Дом гардений

Глубокое, ровное дыхание. Приоткрытое окно и вечерний запах цветов и моря. Раскинувшись в постели, Эйден, поёжившись, пытался нащупать лежащее по соседству тело, но ладонь елозила только по смятой охладевшей простыне. Медленно открывались глаза — желанный после тяжёлой бодрой ночи сон затянул и не отпускал, пока в комнате не появился Кейси. Нос учуял мыльный аромат.

— Который час? — спросил Эйден; удивившись хрипотце, откашлялся.

— Почти десять.

Кейси неуверенной походкой добрался до Эйдена, медленно сел на кровать и протянул тому остывшую чашку чая.

— Настоявшийся чай вкуснее.

Эйден тоже выпрямился, прижавшись поясницей к подушке.

— Ноги не держат? — обеспокоенно спросил он и попробовал горьковато-насыщенное питьё.

— Вообще всё тянет... — вымученно улыбнулся Кейси. — Но это ничего. Останешься на ночь?

Эйден поперхнулся.

— Кхе... эм... не, твоя мать скоро приедет... я лучше домой вернусь, — и добавил, бегло осмотрев вещи на полу. — Только приберусь немного. Ты сиди-сиди, я сам.

Отыскав одежду и натянув её, он собрал мусор в отдельный мешок. Распоряжаясь чужим хозяйством, Эйден на миг представил совместную жизнь с Кейси в загородном доме, где никто не тревожил бы их звонками и внезапными приездами, и усмехнулся: «Моя сентиментальность зашла слишком далеко». В будущее заглядывать он не любил, а мечты предпочитал целям, поэтому семейная картинка в воображении его почти растрогала...

Кейси сонно наблюдал за ним с улыбкой на пропаренном лице, забавляясь схожими мыслями.

***

— Вроде всё, — спускаясь по лестнице и ведя за руку Кейси, сказал Эйден. — Ты лучше завтра дома посиди. Горячая ванная и вода — твои друзья.

— Будет сделано.

Они пересекли коридор и вернулись на веранду. Так же тихо, только прохладой веяло.

— Рюкзак, телефон... о. — Эйден оттряхнул часы и застегнул их на руке Кейси. — Теперь точно всё.

Кейси, поднявшись на цыпочки, напоследок втянул в долгий поцелуй.

— Вот, теперь всё.

Но и на этом не разошлись, никак не найдя минутку, чтобы разлепиться. Дурманящие запахи — не только цветов — опьяняли как при лихорадке. Только настойчивый звонок от Андреа вернул их в реальность.

— Я побежал. Отдыхай, — последний чмок в лоб, прежде чем покинуть стены Уэлтисов.

Кейси припал к окну, следя за отдаляющейся высокой фигурой в темноте. Эйден возвращался тем же путём, через пляж. Вынырнув из омута чувств, он, прибавив силы голосу, ответил на звонок:

— Я как раз домой иду, всё норм.

Он обернулся — Кейси помахал ему рукой.

— Какой милаш...

— Чего? Ты про кого? — удивилась Андреа. — Ладно, раз у тебя всё хорошо, то я спокойна... а то ты не отвечал, я и подумала — мало ли?..

Идя вразвалочку, Эйден препирался с сестрой, ловя свободным ухом умиротворённый всплеск моря. Дом Уэлтисов скрылся из виду.

— Кстати, тебе Деби не звонила?

— По поводу?

— Любому. Она не явилась на работу, сотовый молчит... Эй, алло? Ты тут?

Эйден остановился. Он думал, что ему послышалось, но...

Совсем близко что-то разнесло в дребезги, после — отзвук ломающегося стекла. Идиллию спокойного Лоушера нарушили.

— Эйден?

Эйден забыл про телефон и метнулся обратно к белому дому, забыв про усталость. Единственный свет в округе — светильники на веранде. Кейси уже не было. Окно, к которому минутами ранее тот прижимался, разлетелось, оставив неровный острый проём.

