Глава 34
В непрочитанных без ответа
Сотни писем к самой себе.
Я опять под порывом ветра
Плыву по течению — прямо к тебе.
Превозмогая слезы с болью,
Смешавшиеся в вечный порочный круг,
Я тебя от всех бед укрою,
Мой самый желанный и мрачный друг.
Рукой холодной заслоню от дождя,
Губами горячими скрою от вьюги.
Ты только имя кричи моля,
И я стану самой верной твоей подругой.
Стирая границы между миров,
Я стану одной из лучших на свете!
Ты только не отпускай оков,
Что словно подарок, так жаждут дети.
Ты только кричи, что тебе нужна,
Я мигом сломаю здесь все преграды!
Нутром покажи мне, что я важна,
Я враз окажусь с тобою рядом.
Но если нам не судьба вдвоём —
Я хитро избавлюсь от этой суки!
Ведь самый глубокий мой водоём,
Это не чувствовать тёплые руки.
***
— Мел, мы едем на два дня, а не на неделю! На кой черт ты тащишь чемодан?!
— Отвали, Эрик! А вдруг я судьбу свою встречу! Не буду же я в одном и том же комбинезоне расхаживать два дня! Я взяла только самое необходимое!
— Девчонки, что с них взять, — разводит руками Джефф и заводит мотор старенького Plymouth Neon 1995 года. — Как сказал продавец «резвый, не дорогой и хороший; бери два»! Так что не ссыте, к вечеру доедем!
До Нового Орлеана нас отделяло около восьмидесяти миль и полутора часов, но несмотря на то, что мы выехали сразу после занятий, в пункт назначения добрались только к вечеру. Мы останавливались на каждой заправке, заезжали в каждую закусочную по пути, сделали миллион сумасшедших снимков на крыше машины, на ее капоте, у каждого бетонного столба, где были вывески соседних городов и поселений. Бегали по полям, оставив машину на обочине. Пели песни и кричали имена друг друга, словно желая, чтобы все вокруг нас запомнили и увидели.
— Лиса!
— Эрик!
— Джефф!
— Мелисса!
... выкрикивали мы в окна машины каждому прохожему, каждому проезжающему автомобилю, летящей птице или пробегающему мимо зверьку. Это были моменты абсолютного счастья.
— Вот ты и нашла своего «Рика», — шепчу я Мелиссе, указывая взглядом на Джеффа, пока они вышли из машины купить очередную порцию бургеров.
— Ты сумасшедшая? Посмотри на него! Он же такой... такой красивый, умный, обаятельный и сексуальный! — громко смеётся она. — И где ты увидела в нем Рика?!
— Ты невыносима, Мелисса!
— Чего смеемся, девчонки? Лиса, я взял тебе с халапеньо, ты же любишь поострее! — парни заваливаются в машину и Рик протягивает мне бумажный пакетик с едой.
Вытаскивая бургер, из моих рук вылетает бумажка, зацепившись за край контейнера. Рик улыбается и взглядом указывает на нее.
— Подними.
Складывая все обратно, тянусь за запиской, и когда разворачиваю, не могу сдержать улыбки.
«Подарок судьбы — Лиса».
— Не хочу, чтобы ты забывала об этом. Ты моя судьба. Даже постарался написать в этот раз красивым почерком, — протягивает руки, и я падаю в его объятия.
— Хватит нежиться, а то я иногда забываю, что на заднем сидении Холлтер, а не какой-то смазливый подросток! — смеётся в голос Джефф и трогается с места, давя на педаль газа со всей дури.
***
— Кровати не ломать, на стены не блевать, — говорит парень лет двадцати восьми, передавая ключи от квартиры, которую мы сняли на две ночи.
— Ну насчет кроватей не обещаем, — ухмыляется Рик. — А вот за стены не переживайте!
— Я чертовски устала, в душ первая пойду! — кричит Мел и несётся разглядывать квартиру. — Почему только две кровати? Вы же не хотите сказать, что мне придется спать с Джеффом?
— Как будто тебе не хочется, — шепчет тот.
— Можешь поспать со мной...
— Ну уж нет, — перебивает меня Рик. — Я столько дней спал один, что не готов отпускать тебя даже на ночь.
Мелисса громко вскрикивает и топает ногой.
