Глава 60
Что она имеет в виду?
— Езжай, — говорю я, совсем нет времени выяснять что-то еще. — Мы поговорим позже.
Она уносится прочь.
— Черт, бро, — говорит Лаки, провожая оценивающим взглядом ее БМВ. — Мне нужно было убедиться, что Влад мне не заливал. Ты, правда, переспала с Ирой Лазутчиковой, не так ли? Ты хоть засняла это?
В качестве ответа я даю ему кулаком в живот, он сгибается пополам и падает на колени. Я сажусь на свой мотоцикл и завожу двигатель. Когда я замечаю Камри Влада, я останавливаюсь около нее.
— Послушай, Лиза, —говорит мне Влад через открытое окно. — Lo siento mucho ...
— Я увольняюсь,— прерываю его я, кидаю ему ключи от мастерской и уезжаю.
Пока я еду домой, все мои мысли занимает Ира и то, сколько она для меня значит.
И реальность ошарашивает меня.
Я не собираюсь проводить эту сделку с наркотой.
Теперь я понимаю все эти телячьи нежности, над которыми я раньше смеялась. Потому, что я сама, как сопливый дурочка, рискну всем ради девчонки. Esoy enamorado... Я влюблена.
К черту КЛ. Я могу защитить свою семью и впервые быть самой собой. Ира была права. Моя жизнь слишком важна, чтобы уничтожать ее незаконными сделками. По правде говоря, я хочу поступить в колледж и добиться чего-то в своей жизни.
Я не такая, каким был мой отец. Мой отец был слабаком, который выбрал легкий путь. Я пройду через то, что КЛ мне устроят, когда я скажу им, что я ухожу. И если я выживу после этого, я вернусь к Ире, как свободная девушка. Lo juro!
Я не торговец наркотиками. Я подставляю Гектора, но причины, по которым я изначально вступила в банду, были, чтобы защитить мою семью и мой район, а не торговать наркотой. С каких пор торговля стала частью этого?
С тех пор, как меня остановили копы, все это закручивалось как снежный шар. Меня арестовали, затем Гектор вытащил меня из тюрьмы. Как только я начала задавать вопросы о смерти отца, я увидела мою мать и Гектора за горячей дискуссией. От которой у нее остались синяки. И после этого, Гектор просто сидел на мне по поводу этой сделки.
Лева пытался предупредить меня, он был уверен, что что-то тут не так.
Ломая мозги, я постепенно складываю кусочки вместе. Dios, неужели правда все это время лежала у меня под носом? Один человек точно может сказать мне всю правду о той ночи, когда умер мой отец.
Я залетаю в свой дом и нахожу mi'ama в ее комнате.
— Ты знаешь, кто убил papa.
— Елизавета, не надо.
— Это был кто-то из Кровавых, не так ли? Тем вечером, на свадьбе, ты и Гектор разговаривали об этом. Он знает, кто это был, также как и ты.
Слезы бегут по ее щекам.
— Я предупреждаю тебя, Елизавета. Не делай этого.
— Кто это был? — спрашиваю я, игнорируя ее мольбу.
Она отводит взгляд.
— Скажи мне! — выкрикиваю я со всей мочи. Мои слова заставляют ее вздрогнуть.
Все это время мне просто хотелось освободить ее от этой боли. Мне никогда не приходило в голову спросить у нее, что она знает об убийстве моего отца. Или мне просто не хотелось это знать, потому, что я боялась правды. Я не могу больше это игнорировать.
Ее дыхание прерывается, когда она подносит руку к своему рту.
— Гектор... это был Гектор.
Пока я пытаюсь осмыслить услышанное, страх, шок и боль растекаются по всему телу, как огонь. Моя мать смотрит на меня полными печали глазами.
— Я просто хотела защитить тебя и Катю с Димой, только и всего. Твой отец хотел уйти из КЛ, поэтому они его и убили. Гектор хотел, чтобы ты заменила его. Он угрожал мне, Елизавета, говорил, если ты не примкнешь к ним, вся наша семья закончит как твой отец...
Я не могу больше это слушать. Гектор подставил меня, чтобы меня арестовали, и я оказалась должна ему. И он подстроил эту сделку, заставляя меня думать, что это шаг вперед, когда на самом деле это была ловушка. Он, скорее всего, подозревал, что кто-то скоро выболтает правду. Я тороплюсь к своему шкафу, думая над тем, что мне необходимо сделать — встретиться лицом к лицу с убийцей моего отца.
Но пистолета нет на месте.
