Глава IX
Начало
Омбро
Разговор с Кеваром оказался не таким удачным, как он ожидал. С другой стороны, сложно было рассчитывать, что парень сразу проникнется идеями Храма, и уж тем более, что он спокойно воспримет новость о втором существе, живущем в теле, которое он привык считать своим собственным.
Зато теперь, когда Аргомантис надолго ушел в себя, у Омбро появилась возможность без опаски взять на себя полный контроль над телом. Трудно, конечно, сказать, когда Кевар вернется в адекватное состояние, но Омбро рассчитывал хотя бы на пару недель свободы – тогда он успеет без лишних проблем осуществить последний этап первого витка игры.
Не без усилия он вынырнул на поверхность из убежища, оставив Кевара, свернувшегося калачиком, лежать там, в кресле. Даже укрыл его пледом.
Омбро приоткрыл глаза; снаружи было светло. Ему было непривычно видеть окружающий мир без красноватых оттенков визоров, поэтому поначалу яркий свет причинял сильную боль.
Он осторожно скосил глаза вправо – Сессилия сидела всё в том же кресле и пристально всматривалась в его лицо. Омбро неплохо разбирался в лицевой экспрессии, бегло определил ее выражение лица и понял, что она не на шутку встревожена, хотя очень старается это скрыть.
- Привет, Сесси. Долго меня не было?
- Привет, Кев. Два часа сорок три минуты. Как ты? Что-нибудь вспомнил?
- Вообще ничего. Кажется, это безнадежно.
- Как ничего? А как же стена, ты же ее сломал, ты же попал в свои воспоминания!
- Стена? Какая стена? У меня такое ощущение, что я просто проспал все это время.
- Странно... Такого не должно быть! Всё же получилось, ты мне сам об этом говорил.
- Не помню, - Омбро старательно играл роль Кевара, изображал частичную амнезию и рассеянность. Потряс головой, неуверенно сел на кушетке, попытался даже продемонстрировать опечаленное выражение лица, но с непривычки в управлении собственными лицевыми мышцами у него получилось лишь жалкое подобие эмоции, - я лучше пойду. У меня дела.
- Какие дела? Ты же решил отдохнуть, отвлечься от всего этого дурдома.
- Я передумал. Ладно, мне действительно пора, - Омбро встал и пошел к выходу, немного пошатываясь с отвычки. Почти всю жизнь он находился внутри космокостюма с его усиливающими движения микромоторными суставами, и теперь, впервые за многие годы двигаясь самостоятельно, он испытывал дискомфорт. Слабые человеческие ноги, тоненький стержень позвоночника, держащий все тело. Чувство незащищенности – вот что всегда роднило обоих жителей тела. Кстати, тела кого? Омбро задумался. Это тело объединило в себе две судьбы одного человека или два независимых разума – неважно, чье же оно? Когда вернется Кевар, они будут учиться совместному управлению организмом, и им наверняка придется придумать какое-то общее самоопределение. И правда, времена Омбро, тени, прошли – он уже больше никогда не будет тенью. Да и Кевар уже вряд ли будет прежним. Впрочем, им это предстоит обсудить потом.
Омбро холодно и поспешно попрощался с Сессилией, вышел из квартиры и по унылому коридору направился к остановке общественного транспорта, прилепившейся к стене здания-шара. Что Омбро всегда раздражало в Кеваре, так это его чрезмерная осторожность. Аргомантис боялся водить летающие машины, кроме, разве что, безднолетов. И то без вмешательства Омбро порой не обходилось. Так что и в этот раз невольный компаньон прилетел сюда не на личном космобайке, а в консервной банке общественного летающего трамвая. А вот что Омбро ненавидел всей душой, так это толчею в транспорте. Если бы не соображения конспирации, он бы голыми руками передушил всех этих мерзких уродов, так и норовящих зажать, вытолкнуть, наступить на ногу и обругать.
Но, в то же время, вспоминая давние годы учебы в интернате, когда Омбро порой приходилось брать под контроль тело, в памяти тут же всплывал образ узкой улочки, покрытой булыжной мостовой, и старый красный трамвай, плывущий над ней. Ранний летний вечер, фонари уже зажглись, а вдали грохочет гром и уже пахнет приближающимся июньским ливнем. Влажный асфальт, свежий воздух смешиваются с запахами трамвая: немного пыли, немного мазута и озона от двигателей. Омбро сидит в трамвае, на скамейке, покрытой потрескавшейся от времени искусственной кожей, на последнем ряду. Кроме него пассажиров в единственном вагоне нет. Старые лампы, так им любимые, с мягким теплым светом, вычерчивают за окном причудливые тени, и мысли витают где-то далеко, в фантастических приключениях и вольной свободной жизни космических пиратов...
Он резко оборвал поток воспоминаний. Еще чего не хватало! Так можно по-настоящему стать размазней вроде Кевара. Видимо, эта зараза передается через общее тело, подумал Омбро и зло усмехнулся абсурдности своего предположения.
Перед входом на остановку он активизировал космокостюм. Не свой, конечно, а Кевара. Ему еще предстояло доиграть эту роль до конца, так что на время придется забыть про такую привычную и, главное, эргономичную собственную броню. Когда маска закрыла лицо, Омбро поначалу с облегчением выдохнул, но тут же вынужден был зажмуриться. Голубой оттенок визоров жутко резал глаза, моментально вызывая сильнейшую головную боль. С трудом перебарывая пульсацию в мозгу, Омбро принялся копаться в настройках компьютера, пока не нашел нужное меню. Мерзкий холодный свет сменился привычным красным, и мигрень тут же отступила.
