Глава 18
Женская спальня Гриффиндора:
— Пс, эй! — Джинни пыталась разбудить подругу.
— Что такое? — недовольно промычала Гермиона, закрываясь подушкой.
— Ну просыпайся же скорее, мне столько всего нужно тебе рассказать, я уже не могу терпеть!
Гермиона убрала подушку с лица и приподнялась на кровати, показывая свою готовность к прослушиванию рассказов от Джинни:
— Хорошо, хорошо, я проснулась, теперь можешь рассказывать.
— Вчера на вечеринке я не стала сильно менять свою внешность и конечно, надела самый лучший наряд. Ночью со мной познакомился такой шикарный парень! Боже, Герми! Ты не представляешь какой он, настоящий мужчина: заботливый, чуткий, добрый и страстный.
— Кхм, что значит «страстный»? Неужели ты вчера...
— Это был лишь поцелуй, но такого у меня никогда не было, даже сейчас мурашки бегут, — Джинни завороженно посмотрела на свои руки, а затем лихо «стряхнула» рябь со своей кожи.
— И кто же он? Тебе что-то о нём известно?
— В этом то и проблема. Я настолько увлеклась, что совершенно забыла спросить о том, как мы можем связаться.
— Но и он не стал проявлять желания встретиться с тобой в реальности, верно?
Джинни вздохнула и опустив голову едва слышно прошептала:
— Да, не стал.
Гермиона раскрыла свои руки и позвала Джинни к себе:
— Иди ко мне, Джиневра Уизли, я уж точно тебя успокою!
— Уф, опять ты меня так называешь, — расхохоталась девушка.
— Вот видишь, зато теперь ты улыбаешься. И знаешь, если он твоя судьба, то вы обязательно найдете друг друга, а если нет, то и не нужно его искать.
— Ты как всегда даёшь самые мудрые советы, — шмыгнула носом Уизли и сильнее прижалась к подруге.
Хогвартский квиддичный стадион:
Сегодня проходил дружеский матч между факультетами, ученики собрались на поле, чтобы поболеть за своих друзей и однокурсников.
Гермиона не была увлечена игрой, вместо этого она читала очередной роман. Страница за страницей и вот она уже полностью погружена в историю, для неё не существует ничего другого, будто она вне зоны досягаемости, будто время остановилось, как вдруг:
— Ой, извини! — красное пятно стремительно впитывалось в страницу книги.
— Пэнси, твоя фамилия всё-таки говорящая? — сквозь зубы прошипела Гермиона.
— Какая еще говорящая?
— Ну как же, ты Паркинсон и судя по тому, как ты на ровном месте вылила пол стакана мне на книгу — очевидно, что у тебя болезнь Паркинсона, не иначе.
Пэнси хмыкнула, а затем наклонилась к Гриффиндорке и прошептала:
— Слушай сюда, грязнокровная тварь, это было тебе маленьким предупреждением.
— Предупреждением о чём?
Паркинсон достала из своей мантии смятый лист бумаги и швырнула его в книгу:
— Почитай это на досуге, может что — то и прояснится в твоей пустой башке.
Гермиона раскрыла книгу, взяла лист, и предусмотрительно огляделась по сторонам, чтобы никто не любопытствовал.
— О боже, так вот к кому она приземлилась — в руках девушки лежала та самая фотография, где Драко обманом чуть не поцеловал Гермиону.
— Не могу поверить, что Пэнси действительно подумала, что между мной и Малфоем есть что-то, кроме ненависти.
Джинни подбежала к Гермионе и буквально приказала ей идти на поле вместе с ней.
— Да что произошло? Почему ты ведёшь меня на поле?
— Ты помогла мне этим утром, я хочу тебя отблагодарить и тоже помочь тебе избавиться от кое-чего.
— Так, я вижу твой хитрый взгляд, мётлы и перчатки. Джинни, только не говори мне, что ты заставишь меня летать на этом чудовище!
— Совсем нет, всего лишь на метле!
— Похоже ты хочешь мне помочь избавиться от жизни.
— А точнее от страха высоты, — подметила подруга.
Джинни схватила свою метлу и подмигнула Гермионе:
— Ну что, запрыгивай!
— Мне что-то нехорошо стало, я наверное схожу до Мадам Помфри.
— Гермиона Джин Грейнджер, ты никогда не умела врать, залезай скорее, чем быстрее сядешь — тем быстрее я опущу тебя обратно на землю.
Собравшись с духом, Гермиона перекинула ногу через метлу и обвила талию Джинни руками.
— Готова? Тогда на «три» полетим, хорошо?
— Да, — кивнула девушка, зажмурив глаза в ожидании полёта.
— Раз...
— Два...
— Полетели!
— Эй, а как же «три»? — завизжала Гермиона, сильнее вцепившись в подругу.
— Дыши, успокаивайся, а затем осторожно открывай глаза. Вокруг такая красота, ты даже не представляешь.
Гриффиндорка осторожно раскрыла один глаз, а затем второй. Среди облаков было так спокойно, так тихо, и смотреть вниз было не так уж и страшно.
— Как тебе? Нравится?
— Джинни, это чудесно... И ты видишь всю эту красоту каждый день? Теперь я тебе даже завидую.
Бескрайние поля и леса простирались на сотни километров вдаль, острые пики башен Хогвартса блестели под солнцем, будто заигрывая, а люди казались маленькими точками. Здесь действительно испарялись все проблемы, не оставалось ничего, кроме природы, высоты и свободы.
— Держись покрепче, будем идти на снижение, — крикнула Джинни, наклоняя черенок метлы вниз.
