Глава 28. Тени прошлого
На корабль мы всё-таки успели. Капитан сказал, что нам повезло — корабли в Ахрию сейчас ходят всё реже и реже, мало кто хочет рисковать из-за эпидемии. Не став выяснять подробности, всё равно иного пути нет, я решила сосредоточиться на более актуальных проблемах.
Мы должны были делить не самую просторную каюту с единственной кроватью на троих.
Альфред брезгливо осматривал внутреннее убранство каюты. Винсент с полными грусти глазами смотрел на меня. Я же молилась Духам, чтобы полтора дня нашего путешествия прошли как можно быстрее. В Ахрию мы должны были прибыть завтра к вечеру.
Естественно, не прошло и минуты, как начались глупые перепалки на тему «кто, с кем и почему». Первым подал голос мой дорогой брат:
— Значит так, я буду спать с Фели на кровати, а ты Винсент — на полу.
— А может это я буду с ней, а ты там?
— Успокойтесь, пожалуйста. Давайте спать поочерёдно. Кто сейчас хочет поспать? Говорите, не стесняйтесь.
В ответ — тишина. Что ж, немного вздремнуть мне точно не помешает.
— Хорошо, тогда я ложусь спать первая. Выйдите оба, мне нужно переодеться. За время моего сна постарайтесь не создавать проблем ни друг другу, ни кому-либо ещё. Можете сидеть здесь или где хотите, но не мешайте. Я выложу из сумки пузырёк с лекарством от морской болезни на случай, если кому станет плохо. Если не поможет — разбудите. Ясно?
Винсент шагнул вперёд, неуверенно озираясь по сторонам:
— Госпожа, я могу перед сном проверить вашу спину? То место, где была рана. Я думаю, лучше осмотреть его повторно.
Альфред положил ему руку на плечо:
— А больше ты ничего не хочешь осмотреть, кошатина? Если нужно будет, то от меня пользы побольше твоего будет.
— О Духи, у меня там давно ничего нет, успокойтесь! И да, у меня есть идея, которая вас не заставит скучать. Альфред, как учитель в нашей маленькой группе, за время моего сна должен научить чему-то полезному тебя, Винсент. И если этого не будет, я пожалуюсь на его некомпетентность... — я посмотрела в глаза брату, — сам знаешь, кому.
Он сглотнул и вытянул за собой катмера в дверной проём, оставляя меня одну. Я действительно очень устала, пока мы добирались сюда, и готова была спать даже стоя. Сняв с себя всё лишнее, я осталась в топе и штанах, забираясь на постель. Накрывшись покрывалом и плащом, тут же уснула сладким сном, стараясь не думать о всём, что было и будет. Однако сны изобиловали последними событиями, и я вновь переживала различные эмоциональные отрывки, пусть и осознавая, что это всего лишь сны. Когда я проснулась от усилившейся качки корабля, тело чувствовалось отдохнувшим, а вот разум — нет.
В каюте было тихо и темно. Я высунулась из тёплого укрытия и ощутила прохладу открытыми участками тела. Всё же в море намного холоднее. Магию я теперь принципиально не тратила на такие мелочи, стараясь компенсировать одеждой. Было бы уж совсем невмоготу — использовала бы, а так лучше стараться рассчитывать не только на магию.
Одевшись и накинув ещё плащ сверху, я вышла на палубу в поисках спутников.
Корабль прилично раскачивало могучими волнами, которые разбивались о борт и рассыпались пеной на палубе. Стараясь удержаться на ногах, я осмотрелась. Ветер и темнота мешали найти хоть какие-то ориентиры, поэтому я медленно и осторожно начала ходить мимо суетящихся матросов, вглядываясь в их лица. Тревога начала подниматься неприятным комком к горлу, пока на плечи не опустились чьи-то руки:
— Ты что здесь делаешь? Я понимаю, что ты маг воды, но не стоит испытывать судьбу и разгулявшуюся стихию лишний раз. Возвращайся в каюту. Я тебя проведу.
Обернувшись, я увидела промокшего до нитки Альфреда.
— Где Винсент? С ним всё в порядке?
— Да, мы помогали матросам сложить паруса, чтобы они не порвались во время шторма... Я отведу тебя и вернусь за ним.
Выглядел он уставшим, что вынуждало меня продолжать волноваться.
— Нет, пойдём за ним сейчас. И все вместе вернёмся в каюту. Вы устали и вряд ли ещё сможете быть полезными, вам нужно отдохнуть. Пожалуйста.
Я развернулась и взяла его за руку, жалостливо всматриваясь в глаза и ожидая ответ. Да, у нас были весьма странные отношения. А уж ситуации, которые с нами происходили, повлияли на всё не лучшим образом. Но в данный момент для меня важнее всего была их безопасность. Не хватало ещё потерять обоих из-за разбушевавшегося моря.
Держась двумя руками за кисть брата, я чуть сжала её, приготовившись ещё раз более настойчиво обосновать решение. Корабль очередной раз мощно качнуло, и я упала на Альфреда, но он придержал меня за плечи, удержав на некотором расстоянии. Взяв обратно за руку, он быстро направился ко входу в трюм.
— Эй, а как же Винсент?