Странная слабость немного раздосадовала Омбро, но он привычно восстановил душевное равновесие дыхательными упражнениями, которым его обучили в Храме. Что ж, красные визоры так красные. Мало кто вообще обращает внимание на такие мелочи.
Над столицей медленно сгущались сумерки, искусственное солнце тускнело, над озером поднимался густой туман. К комплексу зданий, заселенных семьями полицейских и военных, Омбро добрался уже затемно. Пустые узкие улицы, пронизанные туманом, петляли среди мрачных бетонных коробок, заводя его в унылый лабиринт типового жилья.
Он шел уверенно, чеканя шаги по мостовой. Омбро знал, куда идти –Теманов сам не раз говорил Кевару, где именно он живет. Тридцать седьмой дом, пятый подъезд, восемнадцатый этаж, отсек восемьсот сорок один. Омбро позвонил в дверь.
Капитан, не смотря на поздний час, был в полной амуниции, только без маски – значит, все же решил лететь на Фрактуру сразу, без задержек.
- Кев, что ты тут делаешь? – удивился Джуджур, - и что у тебя с визорами? От недосыпа глаза покраснели?
- Я передумал. Не могу сидеть без дела, это просто невыносимо. В голову лезут всякие мысли... Мне правда нужно что-то делать, чем-то помочь.
- Хочешь полететь со мной на Фрактуру, что ли?
- Да. На самом деле я кое-что важное забыл тебе рассказать.
- И что же?
- Дело в том, что ты без меня там ничего не найдешь. Монастырь появляется только для посвященных – во всяком случае, так мне сказали.
- Про это я в курсе, ты мне сам это рассказывал, забыл, что ли? Но я не монастырь еду смотреть. С другой стороны, ты как раз сможешь мне помочь, - задумчиво ответил Джуджур, - слушай, а можешь отключить маску? Как-то некомфортно общаться с товарищем, когда не видишь его лица.
Омбро напрягся. Во-первых, его поразило, что он не знал чего-то, что делал и говорил Кевар. Такого никогда раньше не было, и для него это оказалось ощутимым ударом: о каких еще действиях парня он не в курсе? Во-вторых, он понимал, что, хоть лицо у них с Кеваром и общее, но личность откладывает свой отпечаток – выражение лица, микроэмоции – все это могло выдать его. Впрочем, в итоге он рассудил, что Джуджур не самый хороший психолог, и вряд ли что-то заподозрит. Свернул маску и посмотрел капитану в глаза. Несколько секунд они изучали друг друга, потом Теманов сказал:
- Ну ладно, просто удостоверился, что это действительно ты. Сейчас надо быть на чеку, а еще у тебя этот непривычный цвет визоров...
- Да просто мигрень от ярко-синего света началась, красный комфортней. Сам, думаю, представляешь, как меня вымотали месяцы взаперти.
- Представляю...
На сборы у Джуджура ушло несколько минут, они вышли из квартиры.
- Кев, мне нужно заскочить ненадолго к матери с сестрой, попрощаться, оставить денег на всякий случай. Неизвестно, когда вернемся.
- Да не вопрос. Давай так: ты меня по пути закинешь в космопорт, я пока подготовлю корабль к полету и подожду тебя, - тут Омбро сообразил, что нужно успеть отключить болтливый искусственный интеллект корабля.
- Договорились.
«Эхо» одиноко стоял посреди пустого ангара, за несколько месяцев корабль покрылся тонким слоем пыли. Омбро включил компьютер и запустил проверку всех систем. Вот и назойливый искусственный интеллект не заставил себя ждать:
- Кев, ты вообще нормальный? Я тут в гибернации за столько времени чуть не свихнулся! Ты бы меня, что ли, хотя бы в аренду сдавал, раз сам прохлаждаешься по столичным кабакам, Бездна тебя подери!
- Закрой рот, железка. Сейчас я облегчу твои мучения и перекодирую твой мозговой центр.
- Что? – судя по интонации, Эхо был до крайности удивлен, что с компьютером случалось крайне редко. Видимо, интонации и слова Омбро у него совсем не вязались с привычным ему поведением старого доброго товарища Кевара.
- Я тебя отключу, чтобы не мешал. Очень много болтаешь. Кевар тебя терпел, а я не намерен, - с этими словами Омбро начал вводить команды в центральный компьютер, отключая поочередно все функции искусственного интеллекта.
- Ты не Кевар? Где он? Что с ним?
- Как же вы меня все достали... «Ты Кевар? Ты не Кевар?», - Омбро сказал это с интонацией, издевательски передразнивающей голос Эхо, - На – до – е – ло.
Каждый слог последнего слова он сопровождал нажатием на клавишу ввода, активизируя изменения в программе искусственного интеллекта. Теперь Эхо, как и подобает нормальному компьютеру, стал просто безмолвным, полезным и ненавязчивым ассистентом, беспрекословно выполняющим приказы хозяина. Эта схема была понятна и очевидна Омбро. Есть он, есть Игра и ее исход, ради которого он живет – а есть все остальное, и это все является необязательным приложением к первым трем столпам. Если что-то извне мешает, это необходимо устранить; если можно использовать – то он не упустит возможности. Вообще, использовать все и всех, что можно, было залогом его мировоззрения. Это было удобно, эффективно и давало отличные результаты. Единственным человеком, который понял этот его подход, была Инисио. Видимо, это она в нем и углядела, когда он вместе с Савоне впервые прибыл в Храм. Скоро они увидятся снова – жаль, что тогда в Храме был Кевар, а не он – но так было нужно. Совсем скоро, только надо красиво и логично завершить первый виток Игры.
