Глава 48
— Это тебе Гектор сделал? — спрашиваю я мягко.
— Тебе нужно перестать задавать вопросы о своем отце,— говорит она, отодвигаясь и пряча синяк под рукав.
Злость закипает во мне, когда я думаю, что Гектор поставил синяк на матери, как предостережение не задавать больше вопросов об отце.
— Почему? Гектор покрывает кого-то? — Может этот кто-то из КЛ? Или кто-то из союзнических банд?
Как бы мне хотелось просто спросить Гектора. Более того, мне бы хотелось отомстить ему и надрать задницу за то, что обидел мою мать, но Гектор неприкасаем. Все знают, если ты идешь против Гектора, ты идешь против всех в КЛ.
Она смотрит на меня.
— Не задавай вопросов, Елизавета. Существует что-то, чего ты не знаешь. Вещи, которые тебе просто не нужно знать. Просто оставь это.
— Ты считаешь, что жить в неведении лучше? Отец был в банде и торговал наркотиками. Я не боюсь правды, черт подери. Почему все вокруг скрывают ее от меня?
Я чувствую, как повлажнели мои ладони, сжатые в кулаки. Звук из коридора привлекает мое внимание. Я поворачиваюсь и вижу Катю и Диму с огромными от удивления глазами.
Черт.
Мама тяжело вздыхает, заметив их. Я сделаю что угодно, только бы она не грустила.
Я делаю шаг к ней и мягко кладу руку ей на плечо.
— Perdon, mama.
Она скидывает мою руку, пытаясь подавить рыдание, и уходит в свою комнату, громко хлопнув дверью.
— Это правда? — спрашивает Дима, — его голос натянут, как струна.
Я киваю.
— Да.
Катя качает головой и хмурит брови.
— Я не понимаю, что вы тут говорите? Я думала, что папа был хороший. Мама всегда говорила, что отец был хорошим человеком.
Я подхожу к своей младшей сестре и обнимаю ее за голову.
— Это все ложь! — Выкрикивает Дима. — Ты, он. Все ложь! Mentiras!
— Дима... — говорю я, отпуская Катю и хватая Диму за руку.
Он смотрит на нее с отвращением, его гнев нарастает.
— И все это время я думал, что ты в КЛ, чтобы защитить нас. Но на самом деле ты просто следуешь по стопам отца. К черту героизм. Тебе нравится быть частью КЛ, но ты запрещаешь мне вступить. Не считаешь ли ты, что это немного гипо-критично, сестрица?
— Может быть.
— Ты позор для этой семьи, ты знаешь это, не так ли?
Как только я ослабляю хватку, он вырывается и выбегает на улицу через заднюю дверь.
Тихий голос Кати разрывает тягучую тишину.
— Временами хорошим людям приходиться поступать плохо, да?
Я взлохмачиваю ее волосы. Катя намного более невинна, чем я была в ее возрасте.
— Знаешь, я думаю, ты будешь самой умной из Андрияненко, малышка. А теперь иди в кровать, я попробую поговорить с Димой.
Я нахожу его сидящим на пороге.
— Так вот как он умер,— говорит он, когда я сажусь рядом. — На нарко сделке?
— Да.
— И он взял тебя с собой?
Я киваю.
— Придурок, тебе было всего шесть лет,— говорит он сквозь зубы. — Знаешь, я видел Гектора сегодня на баскетбольной площадке.
— Держись подальше от него. Говоря по правде, после смерти отца у меня не было выбора, и теперь я застряла. Если ты думаешь, что мне нравится быть членом КЛ, подумай снова. Я не хочу, чтобы ты туда вступал.
— Я знаю.
Я одариваю его суровым взглядом, тем, что использует наша мать, когда обнаруживает свои порезанные колготки, которые мы брали для игры. Мы обрезали у колгот одну из ног, засовывали туда бейсбольный мяч, раскручивали и кидали вверх, наблюдая, как высоко он полетит.
— Послушай меня Дима, и слушай хорошо. Сконцентрируйся на учебе, чтобы ты смог пойти в колледж. Стать кем-то в этой жизни. — Не то, что я.
Долгое молчание.
— Дестини тоже не хочет, чтобы я вступал. Она собирается пойти в какой-то университет и выучиться на медсестру. — Он улыбается. — Она сказала, что мы можем поступить в один и тот же университет.
Я просто слушаю, потому, что мне пора перестать давать ему советы и позволить ему додуматься до остального самостоятельно.