— Ты больше стой и отвлекай! Быстро зайди внутрь и ни шагу из каюты! Я приказываю тебе как старший брат! Так что не смей перечить. Твоего питомца ненаглядного я сейчас приведу. Если ослушаешься — получишь так, что пожалеешь!
Толкнув меня в дверной проём, он развернулся и быстро ушёл.
Вот это да, первый раз в жизни он назвал себя моим братом. Даже вогнал меня в лёгкий ступор. Но он прав, я действительно веду себя глупо. У них наверняка каждая секунда на счету, а я тут отвлекаю глупыми разговорами.
Решив, что мне стоит сделать хоть что-то полезное, я порылась в сумке и нашла травы для восстановления сил и укрепления здоровья. Принялась готовить из них чай.
Спустя пять минут зашли насквозь мокрые Винсент и Альфред. Я решительно развернулась к стене лицом и скомандовала:
— Раздевайтесь, полностью. Вот вам два плаща, накиньте их. Я быстро высушу ваши вещи и постараюсь немного повысить температуру, чтобы вы не замёрзли.
Я решила, что мой плащ и второй плащ, который дал отец, сослужат сейчас идеальную службу. Быстро перешла на магическое зрение и начала повышать температуру воздуха для них, предварительно окутав каждого щитами. Вот так, не хотела греть себя магией, так пришлось своих спутников. Похоже, Альфред немало израсходовал сил на помощь, раз в таком виде. Давно я так не делала, но зато им будет тепло уже сейчас.
Спустя минуту-другую они одновременно сказали, что я могу повернуться. Хоть я их и согрела, но чай лишним не будет. Набрав две чашки дымящегося напитка, я повернулась и вручила их им. Попутно дала по куску вяленого мяса. Усадив юношей на кровать, сама принялась возиться с их одеждой, высушивая её.
— Винсент, как ты себя чувствуешь? Корабль опять попал в шторм, нам, похоже, везёт на такое.
— Госпожа, слишком добра ко мне. Я в порядке, когда обо мне так заботятся, — брат закатил глаза от столь сладких речей, но катмер, не обращая внимания, продолжил: — И это не совсем везение, это постоянное явление в этой области, не зря же оно называется Шальное море. Согласно легенде, в самом центре моря находится сильное магическое пространство — источник, из которого подпитывается магической силой Купол. Одни утверждают, что там спрятан некий артефакт четырёх Духов, другие — портал в другие миры. Как бы там ни было, раз это место поддерживает Купол, то является защитой для всей жизни под ним. Эта сила не даёт демонам поглотить всё живое.
Я удивлённо посмотрела на юношу:
— А ты, похоже, хорошо осведомлен в этом вопросе? Звучит как место, куда мне нужно попасть. Может ещё путь подскажешь, а, Винс? — хмыкнув, я подмигнула ему, а его глаза в ответ наполнились грустью.
— Это место никто так и не смог найти. Даже легенды не могут ответить наверняка, что же там на самом деле. Говорят, что чем дольше туда плыть, тем хуже будет погода. Шальное море не пускает туда никого. Сама понимаешь, мало желающих расстаться с жизнью, руководствуясь древними сомнительными сказками.
Мы все затихли после услышанной истории. Каждый, наверное, думал о чём-то своём. Я никогда не слышала подобного ранее. Может, потому что море было так далеко, а у меня и без того хватало забот в каждый момент моей сознательной жизни.
От мыслей оторвал звук. Я повернулась к брату. Альфред недовольно цокнул и вновь надел маску брезгливости. Опять что-то надумал.
— Не стоит так себя вести, я волновалась за вас обоих. Вот сухие штаны и рубашки, надевайте и ложитесь спать как допьёте чай.
Брат вспыхнул ещё больше:
— Что ты такое говоришь, лечь спать в одну постель с ним?!
— А в чём проблема, я же не говорю вам чем-то странным заниматься? Лягте спиной друг к другу, под одним покрывалом будет теплее. Я не собираюсь тратить всю свою магию, чтобы греть вас ночь напролёт!
На самом деле я не потратила бы и четверти запасов своей магии, если бы обогревала эту парочку несколько часов, но лучше лишний раз не показывать, на что я действительно способна. Винсент тоже подхватил недовольство эльфа, будто сговорившись с ним:
— Я тоже не горю желанием спать с ним. Соглашусь, только если госпожа будет между нами!
Альфред кивнул, смягчив тон:
— Согласен, пускай Фелис ложится между нами.
Что-то быстро они спелись, так не пойдёт.
— Во-первых, я уже поспала, а во-вторых, вы видели, сколько тут места? Вы вдвоём еле поместитесь!
Брат поставил пустую чашку и слегка развёл руки в стороны:
— На нет и сна — нет. Из-за твоего упрямства мы с бедным катмером не будем спать и заболеем.
— Что ты такое говоришь?! На жалость пытаешься давить? От такого не заболеешь!
Винсент, похоже, решил подыграть и несколько раз кашлянул, но не очень убедительно.
— Что за представление? Винсент, и ты туда же?! — он опустил взгляд, чтобы не встречаться с моим. — Эх... Что с вами делать, переодевайтесь и ложитесь, я уже заканчиваю и тоже лягу.
