37 глава.
37 глава.
На следующий день.
Виктория.
Елена резко паркует внедорожник Артура, заезжая на газон. Все-таки сажать ее за руль было плохой идеей. У нее есть водительские права, но вот водит она так себе.
Сердце в груди бьётся с бешеной скоростью. Последние сутки я почти не спала. Столько проблем и ни одного решения... Мария все еще не пришла в себя. Мы не покидали ее палату, вот только наше присутствие не способствует улучшению ее самочувствия. Вчера Игнат привез родителей Маши в больницу. Мне никогда не забыть их лица... Пусть они и не общались с дочерью два года, но видеть ее в таком состоянии было для них нестерпимо больно. Если Мария придет в себя... точнее, когда она придет в себя, у них есть все шансы помириться, в этом я уверена.
- Может передумаешь? - спрашивает Лена, бросая на меня взволнованный взгляд.
«Так было бы проще...»
Я пялюсь на входную дверь родительского дома, как будто кусок металла может отговорить меня. Руки непроизвольно тянуться к животу... Вчера, забрав Елену из палаты Марии, я попросила ее купить мне тест на беременность и получила неожиданный результат...
- Вика, тебе с Игнатом нужно поговорить, а не с ней. - еще одна попытка Лены достучаться до меня.
- Знаю... - выдыхаю я, хватаясь за ручку пассажирской двери. - Я поговорю с ним, но позже.
- Мне пойти с тобой? - обреченно спрашивает подруга.
- Нет, подожди меня здесь. Я быстро.
Я покидаю салон автомобиля и на негнущихся ногах очень медленно иду к родительскому дому.
«Может их вообще нет дома? Стоило сначала позвонить...»
Рука сжимается в кулак и уже готова опуститься на дверную ручку, но в этот самый момент дверь открывается сама.
- Папа... - тихо вырывается у меня.
Я не видела его два года, игнорировала все его попытки встретиться со мной. Винила отца во всех своих проблемах, ведь так проще, чем признать, что, кроме меня, никто не виноват.
Он постарел. Сильно. На лице глубокие морщины, в волосах проблески седины. Я пытаюсь понять свои чувства по отношению к нему. Ищу хоть какой-то отголосок, ведь он мой родитель, но внутри пусто.
- Здравствуй. - первая говорю я, пока он смотрит на меня так, будто я призрак из прошлого, хотя, наверно, так и есть.
Он дергает головой и опускает две сумки, которые до этого были у него в руках, прямо на крыльцо. Мне хочется убежать, когда отец, недолго думая, обнимает меня.
«Если бы не он, ты бы не вышла замуж за Матвея!» - кричит голос в сознании.
«Он такая же жертва в игре Матвея, как и ты.» - пытаюсь оправдать отца.
Я неуверенно поднимаю руки и на мгновение прижимаюсь к папе, пытаясь вспомнить только хорошие моменты.
«Чтобы не произошло, я его... люблю?»
- Ты куда-то уходишь? - сразу же отстраняясь, спрашиваю я.
Папа неуверенно оглядывается по сторонам и снова поднимает свои сумки с пола.
- Мы с мамой разводимся. - тихо произносит отец.
- Давно пора. - произношу я, не успев подумать.
Отец болезненно усмехается, смотря куда угодно, только не на меня.
- Вика... Мы сможем... Я бы...
- Да, - прерывая его несвязный поток слов. - Я позвоню тебе в ближайшее время, и мы поговорим.
На лице папы появляется что-то похожее на улыбку, и он смотрит в мои глаза.
- Я не поменял номер и буду ждать твоего звонка. - говорит он, а во взгляде появляться маленький огонек надежды.
- Мама дома?
- Да.
Кивнув, я просто обхожу его, заходя внутрь.
«Я еще не готова... Может в другой раз?»
Родительский дом... Здесь все так поменялось с моего последнего визита.
«Дорогая мебель и ремонт, который был сделан на украденные деньги Зотовых...»
Отгоняю такие мысли. Я здесь не ради этого.
