19. Достаточно взрослая
Максим
Мы на её кровати. Я полусидя, опираясь спиной на изголовье кровати, вплотную стоящей к стене, она - на моей груди. В ноутбуке рядом идёт какой-то фильм, на котором сосредоточено всё её внимание.
И пока она смотрит на персонажей фильма, я смотрю на неё. Изучаю её черты лица, словно делаю это впервые. Она постоянно смеётся, заставляя улыбку прорисовываться и на моём лице, но не от глупых шуток из фильма, а от того, какая она забавная и милая в этот момент.
— Тебе не нравится фильм? — поворачиваясь ко мне, спрашивает Аделина.
— Нравится.
— Ты ведь даже не смотришь его!
— Звёздочка, я смотрю.
— Хорошо, — она нажимает на клавиатуру и ставит фильм на паузу. — Как зовут главную героиню?
— Хорошо, не смотрю, твоя взяла.
— Давай я включу что-то другое?
Она уже встаёт, перемещаясь в положение сидя и кладет руку на клавиатуру, чтобы выключить фильм, но я останавливаю её, обхватывая за талию и притягивая обратно к себе, гуляя ладонями по всему её телу.
— Я так понимаю ничего не включать, да? — расплываясь в улыбке и проводя носом по моему подбородку спрашивает она, на что я киваю. — Ты очень колючий.
Указательным пальцем она проводит по моей щеке, рассматривая лицо. Сегодня она по-особенному домашняя и уютная, в комнате не горит свет, лишь сиреневая подсветка по краю кровати, но её кристально-голубые святящиеся глаза видны даже так.
— Мешает?
— А если я скажу, что да?
— Значит я буду всегда бриться перед встречей с тобой.
— Нет, — с наигранным недовольством говорит она. — Мне нравится вот так, с щетиной.
Я притягиваю её к себе, заключая в свои объятия, словно тиски. Прижимаю руками к себе так, будто она моя собственность, а я самый жадный человек в мире.
Моя маленькая собственность.
— Я много раз представляла это, — неожиданно выдаёт она улыбаясь, а затем утыкается носом в мою грудь.
— Что ты представляла? — она молчит. — Расскажи.
— Нет.
— Пожалуйста, звёздочка, — глажу её по волосам, словно на моей груди лежит котёнок. — Расскажи.
— Ты посчитаешь меня глупой.
— Я никогда не считал и не буду считать тебя глупой.
Она отстраняется от моей груди и усаживается рядом справа. Всё моё внимание приковано к ней в ожидании продолжения.
Что она представляла? О чём думала? О чём думает, когда смотрит на меня?
Я бы хотел попасть внутрь её мыслей хотя бы на минуту и узнать обо всём что её тревожит, чтобы полностью исключить эти обстоятельства. Узнать обо всём, что её радует, чтобы делать для неё это раз за разом.
— Точно?
— Точно, Аделина.
Она закрывает ладонями лицо, кажется, краснея, но в условиях неоново-розового освещения разглядеть этого не удастся. Убирает руки, улыбаясь и отводя взгляд в противоположную от меня сторону.
— Представляла, что ты будешь вот так лежать в моей комнате, гладить меня по волосам, говорить всякие слова приятные, — пока я не понимаю почему её так смущают эти мысли и просто молча слушаю дальше. — Что ты просто будешь влюблён. В меня. Будешь мною...ну прям бредить, как в книгах, знаешь.
Видимо, Аделина была слишком хорошей девочкой и дед мороз решил исполнить её заветное желание. Ведь я действительно ею брежу, чувствую себя одержимым, больным и до смерти в неё влюблённым.
Таким влюблённым, что даже страшно представить себе масштабы этого чувства.
Оно необъятно.
— Пока что всё соответствует действительности, почему ты не хотела мне этого рассказывать?
— Потому что я давно об этом мечтала, — поясняет она, но я всё еще не дохожу до сути её рассказа. — Не тогда, когда мы начали близко общаться, не тогда когда ты вернулся. Очень давно, Максим.
Теперь я наконец-то понимаю, что она всё это время хотела сказать и почему настолько смущена сейчас.
— Я знаю.
— В каком смысле? — у нее округляются глаза, а брови изгибаются от удивления. — Что ты знаешь?
— Знаю, что я тебе нравился, принцесса, — она опять прячет лицо в своих ладонях, её волосы тут же струящимся полотном по её спине спадают вперед. — Иди сюда, прекрати.
Я тяну ее за руку, снова заставляя почти лечь на меня, так, чтобы её лицо было ближе к моему.
— То есть ты всё это время знал? Знал, что я была в тебя влюблена и ничего не делал?
