Глава 14
Ерлин открыла дверь архива и с нескрываемым любопытством посмотрела внутрь. Она встала с восходом солнца, позавтракала и теперь была полна сил и энтузиазма. Чувство предвкушения трепетало у нее в груди. Вендая поприветствовала ее и аккуратно закрыла папку с досье на каждого участника группы. По Ерлин и Аламу была информация только с тринадцатого года, когда они приплыли в Монтис с неким Финехасом Хатем. Никто не согласился поплыть в королевство Гинта, где всё не утихала гражданская война. Отправиться туда — самоубийство, да и вряд ли в эти дни там можно что-либо разузнать или найти. В досье не было даже мест, в которых брат с сестрой могли раньше жить.
Вендая с дружелюбной улыбкой поинтересовалась у Ерлин, что ей нужно.
— Ты знаешь что-нибудь про магические сосуды? Или, может, у тебя есть книжка какая? — спросила она, ступая внутрь.
— Да, есть. Они ведь играли большую роль в разрушении луны. У меня всё же исторический архив, хотя и специализируюсь на Ауруме. А тебе зачем?
— Просто Килан показал мне один.
Вендая резко обратила всё свое внимание на Ерлин.
— Сосуд?
— Да.
— Уверена?
— Ну стеклянный шарик с цветной жижей внутри.
Глаза Вендаи расширились от шока, и ей неожиданно стало жарко. Архивариус оперлась лбом о руку и уставилась в стол.
— Откуда? — хрипло спросила она.
— Из прошлого века. Наверное, они тогда еще не были запрещены.
— Он ведь лет пятьдесят в провале провел? Да, их запретили позже, в четыреста семьдесят четвертом, когда основали Союз пяти королевств. Значит Килан был военным и... участвовал в Южной войне, иначе откуда бы ему взяться. Или он перевозил военный груз, — словно в бреду проговорила она.
— Слушай, — Ерлин неловко почесала ухо. — Так ты мне что-нибудь дашь?
— Да-да, конечно.
Вендая обошла два шкафа и подрагивающими руками достала потрепанную книжку в красной кожаной обложке. Ерлин взглянула на страницы.
— Ты хочешь деактивировать его? — спросила Вендая.
Ерлин кивнула.
— Мне придется пойти с тобой — без меня не справишься.
— Хорошо. А что написано хоть?
Ерлин не понимала ни слова из книги, вместо привычных угловатых букв всемирного языка на страницах были одни кружочки, палочки и дуги. До появления палаточного городка, населенного иностранцами со всего Пантеона, в деревушке говорили, писали и печатали только на фабертонском.
— Понадобится большое глубокое металлическое ведро, длинная металлическая спица, молоток, вода и сода. В принципе всё, только нужно еще тряпкой нос и рот прикрыть. Если будем делать это втроем, то должно получиться. Когда ты с Киланом встречаешься?
— В полдень.
— Хорошо. Мне нужно сходить по делам, встретимся у моста, я всё нужное принесу.
— А где мост? — Ерлин вышла за Вендаей из архива, та закрыла его на ключ.
— От леса вниз по реке, если выходишь от улицы с колодцем.
Вендая надела серый плащ, накинула капюшон и, помахав рукой, с дружелюбной улыбкой вышла.
На кухне Алам тут же напомнил Ерлин, что если Килан присоединится, то он тоже должен скинуться за провизию и снаряжение.
— Сколько?
— Триста.
— И какая у тебя доля? — неизменным спросила Ерлин.
— Ну с ним, ровно треть. Пятьсот сверху получается. Прекрасно, правда? — Алам не сдержал широкой счастливой улыбки. — Я так обожаю жизнь, Ерлин.
— Ага. Вот так живется без совести?
— Только не начинай, не порть мне настроение, которое сама подняла.
Она ушла в гостиную. На диване спал Ирис, который перелег туда сразу же, как он освободился. Ерлин развела огонь в камине, хотя печка сейчас хорошо грела, и села напротив него.
Вендая зашла в почтовое отделение и подошла к молодому парню, что расфасовывал конверты по ячейкам. Ее сердце неровно забилось. Она постучала парня по плечу, по руке прокатился легкий синий туман, он обернулся.
— Вендая, — ее встретила приветственная улыбка.
— Привет, Ирген, как работа?
Он устало почесал затылок.
— Мягко говоря, не очень. Мало сплю, видишь мешки под глазами? — он потянул нижние веки вниз, вокруг черных радужек растянулись красные паутинки сосудов. — Недавно трое уволились, так что здесь завал. Ты тоже письмо принесла? Или в этот раз посылку?
— Письмо, — Вендая, дребезжа сердцем, полезла в сумку.
— Пока ищешь скажи куда, чтобы я сразу цену рассчитал, — зевнул Ирген.