Я сдалась и отвернулась, чтобы они переоделись, а я за это время досушила последний плащ.
Повернувшись, я застала две пары глаз, следящих за мной из-под покрывала и накинутых поверх плащей.
— Что? Сейчас лягу. Если будет холодно, то накинете ещё и эти, но я думаю, и так нормально будет.
Повесив плащи рядом на стул, я оценила масштаб трагедии и поняла, что места действительно маловато, ещё и повернулись друг к другу лицами, чтобы я легла прямо им в руки. Ну и к кому безопасней ложиться передом? Наверное, к Винсенту, в сексуальном плане от него меньше угрозы.
Точно, совсем забыла их обрадовать:
— Внимание, мужчины! На мне кольцо, которое будет бить вас магическим разрядом, если вы будете строить похотливые планы и пытаться их воплотить со мной. Бить будет, пока вы не потеряете сознание, так что лучше сразу вспомните о том, что такое целомудрие, и что теперь я вам как друг. В свете чего спрошу ещё раз: вы точно хотите, чтобы я легла к вам?
Они переглянулись и не очень уверенно кивнули.
— Фели, запрыгивай давай, за кого ты меня принимаешь? Я сама невинность.
— Это самая смешная шутка, Альфред, которую я слышала за всю свою жизнь.
Он тут же придал своему голосу скорбный тон, словно едва сдерживал слёзы:
— Бедная, бедная Фелис... Какая скучная и унылая у тебя была жизнь...
— Не волнуйся, благодаря вашей семье она заиграла всеми возможными красками! А теперь перестань язвить и двигайся!
Наши перепалки закончились, когда Альфред по моему взгляду понял, что я не шучу. Винсент всё это время тихо наблюдал со стороны, не рискуя вмешаться.
Я легла и встретилась с добрым взглядом катмера, который меня немного успокоил.
— Всем доброй ночи.
— Доброй, госпожа.
Альфред тоже буркнул что-то невнятное, запутавшись в моих волосах.
К моему удивлению, юноши довольно быстро уснули, каждый положил на меня руку. А вот мне было неспокойно. Непонятная тревога пульсировала у висков с каждой минутой всё сильнее, забирая последнюю возможность уснуть. В голове вновь замелькали образы и события минувших дней, которым я не могла противиться. Просто смотрела, как проплывают и меркнут картинки в голове.
Размеренное дыхание юношей будто вводило в гипноз, я не знала, сколько прошло времени и уже не понимала, действительно ли это просто мысли или сны, а может всё сразу?
Почему-то мне вспомнилось, как в юности меня утопающую достал Лонвэй из озера, и после я спала между ним и Вильямом. Казалось, это было так давно, будто в прошлой жизни. Интересно, смог бы он или его брат начать со мной отношения, если бы знали тогда, что я не принцесса?.. Фелис, какие же глупости тебе приходят в голову. Учитывая всё, что мне пришлось пережить, нормальные отношения мне не светят, вечно происходит что-нибудь странное.
Лонвэй и Вильям... Они мне были так дороги, столько для меня сделали. А эльф... Первая влюблённость и первый поцелуй глубоко внутри отозвались эхом сожаления. Ивеллиос говорил, чтобы я меньше думала о подобном и сосредоточилась на совершенствовании своей магии. Эх...
Нужно взять себя в руки. Интересно, всё ли у них в порядке? Не очень верится, что они причастны к войне на севере, о которой говорил Ланшерр. Да, они с моим отцом по разные стороны баррикад, но всё же... Нужно будет обязательно расспросить Альфреда об этом, он точно что-то должен знать. Вечно что-то случается, и такие важные вопросы откладываются в долгий ящик.
Будто почувствовав мой настрой, эльф дёрнулся во сне и крепче прижался ко мне сзади. Во сне этот сладострастник моего недовольства не оценит, так что я вернулась к прежним мыслям.
Духи, даруйте правителям севера здоровье и ясность ума. Хотелось бы, чтобы и с братьями, и с отцом, пусть и неродным, всё было в порядке. Я прочитала старую молитву, которая почему-то вспомнилась с детских времён, и улыбнулась. Даже когда я была при смерти, то не могла её вспомнить, а тут стоит прямо перед глазами. В конце концов я уснула, ностальгируя по былым дням.
— Фелис! Фелис!
Истошный крик сопровождался обливанием водой — в общем, пробуждение было не из приятных. Крайне недовольная я распахнула глаза.
— Да что же это такое?! Зачем вы это сделали?!
— В смысле «зачем»?! Ты не просыпалась! Ни от шума, ни от толчков не было никакой реакции — вот мы и начали волноваться. Прислушались, а дыхания будто и нет, поэтому и испугались, глупая! — давно я не слышала Альфреда настолько рассерженным.
Винсент привычно обнимал меня за талию, распластавшись на моих ногах. Альфред же отчитывал, энергично размахивая фляжкой в руке. Я погладила по голове катмера, успокаивая и вздыхая. Если так подумать, мне действительно снилось, как я тонула на своё семнадцатилетие. Неужели из-за этого глубокого сна я и дышать перестала? Чушь, наверное, просто очень тихо посапывала.
