Глава 62
— Это делает тебя сумасшедшей.
— Сумасшедшая. Гений. Это одно и то же. —Гектор тыкает меня пистолетом. — Теперь на колени. Я думаю, это отличное место для твоей смерти. Прямо тут в лесу, как животное. Ты хочешь умереть, как животное, Лиза?
— Сам ты животное, придурок. Ты мог хотя бы смотреть мне в глаза, когда ты меня застрелишь, как ты сделал это с моим отцом.
Когда Гектор обходит меня, у меня появляется шанс. Я хватаю его за руку и валю на землю. Гектор материться, вскакивая на ноги, пистолет все еще в его руке. Я пользуюсь его заминкой и бью кулаком ему в челюсть. Разворачиваясь, он ударяет рукояткой пистолета меня по голове. Я падаю на колени, проклиная тот факт, что я не непобедима.
Мысли о моем отце и Леве придают мне сил сражаться сквозь туман в глазах. Я прекрасно понимаю, что Гектор пытается прицелиться в меня.
Ударив его в спину, я поднимаюсь на ноги. Клок Гектора оказывается направленным прямо на меня.
— Это Полиция Арлингтон Хейтс! Бросьте оружие и поднимите руки так, чтобы я их видел!
Через деревья и туман перед глазами я с трудом различаю на расстоянии сине-красную мигалку.
Я поднимаю руки.
— Брось его, Гектор. Игра окончена.
Гектор продолжает крепко держать пистолет, направленный мне в грудь.
— Брось пистолет! — кричит полицейский. — Сейчас же!
Глаза Гектора широко раскрыты, я вижу его ярость с небольшого расстояния, разделяющего нас.
И я знаю, что он собирается сделать. Es un cabron.
Он собирается нажать на курок.
— Ты ошибаешься, Лиза, — говорит он. — Игра только началась.
Все происходит очень быстро. Я двигаюсь вправо, когда звучат выстрелы.
Пау. Пау. Пау.
Падая назад, я знаю, что я задета. Пуля жжет мне через кожу, как будто кто-то поливает ее соусом Табаско.
Затем все меркнет перед глазами.
Pov Ира
В пять утра меня будит звонок моего сотового телефона. Это Изабель, наверное, хочет совет по поводу Левы.
— Ты знаешь, который час? — говорю я, отвечая на звонок.
— Он умер, Ира. Его больше нет.
— Кто? — спрашиваю я лихорадочно.
— Лева. И... я не знаю, нужно было ли мне тебе звонить, но ты узнаешь об этом в любом случае, что Лиза тоже там была и...
Мои пальцы сжимают телефон.
— Где Лиза? С ней все в порядке? Пожалуйста, скажи, что с ней все в порядке. Я умоляю тебя, Иза. Пожалуйста.
— Ее подстрелили.
На секунду, я замолкаю, ожидая услышать худшие новости. Она мертва. Но она это не говорит.
— Ее оперируют в больнице Лейкшор.
Прежде, чем она заканчивает предложение, я скидываю с себя пижаму и бешено натягиваю на себя одежду. Хватая ключи, я направляюсь к двери, до сих пор держа телефон, пока Иза посвящает меня в подробности.
Сделка с наркотиками прошла плохо, Лева и Гектор мертвы. Лизу ранили и сейчас она на операции, это все, что она знает.
— Боже мой, Боже мой, Боже мой,— монотонно повторяю я по дороге к больнице, когда Изабель прощается со мной. После вчерашнего вечера, я была уверена, что Лиза выберет меня, вместо сделки с наркотиками. Может она и предала нашу любовь, но я не могу это сделать.
Меня разрывают глубокие рыдания. Лева заверил меня вчера, что он постарается сделать все, чтобы Лиза не попала на эту сделку, но... ох, Боже. Лева занял место Лизы, и теперь он мертв. Бедный, милый, Лева.
Я пытаюсь отогнать все мысли о том, что Лиза может не перенести операцию. Часть меня умрет вместе с ней.
Я спрашиваю на регистрации в больнице, где я могу подождать новостей о состоянии Лизы.
Женщина просит меня произнести по буквам ее имя, затем вбивает в компьютер. Этот звук выводит меня из себя. Чего она там возится, мне прямо хочется взять ее за плечи и встряхнуть, чтобы она работала быстрее.
Женщина поднимает на меня вопросительный взгляд.
— Вы семья?
— Да.
— Поконкретнее.
— Сестра.
Она недоверчиво качает головой, затем пожимает плечами.
— Елизавета Андрияненко поступила к нам с пулевым ранением.