- Мама? - зову я, медленно передвигаясь по дому.
Тут так тихо, что я слышу свое неровное дыхание и глухие удары сердца.
Я уже думаю, что отец что-то напутал, когда захожу в одну комнату за другой и не вижу никого. Но вот последняя комната... моя бывшая спальня, и мама оказывается именно там. Она сидит спиной ко мне на постели, сжимая что-то в руке.
Здесь так пусто... Я собрала все свои вещи два года назад в коробки. Только вот Матвей не разрешил мне их взять с собой, сказав, что этого хлама ему не надо. Честно признаться. я думала, что мама все давно выкинула. Однако те самые коробки стоят нетронутыми, так, как я их оставила. На мебели не следа пыли, будто комнату все время убирали, но так, чтобы все оставалось как при мне.
Я специально громко закрываю за собой дверь, чтобы привлечь ее внимание.
- Ты еще здесь? Убирайся! - не оборачиваясь, произносит мама.
Понимаю, что эти слова адресованы отцу, поэтому просто прохожу внутрь, усаживаясь с ней рядом.
- Пожалуй, я еще останусь. - говорю я, заглядывая ей за спину.
В руках у мамы помятый листок, криво вырванный из тетради. Буквы на нем выгорели и в некоторых местах просто отсутствуют, скорее всего от времени.
- Вика? -спрашивает мама, хотя смотрит мне прямо в глаза.
- Здравствуй, мама. - улыбаясь уголками губ, мягко произношу я.
- Ты пришла...
- Да...
Кладу свою руку поверх ее, осторожно сжимая. Единственное, что я могу себе позволить. Я готовилась к этому разговору, пока ехала сюда. Слова вертятся на языке. Я придумала целую речь, которую хочу сказать, но в нужный момент мозг отказывается работать.
- Что это? - спрашиваю, кивая на листок, зажатый между морщинистых пальцев.
Мама с непониманием косится на бумагу и снова на меня. Кажется, не верит, что перед ней, действительно, ее дочь. Я же подмечаю, что давно не видела ее в простой домашней одежде, без классического костюма и строгих очков. Что-то родное и теплое протекает по венам. Странно, что к ней я испытываю такие чувства, а к отцу нет...
- Ты пришла спросить меня об этом? - прокашливаясь, спрашивает мама.
Даже такие слова меня не обижают. Я знаю, что это ее защитная реакция.
- Нет, но мне же нужно с чего-то начать. - немного нервно усмехаюсь я.
Мама протягивает мне помятый листок и встает на ноги, поворачиваясь спиной.
Нахмурившись, я начинаю читать, точнее пытаюсь, ведь это очень сложно, так как листку как будто лет двадцать, и ручка просто выцвела во многих местах.
«Лари... Не привычно писать тебе, когда есть возможность поговорить. К сожалению, больше этого я себе позволить не могу, да и не хочу. Не могу видеть тебя, как бы не старался. Смотреть в мои любимые глаза и понимать, что они полны лжи и предательства... сложно, но я не могу уйти, оставив тебя в неведение. Я знаю, что ты сделала...»
По моему телу проходит стая мурашек. Я поднимаю взгляд на маму, и в голове сразу мелькает догадка.
«Георгий!»
«Ты так и не дала нам шанса, хотя это единственное, о чем я просил тебя. Лари... Ты ведь с самого начала знала, что у нас нет будущего, да? Знаешь, я ведь правда тебя люблю. Даже когда ты говоришь, что это невозможно. Даже когда отказывала мне снова и снова. Я верил в нас... но, кажется, напрасно. Я желаю тебе счастья. Всегда хотел только этого, поэтому сделаю то, на что у тебя не хватает сил. Между нами все кончено. Больше я в твоей жизни не появлюсь. Будь счастлива, моя Зеленоглазка.»
- Мама? - с придыханием произношу я, вчитываясь в последние строчки уже несколько раз подряд.
- Последнее письмо от Георгия. - не поворачиваясь ко мне, отвечает она.