— Кстати, мне нравится Ира,— внезапно говорит он.
— Мне тоже,— отвечаю я и думаю о том, что произошло в машине. Я слишком увлеклась. Я надеюсь, что я не испоганила все с ней окончательно.
— Я видел, как Ира разговаривала с mama на свадьбе. Она могла постоять за себя.
— Сказать по правде, у нее был срыв после, в ванной.
— Ты умна, но ты loco, если думаешь, что можешь со всем справиться.
— Я сильна, — говорю я Диме. — И всегда готова к худшему.
Дима стукает меня по спине.
— Иногда я думаю, что встречаться с девчонкой с северной части даже круче, чем быть членом банды.
Это идеальный момент, чтобы сказать ему правду.
— Дима, в КЛ ты видишь парней, которые говорят о братстве, чести и верности, и это звучит прекрасно. Но знаешь, они не семья. Братство держится только до тех пор, пока ты делаешь все, что они хотят.
Моя мать открывает дверь и смотрит вниз на нас. Она выглядит очень грустной, хотелось бы мне все исправить, но я не могу.
— Дима, дай мне поговорить с Елизаветой наедине.
Когда Дима заходит в дом и уже больше не может нас слышать, мама садится рядом со мной. Я вижу в ее руках сигарету, впервые за очень долгое время.
Я жду, пока она начнет говорить. Я сказала уже слишком много сегодня.
— Я сделала слишком много ошибок в жизни, Елизавета, — говорит она, выдыхая дым на луну. — И некоторые я никогда не смогу уже исправить, неважно, сколько бы я ни молилась об этом.
Она протягивает руку ко мне и заправляет волосы мне на ухо.
— Ты девушка, которая взяла на себя ответственность мужчины. Я знаю, это несправедливо по отношению к тебе.
— Esta bien.
— Нет. Я также не выросла, как и ты. Я даже не закончила старшую школу, потому, что забеременела тобой. — Она смотрит на меня, как будто видит себя не так давно. — Ох, мне так хотелось иметь ребенка. Твой отец хотел подождать до того, как я закончу школу. Но я постаралась, чтобы это случилось раньше. Больше всего в мире я хотела стать матерью.
— Ты сожалеешь об этом? — спрашиваю я.
— То, что я стала матерью? Никогда. Я сожалею о том, что соблазнила твоего отца и убедилась, что он не использовал презерватив.
— Я не хочу слушать это.
— Тебе придется выслушать это, хочешь ты или нет. Будь осторожна, Лиза.
— Я осторожна.
Она делает еще одну затяжку и качает головой.
— Нет, ты не поняла. Твоя девушка может заставить тебя сделать ЭКО.
— Ира...
— Одна из тех девушек, которые могут заставить тебя делать то, что ты не хочешь.
— Мам, поверь мне, Ира не хочет ребенка.
— Нет, но она захочет других вещей. Вещей, которые ты никогда не сможешь ей дать.
Я смотрю наверх, на звезды, на луну, вселенную, которая, как я знаю, не кончается.
— А что если я сама хочу ей их дать?
Она делает глубокий выдох, дым выходит из ее рта тоненькой струйкой.
— Дожив до тридцати пяти лет, я повидала немало людей, которые умирали думая, что смогут изменить то, как устроен мир. Неважно, что ты думаешь, но твой отец умер, пытаясь изменить свою жизнь. Твои факты искажены. Ты была слишком мала, чтобы понять это.
— Сейчас я достаточно взрослая.
Слезинка стекает по ее щеке, она смахивает ее ладонью.
— Да, но, сейчас уже слишком поздно.
Pov Ира
— Ира, скажи, пожалуйста, еще раз, почему мы заезжаем за Лизой Андрияненко и берем ее с собой на озеро Женева? — спрашивает Ника.
— Моя мать запретила мне встречаться с ней после школы, поэтому поездка к озеру вместе, совсем не плохая идея. Никто не знает нас там.
— Кроме нас.
— Ну, я знаю, что вы не настучите на меня, так?
Я вижу, как Элиот закатывает глаза. Мне представлялась эта поездка отличной идей, отправиться на озеро Женева на один день, как на двойное свидание. Ну, наверное, так и будет, когда Ника и Элиот отойдут от шокирующей новости о том, что я и Лиза теперь вместе.
_________________________________________________
22⭐️, 2💬- следующая глава