Глава 1. Тени прошлого
***
Маленький норвежский городок уже укутался плотным покрывалом ночи. Улицы были пустынны, лишь жёлтые фонари бессильно отбрасывали слабый свет на обледенелые мостовые. Воздух был пронизан морозной свежестью — он колол лёгкие при вдохе и пах чем-то древесным, зимним, почти древним.
Эмилия быстро шагала по тропинке, ведущей к их скромному дому на окраине. Снег похрустывал под ботинками, в свете фонарей её дыхание вырывалось клубами пара. Прогулка с друзьями немного развеяла тяжёлые мысли, но холод вновь возвращал их — цепкими пальцами тревоги, где-то глубоко в груди.
Открыв дверь, она резко сбросила кожаную куртку на крючок, не утруждая себя аккуратностью. Из кухни доносился слабый запах лаванды и оставшегося от ужина тушёного мяса. Дом казался пустым. Тихим. Слишком тихим. Даже тишина здесь казалась... напряжённой.
Поднимаясь по скрипучим деревянным ступенькам, Эмилия ощутила странное волнение. Её ладони стали липкими, сердце ускорилось — без причины. Казалось, что воздух вокруг стал плотнее, как перед грозой.
Открыв дверь своей комнаты, она замерла.
Там, в полумраке, освещённый лишь светом из окна, стоял Кэллан Петтигрю.
— Кэллан? — голос её прозвучал хрипло, почти неузнаваемо.
Он стоял, прислонившись к стене, в тени. Его лицо было частично скрыто, но глаза… они светились в темноте, как глаза зверя. Эмилия отступила на шаг. Сердце забилось в горле. Он не должен был знать, где она. Никто не должен был.
— Ты… Как ты… — прошептала она.
Кэллан вышел из тени, лицо его не выражало ни радости, ни злости — только странное, отстранённое спокойствие. На губах играла тень усмешки.
— Ты так легко поверила, что всё позади, Эм. Что ты можешь спрятаться. — Его голос был низкий, с хрипотцой, словно чужой, надломленный.
Прежде чем она успела что-то ответить, в комнате вдруг стало холоднее. Воздух сгустился, как дым. Из-за спины Кэллана — вышел Он.
Воландеморт.
Свет погас. Лишь отблески луны серебрились на полу. Темная фигура Лорда наполняла собой всё пространство — как тень, что вытесняет воздух и тепло. Его змеиные глаза прожигали Эмилию насквозь, вызывая судорожный озноб. От него пахло пеплом, гнилью и чем-то едва уловимым — словно смерть имела запах.
Эмилия не могла пошевелиться. Она не могла дышать. Всё в ней кричало: беги, но ноги словно вросли в пол.
И вдруг — хлопок. Скрип открывающейся двери.
— Эми, ты дома?.. — в комнату вошёл Джереми. Его голос звучал обыденно, даже весело… но не успел окончить фразу.
Кэллан метнулся вперёд, как хищник. Мгновенно. Его ладонь вонзилась в горло Джереми, и с силой прижала того к стене. Стены задрожали, в воздухе раздался глухой удар. Джереми пытался сопротивляться, хватался за запястье Кэллана, глаза распахнуты от боли и ужаса.
— Кэллан, нет! — закричала Эмилия, бросаясь вперёд, но Воландеморт вытянул палочку, и волна магии отшвырнула её к стене. Воздух вылетел из её лёгких.
— Пожалуйста... — прошептала она, задыхаясь, сдавленно, из-под слёз. — Отпусти его... Прошу...
Глаза Кэллана сузились. Его голос был ледяным, как норвежский зимний ветер:
— Это за предательство ваших родителей.
Он повернул запястье.
Хруст.
Эмилия закричала. Мир на мгновение остановился. Всё стало размытым — звук, свет, время. Всё исчезло. Осталась только тишина. Тишина и тело её брата, безжизненно сползающее по стене.
Она опустилась рядом, схватила его лицо, прижимаясь лбом к его щеке. Она уже не слышала смеха Кэллана. Она уже не чувствовала ледяного взгляда Воландеморта. Только тёплая кровь на руках. Только страх. И боль, что будто бы навсегда проросла в её грудной клетке.
Сквозь туман сознания она услышала голос Лорда:
— Всё начинается, дитя. И ты — наш первый ключ.
***
Как только последние слова Воландеморта растворились в ледяном воздухе, комната вспыхнула зелёным светом — мимолётным, ослепляющим, словно мгновенная вспышка северного сияния, и тела Кэллана и Лорда Воландеморта исчезли. Бесшумно. Без следа.
Тишина повисла надломленным куполом.
Будто сама реальность замерла, не зная, как отреагировать на то, что только что произошло. Осталась только Эмилия. И Джереми. Вернее, то, что осталось от него.
Она стояла на коленях, обняв его безжизненное тело, лицо прижато к его груди, как в детстве, когда пряталась от кошмаров. Его руки, всегда тёплые, крепкие, теперь были холодны и неподвижны. Его губы чуть приоткрыты, глаза не успели закрыться.
— Джереми... — прошептала она, — Джереми, пожалуйста...
Но в ответ — ничего. Лишь тихий скрип половиц под её телом и удушающая тишина, похожая на похоронный звон.
Слёзы текли бесконтрольно, горячие, едкие. Они стекали по щекам, капали на рубашку брата, оставляя тёмные пятна, будто кровь.
Её руки дрожали. В ушах звенело.
Она пыталась говорить, кричать, но из горла вырывались лишь всхлипы и сдавленные стоны.
Словно голос больше не принадлежал ей.
Что-то сломалось. Глубоко внутри.
Привычный уют комнаты, знакомые фотографии на полках, кресло у окна, её блокнот на столе — всё теперь казалось чужим. Комната будто потеряла цвет, форму. Превратилась в декорации к ужасу, в который Эмилия ещё не успела поверить.
Она медленно поднялась на ноги, пошатываясь, словно старуха. Подошла к окну.
Небо было всё таким же спокойным. Над городом светились далекие звёзды. Мир снаружи не знал, что её жизнь раскололась пополам.
Она смотрела в темноту, не мигая. Её дыхание оставляло след на холодном стекле.
— Почему… — одними губами, почти беззвучно.
В груди сжалось. Не от страха — от пустоты. Той, что заполнила её изнутри, как чёрная вода. Она чувствовала, как мир стал другим. Не потому, что Воландеморт снова проявился. И даже не потому, что Кэллан был с ним.
А потому, что теперь она была одна. Совсем одна.
И это одиночество — не физическое. Это была трещина в самой ткани её души. Трещина, сквозь которую уже сочилась тьма.