Глава 47
Она садится в машину.
— Лиза, можем мы приостановиться немного? Все происходит уж слишком быстро для меня.
— Хорошо, — говорю я, кивая. Я держу руки в карманах, подавляя желание вытащить ее из машины.
И будь я проклята, если Ира сейчас уедет.
Я полностью отдалась ее изучающим рукам и перегнула палку. Я просто забываю обо всем вокруг, когда ее тело так близко.
Пари.
Все это с Ирой должно было быть ради пари, а не чтобы влюбиться в девчонку с севера. Мне нужно помнить, что я заинтересована в Ире только из-за пари, и мне лучше игнорировать то, что я предполагаю, является реальными чувствами.
Чувства не могут быть частью этой игры.
Pov Ира
Я остановилась у Макдональдса, где меня никто не узнает, переоделась в джинсы и светло розовый свитер и поехала домой.
Я напугана, потому, что с Лизой все слишком обостряется. Мои чувства, мои эмоции, мои желания. Я никогда не была так привязана к Саше, мне не хотелось находиться с ним вместе 24/7. Но я страстно желаю Лизу. О, Боже. Мне кажется, я влюбляюсь в нее по-настоящему.
Я знаю, что любить кого-то, это терять часть себя. И сегодня в машине, когда Лиза полезла мне под платье, я боялась потерять контроль. Вся моя жизнь базируется на том, как сохранить контроль. Это пугает меня.
Я захожу через главные двери, готовая просочиться к себе в комнату и засунуть платье в шкаф. К сожалению, моя мать стоит в фойе, в ожидании меня.
— Где ты была? — спрашивает она строго, держа в руках мой учебник по химии и тетрадь. — Ты сказала, что пойдешь в спортзал, а потом позанимаешься с этой Андриоли.
Подловила. Время для лжи либо для покаяния.
— Ее фамилия Андрияненко, не Андриоли. И да, я была с ней.
Молчание.
Губы моей матери сжимаются в одну тоненькую линию.
— Вы однозначно не домашней работой занимались. Что у тебя там, в спортивной сумке? — допрашивает она. — Наркотики? Ты теперь хранишь тут наркотики?
— Я не связываюсь с наркотиками, — отвечаю я резко.
Она сводит брови и указывает на сумку.
— Открывай.
Я вздыхаю и сажусь на пол, открывая сумку. Я чувствую себя как тюремный заключенный. Достаю из сумки платье и протягиваю его ей.
— Платье? — спрашивает она.
— Мы были на свадьбе. Кузина Лизы вышла замуж.
— Эта девушка заставила тебя соврать мне. Она манипулирует тобой, Ира.
— Она не заставляла меня тебе врать, мам. — Говорю я раздраженно. — Поверь мне, я сделала это сама.
Ее гнев переливается через край, я вижу это по тому, как сверкают ее глаза и как трясутся ее руки.
— Если я еще КОГДА-НИБУДЬ узнаю о том, что ты была с этой девушкой, мне не составит особого труда уговорить твоего отца отправить тебя в какую-нибудь школу-интернат до конца учебного года. Ты что думаешь, мне не достаточно забот с Таней? Обещай мне, что ты не будешь проводить с ней время вне школы.
Я обещаю, затем бегу в свою спальню и звоню Нике.
— Что случилось? — спрашивает она.
— Ника, мне нужна сейчас моя лучшая подруга.
— И ты выбрала меня? Вау, я просто счастлива, — говорит она сухо.
— Ок, я соврала тебе. Мне нравится Лиза. Очень.
Молчание.
— Ника, ты там? Или ты игнорируешь меня?
— Я не игнорирую тебя, Ира. Просто размышляю, почему ты решила сказать мне об этом сейчас?
— Потому, что мне нужно поговорить об этом. С тобой. Ты меня ненавидишь?
— Ты моя лучшая подруга, — отвечает она.
— А ты моя.
— Лучшие подруги все еще лучшие подруги даже когда одна из них лишилась разума и начала встречаться с членом банды, так?
— Я надеюсь.
— Ира, никогда не ври мне больше.
— Не буду. И ты можешь поделится инфой с Элиотом, при условии, что он будет держать рот на замке.
— Спасибо, что доверяешь мне, Ира. Может ты, так не думаешь, но это много значит.
После того, как я рассказала все и попрощалась с Никой, чувствую себя отлично от того, что с ней все теперь в норме. Мой телефон звонит снова, это Изабель.
