1
Ледяной воздух пробирался под тонкую футболку парня, раздувая её во все стороны. Ужасные мысли о приближающейся войне беспокоят Гарри Поттера уже довольно долго.
Каждый раз, когда он веселился и шутил с Роном и Гермионой, всё всегда приходило к тому, что он просто застывал, вспоминая, что сейчас не самое время для забав.
И даже сейчас, когда он вышел на улицу в одной футболке в холодную зиму, пытаясь избавиться от этих страшных мыслей, он не думает ни о чём другом, кроме как о возвращении того, чьё имя нельзя называть.
И нет, он не боится назвать это имя, он не боится его возвращения, он боится потерять близких ему людей, а тоесть своих друзей, которые за все годы их дружбы стали ему семьёй.
Пусть даже Рон и Гермиона сейчас спят, видя уже по десятому сну и не подозревая, что их друг сейчас мучается от своих же мыслей, Гарри знает, что им сейчас тоже тяжело.
— Сколько же ещё ждать начала? — сказал в пустоту Гарри, где-то в глубине души надеясь на ответ. Но кто ему тут ответит?
Так он и просидел в холоде до утра, надеясь до последнего, что эти ужасные мысли пропадут, испепелятся, также, как когда-то на его глазах превратился в пепел феникс директора. Только бы они не возрождались, как сделал это он.
Гарри был уверен, что эта война изменит многое. Заберёт у него что-то важное. Она никого не пощадит.
И такие мысли возвращались к нему каждый день, они накатывали внезапно, покрывая собой всё хорошее, абсолютно всё, о чём он мог думать до них.
Резко накатившая головная боль и жар дали ему вспомнить, что он засиделся. Гарри чувствовал себя ужасно, проклиная себя за то, что не подумал, что может заболеть.
"О Мерлин, плохо дело" — последняя мысль перед тем, как он потерял сознание.