Белый горизонт

Все смотрели на Руперта. На их удивление он был серьёзен.

- Руперт, ты ведь шутишь? - настороженно задала вопрос Амелия и дотронулась до его плеча. Тут же на его лице засветилась улыбка.

- Вы бы видели свои лица, - произнёс он и снова стал серьёзным. - Я друзей ни на что не променяю. Твой поступок, конечно, не был добросовестным, но я не трус, который при любой опасности будет сбегать. Ведь каждая трудность закаляет нас, делает сильнее...

- Если эта трудность не повлечёт за собой чью-то смерть, - перебила его Амелия. - А в целом, Руперт, ты прав. И не вини себя, Саймон, ты хотел как лучше.

Светловолосый в который раз глубоко вздохнул. Он точно чувствовал себя не в своей тарелке, хотя каждого из них, не считая Барни, он знал лично.

Вот Белла, к примеру. Он ведь знаком с ней несколько столетий, хотя и не виделся с ней примерно век.

Когда Белле было семь лет, она жила на Небесах. Отец её безустанно любил свою работу. Он был администратором чего-то в Небесной знати. Наверно, любил больше, чем свою дочь. Мать Беллы - Рувию - убили неизвестные ангелы.

Белла провела бы своё детство в одиночестве, если бы она не встретила Саймона. Он представился ей своим братом, когда она рассказала историю своей жизни. Ему стало просто жалко её, он хотел защитить Беллу. Белла казалась ему такой маленькой и беззащитной, но на практике она быстро научилась пользоваться различными оружиями.

Ангелам вручают кинжалы, когда им исполняется 10 лет, но в тренировочные залы их пускали без раздумий, да и к тому же там имелось множество оружий.

Белла после убийства её матери решила найти и отомстить тем, кто убил её. Когда ей вручили кинжал, она убивала всех, кто был на её пути. Что-то на неё нашло, но даже Саймон не был достаточно уверен, что полностью понял её выходку: возможно, после убийства Рувии психика Беллы нарушилась и это не удивительно: в пять лет любой ребёнок сошёл бы с ума, не смотря на то, больше шестидесяти лет он прожил или как обычный человек - пять, хотя на характере это не отличилось: она была изредка конфликтной и раздражённой, но в основном доброй, милой, ответственной и смелой; а, возможно, Белла думала, что кто-то из них может быть убийцей её матери. Не смотря на всё это, Саймону было неудобно спрашивать о том случае.

Беллу изгнали с Небес. Но до изгнания ангелы, у которых пострадали от её рук родные и близкие. Саймон знал, что она страдала от содеянного, она карала себя за это, но время возвратить нельзя.

А дальше он не знал, что было с ней. Он пытался найти её, но так и не смог. Ходили слухи, что она перешла на сторону демонов.

Конечно, Саймон теперь убедился, что она сильно изменилась. Пропала та злость, которая иногда обрушивалась на него. И обрушилась на ангелов. Её боялись почти все Небеса, а теперь - уважают. Но тоже не все.

Саймон опомнился от воспоминаний тогда, когда Белла окликнула его по имени и показала жестом, чтобы он шёл за ними. Ребята поднимались по лестнице. Парень подбежал к ним.

- Что случилось с тем вампиром? - спросила Белла, как только он подошёл к ним.

- Когда мы нашли ту мать Терезу... - начала Амелия.

- Марию-Терезу, - поправил её Саймон.

Амелия пожала плечами и продолжила:

- Он исчез. Да я вообще плевать хотела на этого хвастуна...

- А недавно говорила, что он милашка, - заметил Барни, ухмыляясь.

- Я в другой форме выразилась... И тебя же не было рядом, как ты услышал?

- У каждого свои секреты.

Да, хоть в чём-то Барни прав.

- Куда мы идём? - спросил Саймон. Он только что вспомнил, что так и не знает куда они идут.

- Реанимационную искать. Может, Руди там найдём, - ответила Белла с улыбкой на лице.

Дальше шли они и разговаривали о чём-то своём, но Саймон не внедрялся в их беседу. Что-то его тревожило. И чувство тревоги его не отпускало даже тогда, когда они нашли комнатку, где лежал Руди.

Когда они, впятером, вломились в эту маленькую реанимационную. На кровати лежал весь перебинтованный Руди. К нему было подключено множество проводов, значение которых Саймон не знал, да и знать не хотел.

- Руди! - с облегчением выдохнула Белла, подбежала к койке и села на колени. Она так смотрела на него, будто не видела его несколько столетий.

Что-то в Саймоне ёкнуло. Белла не видела его на самом деле большой промежуток времени, но она не смотрела на него так, как на Руди.

- Ты что, ревнуешь? - спросила у него Амелия, когда остальные подошли к Руди.

- Нет-нет, что за глупость? С чего ты взяла? - хотя парень понимал, что, возможно, это так и есть. Он никогда не чувствовал таких эмоций.

- Так ведь по твоему лицу прочесть можно.

- Значит, ты читать не умеешь. Я ведь её брат, куда мне ревновать?

На лице девушки появилась тень от улыбки. Она потрепала Саймона за щеку и без лишних слов подошла к остальным.

