Во сне мы были рядом.

Я так и не смогла нормально поспать. Как я могу спокойно спать в мягкой, тёплой постели, когда мои брат за решёткой? Там вообще есть, где спать? Может он ютится на скромной, холодной, твёрдой скамейке. Может он сейчас на допросе. Может он хочет есть и не может заснуть. Чёрт возьми! Да может быть, что угодно! И как с такими мыслями уснёшь?

И Вове нормально поспать не даю, из-за меня постоянно просыпается, пытается успокоить. Но единственное, что меня сейчас действительно успокоило бы, так это мысль, что Вася дома и мирно спит в своей постели.

Утро получилось серым, с ужасным настроением. Причём у всех разом. Никто не выспался, раздумывая, как бы решить проблему. Одной маме повезло, только вот она тоже не в духе. Наверное материнское сердце чувствует, что что-то не так. Нам пришлось соврать ей, что Вася уехал к друзьям на день рождения, но она кажется не особо нам верит, на стороже.

Мама быстро, разделавшись со своим завтраком поехала на работу, папа выпил лишь кофе. Крепкий. Две чашки. Теперь к моим переживаниям прибавилось и волнение за его сердце. Мы с Вовой остались дома одни. В любой другой момент, это было бы прекрасно, мы бы посвятили время друг другу, целовались и обнимались, но сейчас мы молчим. Между нами гробовая тишина, такая гнятущая, что скоро паническая атака начнётся. Я замечаю его частые взгляды на меня  ему точно есть, что сказать, но он почему-то молчит. Ладно, тогда я начну.

— Говори уже.
— О чём ты?
— Я вижу, что тебя разрывает на части от желания, что-то мне сказать. Ну же? Говори.
— Да ничего особенного. Я просто хотел сказать, что...
— Что?
— Чтобы ты не лезла в это дело, вот что. Пожалуйста. Я по глазам твоим вижу, что ты уже, что-то задумала. Не начинай то, что может тебе навредить.
— Мне пора на учёбу.

Я встала так резко, что стул позади меня, чуть не упал на пол с грохотом. Не хочу продолжать этот разговор, я слышала это по меньшей мере десять раз и это только за утро. И только от отца.

— Пообещай мне.

Тяжело вздохнув, я сказала:

— Обещаю.

Зайдя в свою комнату, я поспешно разжала скрещённые пальцы. Если скрестить пальчики, обещание ведь недействительно? Так что это не считается за враньё. Подхватив сумку, я быстро выбежала из дома, чмокнув Вову на прощание. Не хочу снова выслушивать нотации.

На удивление, день пролетел быстро, практически незаметно. После пар я пригласила Миру выпить кофе и рассказать ей последние новости.
И вот мы сидим в кофейне, рядом с нашим корпусом. Из большого окна прекрасно видно всю суету буднечного дня. Начало недели никого не оставило в покое. Все бегают, суетятся. Люди, как муравьи в муравейнике, огромными стайками, проходят туда сюда по пешеходному переходу. Общая, серая масса пестрит яркими куртками, которые ждали своего часа, как минимум пол года.

Я всё рассказала Мире, рассказала про Васю, про наркотики, ментовку и мои догадки. Она была очень удивлена. Она ни разу не видела моего брата, но я часто упоминала его в наших разговорах. Так что она знала его достаточно, чтобы понять, что он не сделал бы ничего подобного.

— И что ты теперь будешь делать? Зная тебя, ты точно не останешься в стороне. Так какой план?

Кажется она была более взбудоражена моими будущими действиями, чем я сама. Я крутила в руках свой латте с карамелью и понимала, что плана то у меня и нет.

