Глава 9. Отступать поздно
Наступили долгожданные ленивые деньки, к тому же, ещё и безопасные – я не выхожу на улицу, ведь пока что это трудно, да и незачем. Можно было бы считать это трусостью, если смотреть с той точки зрения, словно я прячусь от внешнего мира с его недружелюбием, однако это просто защитная реакция – совсем как ёж сворачивается в клубок, обнажая свои иглы и прикрывая нежное нутро.
Скучно ли мне? Отнюдь – родных я теперь вижу почти каждый день, сериалы, интернет и еда у меня есть, ну а Наташа либо навещает, либо по "Скайпу" звонит.
О! Легка на помине! Неожиданный звонок в дверь едва не заставил меня крикнуть это вслух. Спотыкаясь о разбросанные тапки всех цветов и мастей, так любимые папой, и волоча гипс где-то сзади, я уже шла открывать, как вдруг разразился трелью ещё и телефон. Что за напасть! Неужто мало я по квартире ползала с этим булыжником вместо левой ноги?!
Перед дверью стояла действительно моя рыжеволосая подруга, что я успела наблюдательно подметить, разрываясь между двумя ожиданиями. После короткого решения о том, что я могу не успеть к телефону, а дверь всегда открою, я выкрикнула:
– Сейчас, Наташ, секунду!
Телефон меня всё же дождался, и там едва не надрывался Румянцев, что я ему сразу простила, всё-таки хорошую весть принёс.
Обрадованная, я доковыляла до двери и наконец впустила Наташу, как та вдруг меня огорошила;
– С днём рождения, Бась! – Она обняла меня, а затем вручила мне небольшую коробочку. – Сюрпиз! Это тебе!
Коробка таила в себе резную деревянную брошь. Ручная работа, и тут не ошибёшься. Но как же это я упустила собственный день рождения! Поверить не могу, уже шестое февраля, и это всё не розыгрыш!
Вдох-выдох, вот и успокоилась. Наташа мигом спровадила меня под руку на кухню и стала заваривать чай. Подруга прихватила с собой торт для меня, а есть всухомятку никто не собирался. Она была довольно нарядно одета, а для неё, ходячего двойника Леди Гаги, это было труднее, чем для кого-либо ещё. Яркое сине-зеленое платье шло к её пышной вьющейся гриве, а изюминкой стал бант на талии с пластиковым человеческим глазом.
– Ой, Баська! Вот как знала, что у тебя нет ничего! Ты ж растяпа, про себя совсем забыла! Ну как так можно, а? – Шутливо спросила Наташа. – Ну ничего, ты у нас дэвушка серьёзная, симпатишная, о тебе уж точно будет кому заботиться!
– Вот только не строй из себя тётку деревенскую! Будет ещё всё, но только когда я сама захочу, – Наигранно рассудительно ответила я и продолжила: – Вообще-то, мне тут наша знакомая сорока новости на хвосте принесла.
– Румянцев? Ну-ка, что же такое? "Упал, очнулся – гипс" снова в моде и ты летишь в Америку?
Я пропустила мимо ушей шутку подруги и неспеша начала рассказ. Агент сообщил, что нашлась девушка, которая случайно увидела моё проишествие. Оказалось, меня действительно толкнула одна особа. Виновницу быстро отыскали, а та с испугу и призналась, что ей заплатили. Вот только раскрывать заказчика не стала, мол, угрожают ей.
– Кому ж ты так насолила, Баська?
– Понятия не имею, – Пожала плечами я. – Может, слава кому-то глаза режет?
– Может и так. В любом случае, теперь надо быть ещё внимательнее, чем когда-либо.
Ранний зимний вечер окутал столицу в мгновение ока. Наташа уехала, и до приезда кого-то из родителей я могу побыть наедине с мыслями. Из почему-то приоткрытого окна жутко сквозило, и я подошла его закрыть, но окончательно задумалась. Кто-то прямо-таки объявил мне войну и не намерен останавливаться. Причина? Остаётся загадкой. Однако скоро снимут гипс и надо будет вернуться к работе по контракту, а значит, новая порция опасностей уже поджидает меня за порогом. Кто бы мог подумать, что в наш продвинутый век людям до сих пор приходится остервенело выгрызать право на жизнь!
Я решила проверить страничку "Вконтакте" и, будучи перед собой честной, признала, что надеюсь на сообщение от Ангелины. И оно там было! Я чуть не свалилась с кровати от радости, а с гипсом это было бы довольно болезненно. Но, наверно, радость оказалась больше причины – за всё то время, что я пыталась достучаться до подруги, она написала лишь одну фразу:
"С днём рождения."
Зная Ангелину даже лучше, чем себя, я понимала, что поздравить меня её вынудила врождённая вежливость, но всё же я старалась найти плюсы – в конце концов, это лучше, чем ничего.
Квартира, да и вся Москва, уже полностью погрузилась во мрак, но свет мне включать не хотелось – пускай глаза расслабятся. Именно такую атмосферу, тишины и темноты, я люблю, как ничто другое. Ну, помимо шоколада.
Однако ей суждено было испариться – звонок мамы прорвал пелену беззвучия. Они с отцом едут ко мне и теперь надо подготовиться к скромному семейному празднеству. Как же ждала я все эти годы, с самых малых лет, когда же наконец родители отвлекутся от своих дел, своей занятости, и будут со мной в этот день, пусть даже я сама о нём не удосужилась вспомнить. И вот, это случилось! Неужели, чтобы мечты сбывались, ногу ломать обязательно?
Моё хорошее настроение резко прекратилось со снежком, вдруг метко ударившимся о стекло. Вот чую, не случайно это! Третий этаж хоть и не сильно высоко находится, но добросить сюда что-либо всё равно довольно проблематично. В окне я ни единого человека не увидела, зато перед моим взором предстала надпись на снегу, сделанная чёрной краской из баллончика:
"Пора платить за всё!"
Очевидно, что предназначались слова мне. Знать бы самой ещё, что это значит! Наверно, нормальный человек испугался бы на моём месте, но эти разговоры вокруг моих бед настолько были мне по горло, что эта выходка просто взбесила меня! Ну всё, гады, сама найду и устрою весёлую жизнь! Как там в песенке поётся? "Я не сдамся без бою!"
Родителям я ни словом не обмолвилась о смене вида из окна, портить столь долгожданный праздник совсем ни к чему. Я наконец ощутила тот самый уют и радость, которых так ждала долгие годы. То, что мы за столько лет собрались одной дружной и любящей семьёй, стало для меня лучшим подарком за всю жизнь, и огорчать близких я просто не имею права. Отныне я буду рвать и метать, буду сражаться что есть силы за наше благополучие и счастье.