— Ты чего затихла? Фелис, что с тобой? Ты как неживая!
— Не кричи на госпожу, она сама расскажет, если посчитает нужным.
Лицо брата исказила недовольная гримаса:
— Так пускай быстрее «считает»! Я несу ответственность за её состояние, и мне не нравится, когда я спрашиваю, а в ответ молчат!
Он развернулся, норовя уйти, но я схватила его за руку:
— Сядь, Альфред, есть разговор.
Драматично взмахнув рукой и закатив глаза, показывая всем своим видом, как он рад сложившейся ситуации, брат плюхнулся на стул рядом с кроватью.
— Это уже лучше, чем ничего. Я внимательно слушаю.
— Во-первых, мне жаль, что вам пришлось так волноваться. Когда мне было семнадцать лет, бредя во сне, я ушла в реку и чуть не утонула. Сейчас мне снился этот момент. Сон был очень глубокий, возможно, из-за этого я и не просыпалась. Мне действительно жаль, что заставила вас поволноваться, но я не контролирую свои сны.
Чуть смягчив тон, Альфред подпёр голову рукой и с интересом посмотрел на меня:
— Допустим. Это защитное колечко нас ударило много раз, а мы просто старались восстановить твоё дыхание, впустить воздух в лёгкие посредством вдыхания изо рта в рот. Тут-то ты и проснулась, но, если бы ситуация была более серьёзной, ты бы просто умерла, потому что тебе никто бы не смог помочь. Ты это понимаешь?
Я вытянула руку и посмотрела на отблески кольца в слабом мерцании свечей:
— Пожалуй, ты прав, я приму к сведению твои слова. Спасибо, что старались помочь. Я ценю это и в ответ помогу вам, если это будет необходимо. Сейчас же, Альфред, я бы хотела поговорить о том, что для меня очень важно, но мы всё никак не могли добраться до этого вопроса. И ты не уйдёшь от этого, иначе мне придётся применить силу.
Эльф цокнул и насмешливо выгнул бровь:
— Ты угрожаешь мне? Думаешь, сможешь что-то сделать? Я-то помню все твои бесплодные потуги...
Я не дрогнула под его сменившимся взглядом. Осталась серьёзная, демонстрируя всем своим видом, что сейчас мне не до шуточек.
— Это касается меня, поэтому очень важно. Я должна знать правду, пожалуйста, Альфред.
— Ладно, а питомцу можно слушать?
Склонив голову, я посмотрела на Винсента, мирно сидящего позади на постели. Он вёл себя так тихо, что аж слился с темнотой каюты. В сущности, катмер никогда не казался мне подозрительным, почти всегда был добр и мил, так что, думаю, он, как близкий мне человек, тоже имеет право послушать.
— Он не питомец, он такой же, как и ты. Я ему доверяю, так что он может остаться.
Взмахнув ушами, Винс вскочил и вытянулся:
— Ваши слова очень лестны, госпожа. Вы можете говорить наедине, я пока пойду раздобуду нам ужин.
Накинув плащ, юноша быстренько выскользнул за дверь. Альфред приблизился чуть ближе, заговорщицки посматривая на дверь:
— Не хочу тебя запугать, Фел, но я бы на твоём месте был осторожнее с ним. Что ты вообще знаешь об этом блохастом?
— Достаточно. Он никогда не давал повода, чтобы я усомнилась в его верности, так что, пожалуйста, давай вернёмся к теме, — я нервно сглотнула и окинула взглядом каюту, не решаясь продолжить. Так страшно услышать что-то плохое, когда понимаешь, что это неизбежно, но тебе необходимо знать. То, что ранит тебя в самое сердце. То, после чего твой мир изменится навсегда... Я встретилась взглядом с выжидающим моего вопроса братом, — Расскажи, пожалуйста, о войне на севере.
— Волнуешься о короле Нобелуса? Что ж, ладно, вижу же, что глаза на мокром месте. Я понял, что ты беглая принцесса, ещё в башне, но, как уже не раз тебе говорил, меня это не волнует. Если не растекаться мыслью по древу, то после твоего исчезновения там начался полнейший бардак. Брентор как с ума сошёл. Королевские дела пустил на самотёк. Не знаю, он такой стал от того, что потерял тебя, или из-за того, что потерял возможность укрепить своё правление с твоей помощью. Мои доверенные лица, будучи в замке, рассказывали, что король постоянно твердил: «виноват Валод» и «чёртовы эльфы-колдуны».
Мне стало нехорошо. Слова Альфреда звучали каким-то далёким эхом, но я продолжала их воспринимать. Получается, я предала человека, который меня воспитал? Который заменил мне отца? Он ведь так боялся, что со мной что-то случится, а я взяла и бесследно пропала. Дала пищу его страхам, подтолкнула его к сумасшествию, разбередила старые раны. Отец точно подумал, что потерял меня как и мать из-за эльфов-магов...
Глаза наполнились слезами, но руку тотчас крепко сжали, не давая мне утонуть в самобичевании.
