозвалось на близкий контакт.
— Я тебя не уроню! — молил он, боясь, что его придушат, хотя сердце было готово разорваться прежде: такой такт не выдержать. — Давай окунёмся, у тебя спина в мурашках.
Кейси ответил коротким кивком, чуть ослабив хватку. Эйден вслушивался в свистящие вздохи, а затем остановилось сбивчивое горячее дыхание, и ухо заметно похолодело. Эйден подогнул ноги.
Они, не расцепляясь, плавно опустились ко дну. Зажмурившись и ничего не говоря, они гораздо чётче видели друг друга — настоящих, без притворства и улыбок. В оглушающем море их соединило биение в груди, и в этом отклике нашёлся ответ на единственный вопрос, имевший важное значение для обоих. Слишком быстро, но жизнь и так проносится стремительно — ради кого медлить? Чувства не утаить, разум не переспорить.
Даже если ответ раскроит душу... либо сейчас, либо никогда.
Глоток свежего воздуха. В темноту ворвался свет, мир обрёл размытые силуэты. На вспененной глади коротким дождём отзвучали капли. Отдышавшись, Кейси сместил руки на плечи, слегка отпрянув, и уставился тем же взглядом, которым изводил последние дни.
Эйден не испугался.
Поддавшись вперёд, он мягко ткнулся в уголок губ и ощутил на языке солёный привкус. Сказать было нечего, только пальцы хотели скользнуть по скулам, пригладить длинные пряди за ухо... но ладонь всё ещё лежала на спине, прощупывая цепочку позвонков и движение груди от каждого вдоха.
Он был готов к отказу и, скрепя сердце, сделать любовь к Кейси — верно, первую любовь вообще — частью удивительных воспоминаний.
— Не так.
Шёпот на выдохе. Эйден дрогнул, когда маленькие руки оказались на его стянутой напряжением шее, и с сомнением посмотрел в глаза напротив.
А затем влажные губы встретились в бесстрастном, почти невинном касании.
— Плохо, да? — спросил он робко, прервав поцелуй.
— Чудненько... — выдохнул Эйден, не веря свалившемуся счастью. — Ты — чудо.
Неловкое молчание.
— Скоро салют, — слетела с языка внезапная мысль. — Надо бы сходить... и выпить что-нибудь.
Кейси молча кивнул и, оказавшись поближе к берегу, оттолкнулся от Эйдена и метко плюхнулся в воду. Затем, перебирая ногами, расстёгивал прилипшую рубашку.
— Я бы свою одолжил, — пробормотал Эйден, наблюдая, как юноша выпутывается из широких рукавов, — но её спёрли.
Впрочем, на шумной вечеринке одежда их волновала меньше всего. Устроившись у костра, они лакомились поджаренными лепёшками, запивая жгучим грогом, и предавались мыслям о друг друге, пока не растаяло волшебство звёздной ночи.