Его маленькая собственность

Максим

Демид, как и всегда, сдержал слово и позвал напиться после очередного убогого рабочего дня. А делал это, потому что считал, что нагружает меня заботами, связанными с Аделиной, не зная того факта, что для меня это вовсе не в тягость.

Она была той девушкой, о которой хотелось заботиться, которую нужно было оберегать от всего остального мира, когда она упорно этому противится и твердит, что сможет всё сама. И она сможет, обязательно и непременно, но моя задача сделать наперед всё, о чём она только способна мечтать или хотеть, чтобы ей никогда не приходилось испытывать на себе это «сама».

Она была той, которой не хотелось делиться с остальным миром. Взгляд любого мужчины на неё расценивался мною как покушение на мою неприкосновенную собственность. Она была той, кто показал мне, насколько я безумен и ревнив.

Она показала мне насколько я слаб, когда она смотрит мне прямо в глаза своим нечеловечески нежным и невинным взглядом, и я бы отдал всё на свете, только чтобы эти глаза всегда смотрели так лишь на меня.

Видели лишь меня и никого кроме меня.

— Так и что с Яной? — спрашивает Демид, отпивая алкоголь из стакана.

— Что может быть с Яной? — иронизирую я. — Хотела трахаться.

— И что тебе помешало её в очередной раз поиметь для душевного успокоения?

Твоя младшая сестра, заполонившая все мои мысли и напрочь отбившая желание хотя бы просто смотреть в сторону других, не говоря уже о том, чтобы испытывать желание.

— Надоела, — говорю я, откидываясь на спинку дивана.

— Да ладно тебе, не такая уж она конченная.

— Нормальная она, — поясняю я. — Просто не хочу её.

Аделина: Ты ещё работаешь?)

Телефон загорается от уведомления и я тут же беру его в руки, наблюдая на экране сообщение и тут же открывая.

Максим: Нет, звёздочка, сижу в баре с твоим братом.

Аделина: Тогда потом.

Что потом?

Я еще раз перечитываю её сообщения, пытаясь понять почему она решила прервать диалог и почему не может сказать мне чего-то прямо сейчас.

Максим: Что будет потом, принцесса?

Аделина: Просто напиши, как будешь дома, я зайду в гости.

Максим: Я буду поздно, тебя вряд ли выпустят из дома.

До сих пор я не могу осознать того, что моя девушка несовершеннолетняя школьница, которая не может видеться со мной тогда, когда я этого хочу.

Аделина: А я умею тихо открывать дверь на задний двор)

Максим: Скажи, что ты хотела, иначе я от тебя не отстану.

— Да ну нахуй, — говорит Демид, наблюдая за мной. — У тебя кто-то точно есть.

— Ты так решил потому что я не хочу трахать Яну?

— И это, и то как ты лыбишься сейчас в телефон, — не менее довольно улыбается Демид. — И что она такого сделала, что сам Макс Громов без ума?

Аделина: Мой брат ведь не сможет посмотреть в твой телефон?

Максим: Нет.

Она читает мои сообщения моментально не выходя из диалога, она в сети, но ничего не отвечает и даже не печатает.

Я так же не выхожу из чата с ней в ожидании вразумительного ответа о том, что случилось.

Максим: Звёздочка, ты заставляешь меня нервничать.

Она снова моментально читает сообщение, сначала что-то печатает, но потом тут же перестаёт. Во мне нарастает напряжение, но в следующую же минуту я узнаю, что такое настоящее напряжение.

Аделина: А ты не нервничай) Общайтесь, всё потом.

Она слишком меня интригует. Слишком интересует. Я не смогу сконцентрироваться на общении и диалоге с Демидом пока не получу от неё внятного ответа.

— Приворожила, не иначе, — отвечаю я, откладывая телефон.

Ведь я не могу объяснить своё состояние по-другому. Куда бы я не пошел, где бы я не был, на кого бы не посмотрел и с кем бы не общался - всё и всегда вытесняют мысли о ней.

Она повсюду.

В моей голове.

В воздухе.

Абсолютно везде она.

— Понимаю. — говорит Демид, теперь уже внося интригу для меня.

— Твоя та самая «работа», от которой ты ждёшь сообщений?

Подстёбываю лучшего друга, будто сам не жду сообщений от его сестрёнки, как одержимый ею сталкер.

— Моя та самая «работа», которой на меня похуй.

— Такие девчонки вообще существуют?

— Да, — говорит Демид, опустошая стакан до конца и обновляя в нём алкоголь. — К моему великому, блять, сожалению.