— Возьми себя в руки, Фел, ты ни в чём не виновата. Ни ты, ни эльфы, что как-то умудрились выжить на территории вашего королевства. Брентор просто выбрал то, во что удобно верить. Ему проще было найти виноватого и заявить, что тебя похитили, нежели постараться докопаться до правды. Даже просто предположить, что ты могла сбежать сама.
— Похитили? Валод? Но ведь если бы это была правда, были бы выдвинуты условия на обмен.
— Конечно, даже ты сразу пришла к пониманию этого момента. Неимоверное количество писем со стороны короля Валода о том, что ничего подобного он и помыслить не мог, не помогло. Король Нобелуса начал обвинять всех вокруг и грозиться войной Валоду. Хотя какая ещё полномасштабная война для королевства, в котором того и гляди вспыхнет гражданская? За эти годы притеснения магов и всех хоть как-то связанных с ними людей на территории Нобелуса ещё более ужесточились. Ты даже не представляешь, сколько было брошено в тюрьмы и сожжено на кострах. Естественно, далеко не все поддерживали подобную политику короля, недовольство людей росло, они начинали браться за оружие. Но всё это лишь подливало масла в огонь, волнения жестоко подавлялись, что, в свою очередь, рвало твоё королевство всё больше... Точно лоскутное одеяло.
В это я могу поверить. В бытность наёмницей мне пришлось постоянно бывать в пограничных городах и селениях. Там было всё больше разговоров и сплетен о том, что в столице и крупных городах творится какой-то беспредел. Публичные казни на месте без разбирательств сделали своё дело и заставили даже тех, кто слепо поддерживал Брентора, задуматься. В их сердца проникли страх и сомнение. Кто может гарантировать, что они не отправятся на костёр следующими? Когда это всё докатилось и до приграничных земель, неудивительно, что они взбунтовались.
Тяжко вздохнув, я высвободила свою руку и, выравниваясь, принялась тереть виски, пытаясь прогнать тревогу и собраться.
— Так, с Нобелусом в принципе понятно. Надеюсь, до настоящей войны не дошло, пока я здесь? И откуда у вас появился Лонвэй? Я ведь правильно понимаю, что башня, где ты меня учил, была на территории замка в Валоде? Да и те документы с королевскими печатями в твоей комнате...
Маг наклонился ещё ближе ко мне, мгновенно переключаясь с серьёзного тона, сладострастно шепча:
— Лонвэй? Я заметил, как ты на него смотрела, когда они вломились к нам с Рией. Неужели он был лучше меня?
Я отшатнулась от него в смущении и возмутилась:
— Альфред, не уходи от вопросов и не фантазируй. С Лонвэйем мы были... Друзьями. Так что там касательно его появления?
Он недовольно отвернулся в сторону, поправляя чёрные пряди за острые уши. Небольшие серьги маняще блеснули, а эльф спокойным тоном продолжил:
— Если бы ты действительно была дочерью короля Брентора, то Лонвэй приходился бы тебе двоюродным братом. Может помнишь историю, что правящая королевская семья Валода вскоре после разделения на два королевства пропала вместе с ребёнком? Ну так вот, ребёнок оказался жив и, как ты понимаешь, история там весьма запутанная. Но я не имею права её рассказывать, может, когда-нибудь сама спросишь у своего «друга». Однако один факт остаётся фактом в любом случае: Лонвэй — полноправный наследник Валода. Моя сестра — Илларинария, была там придворным магом около трёх лет, она-то и помогла ему взойти на трон. Сопоставила все имеющиеся сведения, докопалась до правды и отыскала истинного наследника, — в голосе Альфреда мелькнула нотка гордости.
— Погоди, но там же был король. Тот, кто, как ты сказал, писал письма королю Брентору, что не причастен к моему исчезновению... — я была крайне удивлена. Да, я слышала о поисках наследника Валода. Но всё же... Лонвэй...
Альфред усмехнулся:
— Если бы король Валода нашёл Лонвэя первым, от твоего друга и могилки бы не осталось. Кто, думаешь, причастен к трагедии, случившейся с королевской семьёй? Кто так удачно избавился от законного правителя и его супруги, собственной сестры, и захватил власть? Лонвэю крайне повезло, что Рия оказалась расторопнее всех королевских ищеек. Когда она представила истинного наследника трона Лонвэя, король уже ничего не мог поделать — слишком поздно осознал, что Рия перетянула всю знать на свою сторону. А после и правда о случившемся с его племянником вынудила покончить с собой. Всё, лишь бы не представать перед судом. А может совесть замучила, кто знает? Всё-таки ему бы и так грозила смертная казнь, так что... Без разницы.
Услышанное о действиях Илларинарии вынудило меня больше зауважать её. Не совсем понятно, что там произошло, но то, что человек хладнокровно уничтожил семью своей сестры, искал чудом спасшегося племянника, лишь бы избавиться от любой угрозы своей власти, меня поразило до глубины души. И у этого мерзавца практически всё получилось... Если бы не появилась амбициозная Рия.
