33 part - окстись.
Солнечные лучи неприятно бьют в глаза, отчего хочется подняться и занавесить шторы. Стоп, что? Недовольно сморщившись, девушка открывает глаза, подрываясь с кровати.
— Что за хуйня? — не понимает она. Она должна была с Глебом поговорить, это было пару минут назад. Что она делает на кровати, и вообще, как она тут оказалась?
— О, проснулась, — входит в комнату кудрявый, вытирая руки кухонным полотенцем. — Я уже думал тебе скорую вызывать. Так, рассказывай, сколько употребила вчера, — требует он, пока Алисия лишь сонно проводит ладонями по лицу, ничего не понимая.
— Что случилось? Ты меня ударил, потом сказал, что я тебе нравлюсь и хочешь поговорить... — мямлит она, скептически оглядев Викторова, и тот заливается смехом, попутно поправив свои кудряшки.
— Настолько всё плохо? Не, Лис, это, конечно, не моё дело, но если ты продолжишь употреблять, долго не протянешь, — махнув рукой в сторону кухни, Глеб выходит из спальни, оставляя её со своими мыслями наедине.
Без какой-либо мотивации и силы что-то делать она уныло поднимается с кровати, осматривая стол. Остатки порошка так и остались на нём. Что вообще вчера было? Он её чем-то напоил? Или, может, у неё сотрясение, и она ничего не помнит?
Много мыслей путаются в голове, и каждая вторая хуже предыдущей, но долго размышлять не получается от того, что голова невыносимо болит. Такое чувство, будто бы её распиливают на две части.
— Глеб, ты же... — начинает Евсеева перед тем, как брюнет ставит перед ней тарелку с жареной картошкой и салатом.
— Теперь послушай то, что я тебе расскажу. Потом будешь сама решать, что делать, — начинает он, тяжело вздыхая. — Я вчера приехал, ты мне открыла дверь. Мы немного поговорили, и ты потеряла сознание. Я понятия не имею, в чём ты меня пытаешься обвинить, но если бы я, блять, вчера тебе не помог и не заставил блевать, ты бы под утро откинулась. Ты была не в себе. Ты отключилась, я нашёл у тебя какую-то фигню, и ты, когда очнулась, начала бредить, чтобы я тебя не трогал, что ты вызовешь полицию. Я лишь дал тебе таблетку, чтобы всё, что ты выпила, изолировать, тем самым промыв твой желудок. Я тебя поздравляю с первыми галлюцинациями и попаданием в собственный мир, который, блять, будет с тобой всегда. Потому что ты наркоманка. Тебе будет всегда тревожно и страшно, потому что в твоём подсознании строятся ситуации, которых ты боишься. Ты начнёшь трястись, параноить.
— Ты меня не бил? — задаёт вопрос беловолосая, пытаясь переварить всю информацию, сказанную кудрявым, и тот заливается смехом, прикрывая лицо руками.
— Лис, ты ебнулась? — хрипло смеётся парень перед тем, как подойти к девушке и чуть нагнуться, заглядывая в её глаза. — Я тебя с того света вытаскивал. Я, кроме матов, ничего не использовал. И в чувствах я тебе не признавался. Окстись.
— Глеб, я не смогу бросить. Я не смогу. Было много попыток, я зависимый человек, как и ты, — рявкает она, отодвигая от себя тарелку с недоеденной едой.
— Блять, хочешь, я попробую с тобой бросить? Чтобы тебе обидно не было и ты одна не мучилась, — пожимает плечами парень. — Поехали в одно место.
— Ты меня в дурку хочешь увезти? — нахмурившись, Алисия поднимается со стула и уходит в комнату, начиная собираться.
Через час «пара» оказывается перед белым зданием, и Алисия неохотно плетётся за Глебом, вообще не понимая, куда они приехали. На больницу оно не похоже, а на психушку и подавно.
Пройдя в какой-то кабинет, Евсеева видит мужчину, что внимательно изучал документы, проходясь взглядом по каждой букве.