Чей-то силуэт скрылся за стволом липы и исчез в темноте — или это только обман зрения?

— Кейси!

Кажется, поблизости не осталось ни одной живой души. Никто даже не шелохнулся из соседей, не выглянул во двор. Дверь веранды заперта на замок. Эйден от неё пошёл вдоль рамы, наткнувшись на осколок, но не остановился. Заглянув за выстроенную горку из пышных листьев и цветов, он задохнулся от ужаса.

Среди блестящих кусков стекла, разбитых горшков и разбросанной земли, привалившись к мешку, лежал Кейси — бездыханный. Кровь брызгами застилала его щёки, голую шею, впитывалась в пижаму.

Подавив крик, Эйден перелез внутрь, разорвав в нескольких местах штаны и поцарапав ладони. Колени тряслись, он упал. Дрожащей рукой набрал на телефоне номер скорой помощи. Разум не мог сосредоточиться на вопросах, тянущих время.

— Откуда я знаю, кто это сделал! Приезжайте уже!

От срывающегося тона слабо зашевелилось сознание Кейси. Он пробовал открыть глаза, но лицо, истерзанное мелкими осколками и шишкой на голове, потеряло осязаемость.

— Н-не дёргайся! Врачи уже едут, слышишь?

Эйден взял его за руку — единственное, что он мог сделать, чтобы не навредить ещё больше. Он испугался беспомощности, ему оставалось только ждать и верить, что травмы несерьёзные. Хотя кровь, расплёсканная по веранде, на лепестках белых гардений, наводила на плохие выводы.

— Я на секунду.

Эйден убедился, что они сейчас одни, и побежал в ванную. Вытряхнув аптечку, нашёл антисептик и плеснул его на вату. Схватил несколько чистых полотенец вдобавок и вернулся, оставив на паркете бордовые разводы из прорези в кроссовке.

Пользоваться медицинскими средствами ему не приходилось, обычно эти заботы ложились на плечи Андреа или родителей, но интуитивно он обработал мелкие порезы, приложил полотенце к рассечённой ране на лбу. Кейси, стиснув зубы, молчал, хотя грудь его вздымалась слишком часто.

— Всё будет в порядке, — успокаивая, скорее, себя, прошептал Эйден.

«Возьми» — шевелил беззвучно губами Кейси, коснувшись кулаком его руки. Эйден разглядел в его ладони сорванную пуговицу — чёрную, потёртую, с каким-то крошечным узором. Незнакомая вещь. Он закинул её в нагрудный карман куртки.

Послышался вой сирены.

«Наконец-то» — вздохнул Эйден. Он обернулся на свет фар... на несколько пар ярких огней, выглядывающих из-за домов, со стороны пляжа.

Дверь на веранду выломали и несколько цветов придавило её весом и ботинками полицейского.

— Руки за голову, — скомандовал голос. Щелкнул курок пистолета у виска.

Эйден, закатив глаза, подчинился указу, бросив разъярённый взгляд на Скотта Викрида.

К счастью, из-за угла уже выбежали врачи с носилками. Но Эйден больше ничего не увидел — машины тронулись, выбираясь из песчаного берега на проросшее поле. Разбуженные сиреной соседи с любопытством высунулись из окон.

— Что, нет желания острить? — хмыкнул Викрид.

— Нет. Просто размышляю, какую псину ты подослал на этот раз. Если Кейси не выж... если с ним что-то случится — клянусь, я найду тебя, и ты пожалеешь о том, что связался со мной.

— Или ты заткнёшься, или я заткну.

Эйден фыркнул, не пожалев несколько оскорбительных фраз в его адрес. Но он поздно смекнул, что водитель — Канербергский офицер, дружок Скотта.

— Сам нарвался.