Это было забавно. Демид всегда пользовался вниманием у женщин, а здесь кто-то посмел его послать. Я уже хочу посмотреть в глаза этой девушке.

— И как она обосновала свой отказ?

— Сказала, что я бабник и мудак, а она с таким не хочет иметь ничего общего.

— Весомый аргумент.

— Нихуя это не аргумент, Макс, я блять не понимаю, как такое возможно: она меня то бесит, то я готов у нее под подъездом ночевать, лишь бы знать, что у нее нет никого другого.

— Так докажи ей, что ты не бабник и не мудак, как бы сложно это не было.

Я знаю, что если он чего-то хочет - он это получит. Неважно каким методом, но получит и поэтому уверен, что от его напора не скрыться ни одной девушке на этой планете. Такой уж у него характер.

Я ловлю себя на том, что по-прежнему не могу нормально включиться в дружеские посиделки из-за сообщений Аделины. Открываю диалог с ней, начинаю печатать сообщение, а после стираю написанное.

— Я выйду, позвонить надо.

Демид кивает мне в ответ, и я выхожу из бара. Набираю её номер, который, кажется, уже знаю наизусть. Как обречённый жду ответа, считая гудки. Ровно шесть. А после она всё же решает сжалиться и ответить мне.

— Да? — говорит она, самым сладким голосом на свете, пока я ловлю себя на том, что улыбаюсь лишь от того, что услышал его.

— Ты что творишь, маленькая интриганка, я ни о чём, кроме тебя не могу даже думать.

— А что, это только сегодня так? — я готов поставить все деньги, которые только у меня есть, на то, что она сейчас тоже улыбается. — Я думала всегда.

— Всегда, — и это чистая правда. — Что делает моя звёздочка?

— Ждёт, пока родители уедут в гости к крёстному Демида.

— К дяде Лёше?

— Ага.

— Скажи, что хотела, — я переживаю за неё, но судя по голосу - всё в порядке, поэтому теперь мне еще и просто дико интересно. — Что случилось?

— Из плохого - пока ничего, просто думала ты ещё работаешь, хотела тебя немного отвлечь.

— Моя заботливая девочка, — она топит моё сердце каждым сказанным словом, а мне в ответ хочется засыпать её нежностью и лаской. — И как ты хотела меня отвлечь?

Я поджигаю сигарету, затягиваясь дымом и представляя, как она лежит сейчас на своей кровати, приложив телефон к уху и думает лишь обо мне в этот момент.

— Ты на улице, да?

— Да.

— Один?

— Один.

— Ну хорошо.

Последнее она произносит с каким-то даже вызовом, едва слышно хихикает и бросает трубку. А спустя несколько секунд в нашем диалоге появляются парочка новых сообщений. С фотографиями.

Блять.

Аделина, ты хочешь моей смерти?

Я затягиваюсь сигаретным дымом более жадно, чем до этого. На ней чёрное кружевное белье, она стоит повернувшись задом, и я рассматриваю буквально, блять, каждый сантиметр её тела. Она невероятно красива, сексуальна, богоподобна. На следующей фотографии она сидит перед зеркалом, на ней нет лифчика, но соски прикрыты одной рукой. Я сглатываю, у меня дёргается кадык.

Я не замечаю, как докуриваю сигарету. Это пиздец в квадрате. Троекратный. Пятикратный.

Я не могу прекратить смотреть на неё, я ничего не могу сделать с каменным стояком в штанах, который только и заставляет меня представлять, как я уберу эту ручку от её нежной груди и буду ласкать каждый её сантиметр, покусывая напряженные соски, и наблюдая, как она реагирует на то, что мужчина впервые делает с ней что-то подобное.

Она открыла портал в ад.

Аделина: Ты молчишь потому что тебе не нравится?

Я молчу, потому что не могу, сука, собрать себя обратно в нормального адекватного человека и из меня то и дело рвётся голодный зверь, желающий сделать её своей. Полностью своей.

Быть для неё первым мужчиной во всём.

Единственным мужчиной во всём.

Мне нельзя её видеть этим вечером.

Максим: Это лучшее, что я видел за всю свою жизнь.

Мне нельзя ехать к ней, но я всё равно рвусь. Мне нельзя трахать семнадцатилетнюю девочку, но я, блять, только об этом и думаю. Мне нельзя было видеть эти фото, но я продолжаю на них смотреть.

Я буду гореть в аду.

Нет, я уже в аду.

Аделина: Хочешь еще?)

Я хочу. Но это почти тоже самое, что заковать себя в кандалы самостоятельно и устроить добровольные пытки.

Уверен, её это забавляет. Знать, что я сгораю от желания к ней, знать, что естественно, я хочу ещё её фотографий: одну, десять, целый фотоальбом.