— В момент спуска Гермиона заметила тёмный силуэт, который стремительно приближался к ним.
— Джинни, что это там такое? — настороженно спросила гриффиндорка и крепче схватилась за подругу.
— Что? Ты о чём?
Не успела Джинни и поднять головы, как в неё на скорости врезался тот самый тёмный силуэт. Уизли не успела сориентироваться на месте и перекрутилась на метле, но быстро вернулась в устойчивое положение.
— Вроде бы всё обошлось, да? — она обернулась назад.
Пусто.
— Джинни! — снизу раздался истошный крик Гермионы, она стремительно летела к земле.
Вот и сбылся тот самый страшный сон: высота, пустота и полёт вниз. Казалось, что это всё, конец. Гермиона зажмурила глаза и прошептала:
— Я люблю вас, мама и папа.
Не почувствовав боли от столкновения с землёй, девушка очень удивилась, а затем осторожно открыла глаза.
Малфой. Перед ней был именно он, одной рукой он придерживал её за талию, а второй держался за свою метлу.
Приземлившись, он скинул гриффиндорку на землю и схватился за виски.
— Может я чего-то не понимаю или что? Какого хрена твоя полоумная подружка не может даже нормально ориентироваться в воздухе?
— Я, — начала заикаться Грейнджер, — в нас кто-то врезался.
— Мы уже в курсе кто. Да, Пэнси? — Малфой схватил Паркинсон за запястье и притянул к себе.
— Мне стало нехорошо и я потеряла равновесие, — быстро протараторила Пэнси и вырвала своё запястье из крепкой хватки Драко.
— Слышала, грязнокровка? Я спасал не твою никчемную жизнь, а репутацию своей подруги.
— Передавай своей компашке, что если они ещё раз соберутся прокатить тебя в километре от земли, от пусть сразу возьмут с собой погребальные венки и свечи, — плюнул Драко и направился к выходу из поля, Пэнси послушно поплелась за ним.
— Ты идёшь? — крикнул Малфой, оборачиваясь к Блейзу.
В этот момент к Гермионе подбежала Джинни, её всю трясло, было видно, что она испугалась не столько за себя, сколько за подругу.
— Прости меня, если сможешь, я не думала, что так получится, — уже плакала Уизли.
— Иду, — крикнул Блейз и так же направился к выходу.
— Тщ, всё закончилось, видишь — со мной всё в порядке! — Гермиона пыталась из-за всех сил успокоить Джинни, ведь действительно её вины в этом не было.
Большой зал:
— Что это сегодня с Джинни? Она какая-то тихая, — Рональд осторожно спросил у Гарри.
— Даже не знаю, может что-то случилось вчера на вечеринке.
— Точно, вечеринка, — Гермиона решила перевести тему, чтобы парни не приставали с допросом к Джинни. — Как вчера прошла ночь у вас?
— Вполне себе посредственно, я вообще никого не узнал и ни с кем не познакомился, просто вдоволь насытился вкусностями и пошёл спать, — монотонно проговорил Гарри.
— Не знал, что тебе восемьдесят лет, — отшутился Рон и воодушевленно вздохнул:
— А вот я вчера познакомился с такой девушкой, просто мечта! Добрая, умная, красивая!
Гермиона улыбнулась, подумав, что её догадки были верны, и вчера она действительно общалась с Роном, но только в другом обличии.
— Ладно, не буду говорить ему раньше времени, подожду до Новогодней встречи, это будет так романтично, — задумалась девушка, нанизывая горох на вилку.
— Джинни, да что с тобой такое? — вновь продолжил Рон.
— Рональд, да оставь ты её в покое, — раздражённо кинула Гермиона.
— Нет, посмотри — она вся красная.
— О нет, у меня вновь та самая сыпь, — прошептала Джинни, начиная чесать кисти рук и шею.
Может это было и к лучшему, что сыпь так вовремя проявилась, меньше всего на свете Уизли хотелось бы объясняться перед друзьями. Быстро добравшись до медицинского крыла, Джинни присела на скамью в зале ожидания и прислушивалась к звукам.
— Крошка, здравствуй! Что же тебя привело ко мне? — Мадам Помфри поправила свои очки и взглянула на ученицу.
— У меня сыпь, всё чешется. Такое уже происходило летом перед началом учебного года, врач предупреждал, что может произойти рецидив.
— Как любопытно, у меня как раз мальчик лежит в палате с точно такой же сыпью. Похоже твой друг, раз вы одновременно подцепили заразу.
— Ой, я не хотела никому вредить, мне очень жаль, что так вышло. Ну вот, от меня одни неприятности, — всхлипнула Джинни, закрывая лицо руками.
— Девочка моя, не плачь. Всё в порядке! Никто не застрахован от этой болячки, тем более это всё быстро и безболезненно проходит, — женщина заботливо протянула флакончик с зельем.
— Вот, выпей лекарство, и я отведу тебя в палату, полежишь у нас пару дней, договорились? — улыбнулась Помфри.
— Да, мэм, — робко кивнула Джинни и залпом выпила зелье.
Палата была наполнена солнечным светом, свежестью и чистотой. Прозрачные занавески виртуозно кружились в воздухе, переплетаясь между собой.
— А вот и твоя подруга, можешь поздороваться, — Мадам Помфри обратилась к парню, сидящему за занавеской.
Джинни резко дернула ткань и встретилась взглядом с человеком, которого меньше всего ожидала увидеть здесь.
— Блейз Забини? — растерянно спросила девушка и прикрыла рот рукой.