Разряд в шею — и Эйдена, потрясывая секунду-другую, отшвырнуло к спинке сидения. Мышцы поразил молниеносный ток. Конечности словно раскроили, мозг раздробило на части. Глаза закатились, возглас рвано вырывался из глотки. Десяток судорог по всему телу — и Эйден растянулся как тряпичная кукла, уронив голову на плечо.

***

Он не чувствовал, сколько времени прошло, прежде чем начал что-то понимать. Его душил воздух, словно пропущенный через толстый слой одежды. Или не в воздухе дело, а в невозможности полноценно вдохнуть. Кто-то ходил рядом, копошился. Звуки как через толщу воды — каша из голосов и топота. Ещё одной странностью показалось онемение в теле — вроде целое, но какое-то чужеродное, а кожа — текстурная бумага.

Фрагменты памяти тоже вставали в ряд неохотно. Картина событий смазалась. Даже волнение притупилось...

До чего странное состояние.

Укол в сгиб локтя — не больно, только ощутимо игла проникла в вену. И, словно в ускоренной съёмке, сердце забилось чаще, лёгкие чуть не разорвало от притока кислорода, глаза распахнулись. Эйден рывком сел — его пробрали тошнота, гул в ушах, а ногу словно ошпарили кипятком. Под челюстью покалывало — электрошокер попал точно в слабую точку.

— Тише, спокойно, — предостерёг женский голос.

Эйден, привыкнув к яркости лампы, осмотрелся.

Незнакомая комната, выложенная светлой плиткой, похожая на типичную больничную палату, стеллаж склянок, а главное — куча людей, среди которых не могло не радовать присутствие Андреа и Шейлы.

— Где я? — сдавленно спросил Эйден, пытаясь сфокусироваться на ком-нибудь.

— Полицейский отдел Лоушера.

— Где Кейси? Он в порядке?

— Он в больнице, больше ничего не знаю... Эйден, ты-то как себя чувствуешь? Я вколола адреналин, ты не просыпался.

Эйден протёр глаза — точнее, сделать он это смог только одной рукой: левую приковали к ножке кушетки.

— Голова трещит. И пить хочется.

— Если через полчаса не полегчает, выпей обезболивающие на столе. Всё! Пациенту нужен покой! — Ливенделл, вскочив, прогнала офицеров за дверь. Гомон прекратился.

Андреа по-быстрому налила воды из кулера. Обе девушки выглядели заспанными, успев озаботиться только собранной шевелюрой и первой попавшейся одеждой перед выходом. И всё же, их незамедлительный приезд вызвал смешанные чувства: стыд, рубивший на корню жизненную стратегию «Я-сам-справлюсь», и ликование за часть разделённых проблем, в одиночку которые ему оказались не по силам.

— А как вы тут оказались?

— Ты звонок не сбросил, — заговорила Андреа, подсаживаясь рядом на стул. — Так что я приехала сюда на велосипеде и с твоего телефона позвонила Шейле.

Они переглянулись.

— Я зашила тебе ногу. Пришлось разбираться на месте — остолопы из Канерберга не хотели тебя выпускать даже в медотсек, пока ты не начал помирать.

— Чудно.

— Это Викрид сделал? — Шейла указала на шею. Эйден кивнул.

— А если бы убил таким образом?! — возмутилась Андреа. — И никто из той толпы не помог. Что за полицейские такие?

— Из Канерберга. В подчинении Викрида, — хмурясь, ответил ей брат. — Мьюрез предупреждал о том, что он снова явится, прихватив команду.

— Так, — мисс Ливенделл выпрямилась, — я съезжу в местную больницу, возьму кое-что для тебя.

— А сможете проведать Кейси Уэлтиса?

— Если к нему пустят, загляну. Может, разузнаю что-нибудь.

— Кстати, об этом, — встряла в беседу Андреа. — Эйден, тебя пытаются обвинить в покушении на его жизнь.