Капитан Теманов
Прощание с матерью и сестрой было тяжелым. Женщины не могли понять, почему их кормилец, их единственная опора снова не может быть рядом, улетает куда-то. Джуджур пытался объяснить, что это его долг, что он клялся в верности стране и не может поставить личные желания выше государственных. Но его логичные доводы тонули в слезах. Он не выдержал. Крепко обнял на прощание сестру, поцеловал мать в лоб и, оставив на столе стопку кредитных дисков, скопленную им на черный день за четыре года, вышел из дома. Неожиданно для себя самого обнаружил, что с его щек и носа капают слезы. Стараясь не обращать на них внимание, он сел в крохотный кораблик и, подняв его в воздух, последний раз посмотрел на родной дом.
Кевар ждал его в корабле рядом с ангаром Аргомантисов.
- Долго ты.
- Да, так получилось. Извини.
- Ладно, надеюсь, наверстаем. Паркуй свой хлам в ангаре и загружайся в Эхо.
Омбро
Не обремененный лишним интеллектом коп так и не понял, что теперь он имеет дело не со своим дружком-рохлей Кеваром, а с абсолютно другим человеком. Что ж, Омбро и не сомневался в его компетенции, хотя и испытал некоторое разочарование. Поначалу он так надеялся, что нашел, наконец, достойного противника, в борьбе с которым он сможет хотя бы вполовину реализовать свой изощренный интеллект. Но, видимо, ему не суждено встретить кого-то, кто смог бы составить ему достойную конкуренцию. Ну и Бездна с ними.
А Бездна, тем временем, была вокруг. Тягостный перелет без криозаморозки и в гробовой тишине подходил к концу; навигационные приборы оповестили о приближении к Большому астероидному поясу, а там и до Фрактуры, как известно, недалеко.
И правда, совсем скоро корабль прошел через оболочку кристалла, а еще через некоторое время достиг нужной звездной системы: крохотный голубовато-зеленый шар Фрактуры появился в лобовом иллюминаторе.
Когда они прошли верхние слои атмосферы, и внизу показались хвойные леса умеренного пояса, Джуджур попросил взять управление на себя, снизился до сотни метров и уверенно повел безднолет в сторону возвышающегося вдали горного кряжа.
- Капитан, а куда мы направляемся?
- Сейчас увидишь, Кев.
Лес, простиравшийся на многие километры вокруг, неожиданно кончился, и взгляду Омбро предстала огромная степь, тянувшаяся до самых гор вдалеке. И все это открытое пространство было занято армией. Громадные транспортные безднолеты выгружали наземную технику, солдаты в зеленых космокостюмах ставили палаточные лагеря и сооружали бараки, а в самом центре расположилась гигантская станция командного пункта – Омбро видел уже такую раньше, на войне.
- Что это и для чего? – как можно более спокойным голосом спросил он.
- О, это подразделение специального назначения «Солво», они занимаются решением внутренних государственных проблем, находящихся вне компетенции полиции.
- И что они тут делают?
- Подчищают за отрядом 379.
- В смысле?
- В прямом. Теперь я, кажется, все-таки понимаю, почему генерал Савоне в такой спешке покинул реабилитационный центр, и не устаю поражаться всей этой ситуации. Ладно, раз уж так получилось, что ты сам изъявил желание полететь на Фрактуру – то так даже интересней, верно, друг?
Омбро просто кивнул. Каким бы диким ему это ни казалось, он потерял контроль над ситуацией и перестал поспевать за происходящим – видимо, примерка личины Кевара давала свои негативные результаты. Он сделал несколько глубоких вздохов, успокоился и подумал: что ж, надо дать ситуации развиваться своим ходом и подстроиться под нее.
Джуджур посадил «Эхо» на импровизированную взлетную площадку между двумя крейсерами, и жестом предложил Омбро проследовать к выходу. Невозмутимо пожав плечами, Кашита прошел через трюм, открыл люк и вышел наружу, в лучи подернутого дымкой осеннего солнца. Капитан следовал за ним.
Их встречала целая делегация: пятеро бравых космических пехотинцев в модифицированных костюмах и шестеро обычных, наземных солдат. Они молча расступились, пропуская вновь прибывших вперед, и, не проронив ни слова, пошли следом.
До командного центра, вздымавшегося над лагерем, они шли достаточно долго, приходилось огибать бараки, палатки и космолеты. В динамиках шлема Омбро раздался звук входящего звонка.
- Кевар Аргомантис, слушаю.
- Это Советник. У нас, а в особенности у тебя, проблемы: полиция выяснила твою личность. У меня на столе лежит донесение королю и кабинету министров, и твое счастье, что все подобные документы проходят через меня.
- Я не понимаю, о чем вы говорите.
- Прекрати прикидываться, Кашита: сейчас не до игр. Мы на одной стороне, и нам нужно действовать сообща и оперативно. Не знаю точно, кто в курсе ситуации, но бумага пришла напрямую от некоего капитана полиции Джуджура Теманова, в обход всего вышестоящего руководства.
