VI
Шагая по тропинке между палаток, я учуял, что кухня рядом. От запаха мясной похлёбки мой сжатый желудок встрепенулся. Вереница из солдат тянулась метров на тридцать до места выдачи еды. Я скромно занял место в хвосте, надеясь, что очередь будет продвигаться быстро.
Ожидание не представилось мучением. Свежий воздух с запахом хвои вместе с прохладой от утренней росы встречался с согревающим теплом от первых лучей солнца. Удивительно, что только сейчас я заметил, какой свежий и приятных воздух в этих землях.
Умиляясь кронами сосен и кедров, я и не заметил как подошла моя очередь.
Пузатый мужик с красным носом в фартуке стоял на раздаче, видимо любитель пригубить. Он взял из стопки пошарпанную деревянную тарелку и зачерпнул из огромной кастрюли похлебку.
Я задержался и посмотрел на мужика.
Он уставил на меня непонимающий вгляд.
-Че?
"Ниче ложку то дай" - подумал я про себя, но поскольку отношу себя к интеллигентам, то только вежливо спросил -
- А можно ложку?
- Ложка своя должна быть, иди отсюда!
Я, смутившись, ретировался.
"Какое же быдло, алкашня и дебоширы - вот и вся их военная братия".
Угрюмо бредя обратно к повозке, я все думал про необразованность и невоспитанность армейских.
Солдаты, получив свой паек, рассаживались, кто на ящиках, кто прям на мокрой траве.
Взгляд скользил по военным. У всех короткая стрижка, стройная фигура и потрёпанная, но в то же время безукоризненно чистая одежда. Видимо, это не молодняк только прошедший учения, а уже солдаты с опытом.
Рыцари из элитных отрядов завтракали поодаль, держась статно даже при поедании похлебки. В отличие от обычных вояк, их прически были самыми разнообразными от длинных до плеч уложенных волос, до одинокой косички с чисто выбритыми висками. Элите давали больше свободы в выборе стиля.
Лабберт, видимо, уже позавтракав, активно что-то обсуждал со здоровым рыцарем в таких же доспехах. Наверное командиром другого отряда. Даже издалека было заметно, что вся голова его покрыта боевыми шрамами, а на затылке красовалась темно-синяя цифра семь. Редкий случай, увидеть рыцаря в наколках. Так этот еще был огромный, вдвое больше Лабберта. Было видно, что тяжелые латы с трудом сдерживают тело гиганта.
Я приметил, что ели рыцари не из деревянных тарелок. У них были из светлого металла, сверкающего на солнце. Скорее всего серебряные. Может чтоб подчеркнуть свой благородный статус, а может потому, что серебро чернеет, если в еде яд.
И тут мой взгляд зацепился за выбивающегося из общей картины мужчину, сидевшего скрестив ноги. Он был очень смуглый, одет не по погоде в ярко синий халат с узорами на южный манер. Незнакомец смотрел на меня и медленно манил рукой, мол "садись со мной, разделим трапезу".
Я оглянулся по сторонам, и когда убедился, что вокруг никого нет, вопросительно показал на себя пальцем.
Мужчина широко улыбнулся и кивнул. Я неуверенно подошел и присел рядом с ним на циновку. От него пахло сандалом и пряностям, на голове в разные стороны торчали жесткие черные кудрявые волосы, только несколько прядей были седыми. У него был горбатый и длинный нос, а само лицо худое. Он тепло улыбался мне, будто встретил старого друга.
-Здравствуй, дорогой. Меня зовут Фахир. После этих слов незнакомец протянул мне руку. На трех из его пяти пальцев были надеты золотые кольца с драгоценными. А запястья украшали десятки металлических браслетов разных цветов.
-"Торговец что-ли? ". Подумал я про себя и пожал ему руку.
- Эдвин. Я врачеватель из столичного университета.
- Охохо, врачеватель? Там откуда я родом это самый уважаемый человек после короля.
- А откуда вы родом? - Спросил я.
Фахир вскинул брови и теперь улыбнулся, показав зубы. Несколько золотых зубов блеснули на солнце.
- Неужели ты еще не догадался, что я фераксиец? Неужто не похож? - Фераксия знойная пустынная страна, граничащая с Империей на юге. Разумеется мой новый знакомый выглядел как истинный Фераксиец, просто за спрос не бьют в нос, вот и спросил. Фераксийцы не только у себя на родине живут.
Поэтому я просто лаконично улыбнулся в ответ на его риторический вопрос.
-Давай покушаем вместе, я так люблю это делать под славную беседу. - Сказал Фахир.