Моё сражение с каменным членом обречено на полное поражение. Без единого шанса.

Максим: Звёздочка, я не один, не издевайся надо мной так.

Аделина: Значит покажу тебе лично, как будешь дома.

Даже не знаю, чего хочу сильнее: сейчас же поехать домой, чтобы её увидеть или быть здесь, как можно дольше, только бы успокоиться и не терять над собой контроль.

Выкуриваю еще одну сигарету, пока моё воображение не отпускает из памяти её полуобнажённый образ. Попытка успокоиться полностью провалена.

Возвращаюсь обратно в заведения, усаживаясь на диванчик напротив Демида.

— Что-то ты сильно довольный.

— Если бы твоя «работа» тебе позвонила, ты тоже был бы доволен.

— Моя «работа» слишком гордая и упрямая, чтобы звонить мне первой.

Еще несколько часов мы общаемся на какие-то отвлечённые темы, но всё содержимое моей черепной коробки всё равно принадлежит его сестре, которая дразнит меня и заставляет сходить с ума от обнажённых фото, как последнего девственника.

Я не могу даже абстрагироваться от неё.

Перекурив еще раз, но уже вдвоём, мы разъезжаемся по домам. Я вдавливаю педаль газа, и еду, кажется в два раза быстрее обычного просто потому что знаю - сейчас я её увижу.

Максим: Еду домой, принцесса.

Печатаю почти не смотря в экран, а наблюдая лишь за дорогой. Она моментально читает сообщение и даже это делает меня счастливее в этот момент, ведь я знаю - она ждала.

Ждала моего сообщения и ждёт меня сейчас.

Максим: Точнее, еду к тебе.

Доезжаю домой быстрее обычного, выхожу из машины и имею наглость самому прийти к ней, ведь знаю, что её родителей дома нет.

Оказываюсь во дворе, наблюдая, что свет горит только в её комнате. Звоню в дверь - она не открывает, делаю это еще раз, но уже непрерывно, после чего Аделина наконец-то оказывается передо мной, удивлённо рассматривая при этом.

— Вообще-то это я обещала прийти к тебе, — говорит она, впуская меня и запирая дверь на ключ снова.

— Решил сегодня быть наглым и не спрашивая разрешения пришёл к тебе сам.

— Ты всегда наглый и никогда не спрашиваешь разрешения.

На ней белый короткий топ, похожий на облегающую футболочку, в котором без особых усилий полностью просвечивается округлая форма груди, и нежно-голубые шорты. Достаточно короткие, чтобы я не смог отвести взгляд от её ног. Она выглядит такой домашней и милой, что руки тут же тянутся к ней.

— И тебе это нравится.

Она ухмыляется, подтверждая тем самым мои слова даже не открывая рта. Кладу руку на её талию и притягиваю вплотную к себе, от чего она шумно вздыхает, смотря снизу вверх мне в глаза. Внутри всё замирает стоило мне лишь увидеть её и я больше не способен сопротивляться желанию попробовать на вкус её губы.

Я опускаюсь, а она, кажется, приподнимается на носочки. Целую её, так жадно, как только могу потому что до хруста костей скучал по ней и ждал, как обречённый, момента, когда наконец смогу это сделать. Руками гуляю по её талии и спине, ощущая, насколько она хрупкая, нежная и потрясающе пахнущая чем-то напоминающим грушу и ваниль.

Сегодня она особенно сладкая на вкус.

— Соскучился? — отстраняясь от моих губ, спрашивает она, ухмыляясь, как довольная кошка.

— Я всегда по тебе скучаю.

— Я знаю, просто хотела, чтобы ты это сказал.

— Я очень по тебе соскучился и могу сказать это ещё тысячу раз.

Она с довольным видом разворачивается в сторону кухни, шлёпая босыми ногами по паркету. Не включая основного света в комнате ей достаточно приглушённого освещения от светильников, расположенных под верхними шкафчиками кухонного гарнитура. Аделина достаёт из холодильника бутылочку с питьевой водой.

— О чём болтали с Демидом? — я встаю напротив, заставляя её прижаться бедрами сзади к кухонному островку. — Пить хочешь?

— Нет, пить не хочу.

— Тогда почему так смотришь на меня?

— Тебя хочу.

Она сглатывает, а после опускает взгляд, стараясь спрятать улыбку, но у неё это выходит очень плохо.

— Фотографии понравились значит? — я подхожу к ней ещё ближе, расставляя руки по обе стороны от её бёдер.

— Очень, — не скрывая говорю я. — И ты обещала показать мне ещё, но уже лично.