— Мне нужно с тобой поговорить, — говорит она, когда я отвечаю.
— Что случилось?
— Ты видела Леву сегодня?
Ммммм. . Вот тебе и секреты.
— Ага
— Вы упоминали обо мне?
— Нет. А что? Ты бы этого хотела?
— Нет. Да. Ох, я не знаю. Я так запуталась.
— Изи, просто скажи ему, что ты чувствуешь. Это сработало между мной и Лизой.
— Да, но ты Ира Лазутчикова.
— Ты хочешь знать, что такое быть Ирой Лазутчиковой? Я тебе скажу. Я неуверенная, как и любой другой. И я постоянно нахожусь под давлением того, что мне нужно поддерживать свой образ, иначе люди заметят, что я такая же, как и все остальные. И это все делает меня более уязвимой, более подверженной вниманию и более чувствительной к сплетням.
— Наверное, ты не будешь очень счастлива, узнать о слухах, которые ходят, о вас с Лизой среди моего круга друзей. Хочешь услышать парочку?
— Нет.
— Ты уверена?
— Да. Если ты считаешь себя моей подругой, не говори мне.
Потому, что если я буду знать о слухах, я буду чувствовать себя так, как будто я должна противостоять им. И в данную секунду мне хочется жить в несведущем блаженстве.
Pov Лиза
После того, как Ира умчалась от меня на своей машине я совсем не чувствую себя расположенной к разговорам и надеюсь не наткнуться на mi'ama, когда возвращаюсь домой. Но один взгляд на диван, рассеивает все мои надежды.
Телевизор выключен, свет притушен и мои брат и сестра, скорее всего, были отправлены к себе в спальню.
— Елизавета,— начинает она. — Я не хотела такой жизни для нас.
— Я знаю.
— Я надеюсь, Ира не подкидывает тебе в голову идеи, которых там не должно быть.
Я пожимаю плечами.
— Какие, например? Что она ненавидит то, что я в банде? Может ты и не хотела такой жизни для меня, но ты не сильно и возражала, когда я вступила в нее.
— Не говори так, Елизавета.
— Потому, что правда глаза колет? Я в банде, чтобы защитить тебя, Катю и Диму , ты знаешь это, хотя мы и не говорим об этом, — я повышаю голос, заводясь еще больше. — Я сделала этот выбор давным-давно. Ты можешь притвориться, что не поощряешь этого, но,— я задираю футболку, открывая свои татуировки Кровавых Латино. — Посмотри на меня внимательно. Я бандитка, как и мой отец. Ты также хочешь, чтобы я начала торговать наркотой?
Слезы бегут по ее лицу.
— Если бы я знала, что существует другой выход...
— Ты была слишком напугана, чтобы уехать из этой дыры, и теперь мы застряли здесь. Так что не вали вину на меня, или мою девушку.
— Это несправедливо, — говорит она, поднимаясь.
— Что несправедливо, так это то, что ты живешь, как вдова, постоянно оплакивая смерть отца. Почему бы нам не вернуться в Мексику? Скажи дяде Хулио, что он потерял все свои сбережения, отправив нас в Америку, или ты боишься вернуться туда и сказать своей семье, что ничего здесь не добилась?
— Мы не будем это обсуждать.
— Открой глаза,— я развожу в стороны руки. — Что держит тебя здесь? Твои дети? Это просто отговорка. Это и есть Американская мечта для тебя? — Я указываю на портрет отца. — Он был бандитом, а не святым.
— Он защищал нас, —выкрикивает она. — У него не было выбора.
— А теперь я защищаю нас. И ты поставишь мне храм, когда меня убьют? И Дима будет следующим? А затем и Катя.
Mi'ama дает мне звонкую пощечину и отодвигается. Dios mio, я не хотела ее так расстраивать. Я протягиваю руку и беру ее за локоть, чтобы обнять и извиниться, но она вздрагивает.
— Мама? — Спрашиваю я, не понимая, что происходит. Я не была груба с ней, но она ведет себя именно так.
Она вырывается и отворачивается, но я не отпускаю ее. Задрав рукав ее платья, к своему ужасу, я нахожу огромный фиолетовый синяк повыше ее локтя. Мой разум возвращается на свадебный вечер, когда я видела маму и Гектора в личном разговоре.
_________________________________________________
22⭐️, 2💬- следующая глава