- Я сейчас на Фрактуре, и тут куча военных, подразделение «Солво». Видимо, кто-то из их ведомства тоже в деле, - Омбро понял, что, вероятно, скоро на одного союзника у него станет меньше – теперь, когда Советник знает его секрет, он представляет серьезную угрозу. Надо будет обсудить вопрос его устранения с Инисио. Но это потом, сейчас надо выпутаться из сложившейся ситуации.
- Если так, то дело усугубляется. Значит, Теманов доложил о ситуации еще и генералу Каи, а он имеет право оперативно действовать без непосредственного одобрения руководства. Я постараюсь разобраться с документами, но нам нужно придумать, чем их заменить: документы зарегистрированы как исходящие в их ведомстве, и просто так они пропасть не могут.
- Я, кажется, знаю, что делать. Тебе придется сделать две вещи: во-первых, заменить в документах самую малость, - гениальная в своей простоте идея пришла в голову Омбро внезапно и очень вовремя, потому что процессия уже входила в ворота командного пункта, - поменяй мое имя и имя докладчика местами. Во-вторых, санкционируй обыск в вентиляционных шахтах Дворца Верховного Совета. Там должен быть пистолет – замени в полицейской базе номер личного оружия капитана Теманова на номер с этой пушки. А проблему на планете я решу сам. Надеюсь, твой брат тут все хорошо подготовил. Отбой.
Генерал Каи ждал их в главном помещении командного центра, в окружении офицеров. Они столпились возле интерактивного экрана, отображающего в реальном времени положении боевых единиц, и что-то горячо обсуждали. Когда они заметили вошедших, все разговоры мгновенно прекратились, и несколько пар мерцающих зеленым визоров уставились на них.
Омбро мгновенно оценил ситуацию и, заметив едва уловимое движение Джуджура, явно готовящегося к докладу высокопоставленным лицам, нанес превентивный удар. Сделав положенные по армейскому уставу два чеканных шага вперед, он приложил ладонь к виску и громко отрапортовал:
- Лейтенант космической пехоты в запасе Кевар Аргомантис, с докладом. Доставил опасного преступника, известного как Кровавый Фанатик, для передачи под юрисдикцию военного трибунала. Подробный доклад отправлен в ставку руководства генералу Кафрашу, Кабинету Министров и Его Величеству, Великому Пророку Круелу Унгурабуту.
- Что?! – Теманов аж захлебнулся от возмущения. Омбро с торжеством уловил нотки отчаяния и обиды в голосе полицейского и самодовольно ухмыльнулся краешком губ.
- Лейтенант Аргомантис, у меня была другая информация о сложившейся ситуации. Объяснитесь, - генерал Каи удивленно склонил голову на бок.
- Есть! – браво ответил Омбро, с искренним удовольствием отыгрывая роль честного и преданного вояки. Кроме того, ему нужно было как можно быстрее выдать свою версию событий, пока Теманов ловил ртом воздух, пытаясь прийти в себя, - как вам должно быть известно, я занимался расследованием убийств, совершенных Кровавым Фанатиком, вместе с полицией. Мне стало очевидно, что убийца получает информацию о ходе расследования, и я заподозрил, что он связан с полицией. Дальнейшие факты подтвердили мои самые страшные опасения: капитан полиции детектив Джуджур Теманов и является убийцей. Это подтверждает множество фактов: к примеру, в момент теракта в Полицейском управлении капитан не только оказался на месте преступления, но и единственный их всех остался в живых. Также, как мне стало известно, на места всех убийств, кроме одного, он прибывал первым, что подтверждают протоколы осмотров. Все это казалось мне подозрительным, но не имело никаких подтверждений. До сегодняшнего дня. Сегодня в ходе обыска на месте первого преступления в вентиляционной шахте был обнаружен модифицированный пистолет столичной полиции с личным номером капитана Джуджура Теманова.
- Да что ты такое говоришь, сволочь! – сорвался на крик капитан и попытался ударить Омбро. Однако двое пехотинцев моментально отреагировали и скрутили ему руки за спиной, успев неслабо ударить в живот, так что полицейский сложился пополам.
- Капитан Теманов, если вы еще раз нарушите субординацию и попытаетесь напасть на кого-нибудь, вы будете незамедлительно доставлены в карцер, - сурово сказал генерал Каи и вновь уставился на Омбро, - лейтенант, по той информации, которую я получил от капитана Теманова перед вашим вылетом на Фрактуру, все дело выглядит с точностью до наоборот: это вы являетесь Кровавым Фанатиком, а капитан имеет неопровержимые доказательства вашей вины.
- Генерал, во время большей части убийств я находился в заключении в полицейском участке. К слову, этот арест, идущий в разрез со всеми законами Королевства, был санкционирован именно капитаном Темановым. Думаю, таким образом он попытался убрать меня, единственного разгадавшего его игру человека, однако у него ничего не вышло. Еще несколько фактов: в юности капитан Теманов был связан с сектантским культом, это указано и в его личном деле, вы можете это проверить, как и все озвученное мной ранее. И последнее: сегодня перед вылетом капитан снял со своего личного счета все накопления. Лично мне это кажется очень странным: подозреваю, что на эти деньги было куплено какое-то оружие. Кроме того, он на достаточно долгое время отлучился, прежде чем встретиться со мной в моем семейном ангаре. Он мог потратить это время на что угодно. Я не удивлюсь, например, если в ближайшее время в столице произойдет терракт.
Генерал задумчиво кивнул и опустил голову. Проверяет базы данных. Главное, чтобы Советник успел сделать все, что должен – иначе Омбро придется переходить к плану Б, а это был до невозможности некрасивый и грязный план, который испортил бы всю игру. Кроме того, план очень рискованный, а неоправданный риск для Омбро был сейчас недопустим.