— Но она будет в порядке? — срываюсь я.
Женщина снова что-то печатает в компьютере.
— Похоже, она была на операции все утро, Мисс Андрияненко. Комната ожидания прямо по коридору, оранжевая дверь направо. Доктор даст вам знать, как только операция закончится.
Я сжимаю регистрационный стол.
— Спасибо.
В комнате ожидания я замираю при виде мамы и брата с сестрой Лизы, сидящих в углу на оранжевых стульях. Ее мать первая поднимает взгляд. Ее глаза опухли и слезы стекают по ее щекам.
Я закрываю рот рукой, но я не могу подавить всхлип. Не в силах сдерживаться, слезы текут по моим щекам, и через их завесу, я вижу, как миссис Андрияненко открывает мне свои объятия.
Переполненная эмоциями, я обнимаю ее.
Ее рука двигается.
Я поднимаю свою голову с больничной кровати Лизы. Я сидела с ней всю ночь, ожидая, как она очнется. Ее мама и брат с сестрой, также не отходили от нее.
Доктор предупредил нас, что могут пройти часы, перед тем как она проснется.
Я намочила бумажное полотенце в раковине комнаты и прикладываю его ко лбу Лизы. Я делала это всю ночь, пока она покрывалась испариной и металась от беспокойного сна.
Ее веки приподнимаются. Я вижу, как она сражается с успокоительным, пытаясь открыть глаза.
— Где я? — ее голос слабый и хриплый.
— В больнице, — говорит ее мама, подбегая к ней.
— Тебя ранили, — добавляет Дима, полным муки голосом.
Брови Лизы хмурятся от замешательства.
— Лева... — говорит она, срывающимся голосом.
— Не думай об этом сейчас, — отвечаю я, безуспешно пытаясь скрыть свои эмоции. Мне нужно быть сильной сейчас для нее, и я ее не подведу.
Мне кажется, что она пытается дотянуться до моей руки, но гримаса боли появляется у нее на лице и она отстраняется. Мне нужно столько ей сказать. Как бы мне хотелось иметь День Сделай это Заново и изменить прошлое. Мне так хочется спасти Леву и Лизу от того, что с ними произошло.
Ее глаза еще до сих пор стеклянные от долгого сна, когда она смотрит на меня и спрашивает
— Почему ты здесь?
Я наблюдаю, как ее мама гладит ее по руке, пытаясь успокоить ее.
— Ира была здесь всю ночь, Лиза. Она волновалась за тебя.
— Позвольте нам поговорить, — говорит она тихо.
Ее мама и брат с сестрой выходят из палаты, давая нам возможность уединиться.
Когда мы остаемся одни, она кривиться от боли, пытаясь занять более удобное положение на кровати.
— Я хочу, чтобы ты ушла.
— Ты это не серьезно, — говорю я, протягиваясь к ее руке. Оне не может говорить это серьезно.
Она вырывает от меня свою руку, как будто мое прикосновение обожгло ее.
— Да, я серьезно.
— Лиза, мы справимся с этим. Я люблю тебя.
Она отворачивается и смотрит в пол, громко сглатывая слюну, она прочищает горло.
— Я переспала с тобой из-за пари, Ира, — говорит она мягко, но ее слова четки и ясны. — Это ничего не значило для меня. Ты ничего не значишь для меня.
Я делаю шаг назад, пока до меня доходит весь смысл ее слов.
— Нет, —говорю я шепотом.
— Ты и я... это была просто игра. Я поспорила с Лаки на его RX-7, что я смогу трахнуть тебя до Дня Благодарения.
Когда Лиза называет то, что с нами было — трахом, это заставляет меня отпрянуть. Назвать это сексом, оставляет неприятный осадок у меня во рту. Но обозвать это трахом, заставляет мой желудок перевернуться. Я держу руки по швам. Я хочу, чтобы она забрала свои слова обратно.
— Ты лжешь.
Она поворачивает голову и смотрит мне прямо в глаза. О, Боже, в них нет никаких эмоций. Ее глаза режут также, как и ее слова.
— Мне жаль тебя, если ты думала, что это было по-настоящему между нами.
Я резко трясу головой.
— Не делай мне больно, Лиза. Не ты. Не сейчас. Мои губы трясутся, я не могу ничего вымолвить, кроме беззвучного «пожалуйста». Когда она не отвечает, я делаю еще один шаг назад, почти запинаюсь, когда думаю о себе, о настоящей себе, которую знает только Лиза. Жалким шепотом я произношу. — Я доверяла тебе.
________________________________________________
30⭐️, 3💬- следующая глава
Скоро конец😅