Она одновременно и смущается, и хочет продолжать искушать меня собою. Я кладу руки на её талию, при этом поднимая её в воздух, а после усаживая сверху.

— А что ты хочешь увидеть?

— Только то, что ты хочешь и готова мне показать.

Она делает глоток воды, а затем собирается поставить бутылку рядом с собой, но я не даю ей этого сделать. Забираю её у неё из рук, так же делаю глоток воды, просто чтобы хоть чем-то смочить пересохшее от жара, который я испытываю рядом с ней, горло. А после подношу бутылку чуть ниже её ключиц, останавливаясь посередине грудной клетки, она тяжело дышит и смотрит на меня, пытаясь понять, что я собираюсь делать.

Прислоняю горлышко бутылки к её телу вплотную и переворачиваю, заставляя тонкую белую ткань её топа вмиг стать насквозь мокрой, под её тяжелый вздох от неожиданности из приоткрытых губ. Аделина смотрит мне прямо в глаза, и я делаю тоже самое, но свои в какой-то момент всё же опускаю вниз.

Мокрая ткань полностью влипает в её тело, становясь практически прозрачной и позволяя мне видеть не просто очертания её груди, как было до этого, но и розовые соски, которые встают от подобного воздействия. Кладу руку на её талию, а после поднимаюсь ею выше, обхватывая её правую грудь так, что мой указательный и средний палец оказываются по обе стороны от её соска, а после я смыкаю их между собой сжимая его, от чего она, кажется, вся дрожит и с тяжелым вздохом откидывает голову и всё тело назад, упираясь на свои ладони.

Обеими руками я беру край её топа и начинаю поднимать его вверх, чувствую, как её дыхание учащается всё сильнее, и в один момент он полностью оголяет её грудь. Идеальнейшую грудь, с нежно-розовыми сосками на молочно белой коже.

Она поднимает голову и смотрит на меня.

От её невинного взгляда и полуобнажённого образа у меня вскипает в венах кровь, я едва заставляю себя быть сдержанным и не набрасываться на неё, словно никогда раньше не видел женщин и вот наконец мне предоставилась такая возможность.

Но сейчас мне действительно кажется, что раньше я не видел женщин, ведь все они в сравнении с той, на которую я сейчас смотрю просто меркли. Я будто вмиг забыл всю свою прошлую жизнь, весь свой предыдущий опыт и единственное, что имеет значение в этом мире - это она.

Она, блять, центр моей вселенной.

Она то, что нужно было мне всю мою жизнь.

Она единственное, что нужно мне прямо сейчас.

— Что-то не так? — тут же спрашиваю у неё я. — Прекратить?

— Нет, — уверенно говорит она. — Просто хочу знать, что тебе нравится то, что ты сейчас видишь.

— Аделина, я не смогу передать словами, насколько мне нравится то, что я сейчас вижу.

— Передай не словами? — хитро улыбается она, заставляя меня тяжело вздохнуть от того напряжения, которое нарастает между нами в воздухе с каждой секундой.

— Хорошо, я докажу тебе не словами, звёздочка, — обхватываю рукой её бедра, притягивая ближе к краю, и находясь теперь не просто между её ног, а не оставляя между нами никакого расстояния, позволяя ей снова почувствовать мой член, но на этот раз не руками.

Я обхватываю её шею сзади и притягиваю ближе к себе, снова сливаясь в поцелуе с ней, а затем опускаю обе руки на её ягодицы сзади, продолжая как можно сильнее прижимать её к своему телу.

Опускаюсь губами сначала к её шее, а затем заставляю немного наклонится назад и прохожу влажными, медленными поцелуями сначала между её груди, а затем по периметру каждой из них, заставляя её тело практически дрожать в мучительном ожидании от возбуждения.

Я впервые вижу её такой: пылающей от желания, но одновременно стесняющейся меня до невозможности. Даже в приглушённом свете я вижу, как её щеки заливаются румянцем, а по бёдрам бегут мурашки от каждого моего прикосновения.

Прохожусь языком вокруг её правого соска, сжимая второй рукой её левую грудь, а затем полностью обхватываю его губами, сначала нежно посасывая, а затем прикусываю и немного оттягиваю зубами, от чего из нее вырывается стон, которого она сама от себя явно не ожидала и даже подняла запрокинутую назад голову на меня.

— Ой, — так наивно и смущённо говорит она, что у меня сводит челюсть.

Я правда делаю это с ней. Ласкаю полуобнаженную на кухне в доме её родителей, где они завтракают, обедают и ужинают.

— Что такое, моя девочка? — отрываясь от её груди я поднимаю взгляд на неё. — Нравится?