Судя по всему, Савоне-младший все-таки в очередной раз оправдал свою профпригодность: через пять минут генерал Каи поднял голову и отдал короткий приказ. Четверо пехотинцев накинули на полицейского энергосеть, такую же, какой недавно парализовали Кевара, и отволокли в карцер. Слова ему так и не дали, на счастье Омбро. Если бы детектив начал приводить свои аргументы, подтвержденными реальными, несфабрикованными, фактами, то Кашита моментально погорел бы. Но глупость людей, служащих власти, сыграла ему на руку в очередной раз.
Когда Теманова выносили из зала, Омбро проводил его взглядом. Никаких эмоций он не испытал. Это всего лишь естественный отбор: выживает тот, кто умеет наилучшим образом приспосабливаться. Ничего лишнего и личного. Вот Кевар бы сейчас наверняка ощутил целый набор малофункциональных и бесполезных чувств: жалость, сочувствие, муки совести. Вот именно поэтому сейчас Кевар заперт в глубине сознания, а Омбро меняет мир и добивается результатов.
Теперь, когда опасность разоблачения осталась позади, нужно было быстро разобраться со второй проблемой – присутствием королевских войск на Фрактуре. Здесь все было вроде просто, но дело требовало нескольких организаторских усилий от Омбро.
Он быстро связался с единственным, кто мог помочь ему решить эту проблему:
- Генерал Савоне, это Омбро Кашита.
- Кашита, сейчас не самое удобное время для разговора...
- У нас, а в первую очередь, у вас, серьезная проблема, - оборвал его Омбро, - на Фрактуре сейчас находится группа армий «Солво». И, если не решить эту проблему сейчас же, она разрастется до неконтролируемых последствий.
- Откуда у вас эта информация?
- Оттуда, что я сам сейчас на планете. И, кстати, я вам уже говорил как-то, что глупо строить плацдарм в этом месте. Из-за ваших неосторожных действий и упрямства все наше дело поставлено под угрозу. Но, раз уж все получилось так, как получилось, пришло время проверить плоды ваших стараний в действии.
- Да, генерал, вы правы. Я незамедлительно отдам приказ об атаке.
- Уж будьте так добры.
На этом разговор был закончен. В отличие от наивного Кевара, Омбро никогда не испытывал теплых чувств к Савоне. Этот человек был для Кашиты одной большой загадкой, и не вызывал у него доверия. Хотя, стоит признать, свое дело он выполнял хорошо.
Теперь Омбро предстояло только ждать и тянуть время, пытаясь увиливать от вопросов о последней миссии отряда 379.
Капитан Теманов
События последнего часа смешались в его голове и превратились в какие-то смутные картинки из кошмарного сна. Везя убийцу с собой на Фрактуру, он представлял, как гордо и благородно убьет одним выстрелом двух варских зайцев: сначала эффектно сдаст убийцу и предателя генералу Каи, а потом с помощью Кевара покажет местоположение монастыря, в котором они уж непременно найдут ответы на все вопросы, если такие останутся после допроса преступника.
К чему он не был готов, так это к тому, что произошло. Он не мог понять, как такое могло случиться, что генерал поверил Аргомантису. Каким образом предатель получил доступ к базам данных?
Лежа в тесном металлическом гробу карцера, не имея возможности пошевелиться, Джуджур отчетливо осознал, насколько он сейчас беспомощен. Даже если строптивый генерал Каи не устроит самосуд и показательную казнь прямо тут, на Фрактуре, и его доставят в столицу, у него все равно мало шансов на спасение. В сложившейся ситуации намного вероятнее, что лживые аристократы, стоящие у власти, поверят сыну знаменитого Рора Аргомантиса, чем простому полицейскому. И неважно, что этот выродок Кевар (или Омбро, или как он там себя еще называет) скомпрометировал себя уже не один раз. Все равно Джуджуру уже не выбраться. Проявив неоправданную гордость и расслабившись, пожелав красивой развязки расследования, он сам подставил себя под удар врага, который оказался намного коварнее и хитрее, чем капитан считал.
Вскоре жалость к себе сменилась жалостью к матери и сестре. Как они смогут прожить без него, без его помощи и поддержки? Оставленных им денег хватит надолго, но достаточно ли их? А что, если на его семью устроят гонения после огласки дела и признания Теманова виновным за преступление, которое он даже не совершал?
При этой мысли Джуджур понял, что сделает все возможное, чтобы выбраться, воспользуется любым самым малейшим шансом. Нужно бороться до последнего, даже когда ситуация кажется совсем безвыходной. Особенно, когда она действительно безвыходная.
Омбро
Когда Савоне коротко сообщил ему, что атака начнется через три минуты, Омбро как раз в красках доказывал генералу Каи, что никаких выживших наземных и уж тем более какой-то мистической армии на планете нет и быть не может. Показал несколько снимков из личного дела, демонстрирующих сожженные деревни и горы трупов. Аргументы его неумолимо истощались, и доклад Савоне оказался как никогда своевременным.
Омбро на полуслове прервал свою пламенную речь и внимательно обвел взглядом главный зал командного центра. Толстые стены, изнутри звуки наружу вряд ли пройдут. В зале генерал, два полковника, майор и четверо лейтенантиков, явно только из академии. У дальнего выхода пятеро космодесантников, у ближнего, за спиной – еще пятеро – те, что привели его от «Эхо», плюс шесть обычных солдат.
