14.
Самая магическая из привычных вещей находится у каждого под рукой:
зеркало.
Казалось бы, простое стекло, покрытое серебристой амальгой - но за те века, что человек пользуется им, «отражатель» этот оброс огромным количеством поверий и легенд.
Никогда не боялись смотреть туда?
А разбитых зеркал, которые, как считается, наносят проклятья?
Вся моя жизнь – сплошное отражение вчерашнего дня. Как зеркало.
Но оно разбилось. Как и разбилось всё хорошее, что я думала о родителях. Кусочки этого разлетелись на все стороны, порезав все мои здравые мысли. Папа, в буквальном смысле, хотел прикончить дочерей своими же руками. Своим же экспериментом. Я никогда не разочаровывалась так в родителях. Мы сидели под большой старой елью в парке, её ветви аккуратно покачивались от ветра. Монстр уже давно ушёл, но мы не торопились. Что, если он вернётся? Мы не успеем уйти. Но как говорил Мун: его не «наградили» скоростью. Но этот ублюдок прыгает на метров десять вперёд, так что убежать от него будет теперь весьма проблематично.
Самое главное, чтобы он не добрался до Рики и Ивана.
– Пойдём обратно? – дёрнув за рукав Муна, который уже закрывал глаза. - Ты здесь спать собираешься?! А если Рике и Ивану нужна помощь?! Ты просто будешь лежать?! – ни одна мышца не дёрнулась на лице парня. Он был спокоен, и не воспринимал никакую информацию от меня.
– Хочешь стать его обедом? Пожалуйста. – он кивнул на дорогу, по которой шёл D47. – Помощь им не нужна. Тем более, что они сейчас в магазине с оружием, а эта тварь вряд ли пойдет в торговый центр за продуктами. - глупая шутка, Мун. Сейчас вовсе не до неё.
Я замолчала. В чем-то он прав, в магазине ему их не достать, а мы были как на ладони для монстра. Эта мысль заставила меня оглядываться, чтобы найти что-нибудь получше, чем сидеть на мокром снегу. В парке должна быть беседка, но кроме деревянных скамеек, по бокам обрамлённых в железо, которое было похоже на лианы, длинных ёлок, которые склоняли свои ветки к земле от ветра, ухоженных кустиков, кое-где помятых, видимо от них и ёлочек, по бокам многих скамеек, ничего более в парке не было. Моё внимание привлёк воздушный шарик. Он зацепился за ветку дерева, веревкой.
Шар был практически сдут и медленно качался на ветру. Должно быть, он с ярмарки, которая была уже месяца два назад, когда город ещё пел о своей жизни. Ностальгия неприятными слезами показала себя. Я вспомнила про Марину, которая любила гулять по парку и есть сладкую вату. Я грустно улыбнулась, смотря на самую дальнюю скамейку, где мы сидели. Когда-то.
Все моменты, случившиеся в этом парке, резко всплыли в памяти, ядовитой змеёй оплетая шею, сдавливая горло. Хочется кричать от боли и желания вернуть всё назад. На ресницах застыли слёзы, такие маленькие капельки, немного соленые, которые катятся по щекам, оставляя мокрые дорожки.
Нет. Так нельзя. Нужно идти дальше.
Я тихо встала со снега, и поправив рюкзак, пошла к нашему убежищу. Это опрометчивое решение, но просто сидеть не получается.
Тихое шуршание моей подошвы по асфальт, где-то переливается ручей на тротуаре. Серое, некрасивое небо, всё это будто готовит меня к чему-то очень тяжёлому и страшному. Я быстро оглянулась назад, на дорогу, где шёл D47: там никого нет. Как сквозь землю провалился. Тихий топот, где то далеко от меня, заставил насторожиться. Сглотнув ком, который образовался в горле, я остановилась. Вдруг перепутала со своими шагами? Нет, этот топот более громкий, сильный, как будто давит асфальтированную дорожку, оставляя на ней вмятины.
Ещё громче, ещё страшнее.
Беги.
Ноги сами вели меня куда-то, я начинала задыхалась, но мною управлял страх, который захватил разум. Я не сворачивала с улицы, бежала прямо, была открытой мишенью, не было и мысли спрятаться где-нибудь под деревом, в подвале какого-нибудь дома. Просто бежать. Бежать без оглядки. Не думать ни о чём, кроме спасения своей задницы. Грохот стал слабее. Будто монстр выдохся, и бежать больше не может. Я резко завернула куда-то к многоэтажкам, которые были огорожены забором. Калитка с одного лёгкого движения открылась, и я побежала к дверям дома. Почему то, мне пришла мысль, что там будет еда, и я смогу поесть, набраться сил и отправиться домой. Перепрыгнув через лужу у подъезда, я дёрнула ручку двери. Открылась. Видимо, из-за того, что света нет. Темный коридор и лестница, сразу поднявшись, передо мной три железные двери лифтов. Быстро скинув рюкзачок и достав оттуда, когда-то давно найденный топор, я двинулась по лестнице. Нет, чувства безопасности не было. Было страшно, что сейчас из-за какой-нибудь двери выскочит тварь и будет шипеть, противно, как змея, брызгаясь своей кровавой слюной. На первом этаже этого не было.
Я не нашла причин идти до последнего, пятнадцатого этажа, всё время оглядываясь. Но есть и плюсы. Если подняться на самый верх, то можно будет осмотреться. D47 достаточного огромный, чтобы его можно было рассмотреть с пятнадцатого этажа. Если удастся, попробую найти более короткий путь к убежищу.
Решено, иду до последнего этажа.