— Вы Алисия? — уточняет мужчина, судя по всей видимости, нарко-психиатр, на что она послушно кивает. — Присаживайтесь, а вас, молодой человек, я попрошу оставить нас одних, — просит спокойно он, и Глеб покидает кабинет.
— Вы нарко-психиатр? — задает вопрос она, и тот посмеивается, отрицательно мотая головой.
— Вы, конечно, близко, но я человек, который просто поможет вам выкарабкаться со своей зависимости без всяких центров, но в случае чего, вы попадаете в реабилитационный центр на год, если не найдёте в себе силы помочь себе. Моя помощь вам, это лишь один шаг, остальные должны проделать только вы.
— Я понимаю, — произносит зеленоглазая, и они начинают обсуждать всё, что её тревожит, всё, о чём она думает, когда хочет употребить.
Два часа общения на различные темы, а потом — слушание рекомендаций и препаратов, которые ей надо будет купить.
— Ну что, поехали домой, — усмехается Викторов, инстинктивно хватая её за руку и потянув на выход из здания, к своей припаркованной машине. — План такой: я тебе помогаю. Каждую ломку я буду рядом, чтобы ты случайно не убилась, а взамен я немного поживу у тебя, и ты будешь меня кормить.
— А я просила этой помощи? Нуждалась? — возмущается сразу же Евсеева, и он останавливается на светофоре, поворачиваясь к ней всем своим телом.
— Хочешь сдохнуть через месяца два-три? — хмыкает парень, и Евсеева сглатывает образовавшийся ком в горле. — Вот и я об этом.
— Глеб, у тебя есть деньги на жильё, почему ты должен жить со мной? — интересуется она, смотря на вечернюю Москву, и парень лишь усмехается.
Глеб:
Какая же она дурочка. Будто бы сама не может догадаться, почему он останется. Странные чувства кудрявый ощущает рядом с этой белобрысой. Хочется ударить её моментами, когда она творит дичь, либо не следит за своим языком, но каждый раз он сдерживается. Но в то же время хочется прильнуть к её губам, лишь бы она не трахала ему мозги. Про секс вообще можно промолчать. Любая женщина в нём вызывает одно желание, но, блять... в Алисии что-то есть необычное и манящее.
— Давай ты об этом подумаешь тогда, когда перестанешь наркоманить? — усмехается он, паркуясь под её домом, и, выйдя из машины, проходит внутрь. — Отдай всё, что у тебя осталось. Не отдашь — будем говорить по-другому.
— Нет у меня ничего больше, — произносит она, и кудрявый подходит к ней ближе, пока она не оказывается зажатой к стенке.
— Я вижу, как твои губы дрожат. Лучше найди сама, чем это сделаю я. Для тебя же лучше, — шипит он и отпускает девушку, смотря той вслед и идя за ней.
— Всё, у меня больше ничего нет, — улыбаясь, Викторов забирает несколько зиплоков, таща девушку за запястье за собой в ванную комнату.
— Смотри, блять, даже не вздумай отвести взгляда, — проговаривает он и, открыв все пакеты сразу, высыпает их в унитаз, смотря на Ли, что сжимает кулаки до такой степени, что её костяшки белеют, а глаза заливаются краской.
— Блять! Ты дурак? А если мне совсем плохо будет... — кричит девушка, подходя к кудрявому и поднимая ладонь вверх, явно желая оставить на его щеке пощечину.
Перехватив её руку в моменте, он одним движением прижимает её к стене, впиваясь в её пухлые губы, заставляя ответить на этот поцелуй. Играя с её языком, Викторов сжимает одной рукой её талию, не давая возможности отстраниться.
***
Ну что ж, надеюсь, вам понравилась эта глава! ставим зведочки, комментируем !
мой тгк: агрессивная неверикс.
спасибо за прочтение!
возможно, допущены ошибки в тексте.
если найдете — напишите :)
всех люблю!
спасибо за прочтение🤍