Полночь

Сидя в кресле в темной комнате третьего этажа и склонившись к окуляру телескопа, Сэм Букер изучал служебный двор похоронного бюро Каллана. Ветер, стучащий в окно и раскачивающий деревья, почти унес из города туман, оставив на улицах лишь его обрывки. Фонари возле бюро были погашены, и в темноте был различим свет, пробивающийся сквозь опущенные жалюзи. Несомненно, там, в крыле, где находился крематорий, кипела работа, жгли трупы погибших в "Ков-Лодже".
Тесса устроилась на краю кровати, позади Сэма, и гладила Муза, положившего голову ей на колени.
Рядом в коляске сидел Гарри. При свете карманного фонарика он изучал тетрадь, в которую записывал свои наблюдения за необычными событиями, происходившими в последнее время возле похоронного бюро.
- Первый случай- покрайней мере из тех, что я заметил, - произошел ночью 28 августа,- рассказывал Гарри. - Было двадцать минут двенадцатого. Они привезли сразу четыре трупа, использовали катафалк и машину "скорой помощи". Машины сопровождала полиция. Тела были упакованы в пластиковые мешки, поэтому я ничего не могу о них сказать, но полицейские, санитары и служащие морга были явно чем-то... встревожены. Это было написано на их лицах. Они боялись чего-то. Они то и дело озирались, оглядывали окрестности, словно опасались, что кто-то увидит, чем они занимаются. Это ведь странно, не правдо ли? Они же занимались своим обычным делом. Так вот, позже я прочитал в местной газете о семье Майзеров, погибшей в огне, и понял, кого привезли той ночью в похоронное бюро. По моим предположениям, они вовсе не сгорели при пожаре, так же как причиной смерти вашей сестры было совсем не самоубийство.
- По всей вероятности- нет,- сказала Тесса.
Не отрываясь от телескопа, Сэм заметил:
- Майзеры фигурируют в моем списке. Этот несчастный случай всплыл, когда расследовали дело Бустаманте- Санчеса.
Гарри прокашлялся и продолжал:
- Через шесть дней, третьего сентября, в морг вскоре после полуночи привезли еще два трупа. На этот раз это выглядело еще более дико, так как их доставили не на катафалке и не на "скорой помощи". Две полицейские машины заехали задним ходом во двор бюро, и из них выгрузили тела, завернутые в окровавленные лохмотья.
- Вы сказали- третьего сентября?- переспросил Сэм.- В моем списке нет никого на эту дату. Санчес и Бустаманте погибли пятого сентября. Свидетельств о смерти с датой третье сентября не выписывалось. Значит, они скрыли этот случай со смертельным исходом.
- В местных газетах не было в эти дни никаких сообщений о чьей-либо смерти,- добавил Гарри.
- Кто же они- эти двое?- спросила Тесса.
Возможно, это были приезжие, которых угораздило остановиться на ночлег в Мунлайт-Кове и которые попали в какую-то ловушку,- предположил Сэм. - Смерть этих людей можно было скрыть, никто не смог бы узнать, где они погибли. Для всех, кто этим заинтересовался бы, они просто исчезли где-нибудь в пути.
- Тела Санчеса и Бустаманте привезли ночью пятого числа,- читал по тетради Гарри. - Затем, седьмого сентября, появилось тело Джимса Армса.
- Но Армс, судя по бумагам, исчез в море. - Сэм оторвался от телескопа и взглянул на Гарри.
- Они привезли его тело в морг в одиннадцать часов вечера. - Гарри наклонился над тетрадью. - Жалюзи на окнах были подняты, и я мог заглянуть в зал морга и видеть все так же ясно, как вижу в этой комнате. Я видел тело... это было кровавое месиво. И лицо тоже было все изуродовано. Через пару дней, когда в газете сообщили об исчезновении Армса, я понял, что именно его отправили в печь крематория той ночью.
Спальня была окутана мраком, лишь тонкий луч фонарика освещал страницы открытой тетради. Белые листы, казалось, сами излучали свет, словно Гарри держал в руках священную- или демоническую- книгу.