Брат смочил горло чаем и продолжил, поднимая палец вверх и привлекая моё внимание:
— Кстати, произошедшее в Валоде значительно повлияло и на Нобелус, точнее, на действия короля. Твой названый отец решил, что это заговор, и скоро эльфы захватят и его королевство. Сначала тебя «похитили», потом «убили» короля Валода, значит и ему недолго осталось. Только вот вместо эльфов с вражеского Валода начали вспыхивать бунты крестьян в Нобелусе. Помимо этого безумия с постоянной травлей магов хватало и иных причин для недовольства. Кто-то был возмущён высокими налогами, кто-то — постоянной жизнью в страхе. Ну и, конечно же, многие не желали воевать со своими собственными родственниками. В общем, причины разные, но бунт один.
— Неужели всё так... — моих губ слегка коснулся палец эльфа, вынуждая замолчать. Но мне было так тревожно. Я только отвлеклась на историю Лонвэя и понадеялась, что всё в Нобелусе как прежде.
— Дослушай и не перебивай, Фел, — рука эльфа опустилась, а я застыла, не зная, как найти в себе силы справиться с услышанным. — Ты уже взрослая девочка, должна понимать, что сколько ни накрывай котёл с кипящей водой, он сорвёт крышку, либо разорвёт сам котёл. Людям нужно было найти выход их злости, их недовольству, вырваться из беспросветного безумия. А Лонвэю было больно на это смотреть. Мало того, что страдали такие же люди, многие из которых связаны кровными узами с его подданными. Он понимал, что безумие короля Брентора не ограничится Нобелусом. Что само существование благополучного Валода для него было угрозой. И Лонвэй решил, что нужно что-то сделать. Пока есть, что спасать. Я поехал к отцу, чтобы рассказать о сложившейся ситуации и спросить совета, а они...
Альфред замялся и не договорил.
— Я не понимаю! Скажи нормально, хватит мямлить!
— Лонвэй и Рия пришли к решению, что нужно захватить Нобелус, пока от него осталось хоть что-то. Пойми, Фел, это наиболее приемлемое, хоть и сложное решение. Неожиданно напасть первыми, а не ждать и смотреть, когда этот бардак перекинется на твои земли. Как я уже сказал, там ведь есть и наши люди, мы должны защитить и их. Тем более, что, утопив бунты в крови, Брентор бы только более уверился в своей правоте и не остановился бы перед зачисткой от «неверных» и Валода.
— Что?! Напасть?
У меня, казалось, занемели руки от неожиданности и шока. Война? Получается, Брентор не просто так боялся? Значит там будет война? Лонвэй захватит моё королевство? Убьёт короля Нобелуса... Не верю...
В этот момент зашёл Винсент с подносом, которого я почти не заметила за слезами, собравшимися на глазах. Увидев меня чуть ли не плачущую, юноша поставил поднос и подбежал, обнимая и утешая.
Альфред вновь замялся, пытаясь подобрать слова:
— Это будет правильно, Фел. Ты же сама понимаешь, что раньше земли Валода и Нобелуса были единым королевством, впоследствии разделённом братьями. Ты даже не наследница Нобелуса, выходит, Лонвэй — единственный законный правитель всех этих земель. Да и наступления ещё нет, войска пока стягиваем. Я же сказал, что приехал к отцу, чтобы обсудить кое-какие детали, а по моему возвращению всё и начнётся.
Но... но... Ведь начнётся. Всё решено. Хоть я и пыталась себя мысленно подготовить к чему угодно, но почему же так больно? Обнимая Винсента в ответ, я всячески старалась сдержаться, чтобы не разреветься как дура. Просто я не была готова, что это всё свалится на меня как громадный снежный ком. Так много информации. Я и рада была за Лонвэя. Надо же, стал королём. В то же время... Он ведь не знал, что я на самом деле не наследница Нобелуса. Никто, кроме меня, не знал этого. Да и то, когда я об этом достоверно узнала? Уже в Авкавероне. То есть он решил пойти войной на королевство, зная, что его принцесса жива? Зная, что это я.
Было мучительно больно от одной мысли в таком ключе. Альфред верно говорит, я и сама понимала, что творится неладное, но война... Неужели она так необходима? Можно ли это считать предательством? Не думала, что Лонвэй способен на такое. Я выпуталась из рук Винсента и посмотрела на Альфреда:
— Тогда отец, король Нобелуса, жив? Вы же оставите его в живых?
Эльф опустил глаза, будто искал подсказку. Но, похоже, не нашёл. Аккуратно подсев ко мне, он взял меня за руку и посмотрел в глаза. Слишком серьёзно и слишком иначе:
— Фелис, помни, пожалуйста, что произошло не так давно в Авкавероне. И держи это как можно крепче. Ты обрела кое-что настоящее. Так что отпусти прошлое и не хватайся за него. В Нобелусе всё очень сложно. Я сочувствую Лонвэю и сестре, потому что им предстоят суровые испытания в попытке преодолеть этот хаос.
Слёзы всё равно покатились из глаз, я сильнее сжала руку брата:
— Если бы я не убежала, возможно, не было бы причин для войны. Я всё рушу... Мой уход подобно снежному кому, который вот-вот накроет лавиной всё королевство, погребёт его заживо...
