Глава 29. Важный разговор
Зима в Хогвартсе была особенно суровой. Мороз сковывал каменные стены замка, и даже толстые свечи в комнате девочек едва согревали пространство. Ветер свистел за окнами, колючий и беспощадный, словно напоминал, что за стенами волшебного замка — суровый и холодный мир.
Элис лежала в своей кровати, укутанная в несколько одеял, её тело дрожало, а лоб горел жаром. Температура поднялась внезапно — последствия вчерашнего изнуряющего состояния и долгого пребывания на холоде, когда она лежала под открытым небом, пытаясь прийти в себя.
В комнате было пусто — однокурсницы ушли на уроки, а сама Элис не могла даже пошевелиться. Её голова тяжело склонялась на подушку, а дыхание было тяжёлым и прерывистым.
На столе рядом стоял наполовину выпитый кружок горячего имбирного чая, который она не смогла допить. Её белые волосы были спутаны и слегка влажны от пота, а на лице виднелась усталость и боль.
Дверь в комнату открылась тихо. Вошёл Фред, его глаза сразу же нашли Элис. Она выглядела хрупкой и беззащитной, словно совсем не та уверенная в себе девушка, которая недавно бродила по замку.
— Элис? — он подошёл ближе, присев на край кровати. — Ты плохо выглядишь.
Она попыталась улыбнуться, но получился лишь слабый вздох.
— Я не пойду на уроки, — тихо сказала она, — слишком больно. Голова раскалывается, температура...
Фред кивнул, и его лицо смягчилось от беспокойства. Он снял с плеча свой шарф и аккуратно укрыл ей шею.
— Понимаю, — сказал он, — но ты должна беречь себя. Вчерашнее... всё это было слишком опасно для тебя.
Элис отвернулась, не желая смотреть в его глаза.
— Я знаю, — прошептала она, — но иногда... иногда всё кажется таким тяжёлым, что хочется просто забыться.
Фред тяжело вздохнул и взял её руку в свою.
— Я понимаю, что тебе больно не только физически, — сказал он мягко, — но алкоголь, алкоголь и те другие вещи — это не выход. Ты калечишь себя. Это не решит твоих проблем, а только сделает всё хуже.
Элис чуть приподнялась, стараясь встретиться с ним взглядом, но слова застряли в горле.
— Я пытаюсь быть сильной, — сказала она наконец, — но иногда силы не хватает.
— Ты не одна, — уверенно ответил Фред. — Ты думаешь, я идеален? Нет. Но я всегда рядом. И мы должны вместе справляться с этим. Понимаешь?
В комнате вдруг стало теплее — не от свечей, а от его слов, от его поддержки.
— Мне страшно, — призналась Элис, — боюсь, что никогда не смогу стать такой, как все.
Фред улыбнулся, потянул её руку к губам и нежно поцеловал её ладонь.
— Ты уникальна, — сказал он, — и мы сделаем всё, чтобы ты это поняла. Но для начала нужно перестать вредить себе. Обещаешь?
Элис кивнула, и в её глазах появилась искра надежды.
— Хорошо, — сказала она тихо. — Обещаю.
Фред не сразу ушёл из комнаты. Он сел рядом с Элис и ещё раз внимательно посмотрел на неё. Её бледное лицо, тяжелое дыхание, покрасневшие от жара глаза — всё это трогало его сердце. Он понимал, что простые слова поддержки — это только начало. Чтобы помочь, нужны действия.
— Элис, — сказал он наконец, — я пойду к Помфри. Она знает, что делать в таких случаях. Я попрошу у неё лекарства, чтобы тебе стало легче. Ты останешься здесь, хорошо?
Элис кивнула, устало закрывая глаза.
— Спасибо, Фред... — прошептала она.
Он улыбнулся, поднялся с кровати и аккуратно вышел из комнаты, стараясь не шуметь.
Коридоры Хогвартса были по-прежнему холодными и пустынными в это раннее утро. Фред быстро, но тихо шагал по каменному полу в сторону медпункта, где обычно дежурила мадам Помфри.
Когда он вошёл, Помфри сразу заметила его обеспокоенное лицо.
— Что случилось, мистер Уизли? — спросила она, отодвигая очки.
— Это Элис Малфой, — ответил он, — она очень плохо себя чувствует, температура высокая, и я хотел бы попросить что-нибудь, чтобы облегчить её состояние.
Мадам Помфри внимательно осмотрела Фреда и кивнула.
— Да, я виделась с ней сегодня утром. Студенты в её возрасте часто слишком много берут на себя, и потом организм не выдерживает. Вот, я приготовила несколько зелий — жаропонижающее, средство для облегчения боли и успокаивающее.
Она аккуратно достала из шкафчика стеклянные пузырьки с различными зелиями, поместила их в маленькую корзинку и передала Фреду.
— Очень важно, чтобы она принимала всё строго по инструкции. И чтобы она много пила.
— Конечно, мадам Помфри, — сказал Фред, принимая корзинку. — Спасибо вам.
Он быстро побежал обратно к комнате Элис, волнуясь за неё. Его сердце стучало сильнее — он чувствовал ответственность, словно был не просто другом, а защитником.
Вернувшись, он осторожно открыл дверь и подошёл к кровати, где Элис всё ещё лежала, с закрытыми глазами.
— Вот, — тихо сказал он, ставя корзинку рядом, — мадам Помфри дала тебе лекарства. Нужно принимать их по расписанию, чтобы тебе стало лучше.
Элис медленно открыла глаза и попыталась улыбнуться.
— Спасибо, Фред, — сказала она слабым голосом. — Ты такой хороший...
Фред сел рядом и взял её руку в свои.
— Мы справимся, — уверенно сказал он. — Я буду рядом и помогу тебе, сколько понадобится.
Он достал из корзинки жаропонижающее зелье и аккуратно помог ей выпить его, стараясь не причинять ей дискомфорта.
— Ты должна беречь себя, — сказал он, — и не забывать отдыхать.
— Я постараюсь, — прошептала Элис, чувствуя, как в груди становится немного легче от его заботы.
В комнате воцарилась тихая, почти домашняя атмосфера — стены казались теплее, а холодный ветер за окном отступал под защитой дружеского тепла.
— Фред, — наконец сказала Элис, — спасибо, что ты здесь. Мне так плохо...
— Я знаю, — ответил он мягко. —меньше в снегу нужно валяться кошечка.