Парню надоело стоять в стороне и он быстро присоединился ко всем. Руди молча смотрел на них, кивал или мотал головой, если ему задавали вопросы.

- Он губы обжёг, - пояснил обыденно Руперт, будто он каждый день видел подобные зрелища.

- Когда тебя выпишут? - спросила Белла, не отводя от него взгляда. Руди еле поднял руку и показал один палец. - Через день? Ты ведь не успеешь излечиться!

- Думаю, он хочет сказать, что через месяц, - пояснил Барни, ухмыляясь. - А ты хочешь быстрее излечиться?

И, не подождав ответа Руди, продолжил:

- Я знаю, ты хочешь. Я могу тебя излечить, если ты в будущем тоже поможешь мне тем, о чём я попрошу.

Все посмотрели на него, даже Белла, которая не могла убрать взгляд с Руди, но все молчали. Парни смотрели друг на друга, и вдруг Руди кивнул. Барни подошёл к койке, положил одну руку, прикрыл глаза и начал шевелить губами: кажется, он говорил заклинание.

Как известно, ангелы умеют излечать, но несерьёзные ранения: царапины, ожоги, но не всего тела, а некоторых участков, ушибы и тому подобное. Архангелы же могут вылечить не только все ранения, но а также некоторые болезни. И всё же ни одно живое существо не способно воскресить.

Барни был архангелом и он с лёгкостью мог вылечить Руди, что он только что и делает. Все только сейчас вспомнили об этом факте и уже были в предвкушении чуда.

И вот, Барни убрал руку. Руди медленно приподнялся, затем принял сидящее положение, начал двигать ногами, руками. Полностью убедившись, что теперь он полностью исцелён, парень снял с себя бинты и, улыбаясь, посмотрел на Барни.

- Спасибо, - немного охрипшим голосом проговорил Руди и подсел ближе к краю койки. - Я, правда, рад, что вы не бросили меня. И простите меня за всё, что я вам сделал.

Его взгляд упал на Саймона, который словно сверлил своим взглядом пол.

- Это Саймон, - ответила Белла на его немой вопрос. - Мой... мой брат. А тот, кто тебя исцелил - Барни.

- Очень приятно.

Через секунду в реанимационную влетела откуда-то взявшаяся медсестра.

- Где больной?! - крикнула она, крутя в руках шприц.

- Ох, только не она, - вздохнул Руди, вставая на пол. - Пойдём-те быстрее отсюда.

Никто, даже не говоря ни слова, последовали за ним. Медсестра так и осталась стоять позади с открытым от удивления ртом и шприцом.

- Что случилось? - задал всеобщий вопрос Руперт, ответ на который интересовал всех. Руди медленно выдохнул. Видно было, что ему было трудно вспоминать об этом. - Если не хочешь...

- Сейчас, - быстро перебил его Руди и начал свой рассказ: - Когда Белла ушла, Кейт начала свой монотонный скандал... А я, дурак, повёлся на её...

- Приворот? - предложила Амелия.

- Лицо? - следом за ней спросил Руперт.

- Грудь? - также спросила Белла, вопрос которой заставил всех улыбнуться.

- Нет, - сквозь смех ответил Руди. - Её сущность. Может, Амелия права, но это не приворот с зельем, а...

- С грудью? - не унималась альбинос.

- Что ты так на этой груди зациклилась?

- Мужчины только её и ценят.

Руди прыснул от смеха и продолжил:

- Не правда. В общем, Кейт - это не кто-то, а что-то. Или в неё что-то вселилось. Мы легли спать и вдруг, когда я открыл глаза, увидел её. Она стояла передо мной. Она горела в прямом смысле. Затем её пламя охватило всё, что было рядом с ней. У неё было страшное лицо: искажённое, будто её пилили, а глаза чёрные, в которых не было видно зрачков. Я еле успел сбежать из дома, но ожоги всё же получил, как вы видели.

Закончив говорить, Руди тупо смотрел вперёд, но, опомнившись, перевёл взгляд на друзей и тихо вздохнул.

- Она жива, - не ожидая от самого себя, сказал Саймон, - Если ты это хотел услышать.

- Она монстр! - воскликнул Руди. - По-твоему, я должен быть счастлив, что она жива?

Дальше, до самого выхода, они шли молча, лишл изредка кидая какие-то фразы и вопросы.

Саймон был подавлен. Подавлен тем, что их было слишком много. Он никогда не любил большие компании или столпотворения людей, как на Небесах. Может, ему сбежать?

"Всё равно от меня нет толка", - сказал Саймон себе в уме.

- Нет, есть, Саймон, - сказала ему Белла. Он понял, что эта фраза как-то выскочила с его языка, хотя этого парень не помнил. Возле них никого больше не было. - Тебя что-то тревожит? Все только что улетели, а ты даже не взлетел.

Саймон нахмурился. Не мог же он так забыться в своих мыслях, что даже не взлетел за остальными. Но вслух он сказал другое:

- Всё в порядке.

- Саймон, я же вижу, что что-то не так.

- Я люблю тебя.

Белла улыбнулась. С самого детства эта фраза всегда заставляла её улыбаться. И даже сейчас, спустя столько времени, у неё на лице засверкала улыбка.

- Я знаю.

Саймон улыбнулся в ответ.