- Что произошло?
Когда мать рассказала мне, что Георгий бросил ее, я не верила. Думала, он не способен на это ...
- Я забеременела. - обрывает мысли голос матери.
Письмо выпадает из рук. Одергивают руку, которая так и норовит дотронуться до живота.
- От Георгия?
Меня всю передергивает. Елена была права, мне не стоило сюда приходить.
- Я не знала, от кого ребенок. - ещё одни слова, которые впиваются прямо в сердце.
У меня звенит в ушах. Привычная нехватка воздуха снова начинает подступать.
- Мы с Георгием встречались тайно... Он просил меня развестись, но я так боялась... осуждения, насмешек. Боялась, что он бросит меня. Потом узнала, что беременна и...
- Сделала аборт? - догадываюсь я.
- Да. Мне казалось, что Георгий не готов взять ответственность, даже если ребенок его. Ему ведь было всего восемнадцать. Я думала, что поступаю правильно. Ведь, даже если ребенок не его... Георгий бы меня не бросил, а я не хотела обрекать его на такую жизнь.
Пелена слез наполняет глаза. Мне так хочется закричать, заплакать... Сделать что угодно, чтобы это неприятное чувство внутри меня исчезло.
- Он узнал? - спрашиваю через силу.
- Узнал. И бросил меня, не сумев простить.
Мама оборачивается и сразу же видит мое состояние. Она садится возле меня, стараясь посмотреть в глаза, но я упорно не даю ей этого сделать.
- Вика...
- Как же ты могла, мама?! Ты убила своего ребенка!
Я обнимаю свой живот руками, как будто пытаюсь защитить от невидимой угрозы. Там бьётся жизнь. Ради этого я пришла сюда - сказать, что прощаю её, что она станет бабушкой, а в итоге снова столкнулась с ужасающие правдой.
- Думаешь, это было легко? Я каждый день ненавижу себя за то, что сделала. Каждый день. На протяжение двадцати семи лет я смотрела в глаза твоему отцу и понимала, что никогда не смогу его полюбить, как бы не старалась. Я ненавидела Георгия за то, что он смог стать счастливым, смог забыть меня. А я осталась в прошлом, там, где мы были вместе, пусть и так мало.
Все-таки поднимаю на неё взгляд и вижу то, чего не замечала ранее. Боль потери и осознание всех своих ошибок.
«Мама...»
- Ты еще любишь его? - слетает с моих губ.
Ей не нужно отвечать, ответ читается в глазах. Как же я могла не заметить этого раньше. Все их встречи, разговоры. Ведь мне всегда казалось, что они терпеть друг друга не могут.
- Доченька... - болезненно улыбается мама, осторожно дотрагиваясь до моей щеки. - Я знаю, что мне нет оправдания. Знаю, что ты меня не простишь. Но все, что я сделала...
- Не надо. - останавливаю ее.
«Знаю, что она скажет...»
- Я уже повторила твою судьбу. - твердо говорю я и, взяв её руку, опускаю на свой живот. - Я беременна, мама, и я не знаю, кто отец.
В детстве мама казалась мне стальным воином, способным справиться с чем угодно. Я думала, что ей чужды такие чувства, как сожаление, привязанность и даже любовь. Она их не показывала. Только сейчас я понимаю, что она от них просто пряталась. Как ребенок, забирающийся в шкаф, чтобы не встереться с монстрами. Её главный страх - это любовь. Она потеряла её однажды, и теперь не хотела чувствовать это снова. Но сейчас я вижу эту самую любовь в её глазах, когда она смотрит на свою руку на моем животе.
- Я не сделаю аборт. Я не буду принимать решение за Игната, как это сделала ты за Георгия. Я вижу в нём мужчину, способного нести ответственность. Но даже если он не примет... Даже если ребенок не его... Он в первую очередь мой.
- Даже после того, как Матвей... - мама прикусывает губу, неспособная произнести это слово в слух.
- Даже после того, как Матвей изнасиловал меня. Это мой ребенок, и никто этого не изменит.