Что ж, не проблема, тем более, сейчас Омбро мог уже не ограничивать себя, как ему приходилось это делать в столице. Все, кто находился сейчас вокруг, были с самого момента их приземления на Фрактуре обречены, тут уж ничего не поделать. Генерал Каи – личность неординарная, можно даже сказать, легендарная, но и он ничего не сможет сделать против мощи Омбро и армии Савоне.
Что ж. Пора действовать.
Омбро еще раз окинул всех взглядом, кивнул и активизировал свой костюм. По чешуйкам черный гвидоний сменил белый, всего за доли секунды. Одновременно с этим он сделал молниеносное движение рукой, концентрируясь на потоке энергии внутри себя и приводя его в гармонию с энергией вокруг. Так называемое «колдовство», «магия», а на самом деле умение управлением энергией, всегда тщательно скрывалось властью. К обучению и знаниям были допущены единицы во всем Королевстве, но и им применение этих умений позволялось только в самом крайнем случае. Инисио же и генерал Савоне выучили Кашиту всего за несколько лет, и ограничений на него никаких никто не накладывал. Омбро надеялся, что генерал также качественно натренировал и свою армию, что в скором времени и предстояло проверить.
Энергия, повинуясь воле Омбро, принимает форму огненного смерча. Нагретый воздух дрожит, и струя пламени, вылетая из левой алдони, моментально испепеляет генерала Каи. В тот же миг Кашита концентрируется на своей правой руке, и воздух вокруг нее становится очень холодным, густеет, накапливается и мощным ледяным копьем пронзает двух лейтенантов и полковника.
Что еще сделать с энергией, как применить ее? Она действует дальше уже сама. Тела троих солдат распыляются на атомы, двое других подлетают на неимоверную высоту, расплющиваются о потолок и падают на пол. Остальных Омбро расстреливает из табельного пистолета генерала.
Никто не успел отреагировать, даже издать звука. Но вот если бы он не заручился их доверием – все могло бы быть совсем по-другому. Теперь нужно удалить все данные, чтобы невозможно было найти нитей, соединяющих «Солво» и Каи с Фрактурой, Кеваром Аргомантисом и Кровавым Фанатиком. На то, чтобы удалить все записи с камер и из базы данных, у него оставалось не больше минуты, и он тут же углубился в компьютер командного пункта, смахнув с сенсорной панели горстку пепла, еще несколько секунд назад бывшей легендарным генералом Каи. Как это ни странно, в этот момент Омбро ощутил слабую, но точно определимую эмоцию: жалость. Он моментально одернул себя, но неприятный осадок еще долго оставался – все же необходимость делить тело со слабым существом делало и его слабее, так он думал.
Даже сквозь толщу металла он услышал грохот и крики, выстрелы пушек и взрывы. Началось. Торопливо закончив удалять данные, Омбро вынул из рук мертвого солдата винтовку и выбежал на улицу. Когда тяжелые металлические ворота станции захлопнулись за его спиной, Омбро спешно оценил обстановку. Судя по интенсивности звуков выстрелов, атака шла сразу по двум фронтам: с запада и востока, т.е. со стороны леса и горного кряжа. Подумав еще пару мгновений, он решил двинуться в сторону гор – насколько он успел заметить, там было самое значительное скопление техники и солдат.
Быстрым шагом он направился на звуки стрельбы и крики, лавируя между палатками, бараками и брошенной техникой. То и дело ему попадались бегущие в панике солдаты, которых он походя отстреливал короткими очередями. Трусость в людях он презирал наравне с глупостью.
Обогнув последний грузовой лайнер, он, наконец, добрался до ближайшего места боевых действий. Горстка космодесантников заняла оборону в импровизированной крепости, образованной из нескольких крупных камней и скопления различной техники. Позиция была вполне выгодной и удачной, и нападающие явно испытывали трудности.
Омбро пригнулся и короткими перебежками добрался до позиции атакующих. Кто-то сделал по нему пару выстрелов, но, внимательно разглядев костюм, прекратил огонь –генерала Кашиту знали и боялись все.
- Кто здесь старший? – рявкнул Омбро.
- Подполковник Угрр-с, - прошипел рослый двухголовый рептилоид. Омбро не без удовольствия заметил, что все атакующие были облачены в космокостюмы, внешне очень похожие на его собственный. Савоне хорошо постарался с оснащением армии.
- Операцией командует генерал Йи?
- Так точно.
- Количество личного состава?
- Три тысячи, малая рота пятого полка.
- Ясно. Поддержка с воздуха?
- На подлете, ждем. Оставшиеся силы противника укрепились, и без потерь с ними будет не справиться с земли.
- Удерживайте их заградительным огнем. Скоро будет вам воздух. Где ставка командования?
- У подножия горы, вон там, - рептилоид ткнул когтистым пальцем себе за спину.
Омбро кивнул и, пригибаясь от сверкающих вокруг энергетических импульсов, продолжил перебежками продвигаться к горе. Живых противников ему больше не попадалось, сплошь обугленные трупы. До ставки командования генерала Йи он добрался без происшествий. Массивный тяжело бронированный космолет ощерился парой десятков пушек, над его рубленой формы крышей развевался черно-красный стяг с горизонтальной восьмеркой. Приблизившись к космолету, Омбро распрямился и на всякий случай поднял руки, показывая пустые ладони. Еще не хватало, чтобы его в гуще событий приняли за врага и испепелили. Ему навстречу из широкого грузового шлюза корабля выскочили пятеро солдат, все представители нечеловеческих рас. Разный рост, комплекция, даже форма тела – но на каждом черный космокостюм с красными визорами.