— Ты лазил у меня на полке? — рычу я на Диму, хватая его за шкирку, пока он сидит на диване в гостиной.
— Нет, Лиза, — отвечает Дима. — Creeme! Лева заходил сегодня, и он был в нашей комнате, сказал, что хочет одолжить одну из твоих курток.
Лева взял пушку. Мне следовало догадаться. Но откуда Лева мог знать, что меня не будет дома, чтобы поймать его?
Ира.
Ира специально отвлекала меня сегодня. Она просила не злиться на Леву. Они оба пытались защитить меня, потому, что я была слишком глупа и труслива, чтобы бороться за себя и принять правду, которая все это время лежала прямо перед моим носом.
Слова Иры звенят у меня в ушах. Не злись на Леву.
Я спешу в комнату mi'ama.
— Если я сегодня не вернусь, ты увезешь Диму и Катю в Мексику, — говорю ей я.
— Но, Елизавета...
Я сажусь на край ее кровати.
— Мама, Дима и Катя в опасности. Спаси их от повторения моей судьбы. Пожалуйста.
— Лиза, не говори так. Так говорил твой отец.
Я такая же, как он, хочу я сказать, и делаю те же самые ошибки. Я не позволю этому случиться для Димы и Кати.
— Обещай мне. Мне нужно это услышать. Я абсолютно серьезно.
Слезы текут по ее щекам. Она целует меня в щеку и крепко обнимает.
— Я обещаю... я обещаю.
Я запрыгиваю на Хулио и звоню тому, кому я не никогда не думала звонить за советом — Гери Франкелю. Он настаивает, чтобы я сделала что-то, что я никогда бы не сделала сама — позвонить в полицию и сообщить о том, что происходит.
Pov Ира
Я сидела на подъездной дорожке Ники около пяти минут. Я до сих пор не могу поверить, что Лиза и я это сделали. Я ни капельки в этом не раскаиваюсь, я просто не могу в это поверить.
Я чувствовала сегодня отчаяние Лизы, как будто она пыталась дать мне что-то понять своими действиями, вместо слов. Я злюсь на себя за свою эмоциональность, но я ничего не могла с собой поделать. Я плакала от радости, счастья, любви. И когда я заметила ту одинокую слезинку в уголке ее глаза, я сняла ее поцелуем... Мне хотелось сохранить ее навечно, потому, что впервые Лиза позволила мне увидеть себя такой. Лиза не плачет; она не позволяет эмоциям пробиться через ее защиту.
Сегодняшний вечер изменил ее, хочет она признать это или нет. Я тоже изменилась.
Я захожу в дом Ники. Она сидит на диване в гостиной. Мои родители сидят напротив нее.
— Это выглядит, как интервенция, — говорю им я.
— Это не интервенция, Ира. Просто разговор, — отвечает Ника.
— Почему?
— Неужели не понятно? — говорит отец. — Ты не живешь дома.
Я становлюсь напротив обоих родителей, размышляя, как же мы докатились до этого. Моя мать одета в черный костюм, ее волосы собраны сзади в тугой пучок, как будто она на похоронах. На отце простые джинсы и рубашка, но глаза у него покрасневшие, он не спал всю ночь, я это вижу. Скорее всего, мама тоже, но она умело умеет это маскировать.
— Я не могу больше играть роль идеальной дочери. Я не идеальна, — говорю я спокойно и ровно. — Можете ли вы принять это?
Мой отец хмурится, как будто пытается сохранить самообладание.
— Мы не хотим, чтобы ты была идеальна. Анна, скажи ей, что ты чувствуешь.
Моя мама качает головой, будто осуждая меня за то, что я делаю из этого драму.
— Ира, это продолжается слишком долго. Прекрати что-то доказывать, прекрати буянить, прекрати вести себя как эгоистка. Мы с твоим отцом не хотим, чтобы ты была идеальна, мы хотим, чтобы ты была настолько хорошей, насколько ты можешь быть, вот и все.
— Все из-за Тани, неважно, сколько бы она не пыталась, она не сможет оправдать все ваши надежды?
— Не вмешивай сюда Таню, — говорит отец. — Это нечестно.
— Почему нет? Это все также касается Тани. — Я чувствую себя пораженной, неважно, сколько бы я ни пыталась объяснить это, я никак не могу найти правильных слов. Я падаю напротив них в одно из мягких бархатных кресел. — К слову будет сказано, я не сбегала из дома, я живу у лучшей подруги.
_________________________________________________
26⭐️, 3💬- следующая глава