— Я случайно.

— Случайно значит?

— Да.

Я снова опускаюсь  на этот раз уделяя внимание уже её левой груди, в это время пальцами сминая сосок на правой. Всё её тело отвечает мне взаимностью и вибрацией, но она специально сдерживает в себе звуки, поскуливая от удовольствия и тем самым разжигает во мне еще больший азарт.

— Ты вынуждаешь меня пойти на крайние меры, принцесса.

Она в недоумении смотрит на меня, пока я кладу руку на её живот и заставляю полностью лечь на кухонный островок, руками начинаю стягивать с неё шорты сразу с кружевными трусиками, которые улетают куда-то в сторону. Я поднимаю её ножки и раздвигаю их перед собой, пока она застывает в ожидании, а её светло-голубые глаза полузакрыты от возбуждения.

— Максим, подожди, — она кладёт руку где-то чуть выше ремня моих брюк. — Ты собираешься заняться со мной сексом? Сейчас?

— Да, — теперь уже её глаза округляются, и я понимаю, что должен сразу разъяснить для нее ситуацию. — Но не тем, о котором ты думаешь.

— А каки...

Я опускаюсь, целую её живот и россыпь из небольших родинок около пупка справа, а затем раздвигаю её ноги шире и провожу языком вдоль её, давно уже, влажной киски, собирая на языке всю её влагу, от чего она вздрагивает, закрывая себе рот рукой.

— Боже мой!

— Пожалуйста, дай мне тебя слышать, — отвлекаясь от дела я снова поднимаюсь и убираю руку от ее рта.

— Но это очень пошло звучит.

— Я собираюсь отлизать тебе на кухне, где твоя мать готовит вам завтраки и ужины, — констатирую ей факты. — Вот это звучит пошло. А твои стоны это самое сладкое, что я смогу услышать в этой жизни.

— Ладно.

— Спасибо, что сжалилась и разрешила мне тебя слышать, принцесса.

Она улыбается, а я в этот момент снова опускаюсь к её киске. Обвожу языком по клитору, от чего она начинает елозить бедрами, и мне приходится обхватить их руками, чтобы продолжить вырисовывать весь алфавит заглавными и строчными буквами. Она больше не сдерживается: стоны заполоняют всю комнату, а она выгибается, впиваясь нежными пальчиками в край стола.

Сладкими на вкус оказались не только её губы.

Меня заводит просто мысль о том, что я доставляю ей удовольствие.

Что она моя.

Что лишь моему языку дозволено ласкать её между этих прекрасных ножек, что лишь я могу видеть её настолько возбуждённой, раскрасневшейся от желания, и истекающей соками. Лишь я буду ласкать её до конца этой жизни, а затем встречу её в следующей и стану и там для нее первым и единственным мужчиной, которого она подпустит к себе настолько близко.

Мой язык опускается между её складочек к самому входу и по кругу я обвожу его, а затем вхожу в неё языком, вылизывая свою маленькую девочку изнутри, пока большим пальцем правой руки накрываю её клитор и продолжаю круговыми движениями его стимулировать.

Блять, я хочу, чтобы это длилось часами, настолько она влажная, сладкая и вкусная.

— Макс, — я снова поднимаюсь языком к её клитору, а средний палец медленно вставляю внутрь нее, который без проблем скользит по её естественной смазке смешавшейся с моей слюной. — Что ты сейчас делаешь?

— Трахаю тебя пальцами, звёздочка. Не нравится?

— Очень нрави...Господи, — я чувствую, как её ноги дрожат сильнее обычного, она стонет особенно громко упоминая Бога, выгибаясь в спине, и теперь я точно знаю - она кончила.

Я поднимаюсь выше, целуя её бедро с внешней стороны.

— Макс, — она пристаёт на локти, а я поднимаюсь вверх, снова покрывая её живот поцелуями. — Я никогда такого не ощущала.

Естественно.

Ведь если бы ты ощущала подобное с кем-то другим мне пришлось бы приложить усилия для того, чтобы этот мужчина пропал без вести.

***

Девочки, ну у нас тут стало как-то горячо, чувствуете, да?😂
Долго думала от чьего же лица писать эту главу, но поняла, что она точно должна быть от Максима, ведь все должны знать, как он боготворит свою звёздочку🥺
Пишите свои впечатления от главы( я знаю, что все ждали уже каких-то 18+ вайбов, и вот они вам)

Я еще я всех жду в своем тгк, если вы хотите раньше всех знать, когда выйдет глава и получать по ней небольшие спойлеры до выхода.
Тгк: Катюша пишет о любви
Всех чмок в носики!