— В Центрум, Стелла.
— Блин. Вот это не помню, пойду в книге посмотрю.
— Это же столица всего союза, туда всегда писем навалом высылают.
— Я устал, отстань, — равнодушно ответил он и отошел к прилавку. Отчего Вендаю, словно в живот ударило. Она сжала губы и вынула письмо.
Вендая недавно получила досье на всех участников группы, кроме Килана. У Дариана была странная пометка об оправдательном приговоре, но по какому делу велся суд — неизвестно. По просьбе Вендаи один человек опросил жителей его родного города — Стеллы, но там ходили только слухи, что отец Дариана дал большую взятку суду за неразглашение. Гилмор Каритас мог решить и решал все проблемы детей с законом и общественным осуждением и умел развеять неприятные слухи или перевернуть их в шутку. Как ситуацию, когда его дочь, Майя, разорвала помолвку, потому что оказалось, что ее избранник не переносит яблочные пироги. Объяснением стало, что жених и невеста не сошлись в политических взглядах, а реальная причина стала считаться выдуманной кем-то шуткой. А когда старший брат Дариана обматерил знатного гражданина за то, что его карета переехала крысу и Гилмору пришлось платить компенсацию, все узнали не о богатом знании бранной лексики Рена Каритас, а о его безмерной любви ко всем живым существам.
С таким лояльным, всепрощающим отношением родителей Дариана к своим детям было особо не за что зацепиться.
Досье же Агнессы описывало типичную жизнь любой девушки Ладона, которая была примерной женой, но потеряла мужа из-за ужасной болезни. Только досье Гликерии, скучное на первый взгляд, давало за что потянуть. Ее вырастили строгие и консервативные родители, на конверте с ее родным городом, значились именно их имена: Линтон и Елена Секале.
У Вендаи еще была возможность не отправлять письмо, но ее так задевало увлечение Дариана Агнессой и полное равнодушие и презрение той ему в ответ. Почему он смотрит именно на нее? Почему она так высокомерно отвергает всё, что подают ей просто так? Почему одни должны стараться в надежде, а другие надменно это отвергают? Вендая сжала письмо и уставилась на Иргена.
— Шесть златников, — выдохнул он.
— Хорошо.
Вендая передала письмо и аккуратно положила стопку монет в ладонь Иргена, как пальцы обожгло неприятное красное тепло, вызванное появлением девушки. Ирген дернулся и испуганно взглянул на Вендаю, а потом поздоровался с девушкой:
— Привет, Намия.
— И тебе привет, — кивнула тонкая девушка, даже не взглянув на него и тут же поклонилась Вендае: — Здравствуйте, госпожа Вендая.
Она взяла пачку писем из ячейки и вышла.
— Занятно, — проговорила Вендая, остыв сердцем, которое раздирало уже другое чувство.
— Она новенькая, — смущенно улыбнулся Ирген, — ей нравятся походы и она обожает рисовать, как и я. Хотелось бы с ней сойтись, у меня давно девушки не было. Но у меня нет ни времени, ни сил. Вряд ли получится. Кажется, она равнодушна ко мне. У самой есть кто на примете? Всё одна со школы.
— Тоже нет времени — всё занято работой. Прости, мне нужно идти.
Вендая вышла на улицу и тут же уперлась кулаком о стену и с силой сжала зубы.
— Мне очень жаль, госпожа... — тихо сказала Намия.
— У тебя два варианта: соглашение на перевод, либо увольнение. Ты хорошо выполняешь свою работу, но и видеть тебя я не хочу.
— Я согласна на перевод!
Он стоял у реки, смотрел в воду, и даже не обернулся, когда позади заскрипел снег. Вода не бурлила, как позавчера, она спокойно текла вперед и от нее исходило едва уловимое тепло. Ерлин остановилась чуть позади и, выдохнув, выпустила облачко пара, тут же растворившееся в воздухе. Приятное щебетание речки внушало спокойствие, никуда не хотелось уходить, только стоять здесь и молчать. Но нужно идти. Ерлин осторожно потянула Килана за рукав, не желая нарушать тишину между ними, и он нехотя отвел взгляд от воды.
— Я пойду, — прошептал парень, — вчера всё думал об этом и решился. Я очень давно не был в походе, но помню как это прекрасно, хотя и выматывающе.
Его губ коснулась легкая улыбка. Ерлин обняла его и закричала:
— Как здорово! Спасибо, что согласился.
— За что спасибо-то? — невольно ухмыльнувшись, спросил Килан.
— Идем! — Ерлин потащила его за руку вдоль руки.
— Куда?
— У тебя магический сосуд с собой?
— Да, я все вещи с собой ношу, — Килан указал на сумку, перекинутую через плечо.