Мама открывает рот, но слова так и не слетают с ее губ. Они и не нужны.
- Я пришла сюда сказать тебе, что прощаю тебя. Чтобы не случилось, ты -моя мама, и я люблю тебя. Не жди от меня, что все будет как раньше. По крайней мере не сейчас. Но я готова дать нам с тобой еще один шанс.
- Спасибо. О большем я и просить не смела.
Я киваю и встаю со своего места. Отголоски облегчения появляются на затворках сознания. Пусть это не то, что я ожидала от нашего разговора, но хотя бы я узнала всю правду. И я смогу ее принять. Надеюсь на это.
- Я провожу тебя. - говорит мама, понимая, что я ухожу.
Елена сидит на капоте внедорожника. Думаю, она вся извелась, пока ждала меня. Увидев, что я не одна, лицо подруги искажается от плохо скрываемого призрения.
- Здравствуй, Елена. - первая здоровается мама.
Лена спрыгивает с машины и осматривает меня внимательным взглядом.
- Здравствуйте. - через силу отвечает брюнетка.
- Отвези меня к Игнату, пожалуйста. - прошу я.
- Наконец-то. - шипит она себе под нос и идет к водительскому сидению, но через два шага останавливается, поднимая глаза на маму.
- Это я разбила вашу машину. И я сделаю намного больше, если вы еще раз ее обманите.
- Я это учту. - скрещивания руки на груди, отвечает она.
- Вам очень повезло с дочерью. Начните уже этот ценить и больше не повторяйте своих ошибок. Другого шанса не будет.
Сказав это, Елена забирается в машину, громко хлопнул дверью.
- Она мне все еще не нравится. - шепчет себе под нос мама.
- Ты ей тоже, но вы с этим справитесь. - немного улыбнувшись произношу я.
- Вика, если Игнат не захочет... В общем, ты всегда можешь прийти ко мне.
Я не говорю ей о том, что этого никогда не случится. Возвращаться мне совершенно не хочется. Поэтому просто обнимаю её и прощаюсь.
Теперь я знаю, что Георгий Зотов никогда её не посадит, даже зная о её вине. Он скорее закроет дело, чем допустит ареста моей мамы. И, если раньше мне хотелось, чтобы она ответила за все, что сделала, то сейчас мнение поменялось. Пусть Георгий сам решает.
- Игнат в клубе. - выезжая на трассу, говорит Елена. - Я отвезу тебя и поеду в больницу. Надо убедиться, что Артур ест и сменить Марка.
Я слушаю вполуха. Сейчас мысли крутятся совсем в другом направлении. Елена позаботиться обо всем, а мне нужно поговорить с Игнатом. Разговор с мамой не дает мне покоя. Я думаю о ней и о том, что должна теперь делать.
Охрана без вопросов пропускает меня в клуб, который в дневное время работает как бар, что, кстати, было хорошей идеей. Я стучу каблуками по мраморному полу и стараюсь придать себе уверенности, игнорируя бешеную пульсацию в голове.
Игнат сидит на кожаном кресле за столом и что-то печатает в ноутбуке. Я прикрываю дверь, обращая его внимание на себя. После того, как я узнала о беременности, я избегала его, как могла, что, конечно же, не осталось не замеченным.
- Привет. - немного улыбается он мне.
- Привет.
На секунду я выпадаю из реальности, наблюдая, как он работает.
«Такой взрослый и ответственный...»
- Дашь мне минутку? - спрашивает Игнат.
Я киваю и иду к своему любимому дивану, повернутому к панорамным окнам, но по привычке сажусь на пол.
- Не сиди на холодном! - ворчит Игнат, не отрываясь от ноутбука.
Я ухмыляюсь и кладу под попу подушку.
«Сейчас все решиться!»
Игнат садится со мной рядом. Я чувствую некую неловкость и недосказанность и не понимаю, от кого из нас двоих она исходит больше.
- Я хотела поговорить с тобой... - начинаю первая, сжимая подол кофты.