- Генерал Омбро Кашита! – послышался из шлюза корабля громкий булькающий голос.
- Генерал Йи, – ответил Омбро.
Ему навстречу из шлюза выползло громадное существо, бывшее, каким бы диким это Омбро всегда ни казалось, одним из лучших командующих армии Савоне. Генерал Йи, представитель самой редкой расы из всех известных, единственной, которую Королевство так и не смогло подчинить – драконов Бездны. Тело генерала было около десяти метров длиной, мускулистое, покрытое тонкой блестящей кожей серого оттенка. Четыре когтистые лапы клацали по металлическому полу, змеиная голова с огромной клыкастой пастью покачивалась на длинной толстой шее. Но первое и, чаще всего, последнее, что видел любой, встретивший дракона Бездны – это глаза. Огромные глаза, лишенные зрачков, в глубине которых клубились серые сгустки Бездны. Крылья драконы чаще всего держали сложенными и упрятанным в специальные пазухи на спине – они были самыми слабыми местами этих существ.
Голос генерала клокотал и постоянно менял тональности – такой же непостоянный и непредсказуемый, как и сами драконы, как и сама Бездна, из которой они вышли.
- Омбро, зачем ты привел сюда этих существ? Мы готовимся спокойно к войне, и тут война сама приходит к нам. Так нельзя делать – мне пришлось прервать семидневную медитацию в тишине и покое ради этого недоразумения.
- Извините, генерал. Я допустил пару ошибок, но могу их сейчас исправить. Дайте мне командование авиацией, и я быстро завершу дело.
- Мальчик мой, чему я тебя учил? Не совершай поспешных действий, особенно забывая предварить их медитацией и молитвой. Доделать тут работу будет несложно, я уж сам, спасибо.
- Простите, генерал, - Омбро никогда не мог понять, почему он робеет перед этим существом. Его не могли подавить ни мудрость и авторитет Инисио, ни опыт Савоне, ни высокомерные манеры всех аристократов столицы вместе взятых, но глядя в жуткие глаза дракона, Омбро всегда чувствовал себя маленьким глупым мальчиком.
- Смерть простит, - генерал ответил первой фразой главной молитвы ордена Бесконечного Круговорота Смерти, - на самом деле ты даже помог нам в подготовке. Мы как раз думали, где раздобыть еще немного транспорта – и вот он сам к нам прилетел. Ладно, если хочешь исправить свою ошибку – давай закончим дело вдвоем. Залезай на спину.
С этими словами дракон прорычал голосовую команду, и вокруг всего его громадного тела развернулся космокостюм. Тугой чешуей он обтянул туловище, лапы, морду генерала, и над ним развернулись два огромных крыла, также упакованных теперь в гвидониевую броню. Омбро осторожно взобрался по боку пригнувшего передние лапы дракона ему на спину и ухватился за вздыбившиеся чешуйки на шее.
Черный дракон и черный всадник взмыли в воздух и сделали широкий круг над полем боя.
Капитан Теманов
Когда за толщей металла послышались выстрелы и взрывы, капитан в очередной раз возобновил попытки высвободиться. Действие шокера закончилось, системы костюма восстановились, но его руки и ноги все также были прижаты к туловищу теснотой карцера. Лоб, макушка, пятки упирались в потолок и стены. Капитан был в металлическом гробу и не представлял, как из него выбраться.
Неожиданное спасение пришло сверху в виде взрыва, разворотившего и расплавившего толщи металла. Это же самое спасение оказалось и большой бедой.
Джуджур пришел в себя не сразу. Было нестерпимо жарко, правую ногу он не чувствовал, в то время как левую он лучше бы и не чувствовал вовсе – такой силы боли он не испытывал никогда в жизни.
Прямо над собой он увидел пасмурное небо – значит, крышка карцера-гроба слетела от ударной волны. Собрав все силы в кулак, он приподнял голову, силясь понять, что случилось и что происходит с его нижними конечностями. Увиденное повергло его в шок, и он обессиленно опустил голову. Правая нога была вплющена в остывающий уже кусок расплавленного металла, и, очевидно, превратилась в кашу. Боли в ней он пока не ощущал, видимо, костюм успел впрыснуть внутримышечное болеутоляющее выше колена – в ту часть, где нога была не повреждена. Левая же нога была почти цела, если не считать воткнувшегося в икру куска металла.
Отовсюду доносились звуки выстрелов и крики. Похоже, кто-то атаковал королевские войска, и, судя по всему, подразделение «Солво» вряд ли переживет этот бой. Джуджур не сомневался, что Омбро придет за ним, чтобы убрать любых свидетелей и очевидцев его предательства.
Нужно было как-то выбираться. Джуджур еще раз посмотрел на свои ноги и понял, что выход у него всего один. Пока компьютер костюма хоть как-то функционировал, несмотря на поврежденную целостность брони, капитан заставил себя перебороть накатывающуюся волнами панику и активизировал все шприцы с болеутоляющим. Длинный шприц ввел внутрикостную анестезию. Когда боль исчезла, Джуджур впрыснул еще немного адреналиновых инъекций – чтобы не отключиться. Чтобы кровь не лилась рекой, ему пришлось настроить костюм так, чтобы он максимально сдавил культю, задерживая ток крови – вместо жгута. Теманов сел, выдернул из левой ноги острый как бритва кусок металла. Затем сжал зубы и принялся им же отпиливать правую ногу чуть ниже колена. Сделал круговой надрез, затем перепилил кость. Возможно, дело было в шоковом состоянии или в действии анестезии, а может, и во всепоглощающей жажде жизни, но Джуджур был почти спокоен.