Свет, отраженный белыми страницами, лежал причудливым отблеском на лице Гарри, делая его старше, чем он был на самом деле. Каждая морщина на этом лице несла память о пережитых минутах отчаяния. У Сэма старый солдат вызывал глубокую симпатию. Вовсе не жалость. Разве можно испытывать жалость к человеку, проявившему такую силу воли? Зато Сэму бросались в глаза горечь и одиночество замкнутого мира, в котором жил Гарри. А соседи? Хороши, нечего сказать. Что им стоило поделиться хоть частью их семейного тепла с Гарри? Пригласить иногда на ужин, на какое-нибудь торжество. Это ведь они виноваты в том, что он избрал такой замысловатый способ участия в жизни общества. Сэма доводила до отчаяния мысль о разобщенности людей, об их неспособности преодолеть эту отчужденность. С горечью он вспомнил о неладах с сыном, и еще одна боль стала саднить его душу.
Общаясь к Гарри, Сэм сказал:
- Так вы сказали, что вместо тела Армса увидели кровавое мессиво?
- Оно все было изрезано, исполосовано.
- То есть он не утонул?
- Утопленники выглядят пр-другому.
- Исполосовано... вы именно это хотели сказать? - спросила Тесса.
Сэм понял, что она вспомнила о людях, крики которых она слышала в мотеле, и о своей сестре.
Гарри помолчал, затем заговорил:
- Знаете, я видел тело этого несчастного, распростертое на столе в морге, за несколько минут до того, как его отправили в печь. Он был... выпотрошен. Почти обезглавлен. Страшно... растерзан. Он выглядел так, словно подорвался на противопихотной мине и был разорван на куски ее осколками.
Некоторое время они сидели молча, осозновая весь ужас картины, открывшейся тогда перед взором Гарри.
Один Муз казался невозмутимым. Тесса гладила его за ушами, он тихо урчал от удовольствия.
Иногда совсем неплохо быть одним из "братьев наших меньших", подумал Сэм. Жить, как подсказывают органы чувств, ни о чем не задумываться. Или взять тот же компьютер- другую крайность... совершенный электронный мозг, холодный расчет, и никаких тебе чувств. Никто, кроме людей, не несет на себе двойное бремя интеллекта и чувств, это страшно усложняет жизнь; вы либо постоянно думаете о своих чувствах вместо того, чтобы действовать инстинктивно, либо стараетесь понять, какое чувство вы должны испытывать в данной ситуации. Ваши мысли и суждения неизбежно окрашены эмоциями- причем некоторые из них находятся на уровне подсознания, и вы не можете даже до конца понять, почему вы приняли то или иное решение, так или иначе поступили. Чувства затуманивают ваш разум, но если вы попытаетесь разобраться в них, то они ускользают от вас. Глубоко чувствовать и одновременно ясно мыслить- это то же самое, что проехать на одноколесном велосипеде по проволоке, натянутой на головокружительной высоте, да еще при этом жонглировать шестью гимнастическими булавами.
- После газетного сообщения об исчезновении Армса,- продолжал Гарри,- я ждал опровержения, но его не было. Тогда-то я и начал понимать, что странные события в похоронном бюро Каллана не просто странные, а связанны с какими-то темными делами. И полицейские тоже приложили к ним руку.
- Паула Паркинс тоже была разорвана на куски,- вспомнил Сэм.
Гарри кивнул.
- Предположительно, своими собственными доберманами.
- Доберманами?- переспросила Тесса.
Во время их разговора в прачечной Сэм рассказал ей, смерть ее сестры была лишь одним звеном цепи загадочных самоубийств и смертей в результате несчастных случаев, но в детали он не вдавался. Теперь он коротко поведал ей историю смерти Паркинс.
- Конечно, ее собаки тут ни при чем,- согласилась Тесса. - Она погибла, когда на нее напали те, кто убил Армса и моих соседей по этажу в "Ков-Лодже".
Гарри Талбот впервые слышал о трагедии в мотеле. Сэму пришлось рассказать ему об этом и о том, как они с Тессой встретились в прачечной.
На лице Гарри застыло странное выражение. Обращаясь к Тессе, он сказал:
- Э-э... а вы не разглядели, как выглядели эти существа? Может быть, хоть краем глаза?
  - Я видела только ступню одного из них через щель под дверью.
  Гарри начал фразу, оборвал ее и замолчал, погрузившись в какие-то свои размышления.
  Он что-то знает, подумал Сэм. Он знает что-то, чего не знаем мы.