Он молча поворачивает голову ко мне, и я делаю тоже самое.
- Я люблю тебя. - говорю не совсем то, что планировала, но это рвётся из меня. - И это самое правильное, что случалось со мной в жизни. Любить тебя так же просто, как дышать. Ты - моя сила, моя опора. И лишь когда ты со мной, я свободна от всех страхов, боли и сожалений. Ты и я - это нечто слишком глубинное, не подающиеся объяснению.
Он улыбается, поднимает руки и проводит пальцами по моей щеке.
- Я чувствую тоже самое.
Меня переполняют эмоции. Я накланяюсь, касаясь его своей ладонью, и сразу же отстраняюсь.
- Но...
Слова застревают в горле. Я не могу продолжить.
- Вики...
Игнат тянется ко мне и усаживает так, чтобы моя спина упиралась ему в грудь. Я испытываю дежавю и некую грусть. Мне нужно сказать...
- Я знаю, что ты беременна... - произносит он то, что я точно не ожидала услышать.
Каждый мускул в теле напрягается, когда он кладёт свои ладони на мой живот.
- И знаю, что ребенок, возможно, не мой.
Я замираю. Меня наполняет беспокойство вперемешку с облегчением, ведь не придется говорить об этом самой.
- И какое решение ты принял?
Несколько секунд мы оба не двигаемся. Игнат убирает одну руку с моего живота и лезет в задний карман брюк.
- Тут только одно решение.
Дыхание застревает у меня в горле, когда он вытягивает руку. На большой ладони лежит белое кольцо особенной формы. Изделие напоминает переплетающиеся листья, образующие круг.
Мои мышцы напрягаются до боли, но эта самая приятная боль, что я испытывала.
- Игнат...
- Я не оставлю тебя. Даже если бы хотел, не смог. Помнишь, я говорил тебе, что ты - это все, что имеет значение. Ничего не поменялось. Ты первая девушка, в которую я влюбился и которую до сих пор люблю. И, как бы пафосно это не звучало, уверен, что я буду любить тебя до самого конца.
Стискиваю зубы, но это не помогает сдержать эмоции.
- Даже если ребенок не мой, он твой, а значит я уже его люблю.
Прикусываю губу и забираю с вытянутой ладони кольцо. Оно так сильно похоже на то, что лежит в моей книге уже два года.
- Ты запомнил...
- Конечно.
- Но когда ты успел? - разглядывая колечко, спрашиваю я.
- Оно у меня уже два года, Вик. - утыкаясь в мои волосы, произносит Игнат. - Как только мы приехали в Израиль, я заказал его у одного из мастеров, работающих на отца.
- Так ты хранил его все это время?
- Я хотел его выкинуть, честно признаюсь, но так и не смог. Когда ты упала в обморок, я сразу вспомнил, что Мария покупала в аптеке тест на беременность, и попросил доктора проверить. Мне не пришлось долго думать. Кольцо дождались своего часа.
Я улыбаюсь, в лишней раз убеждаясь, что мне ужасно повезла с ним.
- Так мне надо вставать на колено? - спрашивает Игнат, состроив серьёзное лицо.
Надеваю кольцо на безымянный палец и поворачиваю голову так, чтобы видеть его лицо.
- Тебе надо сдать ЕГЭ. Извини, но неучи меня не привлекают.
Игнат беззвучно смеётся, касаясь своим лбом моего.
Я счастлива сейчас и уверена, что с ним так и будет всю оставшуюся жизнь. Только одна мысль не дает покоя.
«Могла ли моя мать получить это же счастье, поступи она по-другому?»
Звук мобильника отрывает нас друг от друга. Я даже не сразу понимаю, что звонят именно мне. Покопавшись в заднем кармане джинсов, достаю телефон, читая на дисплеи: «Марк».
- Да? - взволновано спрашиваю я.
Паника начинает скачать по венам.
«Пожалуйста, только не...»
- Мария пришла в себя!
Конец первой книги!