Протяжный вздох. Эйден и не пробовал возмущаться — скорее, он ожидал, что Викрид выкинет что-нибудь эдакое. Пожалуйста — плюс одно преступление в папку со свежим делом. В его желаниях не значился пункт «Замарать репутацию», он не фанател от игры с огнём и борьбы с властью. А получилось, что ему преградили путь, чтобы... что? Теперь Эйдену покой только снился в счастливые безлунные ночи. Кто бы ни был главным в учинённом бардаке, его затея вышла за рамки человечности.

И пока один грустил, кое-кто, напротив, заразился непоколебимостью: мисс Ливенделл пылала уверенностью, и, похоже, у неё назрел план, детали которого остались в секрете даже от Эйдена. «Скотт нарвался. Больше терпеть я не намерена» — последнее, что сказала мисс Ливенделл перед тем, как хлопнула дверью.

Несмотря на некоторые неудобства, стресс и клеймо пленника, Эйден сумел расслабиться. «Вот бы в джакузи искупаться...» — размечтался он под натиском усталости.

Вскоре его посетил лейтенант, не забыв поплотнее закрыть дверь.

— Мистер Мьюрез! — пыхтя, обратилась к нему Андреа. — Они ведь ничего не докажут! Что за беспредел!

— Спокойнее, мисс Халдер. Присядьте.

Андреа, захлопнув рот, рухнула обратно на стул, скрестив руки. Тем временем мистер Мьюрез без какого-либо напряжения освободил Эйдена от наручников. Тот, поблагодарив, запил таблетку в надежде, что скоро мигрень перестанет докучать. Но более ему хотелось услышать вести, что Кейси в порядке и уже поправлялся. Из головы не выходила жуткая сцена на ночной веранде, запах умирающих цветов...

— По результатам экспертизы, на краденной пачке фальшивых купюр твоих отпечатков нет. Да-да, именно фальшивых. Но не волнуйся, это дело пока отложено — офицер Викрид волосы рвал, когда пришло постановление.

Эйден не сдержал ухмылку.

— Временно с тебя сняли обвинения по краже, но... теперь Викрид заручился поддержкой Канербергских коллег. Пытаются...

— Андреа мне сказала.

— Да? Что ж, тогда ещё одна неприятная новость тебя не сильно расстроит. — Лейтенант понизил тон. — Мою заявку отклонили. Лейтенант Канерберга посчитал, что я пытаюсь препятствовать расследованию, и... в общем, меня отстранили от твоего дела. Рано вздыхать, мисс Халдер. Я подключу сотрудницу Лоушера, мисс Гельберт. Неприметная, но ответственная — и тоже офицер третьего ранга. Будет следить за всем бардаком, чтобы офицер Викрид не позволял себе слишком многое...

— А вам ничего за это не будет от капитана или других сотрудников?

— Формально закон мы не переступаем. В прошлый раз, Эйден, ты ездил с Викридом и моим младшим офицером. Оуэн передал всё, что ты ему рассказал. Но копать под Скотта Викрида — проблема та ещё... особенно за тебя беспокоюсь, как бы другие дела не сфабриковали. Не понимаю, как ему это удаётся плести паутину, не светясь на радарах.

— Кстати, лейтенант. — Эйден вытащил из кармана пуговицу. — Это мне успел отдать Кейси... у него дома, пока он... в общем, наверное, он сорвал эту пуговицу.

Мистер Мьюрез нашёл в комнате лупу и, приглядевшись к узору, вытянулся в лице.

— Знакомо. Это не узор, а буква «Б».

— Фамильная вещь? — спросила Андреа.

— Не совсем. Это фурнитура компании, восстанавливающей вещи для местного секонд-хэнда.

Все трое переглянулись.

— То есть, преступник из бедных?

— Вероятно. Можем сейчас сходить к Софи и узнать побольше — она спец по таким вопросам.

Эйден, опираясь на сестру, ковылял по участку с перевязанной ступнёй. Ему и в мыслях не приходило, что такой пустячок выбьет его из колеи и придётся полагаться на подставленное чужое плечо.

