29
Елизар. Ранее.
— Мне нужны деньги, — задумчиво произнёс я.
— Заработай, — сказал Илья так, слово это было пустяковое дело.
Мы удобно разваливались на диване в гостиной и доедали испечённые тётей пирожки с мясом. Последнее время я зачастил в гости к брату.
— Вот и дед так говорит, — вздохнул я. — Упёрся, зараза, и не даёт мне деньги, которые перечисляет отец.
— Он дело говорит, — улыбнулся Илья. — Мужик должен уметь содержать себя сам.
— Ага, рассказывай. А ты что, не мужик? — с вызовом спросил я. Потому что понимал, что Илью содержали родители и, судя по тому, как он выглядел, ни в чём не отказывали. Мой дядя был владельцем стоматологической клиники, а тетя считалась лучшим психотерапевтом в городе. Илья же учился в медицинском университете, решив пойти по стопам отца.
— Я подрабатываю, — серьёзно ответил Илья.
— Кем?
— Какая разница?
— Гонишь, наверное? — с подозрением спросил я. — Или, может, что-то незаконное?
— Нет.
— Тогда скажи. Ну?
— Отвали.
— Так и знал, что гонишь.
— Я убираюсь у отца в стоматологии, — Илья посмотрел на меня с вызовом, словно ждал, что я начну над ним смеяться, но я зауважал его сильнее. Меня поразило то, что он не побрезговал начать с низов. Я не сомневался, что в будущем Илья станет первоклассным стоматологом.
— Есть идеи, как мне заработать? — спросил я.
— А давай ты будешь выгуливать Кокса по утрам, а я буду тебе за это платить, — воодушевлённо предложил Илья и потрепал за голову, свернувшегося возле его ног пса.
— Да пошёл ты, я и так его постоянно выгуливаю. Ты мне уже кучу бабла должен.
Илья откинулся на спинку дивана и беззаботно рассмеялся.
— Я бы мог подрабатывать инструктором, — сказал я.
— Каким?
— Но у меня нет велика...
— Хорошо ездишь?
— А то.
Илья задумчиво почесал затылок и, помолчав с минуту, выдал:
— Да бери мой, потом вернёшь.
— Серьёзно? — обрадовался я.
— Пошли, покажу.
Мы вышли на просторную лоджию, к одной из стен с помощью креплений были подвешены два велосипеда.
— Подойдёт? — спросил Илья.
— Конечно, не такой, как у меня дома, — Я окинул велосипед оценивающим взглядом, - но вполне себе.
— Спасибо, Илья. Я так тебе благодарен, что буду выгуливать Кокса совершенно бесплатно, — съязвил брат, якобы изображая меня.
— Спасибо, реально спасибо.
— Должен будешь.
— А как же помощь ближнему?
— Э, нет. Я тебе не Алиса, так что с тебя сто пятьдесят прогулок с Коксом.
В этот день я поставил себе цель накопить денег на поездку в родной город, чтобы забрать свой велосипед, но главное — наконец-то встретиться с Майей. Я безумно по ней скучал.
За несколько месяцев, проведённых с дедом в одном доме, мы научились уживаться друг с другом без скандалов. Мне несказанно повезло, что он был немногословным и обращался ко мне лишь с просьбами или когда был чем-то недоволен.
Он оказался не самым плохим человеком, совсем не таким, как рассказывала мама. Не знаю, в какой момент, но мне стало по-настоящему интересно, за что она его так сильно ненавидела. Но я не пытался спросить, потому что был уверен, что дед мне не ответит.
В университете я неплохо общался с одногруппниками, но близко не дружил ни с кем. Сразу после пар я спешил выгуливать собак, хозяева которых нашли меня по объявлению, через объявление в интернете. Затем я приходил домой и выполнял поручения деда. Рубил дрова для бани, мыл пол, даже картошку жарить научился. Вечером готовился к лекциям. По выходным, пока не наступили первые заморозки, учил трюкам парней, которых мне подгонял брат.