— Отлично.
— Так куда мы идем?
— К мосту, там нас ждет Вендая. Сейчас будем избавляться от запрещенки. Нас в лес с этой штукой не пустят.
Килан покорно пошел за Ерлин. Пока его держат за руку, он может идти.
Вендая ждала по другую сторону моста. На ее лице читалось явное удовлетворение, словно что-то мелкое и назойливое, жужжащее всё время у уха, исчезло. В руках она держала ведро, в которое сложила всё для уничтожения сосуда. Как только Килан с Ерлин прошли по мосту, она поставила первую задачу: развести костер и расплавить в ведре снег. Только для начало нужно было уйти подальше, чтобы их никто не заметил.
На противоположном от деревушки берегу раскинулась дубрава, за которой начиналось королевство Арбор. Из-за отсутствия листвы и снега она хорошо просматривалась, и им пришлось пройти метров двести перед тем, как стало не видно реки.
Вендая раскопала снег до земли, Ерлин принесла ветки, а Килан накидал снег в ведро, предварительно выложив всё остальное на пенек.
Как только вода растаяла и нагрелась, Вендая сняла ведро с огня, высыпала в него всю соду, что принесла, и тщательно размешала спицей.
— Надевайте, — она протянула широкие полоски ткани.
Килан непонимающе взглянул на ткань, но увидев, как Ерлин, сложив вдвое, повязывает ее на лицо, послушно повторил за ней.
— Теперь самое важное: Ерлин, закатай рукава, нужно опустить сосуд в воду и держать его, прижав ко дну, — иначе всплывет, как только я его вскрою, и ты почувствуешь, что он начал разделяться на половинки, выдергивай руки. Килан, в этот же момент ты должен начать закидывать туда снег, пока реакция не прекратится. Я подам сигнал, как только почувствую, что вскрыла его, старайтесь с этого момента особо не дышать.
— Он будет выделять токсичные пары? — спросил Килан и передал Ерлин магический сосуд.
— Да, легкие не обожжете, но можете потом еще месяц выкашливать всё это.
— Понял.
Вендая повязала ткань и перед тем, как Ерлин опустила руки с сосудом в воду, предупредила:
— Ни в коем случае не отпускай, пока он не заполнится водой, если жидкость внутри вступит в контакт с воздухом, то нам не жить. Останки придется счищать с верхних веток деревьев в километре отсюда.
Ерлин хитро улыбнулась.
— Меня тогда ругать никто уже не будет.
— Ну перед смертью услышишь, как я матом ору.
— Так и просишь.
Вендая нашла на поверхности сосуда выемку и вставила в нее спицу. Ерлин опустила стеклянный шарик в воду и прижала ко дну, Килан уже нагреб перед собой сугроб и держался наготове. Вендая взяла молоток в правую руку и начала медленно и осторожно ударять по спице, придерживая ее левой рукой. Три методичных звука и на четвертый сосуд начал поддаваться. Перед шестым ударом Ведая выдохнула:
— Сейчас должно.
Ей пришлось ударить еще два раза.
— Не дышать! — крикнула Вендая.
Ерлин успела досчитать до пяти, как сосуд потяжелел и сам мог держаться на дне. Она выдернула руки вместе с поднимающейся густой и словно живой белоснежной пеной. Все втроем вскочили, Килан успел перед этим бросить только горсть снега, теперь он, наклонившись, безостановочно кидал его в это жерло. Ерлин и Вендая тоже начали загребать снег и отправлять в ведро, только Ерлин в первый раз кинула в воздух сухой снег, который порывом ветра влетел ей же в лицо и обдал колючим холодом шею.
Бурлящая пена всё не хотела униматься, но, когда снег уже показался у края, она начала медленно оседать.
— Интересными делами вы тут занимаетесь, — раздался голос, на который резко повернулась вся троица.
— Прямо пенный фонтан, — проговорил сидящий на корточках рядом с Ирисом Дариан.
— Что вы здесь делаете? — растерянно спросила Вендая.
— Ну я не глухой, в одном доме живем, сразу понял, что что-то намечается, но мне не сказали. Так что, выждав, пошел вслед за Вендаей, когда она из дома с ведром вышла, а по пути этого встретил, которого, видимо, только помани, — ответил Ирис.
— И давно вы здесь?
— Да нет, пришли только, когда пена пошла.
— А как тогда вы нас нашли? — обратилась к нему Ерлин.
— Так... — Дариан показал на цепочку следов позади себя.
— Блин.
— Объяснять ничего не будете? — Ирис, наклонив голову набок, взглянул на Вендаю.
Та сразу надела дружелюбную улыбку и беззаботно проворковала:
— Вы ведь умеете хранить секретики?
Ирис, слегка опешив, кивнул, Дариан сделал это без раздумий.