  По какой-то причине Гарри не был готов поделиться тем, что он знал, поэтому он вновь обратился к чтению вслух записей из своей тетради.
  - Через два дня после смерти Паулы Паркинс в морг привезли еще одно тело, это было в половине десятого вечера.
  - Одиннадцатого сентября?- спросил Сэм.
  - Да.
  - Свидетельство о смерти с такой датой нет.
  - В газетах тоже ничего не было.
  - Продолжайте.
  Гарри перешел к следующему случаю:
  - Пятнадцатого сентября...
  - Это были Стив Хейнц и Лаура Далко. Предположительно, он убил ее, затем застрелился сам,- перебил Сэм. - По всей вероятности, мы должны были проверить, что произошла ссора между любовниками.
  - Еще одна поспешная кремация,- отметил Гарри,- а двумя днями позже два новых трупа были доставлены в морг после часа ночи, когда я уже собирался ложиться спать.
  - Никаких официальных данных об этих людях,- сказал Сэм.
  - Возможно, опять случайные приезжие, свернувшие с автострады, чтобы поужинать? - предположила Тесса. - Или кто-нибудь из жителей округа, проезжавших по загородному шоссе?
  - Они вполне могли быть местными жителями,- заметил Гарри. - Я имею в виду тех, кто не живет постоянно в городе, у кого нет своего жилья. Такие люди приезжают, уезжают, и если вы сочините, что кто-то из них внезапно уехал на заработки, то их соседи вам запросто поверят.
  Либо эти соседи уже принадлежат к "обращенным" и сами учавствуют в сокрытии преступлений, подумал Сэм.
  - Затем ночь двадцать третьего сентября,- читал Гарри по своей тетради. - Должно быть, это было тело вашей сестры, Тесса.
  - Да.
  - К тому времени я уже понял, что необходимо сообщить кому-нибудь об увиденном мной. Кому -нибудь из властей. Но кому? Я не доверял местным властям, так как видел полицейских, доставлявших трупы, о которых не было потом никаких упоминаний в газетах. Сказать шерифу нашего округа? Но он скорее поверит Уоткинсу, чем мне, разве не так? Черт возьми, люди думают, что у инвалидов все немножко не в порядке- не в порядке с головой, я имею в виду, что они почему-то путают физические недостатки с недостатками умственными, путают не всегда осознанно, допускают, во всяком случае, такую мысль. Отсюда предубеждение, отсюда высокая вероятность того, что мне не поверят. И кроме того, согласитесь, сам рассказ звучал бы дико- какие-то мертвые тела, тайные кремации... - Гарри помолчал, нахмурился. - И то, что я - ветеран, имею награды, это тоже для них не причина, чтобы мне верить. Война давно кончилась, для многих это уже история. На самом деле... они наверняка повернули бы дело так, что оказалось бы- во всем виновата война. Они называют это "вьетнамский синдром", послевоенный стресс. У бедного старого Гарри шарики за ролики зашли- разве не видно?- от этой ужасной войны- вот что они сказали бы.
  Все это Гарри говорил спокойно, без надрыва. Но слова, произнесенные им, были словно поверхность воды, под которой скрываются глубины,- для Гарри это были глубины боли, одиночества, отчужденности.
  Когда он снова заговорил, стало заметно, как он волнуется, несколько раз голос его срывался:
  - И еще я должен признаться, что одной из причин моего молчания был... страх. Я не понимал, черт побери, что происходит. Я не знал, какие ставки в этой игре. Они вполне могли заставить меня замолчать, просто сунули бы в печь крематория в одну из ночей. Вы думаете, если я потерял на войне ноги-руки, то мне уже нечего терять? Но это не так, совсем не так. Для меня жизнь, возможно, даже дороже, чем для целых и невредимых, вот так. Мое неподвижное тело сковало меня, я провел последние двадцать пять лет вне круговорота жизни и имел достаточно времени для того, чтобы полной мерой познать мир, его красоту и сложность. В конце концов мои увечья привели меня к тому, что я стал гораздо больше ценить жизнь, любить ее. Поэтому я боялся, что они придут ко мне и убьют меня, я не решался рассказать об увиденном. Боже праведный, если бы я заговорил раньше, если бы я раньше связался с ФБР, возможно, удалось бы спасти жизни многих людей. Возможно... удалось бы спасти вашу сестру.