Свободное время проводил с Ильёй. С ним было легко. Он нравился мне своей непосредственностью. Мне казалось странным, как в одном человеке могли сочетаться раздолбайство и серьёзность. Рядом с ним было по-настоящему весело и интересно. Я совсем не чувствовал разницы в возрасте, несмотря на то, что он был старше на несколько лет.
Мне нравилось находиться у него дома. Слушать забавную болтовню Алисы, весёлое тявканье Кокса. Было интересно наблюдать за тётей и дядей, они оказались милыми людьми. В моей голове появлялось всё больше вопросов к маме.
В один из разговоров с ней я набрался смелости и потребовал объяснить, за что она ненавидит своих родственников, но мама сказала, что меня это не касается.
Двадцать пятого ноября мне исполнилось восемнадцать. Я не собирался праздновать, но дед поставил во дворе мангал и затопил баню.
Я угрюмо слонялся по дому и дико скучал по Мае. Многое бы отдал, чтобы провести этот день с ней. Она поздравила меня ещё ночью, стоило часам достигнуть полуночи. Мы долго разговаривали и мечтали о нашей встрече.
Мать поздравила меня утром сообщением и дурацкой картинкой, а отец, кажется, совсем забыл. С каждой минутой моё настроение неминуемо скатывалось в пропасть.
Но всё изменилось, когда порог дедушкиного дома пересекла толпа шумных родственников с радостно гавкающим псом.
Дядя и Илья были нагруженным пакетами. Алиса тащила яркую коробку с тортом, а тётя - огромное блюдо, укрытое полотенцем.
Неужели испекла для меня мои любимые пироги?
— С днём рождения! — закричали они в четыре голоса, так словно сто лет меня не видели.
Я растерялся, мне захотелось спрятаться, потому что я почувствовал себя крайне неловко. К такому вниманию я не привык, но Алиса не дала мне сбежать. Она поставила коробку на снег и кинулась меня обнимать.
А потом был праздничный ужин, вкуснейший шашлык и баня. Мы с Ильёй дрались вениками, воображая себя джедаями из звёздных войн. В какой-то момент мне показалось, что от невыносимой жары у меня из ушей повалил пар, а глаза вот-вот выкатятся из орбит. Я обессиленно рухнул на деревянную скамейку.
— Идём, — позвал Илья.
Он выбежал на улицу и с разбега сиганул в сугроб. Побарахтавшись в нём несколько секунд, с диким воплем залетел обратно в баню.
Я высунул голову из-за массивной двери и, посмотрел по сторонам, убеждаясь, что двор пуст. Осторожно вышел на крыльцо.
— Вперёд, — Илья толкнул меня в спину.
Я разбежался и нырнул в сугроб.
К моему удивлению, снег показался не ледяным, а горячим, тело словно покалывало сотнями маленьких иголочек. И чего он так орал? Какое блаженство. Как я раньше без этого жил?
— Эй, придурок! Долго не валяйся, — услышал я крик брата.
— Отвали!
— Простудишься!
Я нехотя поднялся и поскакал обратно в баню.
Вечером, устроившись на односпальной кровати, я мог с уверенностью сказать, что это был лучший день рождения в моей жизни.
С двенадцати лет, как уехала мама, этот праздник перестал для меня существовать. Отец вручал мне подарок, и на этом празднование заканчивалось. Сегодня же были тёплые поздравления, объятия, разговоры, много смеха и праздничный стол в мою честь.
Я считал, что ненавидел свой день рождения, но это оказалось не так. Я просто не умел его праздновать или рядом были люди, которые не предавали этому дню значения.
А, может быть, они не придавали значения мне?
Я не знал, но сегодня я чувствовал себя по-другому, словно долго блуждал и наконец-то оказался на своём месте.
Я чувствовал себя нужным.