— Перестань, Фел, если бы ты не сбежала, то сейчас бы была замужем за каким-то сомнительным типом в лучшем случае. Думаешь, ты бы смогла заставить своего отца остановить уничтожение магов? Восстания крестьян тоже произошли бы рано или поздно, война за объединение королевств тоже всё равно случилась бы. Разведка не просто так там была, с каждым годом отчёты о состоянии Нобелуса становились всё хуже. И твоя сила бы проснулась тоже, хочешь ты этого или нет, и вопросы бы никуда не делись. То, что произошло, возможно, лучший исход для тебя.
— Серьёзно?! То, что меня чуть ли не убила твоя сестра, и из-за неё я стала седовласым инвалидом, это лучший исход? Если бы не друзья, я бы была юродивой слепой со сломанной жизнью, если бы вообще осталась жива! Это лучший исход?!
— Не неси чушь! Ты не знаешь наверняка, что это была она! И я исцелил тебя! Сейчас на тебе ни следа, так что забудь об этом!
Вспылив, он встал и отвернулся, недовольно уставившись куда-то в сторону и не решаясь уйти.
Мои зубы скрипели от злости. Ну никак не выходило из головы это совпадение с потерянным глазом Илларинарии и её странным поведением. Да, я не знаю причин, но всё же! У меня есть гарантии того, что она не умеет превращаться?
Я тоже вскочила и тыкнула указательным пальцем в сторону брата.
— А каковы шансы, Альфред, что она не повторит покушение, а?! Хорошо, пускай это не она, но что-то слишком много совпадений получается: у неё ранен тот же глаз, в который мне удалось вонзить кинжал волку; тогда, в твоём кабинете, она напала на меня, а потом ещё и отправила в Ахрию, как подарок тамошнему принцу! Очень мило и вообще не вызывает вопросов! Прям чувствую её сестринскую любовь! Ты можешь мне это объяснить?! Или хотя бы ответь, умеет ли она превращаться в магических животных?
Было видно, что Альфред растерялся под моим напором. В его глазах я заметила внутреннюю борьбу. Он с жаром ответил:
— Ты ошибаешься! Ты себе напридумывала ерунды! Рия закрытая и строгая, но она не плохая! Ты наговариваешь на неё!
Крикнув это, он как-то по-детски выбежал из каюты, хлопнув дверью. Меня переполнял целый сонм эмоций: злость, обида, разочарование, сочувствие и многие другие чувства. Все они спутались в комок, который подступил к горлу, мешая дышать.
Обессилев в тщетной попытке справиться со всем этим, я села на постель. Винсент легонько начал поглаживать меня по голове и спине, утешая. Хоть кто-то есть рядом и готов молча подставить плечо в трудный момент жизни, не осуждать и не задавать глупых вопросов.
Мне было жаль Альфреда, я понимала, что своими словами делаю ему больно, ведь сестра заменила ему мать, а тут я — девушка, которая ему нравится, утверждаю, что Рия совсем не такая, какой кажется. Конечно, он будет на её стороне, а не на моей, но, возможно, он хотя бы задумается. Впрочем, я уже, и сама запуталась.
Действительно, зачем ей это? Может, это действительно совпадение с глазом, а всё, что случилось потом — это банальная ревность из любви к брату. Может же быть и такое? В таком случае нехорошо получается. Нужно извиниться перед ним. Пока не докопаюсь до правды, негоже мне наговаривать на кого бы то ни было.
Медленно отстранившись от катмера, я подняла на него глаза:
— Винсент, спасибо, что ты рядом. Я очень ценю это, но сейчас мне нужно поговорить с Альфредом. Я была слишком вспыльчива, так что нужно извиниться.
Юноша с грустью смотрел, как я встаю с кровати.
— Вечно вы так, госпожа. Думаете о других, а о себе в последнюю очередь.
Перед выходом накинув плащ, я обернулась:
— Винсент, ты слишком хорошего мнения обо мне, но спасибо. Кушай, мы скоро придём и присоединимся.
***
Альфред стоял у борта корабля, опираясь на массивные деревянные перила. Придерживая голову рукой, он задумчиво смотрел вдаль. Похоже, шторм был позади, и наш корабль мирно плыл, рассекая изумрудные волны. Я подошла ближе к брату, но он не поворачивался в мою сторону.
— Прости, Альфред, я не должна была так отзываться о твоей сестре, зная, как она дорога тебе.
— Забудь, Фел. Я злюсь не на тебя, а на то, что не знаю правды. Рия сказала, что отправила тебя к умелому целителю, который знает толк в защитных заклинаниях. Беспокоясь о тебе, я согласился, ведь моя магия была бессильна... Я и подумать не мог, что всё будет как-то иначе. Поехал бы с тобой, но ситуация в королевствах... Да и Рия убедила, что всё будет в порядке. Эх, Фел... В твоих словах есть здравый смысл, и слепо откидывать их было бы глупо. Но это лишь больше запутывает всё и усложняет.
— Я же не знаю наверняка, что это она. Не хочу, чтобы ваши отношения пошатнулись из-за меня.
Вдруг он развернулся и притянул меня в объятия. Как-то неожиданно и резко.
— Не говори глупостей, если это неправда, то они никак не пошатнутся. А если ты права, то мы постараемся всё исправить. Ты ведь тоже часть нашей семьи, и отец просто так это не оставит.