— Аделина, — ухмыляюсь я, поражаясь ходу её мыслей. — Тебе было двенадцать.
— И что?
— И то, что ты была ребёнком. Все маленькие девочки влюбляются в старшеклассников, это просто детские чувства, которые со временем все перерастают.
— И я тебе что даже чуть-чуть не нравилась?
Я не знал, как ответить ей на этот вопрос так, чтобы не задеть и не обидеть. Для неё в нашей ситуации не изменилось практически ничего: я и тогда и сейчас старше, а она и тогда и сейчас влюблена в меня. Но для меня изменилось всё: она перестала быть ребёнком в принципе и ребёнком лично для меня, теперь я видел в ней лишь прекрасную девушку, которая сводит меня с ума с каждым днём всё сильнее, даже когда кажется, что сильнее - просто невозможно.
— Ты безумно нравишься мне сейчас, этого тебе недостаточно?
— Нет.
— Я компенсирую тебе эти годы неразделённой любви, звёздочка, можешь не сомневаться.
— Посмотрим, — натягивая улыбку говорит она. — Еще я представляла то, что было сегодня.
Этой фразой она снова заставляет меня плавится, словно пластмасса под открытым огнём от желания.
Что она представляла? Как это было в её фантазиях?
— Расскажи, — её глаза блестят, она довольно улыбается. — Что еще ты представляла?
Я кладу руки ей на талию и заставляю сесть на себя сверху, перекинув одну ножку через мои бёдра.
— Мы правда будем это обсуждать?
— Да, мне интересно, что происходит в твоей голове.
— Я расскажу, если после этого ты ответишь на мои вопросы.
— Я отвечу на них при любых обстоятельствах.
— Что я представляла? Помнишь, в тот день, когда у меня болела нога и ты решил сам мне её перевязать?
— Помню.
— Я думала лишь о том, чтобы твои руки оказались выше, — я сглатываю, пытаясь не представлять тоже самое, но у меня не выходит. — Представляла это и хотела, чтобы ты целовал меня, пока ласкаешь пальцами.
Мне непривычно слышать подобное от неё, потому что выглядит она, словно сошедший с небес ангелок. Я и подумать не мог, что она фантазировала о чём-то подобном.
— И что ты делала в момент, когда представляла это? — она подавляет в себе улыбку, но не может сделать это до конца. — Расскажи.
— Хочешь знать...мастурбировала ли я в тот вечер с мыслями о тебе?
— Хочу знать, насколько сильным был твой оргазм, когда ты кончала с мыслями обо мне в тот вечер, звёздочка.
У меня твердеет член просто от мысли об этом и она, сидя сверху наверняка чувствует это достаточно отчётливо. Я снова думаю лишь о том, что эти шортики выглядят, как вызов, скрывая от меня её влажную девственную киску.
Воображение начинает рисовать картины того, как лёжа на этом самом месте она стягивала с себя трусики и доводила себя до оргазма своими тонкими, нежными пальцами представляя на их месте меня.
Аделина, тебя сам Бог послал, чтобы искушать меня раз за разом.
— Сильным, — как ни в чём не бывало озвучивает она. — Но не таким сильным, как сегодня, когда ты делал это языком.
— Ты думала только обо мне? — ловлю её недоумевающий взгляд. — Когда ласкала себя, Аделина, ты представляла других мужчин?
— Будешь ревновать, если я просто думала о ком-то другом?
— Да, — не раздумывая озвучиваю я. — Я хочу быть единственным мужчиной, с которым ты кончаешь, не важно в мыслях или в реальности, но единственным.
Её это забавляет. Вижу во взгляде. Она будто даже довольна тем, что я ревную, словно сумасшедший, даже к её собственным мыслям и фантазиям.
— Ну, — протягивает она, проводя указательным пальцем по моей груди. — Мало ли кто мне нравился, это же всё в прошлом.
— Кто? — переспрашиваю я, уповая на то, что она просто решила таким образом пошутить. — Кто тебе нравился настолько сильно, кроме меня?
— Тебе нужны имена?
Желательно еще отчества, фамилии и полные даты рождения, чтобы я мог найти каждого.
— Мне нужно, чтобы ты прекратила так шутить.
— А почему ты считаешь, что я шучу? — убирая улыбку с лица спрашивает она. — Тебе ведь кто-то нравился раньше настолько, что ты делал с ними вот такие вещи.
— Какие вещи?
— Такие, которые делал со мной на кухне этим вечером.
— Никто не нравился мне настолько сильно, насколько нравишься ты, — переходя на такой же серьёзный тон, как и у нее, отвечаю я. — И никому до тебя я не делал «этих вещей», звёздочка.