- Я бы с радостью, но ложки у меня нет, может у вас есть запасная? - Фахир снова поднял брови.
- Конечно есть. Держи. - После этих слов фераксиец провел пальцем по одному из своих браслетов. Тот будто вода медленно стек с запястья и блестящей крупной каплей застыл над пальцем.
- Раскрой ладонь. - Сказал мне новый знакомый. Я сделал как он велел и после этого тоненькой струйкой волшебная капля плавно перетекла по воздуху мне в руку. Жидкий металл принял очертание ложки. Фахир щелкнул пальцами и он моментально застыл. Теперь в моей руке лежала самая обыкновенная алюминиевая ложка.
Я оцепенел от удивления. Старик был никаким не торговцем, а магом, так еще и не простым. Такое волшебство очень редко.
Таких чудес вживую я не видел. И возбужденно начал распрашивать.
- Вы волшебник? А это траснмутация была? Какая у вас ступень?
Фахир снова улыбнулся.
- Как много вопросов, дорогой друг. Там откуда я родом, третий по уважаемости человек это чародей.
Я решил, что раз Фахир избегает моих вопросов, то лучше не переспрашивать. Захочет - расскажет.
После этого мы принялись за наш завтрак. Я пару раз покрутил ложку в руках, но та была самой обычной ложкой. Мой собеседник ухмылялся глядя на то, как я разглядываю его столовый прибор.
Фахир и правда любил беседы. Он расспрашивал про мою жизнь, учебу, родню, столицу, университет и про Салазара с Гибли. В итоге я рассказал ему всю нашу историю от начала командировки до сегодняшнего утра.
- Интересная у тебя судьба, мой друг. - Сказал чародей, когда наши тарелки опустели.
-Да уж не то слово. - Ответил я.
- Ты мне нравишься. - Сказал мой собеседник, но теперь с совершенно серьезным лицом.
- Старые маги умеют разбираться в людях, можешь поверить мне на слово. - Продолжил он.
Щелчок, взмах пальцем и ложка снова стала блестящим жидким металлом, который змейкой обвился вокруг запястья мага и застыл в своем твердом обличье.
- Я встретил своего учителя, когда мне было тридцать. Всю жизнь до этого я изучал алхимию и естественные науки, был уважаемым и богатым человеком в городе, но после встречи с ним, я бросил все и ушел с ним в пустыню. Он раскрыл мне глаза, открыл мой дар. Я и знать не знал, что имею волшебные силы.
И знаешь, что самое главное?- Спросил старик и наклонился ко мне.
-Моя магия никак не проявлялась всю мою жизнь и так бы и не проявилась, если бы не тот удивительный человек. Учитель показал мне, что вещи, которыми мы живем и которые любим, это и есть та искра, что разжигает в тебе волшебную силу.
Мы днем и ночью говорили об алхимии. И мой учитель говорил со мной на равных, хоть и не прочел ни одной строчки учебных трактатов.
Потому что он понимал одну вещь, что в основании всего лежит материя и сила, слово и дело. Две вещи, на которых зиждется всё сущее. И магия лежит в основе. Она та энергия, та сила, что мы ощущаем, что нас окружает. Нужно просто протянуть руку и ты почувствуешь.
После этих слов он протянул руку вперед и схватил воздух. После этого паутина узора халата мага задвигалась. Видимо сам узор был вышит каким-то металлом. Рисунок на одеянии менялся каждую секунду пока не приобрел форму улыбки с золотыми зубами самого мага.
Теперь Фахир и сам улыбался во все зубы. На меня смотрели целых две улыбки, одна оригинал, вторая - копия вышитая на халате.
Видимо мой ошеломленный вид понравился старику, раз он с таким наслаждением демонстрировал мне свои способности.
- Думаю, это одна из самых удивительных вещей, что я видел. - Проговорил я.
- Обычные маги точно на такое не способны, это такое тонкое искусство. Много, кто видел как летят и бьют волшебные стрелы, но единицы могу похвастаться, что видели тонкое искусство превращения одних элементов в другие. Трансмутация воистину потрясает. - Изрек я вдохновившись.
- Какая всë же у вас ступень, Фахир?
- Четвертая мой друг, но я заслужил ее только из-за трансмутации. В остальных же аспектах магии я слаб. У других уходят столетия, чтоб научится превращать свинец в олово, зато и другие способности на уровне.
С каждым словом старика мне все сильнее бросало то в пот, то в жар. Мурашки бегали по позвоночнику вверх и вниз, а язык будто онемел.