Я обняла брата в ответ. Как бы хотелось, чтобы всё это действительно оказалось ошибкой, каким-то глупым стечением обстоятельств, и чтобы в конце концов всё было хорошо без всяких «но».
— Спасибо. Пойдём ужинать, Винсент нас уже заждался.
Эльф сжал меня крепче, не давая выпутаться из рук.
— Я серьёзно, Фел. Я понимаю, что раньше был довольно-таки груб по отношению к тебе, но я просто не знал, как ещё тебя обуздать. Я хотел, чтобы ты была моей без остатка. А подстраиваться под кого-то — не в моём духе. В любом случае я бы не причинил тебе вреда. Ни тогда, ни сейчас. И ты по-прежнему дорога мне, запомни, секс с другими — это просто секс, без чувств. Ты же знаешь нашу природу, и мне, и тебе нужно высвобождать эту энергию. А ты только разжигаешь во мне желание.
— Альфред, пусти, ты меня задушишь. Я верю и, как бы мне ни было обидно, понимаю. Только давай ты это будешь делать подальше от меня.
Юноша наконец-то отстранился и взял меня за плечи. Тёмные пряди, играя на морском ветру, понемногу сплетались с моими.
— Подумай, Фелис, мы ведь можем это делать вместе. И тебе не нужно будет искать ещё кого-то... Ай! Чёртово кольцо!
Отскочив на пару шагов, он начал потирать руки и укоризненно на меня смотреть.
— Не нужно было думать о похабных вещах. Мы родственники, Альфред, и это меня очень смущает. Я не хочу переступать черту, но я тебя услышала.
— Уж точно лучше, чем ничего. Пойдём к твоему питомцу.
***
Мы поели и за чашкой свежего ароматного чая с успокоительными травами принялись обсуждать, что нам предстоит в ближайшее время. В первую очередь хотелось отвлечься, притвориться, что услышанное не столь давно — просто дурной сон. Во-вторых, возвращались мы с Альфредом. Брат весьма дерзкий, чем-то похож на короля Ахрии, так что с этим точно могут возникнуть проблемы.
— Альфред, я понимаю, что у тебя вспыльчивый характер, но король Ахрии тоже не подарок. Очень любит пользоваться своей властью. Пусть он и может производить обманчивое впечатление, но он не дурак. Не хочу, чтобы конфликт между королевствами вспыхнул из-за глупых перепалок. Понимаешь?
— То есть ты мне предлагаешь просто слушать всю возможную грязь, которую могут лить на меня или тебя? Я вполне способен красиво поставить на место слишком много о себе мнящих личностей. Ты недооцениваешь меня, Фел.
Долив себе ещё чаю, я горестно вздохнула, присаживаясь на место.
— Не сомневаюсь. Однако не думаю, что эту способность высоко оценят при дворе, так что, пожалуйста, потерпи один вечер. Я получу деньги, и мы сразу уйдём в какую-нибудь таверну в городе. Там и обсудим дальнейшие планы. Что касательно тебя, Винсент, — повернулась я к катмеру, — как только будет решён вопрос с ошейником, ты будешь волен делать всё, что тебе заблагорассудится. Ты мне не раб.
Катмер чуть ли не выронил чашу из рук. Хоть и слышал это от меня не раз, но было заметно — всерьёз не воспринимал. Непонятно, на что он рассчитывал. Я не собираюсь подвергать его опасности в грядущем путешествии или продолжать играть роль госпожи.
— Госпожа! Я не оставлю вас, я хочу пойти с вами. Поверьте, я буду полезен. Хоть я и не владею магией, но хорошо ориентируюсь на местности, и моя слюна имеет целебные свойства, а ещё ловкий и...
Альфред скривился, выслушивая такой список полезностей. Я перебила катмера, взяв его за руку. Выглядел он крайне растерянным.
— Винсент, я желаю тебе только добра. Ты и так немало сделал. Мне не хочется тобой рисковать. Я и себя не всегда могу защитить, не то что кого-то, — он хотел было что-то сказать, сжав мою кисть крепче, но я настойчиво продолжила: — Если ты так настаиваешь, то мы вернёмся к этому разговору позже, а пока подумай, может, всё же спокойная жизнь лучше?
Юноша стих и увёл глаза в сторону, явно глубоко о чём-то задумавшись. Тонкие пальцы выскользнули из моей хватки.
После разговоров Альфред решил не терять времени и взялся обучать меня использованию щитов для защиты своих мыслей и памяти от чтения. Да, как оказалось, для этого нужно было использовать вариацию хорошо известного мне базового заклинания. Пусть в каюте и было тесновато, но для проверки моих умений и исправления пробелов в познаниях — достаточно. Всё-таки главное желание.
Винсент решил остаться и посмотреть в надежде уловить и для себя что-нибудь полезное. Хотя что катмер, не владеющий магией, может вообще понять в этом всём, для меня оставалось загадкой.
День пролетел быстро и без происшествий. Скорее всего из-за занятий мы не заметили течения времени. Недолго думая, решили поужинать, а то мало ли как пойдут дела во дворце. Дело-то уже сделано, так что Ланшерр может и кусок хлеба для меня пожалеть. Кто его знает.
Спустя два часа нас в спешке высадили у знакомого скалистого берега.