— Хочешь сказать, что за столько лет, ты никому...
— Никому не отлизывал и не хотел этого делать до твоего появления в моей жизни.
Она удивлена тому, что слышит прямо сейчас. А для меня это очевидно. Все отношения до этого, если их можно таковыми назвать, строились просто на желании тупого животного секса. Я просто видел женщину и хотел вставить в неё член без лишних мыслей, видел лишь тела и чувствовал исключительно желание овладеть ими.
С ней я хотел другого: хотел, чтобы ей было так хорошо, как никому и никогда. Хотел, чтобы она чувствовала, что мне в первую очередь важна она, её удовольствие и её ощущения.
Её хотелось облизать с ног до головы, ведь она самое сладкое создание в мире.
— Почему?
— Просто не хотел.
— А со мной почему захотел?
— Потому что я тебя люблю.
Её глаза округляются от моего ответа. Она явно не ожидала услышать подобное то ли от меня, то ли просто в данный момент.
Но точно не ожидала.
— Значит оральным сексом занимаются только с теми, кого любят?
— В моём случае - да.
Она внимательно смотрит на меня, словно запоминает каждую черту моего лица, натягивая при этом довольную улыбку. Она слегка опускается расстёгивая верхнюю пуговицу моей рубашки от чего я шумно и тяжело опустошаю лёгкие от воздуха. Затем вторая, третья, а потом и вовсе полностью её расстегивает.
— Расскажи теперь ты, — Аделина опускает палец где-то под моим правым ребром, обводя пальцем контур татуировки. — Ты когда нибудь думал обо мне?
— Я всегда думаю о тебе, звёздочка.
— Нет, — она отрицательно вертит головой с довольным видом. — В другом смысле.
— Представлял ли я секс с тобой?
— Да.
— Да.
— А подробнее?
Если бы не её ревнивый и собственнический характер, я бы ответил ей, что после парочки встреч я то и дело пытался отгородить себя от навязчивых мыслей о ней, преследовавших меня куда бы я не пошёл и с кем бы не проводил время.
Трахал других представляя её.
Опускал губы других женщин к своему члену - представляя её лицо.
Находился один в душе и думал лишь о том, насколько короткая её юбка.
Смотрел на её губы, гадая какие они на вкус.
— У меня очень много фантазий, принцесса, — пытаюсь как только могу уйти от этого вопроса и развернутого ответа на него. — И не каждую ты хотела бы услышать.
Её палец обводит нижний край моей татуировки в самом низу живота на правом боку, при этом каждый раз намеренно задевая рукой ремень на брюках.
— Специально это делаешь?
— А что я делаю?
Она расплывается в улыбке позволяя мне без лишних слов узнать ответ на свой вопрос.
Я обязан прекратить этот разговор, скатывающийся в одно сплошное месиво из сексуального напряжения между нами, которое нарастает только сильнее с каждым её неловким движением бедёр на давно вставшем члене. И она просто не может этого не чувствовать, но всё равно продолжает.
— Аделина, не надо меня дразнить, это плохо кончится.
Она, кажется, даже не пытается меня слушать, ну или просто не хочет этого делать. Отбрасывает волосы за спину и опускается, оставляя горячий и влажный след своими губами на моей груди, один за другим, спускаясь ниже и не оставляя без внимания ни один из кубиков пресса. И когда я чувствую её губы уже в самом низу живота около края брюк, а руки на своём ремне в попытках его неумело расстегнуть, я собираю её волосы в кулак, а затем тяну их, заставляя Аделину поднять на меня голову и посмотреть в глаза.
— Не надо. — строго говорю я.
— Почему? — в её голосе слышны, кажется, отголоски обиды вперемешку с удивлением. — Максим, я достаточно взрослая для того, чтобы хотеть сделать тебе так же приятно, как и ты мне.
Мой член спорит со здравым смыслом, согласно которому этого не должно произойти и я не должен её трогать. Но я слишком хочу её трогать, слишком хочу сейчас, чтобы мой член оказался у неё во рту и не могу думать ни о чём, кроме этого.
Аделина смотрит мне в глаза ещё несколько секунд, а затем не дожидаясь моего ответа сползает ниже, усаживаясь между моих ног и так же не разрывая зрительного контакта продолжает расстёгивать ремёнь, то и дело задевая руками член. Её пальцы расстёгивают ширинку и привставая, я помогаю ей тем самым стянуть с меня и брюки и боксеры до середины бедёр.
— Посмотри уже туда, — говорю я, замечая, как она по-прежнему стесняется опустить взгляд с моего лица на член.
