17

Автобус доехал до нужной мне остановки, я вышел. Я знал, примерно, где живёт мой школьный друг «И». Последний раз мы виделись полгода назад — на выпускном.

— Как быстро порой летит время, — проскользнула мысль в тот момент, когда я направлялся к его дому.

Я не знал точно, в какой квартире он живёт, хотел написать ему, но мой телефон уже сел. К счастью, я взял с собой зарядку, только была проблема в том, что я не знал, где можно зарядить телефон на улице.

Я пришёл в какой-то небольшой магагазинчик, достал штекер, вставил его в зарядку и подсоединил свой телефон. Сидел на полу и ждал пока телефон будет готов. Люди проходили мимо меня, и слегка странно пялились. Через несколько минут экран моего телефона загорелся белым. Еще через минуту у меня появился интернет.

Я написал «И», что я возле его дома. Он не сразу ответил, а потом даже и не поверил до конца, , немного посмеялся, думая, что я шучу. Он сказал точный адрес, это было совсем близко — буквально в двух минутах ходьбы.

Когда подошёл, я снова написал ему. Через минуту в окне показался он и его мама — та, с которой он раньше жил в старой квартире с тараканами. Они оба помахали мне, а в ответ я им.

Минут через пять «И» вышел из дома, и я снова увидел его. Он был почти таким же, как когда я видел его в последний раз. Думаю, что я тоже не сильно изменился с нашей последней встречи.

— Не ожидал я, конечно, что ты приедешь, — сказал он после того, как мы поздоровались.

— Ну, а что ты думал, что я шучу? — улыбнулся я. —Пойдём прогуляемся, покажешь мне райончик.

«И» переехал в новый район Калининграда, который находился совсем далеко от посёлка. Забавно, но в лет одиннадцать мы все были уверены, что из этого места никто никогда не уедет и мы все будем дружить до конца жизни. Сколько раз я думал об этом, и сколько раз удивлялся тому, как сильно со временем всё может измениться.

Мы гуляли по району, который в городе называли Балтоном. Некогда это был один из самых криминальных районов в области. Стоило тебе только вступить на его территорию после определённого часа, и если ты не имел крыши, то считай этой ночью ты пропал. Но те времена давно были позади, а поэтому с «И» мы чувствовали себя вполне безопасно.

Бывает, что встретишь старого знакомого, или даже старого друга и думаешь, что у вас ещё есть много чего объединяющего, ведь вы вместе столько всего прожили некогда в прошлом. Но попытки поговорить или наладить контакт, как-то не приводят ни к чему... Разговор не строится, диалог тоже. Вроде и говорите о чём-то, но всё уже не то... какое-то очень пресное и совсем неживое...

С «И» было, примерно, так же. Всё ощущалось каким-то странным. Некогда мы были лучшими друзьями, как мне тогда казалось. А сейчас даже нечего обсудить особо, хотя сколько прошло? Всего каких-то шесть месяцев? Мы ведь даже полностью общение не прекращали, общались периодически в дискорде по вечерам, играли во что-то. А сейчас? Сейчас вот так...

Мы вернулись к нему домой. Решили, что останусь у него на ночь. Он принёс мне салат, я поблагодарил его и покушал. Мы посмотрели фильм. Джеймс Макэвой в роли чувака с раздвоением личности. Первые минуты Грязи одни из самых смешных в кинематографе, что я когда-либо видел.

Я думал, что мы ещё чем-нибудь позанимаемся, что-нибудь может обсудим или что-нибудь поделаем на худой конец. Но «И» решил, что мы будем спать. В этой квартире были его порядки.

Первый раз в своей жизни я спал с парнем в трусах в одной кровати. Даже при учёте того, что никакого контекста между нами не было, я всё равно чувствовал определённую неловкость. Плюс засыпать в новом месте всегда непривычно.

В комнате у «И» стояла елка с гирляндами. Дома я привык спать в полной темноте. Тут же горели гирлянды, которые не давали расслабиться. Я был уверен, что «И» вот-вот встанет, и вырубит их, и я наконец смогу отключиться. Но, кажется, он совсем об этом не думал. Через пять минут он уже спал как убитый.

— Что-ж, попробуем поспать так, — подумал я.

Я повернулся на левый бок, наблюдая за ёлкой и гирляндами. Они плавно переливались цветами между собой. Это было очень даже завораживающе. С каждым мгновением я всё больше погружался в эти световые узоры, словно гипнотизируемый мягкими отблесками.