  - Не терзайте себя,- сразу же сказала Тесса. - Если бы вы поступили по-другому, вас бы, несомненно, уже превратили в пепел в крематории Каллана, а затем развеяли бы по ветру. Судьба моей сестры была предрешена, вы ничего не могли изменить.
  Гарри кивнул, затем выключил фонарик, комната погрузилась в темноту, он явно не дочитал свои записи в тетради. Сэм догадался, что благородный душевный порыв Тессы вызвал у Гарри слезы, и он не захотел, чтобы их увидели.
  - Двадцать пятого,- продолжал Гарри, не заглядывая в тетрадь,- в четверть одиннадцатого в крематорий было доставлено еще одно тело. Странно было то, что на этот раз оно было превезено не на катафалке, не на полицейской машине и не на машине "скорой помощи". Труп привез Ломен Уоткинс...
  - Это начальник местной полиции,- объяснил Сэм Тессе.
  - ...но он приехал на своей личной машине и был одет в гражданскую одежду,- продолжал Гарри. - Они выгрузили тело. Оно было завернуто в одеяло. Жалюзи в ту ночь так же были подняты, и я мог все ясно видеть в телескоп. Я не узнал, кто это был, зато состояние, в котором находилось тело, было мне уже знакомо- то же самое я видел, когда привезли Армса.
  - Он был разорван в клочья?- спросил Сэм.
  - Да. Затем в город приехала бригада из ФБР по поводу дела Бустаманте-Санчеса. Когда я прочитал об этом в газете, я воистину испытал облегчение, так как надеялся, что все тайное станет явным и мы наконец-то получим объяснение случившемуся. Но вскоре в крематорий Каллана привезли еще два мертых тела. Это было ночью четвертого октября...
  - Наша бригада в тот момент была в городе,- удивился Сэм. - Это была как раз середина срока их командировки. За все время их пребывания в городе не выписывалось ни одного свидетельства о смерти. Так вы говорите, что это произошло у них под носом?
  - Ну да. Мне даже не надо уточнять по тетради, я помню эти события совершенно отчетливо. Трупы привезли на прицепном фургоне, принадлежавшем Ризу Дорну. Это местный полицейский, но в ту ночь он был без формы. Они забросили трупы в крематорий, сквозь жалюзи я видел, как они засовывали в печь сразу оба тела. Они страшно спешили. Затем седьмого октября вновь была суматоха возле похоронного бюро, но ночью был густой туман, и я не могу ручаться, что это было связано с новыми жертвами. И наконец... нынешняя ночь. Труп ребенка. Маленького ребенка.
  - Плюс еще двое убитых этой ночью в "Ков-Лодже",- добавила Тесса. - Всего получается двадцать две жертвы, а не двенадцать, из-за которых приехал Сэм. Этот город превратился в настоящую бойню.
  - Жертв можеть быть даже больше, чем мы думаем,- сказал Гарри.
  - Как это?
  - Учтите, что я наблюдаю за этим местом отнюдь не каждый вечер, а если и смотрю туда, то лишь время от времени в течении вечера. Кто знает, сколько еще случаев я упустил из виду, сколько мертвых тел превратилось в пепел, когда я не смотрел в ту сторону.
  Обуреваемый мрачными мыслями, Сэм снова приник к окуляру телескопа. Служебный двор похоронного бюро был темен и пустынен. Он медленно поворачивал телескоп вправо, просматривая участок к северу от крематория.
  - Но зачем этих людей убивали?- спросила Тесса.
  Никто не мог ей ничего ответить.
  - И кто их убивал?-  задала она еще один вопрос.
  Сэм оглядел кладбище на улице Конкистадоров, затем решительно вздохнул, поднял голову и рассказал им о своих приключениях на Айсберри-уэй.
  - Я подумал, что это могли быть ребята, хулиганы, но теперь я полагаю, что мне попались те же существа, которые убили соседей Тессы в "Ков-Лодже", те же существа, которых она мельком разглядела через щель под дверью.
  Он почувствовал, как Тесса содрогнулась от ужаса, задав вопрос:
  - Но кто же они такие?
  Гарри Талбот раздумывал. Наконец он решился:
  - Они- "призраки".