Она послушно делает то, что я сказал, при этом тяжело вздыхая.
— Он большой, — единственное, что смущённо говорит она, от чего я сдерживаю улыбку изо всех сил. — Очень.
Её рука касается моего члена, обхватывая его и проводя вниз по основанию, я чувствую, как при этом дрожат её пальцы, но в глазах сверкает неподдельный интерес.
Кажется, я готов кончить от одного её неуверенного прикосновения. Настолько я её хочу. Настолько не могу поверить в то, что Аделина действительно сейчас сидит и собирается сделать то, о чём я даже не мог мечтать в отношении неё.
— Скажи, что мне нужно делать, чтобы тебе было хорошо?
Она выглядит забавной, невинной, непонимающей толком, как вообще нужно делать минет, но безумно желающей этого. И это заводит меня только сильнее.
— Мне уже хорошо, звёздочка.
Я наматываю всю длину её волос на кулак, фиксируя руку на голове и плавно опускаю её вниз. Она немного высовывает язык и проводит им по головке члена, а затем обхватывает её губами полностью.
Блять, я точно умер и попал в рай.
Ощущения разрывают каждую артерию, наполненную кровью, то ли потому что её влажный и нежный ротик делает всё это со мной, то ли просто от осознания, что она - это она. Я помогаю её движениям медленно опуская её голову раз за разом и контролируя то, чтобы это не было излишне настойчиво, грубо или быстро.
Хочу, чтобы это было комфортно для неё, даже если привык немного к другому темпу и интенсивности. Впервые во время того, как кто-то брал в рот мой член я думал не о себе, а о том, чтобы не сделать неприятно в первую очередь ей.
— Я делаю всё правильно? — отрываясь на секунду она поднимает голову. — Ты что всё это время смотрел, как я это делаю?
Даже если бы она попросила меня отвернуться, я бы просто физически сейчас не смог этого сделать, ведь смотреть на то, как девушка, о которой можно было мечтать только в своих самых смелых и нездоровых фантазиях, без надежды на то, что когда-либо это случится в реальной жизни, буквально лучшее ощущение, которое не сможет заменить ни одна женщина, умеющая первоклассно и профессионально отсасывать.
— Да, смотрел, — она смущается, закусывая и так влажную от слюны губу. — И да, ты всё делаешь правильно.
— Тебе хорошо?
— Клянусь, если ты сейчас опустишься обратно к моему члену, я буду самым счастливым на всём, блять, белом свете.
Она довольно улыбается, а после обхватывает член у самого основания и опускается к нему губами, синхронизируя движения своего рта и руки, от чего у меня, кажется, сейчас случится судорога в левой ноге. Настолько эти ощущения нечеловечески возбуждающие.
Я резко оттягиваю её за волосы назад, заставляя прекратить.
— Что? — тут же спрашивает она.
— Я сейчас кончу, и не думаю, что ты хочешь, чтобы это было в твой прекрасный ротик.
— А ты как хочешь?
— Дело не во мне сейчас.
— Нет, в тебе, — уверенно говорит она. — Я хочу, чтобы тебе было приятно.
— Уверена? — последний раз переспрашиваю я, уже не удерживая её голову так сильно и позволяя ей начать опускаться обратно.
— Да, — говорит она, проводя языком по головке моего члена. — Я хочу, чтобы ты кончил мне в рот.
Она снова обхватывает его губами и помогает себе рукой, просто потому что не может взять хотя бы немного глубже, чем половину длины и этого вполне хватает для того, чтобы через несколько секунд я почувствовал, как сперма полностью наполняет её ротик, после чего она отстраняется и смотрит мне в глаза.
Я даже не успеваю сказать ей, что она может просто выплюнуть содержимое, как вижу, что она глотает.
Я в ахуе с того, что только что произошло. С того, чему я позволил случиться, а ещё больше я в ахуе с того, что эта девочка даже глазом не моргнув просто проглотила всю накопившуюся во мне сперму за всё время, пока я мечтал лишь о ней и не смел даже посмотреть в сторону кого-то ещё.
— Ты самая лучшая девочка на свете, — я притягиваю её к себе и целую в губы, осознавая, что она принадлежит мне одному и никакой другой мужчина никогда не почувствует подобного с ней.
— Я просто тоже хотела сказать, что люблю тебя.
***
Пубертатные вайбы меня не отпускают ( и вы этому , я думаю, несказанно рады😂)
Обмен приятностями у наших котов прошёл успешно, я считаю!
Всех целую в носы, и еще раз вам оставляю тгк, так как по названию у многих не находит.
Вводим через собаку brooklyn_baby07 в поиске, коты, и всё найдётся❤️