— Честно говоря... я не знаю, я думала сходить в тот клуб, но меня туда вряд-ли пустят.
— Я слышала про то место. В общаге много болтают, а стены картонные. У этого клубешника плохая репутация  но его так и не закрыли, потому что взятки давать умеют. Там люди работают беспринципные, просто дай денег охраннику и он про твой паспорт даже не спросит.
— А ты я смотрю неплохо осведомлена. Была там?
— Я же говорю. Болтают. Но если ты пойдёшь на это шпионское задание, то я в деле.
— Нет, нет, нет и ещё раз нет. Если я иду, то иду одна. Я и так рискую, не хочу ещё и тебя втягивать.
— Я сама втягиваюсь. Ты одна не пойдёшь. Я в тебе не сомневаюсь, но тебе нужна подстраховка, вдруг что-нибудь случится, а я тут как тут.
— Ты уверена?
— На все сто. Только нам деньги нужны, иначе не пустят. Я бы вкинулась, но ты сама знаешь. Я бедный студент, так сказать, доедаю последнюю картошку.
— Эх.. студент. Ладно, возьму из заначки. Надеюсь это даст свои плоды.

Мира, радостно захлопала в ладоши, как ребёнок, как-будто она ждала этого всю жизнь. Мне бы её энтузиазм, пока у меня, только нервный срыв на горизонте мелькает.

— Отлично, тогда встречаемся возле клуба, в девять вечера.
— Договорились.

Допив свой кофе, мы с Мирой попрощались и разошлись готовиться к вечеру. Не думаю, что Вася оценил бы мою идею, скорее уши бы оторвал мне. Но вся загвоздка в том, что у него теперь вообще нет права выбирать, теперь его судьбу решаем мы и полиция.

Вернувшись домой, я обнаружила только пустоту и свёрнутый листок на моей подушке. Записка.

"Любимая, мне сегодня нужно решить кое какие дела, поэтому не смогу приехать. Но знай, я всегда думаю о тебе.

Целую, Вова!"

Что ж мне это даже на руку. Меньше вопросов. Убрав листок подальше, чтобы мама ненароком, не нашла при уборке, я начала готовиться к заданию.

Что же надеть? Что надевают обычно на секретные задания?

"Длинный плащ и чёрные очки, но думаю тебя не пустят в таком виде даже за миллион."

Хорошо. Тогда наденем то, что поможет на слиться с толпой.

Немного покопавшись и создав при этом, ещё одну египетскую пирамиду из смятых вещей на полу, я поняла, что совсем не подготовлена к подобным местам. Многочисленные джинсы и оверсайз футболки, не совсем подходят для ночного клуба.

Спустя ещё пару потерянных нервных клеток, я наконец наткнулась на, что-то стоящее. Чёрное платье на бретельках. Я носила его в школе с белой рубашкой, но сейчас оно немного стесняет и обтягивает мою грудь. Дышать тяжеловато, но лучше ничего нет. Надев платье и чёрные, высокие ботинки, я вышла из дома, с чёткой целью, добиться правды. Пришлось залезть в заначку и взять оттуда несколько купюр, надеюсь этого хватит, чтоб подкупить охрану. Потому что я совсем не в курсе, сколько нынче стоит данная услуга.

Добравшись до места встречи, я заметила, что Мира уже ждёт меня возле входа. Ну и очередь, ничего себе.

Присвистнув себе под нос, я подошла к подруге и обняла её.

— Спасибо, что пошла на это со мной. Ты не обязана, но ты всё равно здесь. Я это ценю.
— Не благодари меня. Лучше я буду здесь с тобой, чем ещё раз услышу очередную историю, как трахается Денис из двести пятой. Юля мне все уши прожужжала про него. Ещё одно слово и я села бы в камеру рядом с твоим братом.
— Тогда спасибо Юле и её неумению держать язык за зубами.
— Это точно про неё.

Мы отстояли очередь, не знаю сколько времени прошло, но по ощущениям целая вечность. Чем ближе к охраннику, тем страшнее мне становится. Ладони такие влажные, что можно всю Африку напоить, коленки трясутся, если бы не Мира под боком, я бы уже давно в обморок грохнулась. А она вроде ничего. Собранная, на лице широкая улыбка, словно она в предвкушении самой захватывающей вечеринки.

