Глава 40
— Откуда ты знаешь, что я не буду распространяться? — Спрашивает Изабель.
— Я и не знаю. Но ты не рассказала мне о Лизе, когда я просила. Это дает мне понять, что ты можешь хранить чужие секреты.
— Я могу. Выкладывай.
— Даже не знаю с чего начать.
— Я не могу тут сидеть весь день.
— Я поцеловала Лизу, — выпаливаю я.
— Лизу?! Bendita! Это было до или после разрыва с Сашей?
Я зажмуриваюсь.
— Я не планировала это.
Изабель смеется так громко, мне приходится отодвинуть телефон от своего уха.
— Ты уверена, что она тоже это не планировала? — спрашивает она, немного успокоившись.
— Это просто случилось. Мы были у нее дома и нас прервали, когда ее мама пришла домой и застукала нас и...
— Что? Ее ма вас застукала? У нее дома?! Bendita! — она продолжает дальше на испанском, и я не понимаю ни слова из того, что она говорит.
— Изабель, я не говорю на испанском. Нужна помощь.
— Ой, извини. Арина лопнет от злости, когда узнает.
Я кашляю в трубку.
— Я ей не скажу, — быстро говорит Изабель.
— Просто мама Лизы очень серьезная женщина. Когда Лиза встречалась с Ариной, она держала ее подальше от своей мамы. Не пойми меня неправильно, она любит своих детей. Но она гиперопекающая, как и большинство матерей. Она выставила тебя из дома?
— Нет. Но она достаточно четко назвала меня шалавой.
Больше смеха на другом конце.
— Не смешно.
— Прости. — Еще смешок. — Мне бы очень хотелось быть мухой на стене в тот момент, когда она вас застукала.
— Спасибо за твое сочувствие, — говорю я сухо. — Я отключаюсь.
— Нет, извини, что я смеялась. Просто, чем больше мы говорим, тем больше я понимаю, что ты совсем не та, кем я тебя себе представляла. Я понимаю теперь, почему ты нравишься Лизе.
— Хм. Спасибо. Помнишь, когда я тебе сказала, что не позволю чему-то произойти между мной и Лизой?
— Дай-ка мне проверить свой календарь, это было до или после того, как ты ее поцеловала? — хихикает она, потом говорит. — Я просто шучу, Ира, девочка, если она тебе на самом деле нравится, вперед, иди за ней. Только будь осторожной. Я хоть и думаю, что ты нравишься ей больше, чем она готова признаться, но тебе все же следует быть осмотрительной.
— Если что-нибудь случится между мной и Лизой, я не буду это останавливать, но не волнуйся, я всегда осмотрительна.
— Я тоже, ну, кроме того дня, когда ты ночевала у меня. Кое-что произошло между мной и Левой. Но я не могу рассказать это моим друзьям, они сожрут меня заживо.
— Он тебе нравится?
— Я не знаю, я никогда не думала о нем так раньше, но когда мы были вместе, это было очень приятно. Кстати, как был поцелуй с Лизой?
— Приятным, — говорю я, думая каким чувственным он был. — Хотя знаешь, Изабель, он был более, чем приятным, он был просто потрясающим.
Изабель начинает смеяться снова, и на этот раз я смеюсь вместе с ней.
Pov Лиза
Ира пропала из школы сегодня. Она следовала весь день за Ослиной Мордой. А перед тем, как уехать, я видела их за личным разговором на заднем дворе. Она выбрала его вместо меня, что, впрочем, не должно меня удивлять. Когда она спросила меня на химии, что ей делать, мне нужно было посоветовать ей бросить этого pendejo. Тогда я была бы счастлива, а не зла, как сейчас;
Es un carbon de mierda!
Он не заслуживает ее. Окей, также, как и я.
После школы я заезжаю на склад, проверяя, если я смогу узнать что-нибудь об отце. Но безуспешно. Те, кто знали его тогда, не говорили о нем ничего, кроме того, как он без умолку болтал о своих детях. Все мои расспросы остановились, когда Сатин Худы обстреляли склад, в знак того, что они жаждут мести, и они не остановятся, пока ее не получат. Не знаю, стоит ли мне радоваться или волноваться по поводу того, что склад находится за старой ж/д станцией на изолированной территории. Никто не знает о нем, даже копы. Особенно копы.