Передо мной сидел волшебник четвёртой ступени. Сила такого примерно равняется маленькой армии. Даже не смотря на то, что он сказал про свою силу. Маги четвертой ступени встречаются редко и их имена на слуху.
Про могучего волшебника Фахира, я до сегодняшнего дня не слышал. Может быть, он известен у себя на родине?
- Спасибо за трапезу, мой друг. Мне было очень интересно с тобой поговорить. Думаю это не в последний раз.
- И вам спасибо, господин Фахир.
После этих слов я встал с циновки и пошел относить тарелку. Я оглянулся, чтоб еще раз рассмотреть чародея. Он смотрел мне вслед и улыбался.
Удивительный человек и не только из-за своей силы. Редко встретишь таких открытых и приятных в общении людей. Мы говорили с ним как старые друзья, или как ученик и добрый учитель.
Интересно, почему он подозвал меня, неужели просто скучно было есть в одиночестве?
С этими мыслями я побрел к нашей повозке, погруженный в свои мысли.
Я пытался вспомнить в подробностях про ступени.
Это была некая классификация магов по их силе. Всего было шесть ступеней. От самой слабой первой до самой могущественной шестой. Чародеев последней ступени во всем мире можно пересчитать по пальцам двух рук. Имена их вписывались в легенды народов, а срок их жизни практически не ограничивался временем. Маги и так живут долго, а эти мастодонты живут веками и даже не меняются внешне.
Волшебники же первой ступени прибавку к годам жизни не имели и силами особыми не обладали. Однако, к их счастью, свои способности к магии можно долго и тяжко развивать. И таким образом подняться со своей изначальной ступени на одну две повыше.
Магия доказывала, что успешен тот, кто наделен талантом и усердием. И одно без другого не работает. Человек совершенно без способностям к магии может изучать ее десятилетиями, пить усиливающие связь с манной отвары и снадобья, заниматься по обучающим свиткам и днями на пролет медитировать. Но без таланта его предел вторая ступень и достигнет он ее, уже когда волосы тронет седена.
С другой стороны талантливый чистокровный маг из семьи могущественных волшебников, родившись сразу с третьей ступенью, может забить на обучение и развитие. В итоге талантливый лентяй никогда дальше не продвинется и даже может опустится на ступень ниже. Магия любит труд, и чем чаще ты ей занимаешься, тем охотнее она тебе подчиняется.
Всё свое детство я мечтал стать волшебником, мечтал чтоб камень на площади засиял от моей руки, чтоб меня взяли учиться в Авельден и я уехал жить в огромный древний замок, где лучшие из лучших магов обучают новоиспечённых чародеев. Я мечтал сбежать от жизни в грязи и нищете.
Но не судьба, способностей у меня не было. Но был ум и из всех наук я выбрал самую похожу на магию - медицину.
Салазар стоял облокотившись на повозку и листал какую-то широкую и большую книгу. Гиблса не было видно.
-О вот ты где. Что, дегустировал армейскую тушёнку? - Спросил профессор.
-Да, на деле не так уж плохо. - Ответил я
- Иди сюда, смотри, что есть. - Указал профессор на книгу.
- Это атлас по хирургии. Я давно не оперировал, всё вскрытия да вскрытия. Сам знаешь спец-хирург у нас профессор Хокер. Но я много оперировал по юности, руки должны помнить. Так вот в этом атласе тебе разжевали и нарисовали поэтапно основные операции. Я уже пролистал, потом еще возьму почитаю. А ты бери сейчас и уже иди изучать. Еще маленько и мы можем оказаться в центре боевых действий, а резать живых и мертвых очень разные вещи. - После этих слов, он вручил мне атлас, а сам направился к палате десятого отряда.
- Хорошо, профессор.
- Начни с ампутаций. - крикнул он не поворачивая головы.
Я заметил, что Салазар посвежел. Речь приобрела утраченную живость. Видимо, он смирился с уготованным, так же и возбудился от предстоящих возможностей.
Поле боя давало просто колоссальное количество хирургической работы. Ранения и травмы всех видов и объемов. И совершенная свобода действий, ничем не ограниченная, кроме кровопотери раненого.
Видимо, возвращение к делам юности придется профессору по вкусу. Даже шагает он как-то весело. Я расположился на сиденье повозки и начал изучать атлас.
Что на учебе, что в командировке, что на войне, врач учится везде и это не прекращается до смерти. Даже жутко от того сколько я уже прочитал и законспектировал, а сколько еще впереди.
Открыв оглавление, я нашел главу с ампутациями.