— Паспорт.

Грубым голосом отрезает мужчина, выставляя перед нами руку, не давая пройти.

— Здравствуйте. Извините, а мы можем, как-нибудь без паспорта договориться?

Я шепчу здоровому амбалу, который при желании может поднять меня одной рукой и отшвырнуть на другой конец улицы, при этом даже не вспотеет.

— Лет сколько?
— Восемнадцать!

Быстро выкрикивает Мира.
Мужчина косится на нас с подозрением. Он не идиот и видит, что мы врём. Я не теряя времени, лезу в карман и стараясь, как можно незаметнее протянуть ему деньги. Мужчина не подаёт виду, как-будто ничего не происходит, но всё же берёт деньги и убирает их в карман своих брюк. Быстро отцепляет красную верёвочку и пропускает нас внутрь, не произнося больше ни слова.

— Ахереть! Я чуть не обделалась!

Оказавшись внутри, Мира даёт свободу своим эмоциям. Она словно под дозой, зрачки расширены, сияющая улыбка на лице и постоянно смеётся. Адреналина она хапнула с лихвой. Да и я тоже, всю трясёт, сердце успокоиться не может.

— Всё ещё не могу поверить, что мы прошли. У нас получилось, Алиса!
— Да, да. Тише, а то примут нас раньше времени.
— Ты все деньги ему отдала?
— Нет. Подумала, он не будет считать при всех, дала половину. Есть ещё на повеселиться и выпить.
— Тогда к бару!

Пробираясь через толпу танцующих людей, я замечаю в дальнем правом углу, зону подсвеченную ярко-красным светом. Длинная барная стойка растянулась вдоль всей стены, рядом стоят высокие барные стулья, с мягкой на вид, красной, кожанной обивкой, свободных мест практически нет, всё занято молодыми людьми, которые предпочитают проводить вечер понедельника за выпивкой здесь, где танцуют полуголые девушки и музыка орёт так, что уши сворачиваются.

Подходя всё ближе к бару, я ловлю взглядом бармена, в ярком свете мигающих огней, мне плохо видно его лицо, но он мне кого-то напоминает. Я почему-то уверена, что знаю этого парня, нужно только подойти поближе. Возможно, он сможет мне помочь, даже если я ошиблась, он всё равно знает больше меня. Бармен тот человек, кому незнакомцы открывают душу и тот, кто видит всё, что происходит в этом неоновом аду.

Пока мы с Мирой шли, к нашей цели, аккуратно рассталкивая всех на своём пути и держась за руки, чтобы не потеряться в толпе пьяных незнакомцев, кто-то резко схватил меня за руку и потянул назад. Это движение было таким сильным и неожиданным, что рука подруги мгновенно потеряла мою. И вот какой-то мужчина в чёрном капюшоне ведёт меня через весь танцпол, крепко держа за руку, а я даже закричать не могу. Оправдываю себя тем, что меня из-за музыки никто не услышит, хотя я понимаю, что просто испугалась, такой настойчивости.

Мужчина завёл меня в тёмный коридор, достаточно отдалённый, чтобы нас никто не увидел. Он схватил меня за плечи и резко дёрнул.

"Ну всё. Нас сейчас изнасилуют прямо здесь! Пиздец, лишимся девственности в коридоре!"

Тебя серьёзно, только это волнует?! Что это произойдёт в коридоре?! Он же не только изнасиловать, но и убить может, дура!

"Вряд-ли он настолько отбитый, чтобы убивать кого-то в клубе, когда любой может стать свидетелем."

Ты наверное забыла почему мы сюда пришли. Здесь наркотики продают, он может быть под кайфом. Таким обычно плевать на свидетелей.

— Что. Ты. Блять. Здесь. Делаешь?!

Знакомое рычание приводит меня в чувства.

— Вова?!