Я невосприимчива к Поп! Поп! Поп! — звукам от стрельбы. На складе, в парке... я ожидаю этого.
Некоторые улицы безопаснее других, но здесь, на складе, противники знают, что это наша святая земля. И они ожидают ответного удара.
Это культура. Вы оскорбили нашу землю, мы оскорбим вашу.
На этот раз никого не задело, поэтому ответ будет не как за убийство, но он будет. Они ждут, что мы придем к ним. И мы их не разочаруем.
После того, как с этим покончено, я еду домой самым длинным путем, замечая, что выбрала дорогу, проходящую мимо дома Иры. Ничего не могу с собой поделать. Как только я пересекаю ж/д пути, полицейская машина останавливает меня и двое копов выходят из нее.
Вместо того чтобы сообщить мне почему я была остановлена, они приказывают мне слезть с мотоцикла и предъявить права.
Я протягиваю им права.
— Почему я была остановлена?
Один их копов пристально их изучает, затем говорит.
— Ты сможешь задать свои вопросы, после того, как я задам свои. Имеются ли при тебе наркотики, Елизавета?
— Нет, сэр.
— Какое-нибудь оружие? — спрашивает другой.
Я мгновение колеблюсь.
— Да.
Один из копов достает из кобуры свою пушку и направляет ее мне в грудь. Другой приказывает поднять руки вверх и лечь на землю, пока он вызывает подкрепление.
Черт, я влипла по полной.
— Какое точно оружие?
Я зажмуриваюсь прежде, чем ответить.
— Девяти миллиметровый Глок. Хорошо, что я вернула Берету Уилу, а то бы на меня навесили оба.
Мой ответ заставляет копа слегка нервничать и палец на крючке его пушки начинает подрагивать.
— Где он?
— Моя левая нога.
— Не двигайся, я разооружу тебя. Не будешь дергаться, не пострадаешь.
Как только первый коп достает пистолет, второй надевает резиновые перчатки и полным авторитета голосом, которым была бы довольна миссис Пи, спрашивает:
— Имеются ли при тебе иглы, Елизавета?
— Нет, сэр.
Он наклоняется и одевает на меня наручники.
— Вставай, — поднимает он меня и облокачивает на капот патрульной машины. Черт, я знала, что это неизбежно, быть арестованной, но я совсем не была готова к этому. Один из копов показывает мне мою пушку. — Это достаточно веская причина, почему мы тебя остановили?
— Елизавета Андрияненко, ты имеешь право хранить молчание, — начинает коп. — Все что ты скажешь, может быть и будет использовано против тебя в суде...
Камера пахнет мочей и куревом. Хотя может это парни, которые сидят вместе со мной так пахнут. В любом случае я не могу дождаться, когда же выберусь нафиг отсюда.
Кому мне звонить, чтобы внесли за меня залог? У Левы нет денег. Влад вложил все деньги в автомастерскую. Моя мать убьет меня, если узнает, что я была арестована. Я прислоняюсь к металлической решетке и размышляю, учитывая то, что это практически невозможно в этом вонючем месте.
Копы называют это камерой для задержания, но это просто замаскированное название клетки. Слава богу, это мой первый раз здесь, и дай бог, последний. Lojuro!
Эта мысль все же меня беспокоит, хотя я и так, знаю, что я пожертвовала своей жизнью для брата и сестры. Какая была бы разница, если б они заперли меня здесь пожизненно? Глубоко внутри я все же знаю, что не хочу этой жизни. Я хочу, чтобы моя мать гордилась мной за то, что стала кем-то, кроме бандитки. Я хочу будущее, которым сама могла бы гордиться. И я ужасно хочу, чтобы Ира стала думать обо мне, как об одной из хороших девушек. Я бьюсь затылком о прутья решетки, но эти мысли никуда не уходят.
— Я видел тебя в Фейрфилд Хай. Я тоже туда хожу, — говорит невысокий парень примерно моего возраста. Он одет в рубашку цвета кораллов для игры в гольф и белые брюки, чувак выглядит так, как будто он пришел сюда прямо из гольфного клуба, где забил пару лунок со своими пожилыми соперниками.
Парень пытается выглядеть круто, но с этой его цветастой рубашкой... выглядеть круто, это последняя из его проблем.
__________________________________
18⭐️, 3💬- следующая глава