— А где вся компания Викрида? — удивился он, оглядываясь в почти пустых коридорах.

— Да плевать на них. Не рядом — уже хорошо, — гладя по спине, ответила сестра.

Софи Гельберт — старший офицер — перебирала документы, когда к ней явился начальник с двумя гражданскими. Эйден истекал потом — каждый шаг давался с трудом, несмотря на бурлящие в крови лекарства; однако, закусив губу, стойко терпел, ведь он здесь, забинтованный, но живой, а Кейси незаслуженно попал под удар и лежал не под тёплым одеялом дома, а под капельницами и в окружении врачей.

Мистер Мьюрез предложил оценить пуговицу. Софи, повертев её в свете лампы, отложила улику и, молча сев за компьютер, затарабанила по клавиатуре. Минута, вторая, третья... Пальцы носились по клавишам. На экране выскакивали записи с архивными фотографиями, и внимание задержалось на одной из пары десятков.

— Нолан Сарзи.

Эйден опёрся на стол и взглянул на портрет: хмурый парень, выглядящий старше указанных лет, худой и растрёпанный.

— Брат Кевина?

— Пара мелких краж с его сомнительными друзьями — и вот он, в списке, — кивнул мистер Мьюрез. — Дженни не в курсе, с какой семьёй связалась...

Халдеры переглянулись: не впервые они слышали замечание в сторону Сарзи, но никто не удосужился объяснить причину неодобрительного отношения к ним.

— Взгляните.

Софи тыкнула пальцем на толстую куртку, сидевшую не по размеру на молодом человеке. На воротнике — та же пуговица, что лежала на столе. У Эйдена дыхание перехватило: «Нолан напал на Кейси? Зачем?!».

— Но это не прямое доказательство, — вкрадчиво объяснил мистер Мьюрез, обратив внимание на Эйдена. — Мы наведаемся к его семье и проверим, а пока — никакой паники.

— Я просто не понимаю, — нахмурился Эйден, присаживаясь. — Кевин и Кейси — одноклассники. Нолан подарил брату барабанную установку и даже приходил на выступление. А потом вдруг нападает втихую на его друга... в какой момент всё пошло наперекосяк?

— Погоди, так это Нолан купил барабаны? Не Кейси? — Андреа поймала внимание присутствующих. — То есть... я, вроде бы, слышала, что Кейси вложился деньгами в покупку. Как раз Кевин праздновал день рождения... в июне, кажется.

— Софи, сейчас Нолан трудоустроен?

— Нет, лейтенант. Официально он безработный больше года.

— Откуда же у парня из бедной семьи деньги на такие дорогие вещи?

Мистер Мьюрез пристально посмотрел в глаза Эйдену, словно догадывался об ответе и ждал понимания от других. Эйден не мог произнести вслух то, во что не хотелось верить.

— Могу представить, что ты чувствуешь, Эйден. Когда ко мне пришла дочь и сказала, что встречается с младшим сыном Сарзи, я растерялся. Она не знает, в каких криминальных эпизодах участвовал старший сын, какие проблемы с законом были у их родителей... но одно я понимаю точно. Мы бываем слишком жестоки и холодны с теми, кто этого не заслуживает, только потому, что на них легла чья-то тень плохих поступков. Но человек сам выбирает, кем ему быть. И, мне кажется, Кевину и Кейси хватит терпения и взаимопонимания, чтобы не ссорится. Ты ведь об этом думал? Что ребята будут испытывать вину зато, что Кевин, образно выражаясь, играет на твоём потраченном здоровье? Да брось, сынок. Ни им, ни тебе не в чем себя винить, вы жертвы обстоятельств и чужого корыстолюбия. А теперь вам пора домой... да, арест не оформлен, просто Викрид возомнил, что он выше закона. Однако, задерживать словами у нас непринято. Отоспитесь.