— Точно-точно? Не хотелось бы из-за чьей-то болтовни испортить весь наш поход.
Оба кивнули, Ирис уже с явным раздражением.
— Килан принёс с собой из прошлой эры магический сосуд. Мы только что от него избавились.
— Ясно, — сказал Ирис, нагнувшись, — спасибо, тогда за пенное шоу. Смотреть, как вы панически закидываете в ведро снег — одно удовольствие, — с этими словами он оттянул у Дариана ворот у спины и кинул туда снежок.
Тот тут же встал и выгнул спину.
— Ты что делаешь? — крикнул он и кинулся за удирающим Ирисом.
— Если вас что-то беспокоит, вы можете написать нам письмо с жалобой. Только просьба заранее уведомить нас, что вы собираетесь это сделать — мы сжигаем все письма и хотим, чтобы ваше письмо не лежало в ожидании, а сразу отправилось в огонь, — весело запел шут, его тут же провалили лицом в снег и заломили руки за спину.
— Вы арестованы за мелкое хулиганство, — задыхаясь, выдавил Дариан.
— Эй, какого ты меня догнал? Нечестно, — Ирис грустно опустил голову.
— Будешь мне еще кидать снег под одежду?
— Черт, ты отвратителен. Это жестоко. И вообще шантаж.
— Знаешь, мне ничего не будет, если я тебе сейчас вывернуть руку, — тихо произнес Дариан.
— Вот это уже угрозы пошли. В соревновании на влиятельных знакомых победа за мной. Вывернуть руку любимому шуту короля Монтиса не тоже, что обматерить графа.
— Что?.. — Дариан замер. — Откуда?
Ирис взглянул назад, остальные еще затаптывали пену и не могли их услышать.
— У Вендаи есть досье на всех нас, кроме новенького. Знакомый алхимик отправил весточку, что обо мне расспрашивали люди из Фаберта. Алам тоже вкурсе, мы вскрыли архив, когда все ушли. Ну не мы, конечно, я рядом стоял, я в этих замках не смыслю. Еще сотку ему пришлось отвалить.
— Вендая? Она... Сколько она знает?
Ирис видел в глазах Дариана полную растерянность и шок.
— Без понятия.
— Что? В смысле?
— Ты знаешь Фабертонский? Раз переводчиком подрабатываешь. Там только про тебя и твою семью на всемирном. Может у нее там связи с людьми не из Фаберта.
— Компания отца имеет дела и с Фабертом, так что, в принципе, знаю. Но профессиональную литературу прочесть не смогу, только если экономическую. Не могу быть уверен, что всё переведу.
— Попробуй хотя бы. Там всё в письмах, язык скорее всего простой. Алам должен был уже всё переписать, так что копию передам тебе, как появится возможность.
Он вновь посмотрел назад, остальные уже приближались к ним.
— Пересечемся уже когда Вендая новое собрание организует.
Ирис повел плечами и попытался освободить руки.
— Может отпустишь уже?
— А, да... Стой! Ловко ты разговор перевел.
— Никому ни слова и не приходи к нам сам. Если станешь чаще светиться, то Вендая может что-то заподозрить. И смотри, чтобы она тебя сейчас не коснулась. Испортишь всё, — прошептал Ирис.
Дариан обернулся, к ним уже подбегала Ерлин, размахивая куском ткани в воздухе. Он не успел спросить у Ириса «почему». Вендая — умная, но простая и наивная девочка, на которую можно положиться, которой можно довериться, за спинами у всех разослала людей по королевствам, чтобы собрать на каждого досье. Зачем?
— У меня какое-то странное чувство, будто такое уже происходило, — задумчиво произнесла Ерлин и села рядом с Ирисом.
— Я ничего не буду обещать, сколько не держи. Это глупо, — произнес он, глядя на Дариана.
— Он не сдастся, Дариан, — сказала Вендая, похлопав Ириса по спине.
Шут широко улыбнулся и пожал плечами. Дариан со смешанными чувствами отпустил его руки.
— Вот спасибо, — Ирис внимательно следил за ним.
— Перед тем, как уйду, что-то еще нужно для похода? — поинтересовался Дариан.
«Вроде, всё нормально», — пронеслось у Ириса в голове.
— Да нет. Сейчас собирайте только личные вещи и приходите девятого вечером.
— Отлично.
— Я еще отыграюсь, не беспокойся, — ухмыльнулся Ирис и запустил в Дариана снежком, тот разбился о его плечо и рассыпался по темно-фиолетовому плащу.
— Да угомонись уже.
У моста Дариан попрощался со всеми, а Ирис пошел обратно в дом с Вендаей, она забрала ведро с инструментами и сферой. Килан с Ерлин остались одни на мосту.