Он понимал, что действие препаратов закончится самое позднее через полчаса. Он выполз из развороченного гроба и, цепляясь руками за неровности разбитого взрывом пола, пополз к открытому шлюзу. На улице он осмотрелся. Увидел лежащие тут и там трупы военных, услышал крики и выстрелы, доносящиеся со всех сторон.
Прямо напротив него стоял на взлетной площадке «Эхо». Маленький кораблик, спрятанный в тени огромных боевых космолетов, казался неповрежденным. Джуджур стиснул зубы и медленно пополз к безднолету, стараясь не издавать шума и готовый в любой момент притвориться мертвым – в его состоянии это не составило бы труда. Переползая через трупы солдат, он старался отогнать любую мысль о судьбе этих ребят, о бессмысленности принесенной ими жертвы. Сейчас ему было необходимо спастись самому – только тогда он мог бы что-то сделать, спасти мать и сестру.
Он уже почти добрался до открытого грузового шлюза «Эхо», когда огромная тень на мгновение заслонила рассеянный солнечный свет. Он медленно обернулся, опираясь на дрожащие руки. Над лагерем в высоте парил черный дракон. Он то падал вниз на бреющем полете, едва не касаясь когтистыми лапами безднолетов, то взмывал на большую высоту и кружил там, роняя на землю кричащих от ужаса космодесантников. Во время очередного пике Джуджур с ужасом заметил на спине чудовища маленькую черную фигуру.
Страх и ненависть смешались в мыслях Теманова, и он, заставляя себя отвести взгляд от жуткого зрелища, вполз в трюм «Эхо». С трудом превозмогая все нарастающую боль, он отдал приказы бортовому компьютеру, проложил маршрут и залез в криокамеру. Последним усилием воли свернул остатки костюма и активировал режим глубокой заморозки. Ему оставалось надеяться только на точность приказов и умения «Эхо». И, главное, на удачу.
Омбро
Когда с последней горсткой противников было покончено, дракон спланировал на шпиль станции командного пункта, ухватился когтями за металл и обвел взглядом поле битвы.
- Если дальше будет так же легко, то мы очень быстро справимся с Королем и его армиями, - довольно прогрохотал генерал Йи.
- Генерал, дальше так легко не будет. Во-первых, это был автономное подразделение, маленькое по численности и не ведущее полномасштабных боевых действий. Для них наша атака была полнейшей неожиданностью. В случае с основными военными силами Королевства, у нас таких преимуществ над противником уже не будет. Да и бои будут вестись в космосе, а не на планетах – а там космодесант имеет огромное превосходство, и главное – опыт. Так что попотеть нам придется.
- А особенно тебе. Слышал, Инисио довольна тем, как ты начал реализацию ее плана в столице, и она уже благословила тебя на вторую часть игры.
- Рад слышать. Правда, теперь мне придется действовать намного более тонко. Топорная техника, как раньше, уже не сработает. Что ж, скоро проверим, на что я в действительности способен. Точнее, теперь уже мы.
- О, ты смог убедить Кевара?
- Пока нет, но это лишь вопрос времени, и небольшой его запас у меня пока остается. Но оно того стоит – с его помощью моя сила станет больше в разы.
- Станет, Омбро. Но не забудь об опасности, которая ждет вас обоих на этом пути воссоединения, и о которой я тебе уже говорил раньше. Одна ошибка – и вы оба навсегда останетесь неполноценными калеками, и все твои и наши общие планы рухнут вместе с твоей жизнью.
- Я помню, генерал. Помню.
В этот миг над армейскими безднолетами взмыл свечкой в небо крошечный серый кораблик и моментально скрылся за облаками. Генерал дернулся было в погоню, но Омбро остановил его:
- Пускай летит. Нам все равно придется скоро выступить в открытую, так что если кто-то и выжил и доложит о происшествии в столице – нам это даже на руку. Паника – это именно то, что очень поможет мне в дальнейшем.
А маленький безднолет тем временем уносился все дальше и дальше от Фрактуры, а потом и от Большого Кристального пояса. Но летел он в противоположную от столицы сторону, туда, где ему могли действительно помочь.
Кевар
Кевар очнулся также резко, как и отключился. Он тут же вспомнил все, и глубокая, пронзительная душевная боль скрутила его. Горячие слезы потоком полились на холодный каменный пол, комок в горле сделал рыдания сдавленными и приглушенными. Сложно сказать, сколько он корчился на полу в темноте.
Через неопределенное время боль немного притупилась, слезы еще текли по щекам, но Кевар перестал их замечать. Он сел и начал осматриваться. Вокруг было темно, как во время поздних сумерек. Единственный неяркий источник света маячил где-то вдалеке, высвечивая темные силуэты запутанной сети ходов внизу.
Кевар понял очень ясно, что ему предстоит преодолеть весь лабиринт, чтобы выбраться из темноты и добраться до света. Это осознание вновь ввергло его в хаос, и он уронил голову на руки.
Темно. Очень темно и тихо. Настолько тихо, что я слышу, как сердце тугими ударами толкает кровь по телу. Кто я? Где я? Почему я здесь? Мне страшно, я не знаю, что делать. И остается лишь тишина и темнота, да гулкие удары сердца.