— Ромео и Джульетта, чертовы! Ты будешь спать под другим одеялом! И если хоть одна конечность дотронется до меня, я скину тебя на пол! — тыча пальцем в сторону Джеффа, грозно говорит Мелисса, и через секунду расплывается в улыбке. — Ладно не бойся, больно бить не собираюсь! Все я пошла мыться.
Она накидывает полотенце на плечо и слегка повиливая бедрами, как будто специально, скрывается за дверьми душевой.
— Люблю таких, — с озорным смешком говорит Джефф.
После того как все приводят себя в порядок, мы наконец, отправляемся гулять по вечернему Новому Орлеану. Отправной точкой, как и предполагалась, становится Бурбон-стрит.
Дух старого юга пропитал всю атмосферу центральной улицы Французского квартала. На каждом шагу расположены бары, сувенирные лавки, уличные музыканты, рестораны. Везде продают бусы, готовясь к самому шумному фестивалю во всей Луизиане — Марди гра*.
— На праздник мы не успеем, давайте хоть бусы купим! — умоляет Мелисса.
— На Бурбон-стрит каждый день праздник. Кстати, тут недалеко Парк музыкальных легенд, говорят там играют отличный джаз под открытым небом! Не хочешь прогуляться, Лиса? Я где-то слышал, что ты обожаешь джаз! — Рик заливается смехом и по-детски начинает корчить рожицу, стараясь передразнить меня.
— Ха-ха, Эрик! Нет давай лучше сходим в дом королевы Мари Лаво*! Научусь делать куклу вуду, и буду тыкать в нее иголками, каждый раз, когда ты будешь снова вести себя, как засранец!
— О-о-о! Какие познания, да ты маленькая ведьма! Я всегда подозревал, что не просто так ты меня своим чаем опаивала!
— Прекратить болтовню! Давайте найдем самый крутой бар и уже расслабимся!
Джефф утыкается в путеводитель и сосредоточенно выбирает самое злачное место этой, казалось бы, бесконечной улицы.
Атмосфера бесшабашного веселья и дикого отрыва сочится из каждого угла. Громкие крики, музыка, разноцветные неоновые вывески, толпы туристов, молодых и не очень, заполняют все пространство. Пробираясь сквозь кучки людей, мы наконец останавливаемся у бара под названием «Pat O'Brien's».
— Думаю, можно остановиться тут! Попробуем знаменитый «Hurricane», а дальше, как пойдет! — кричит Джефф и завлекает нас за собой.
Усевшись за небольшой столик в маленьком дворике, мы принимаемся разглядывать меню. Сделав заказ, аккуратно кошусь на Рика, и он едва слышно шепчет:
— От одного коктейля еще никто не умирал, я обещаю вести себя хорошо.
Через какое-то время мы успеваем сменить еще пару баров, выпить еще несколько коктейлей и расслабляемся по-настоящему.
Мелисса выплясывает дикие танцы, стуча каблучками казаков по деревянной барной стойке. Джефф не сводит с нее восхищенного взгляда, постоянно пытаясь увлечь ее танцем за собой на танцпол. Рик остаётся за столиком, под предлогом того, что он совсем не умеет «дергаться под музыку». Я решаю провести время сидя с ним, пока не начинает играть одна из наших любимых танцевальных песен, под которую мы устраивали импровизированные дискотеки в комнате. Мелисса с горящими глазами спрыгивает со стойки, летит ко мне и чуть ли не за ноги вытаскивает из-за стола, всем своим видом предлагая присоединиться к ней.
Мы танцуем под «Buttons» PCD, крича во все горло наизусть выученные слова, и забывая о том, что находимся не в стенах общежития, а в самом центре бара, где на нас устремлены десятки мужских глаз. Температура накаливается до предела и наши мокрые тела требуют разрядки. Когда вокруг уже собирается немало «поклонников», и каждый пытается подключиться к нашему танцу, я вижу пару темных глаз, скользящих по мне. Рик смотрит не отрываясь. Не могу понять, о чем он думает. Ревнует ли? Переживает, что кто-то начнет распускать руки? Или просто наслаждается зрелищем?
Когда один из парней все-таки решает проявить инициативу и движется в мою сторону, протягивая руки, Рик вмиг оказывается рядом. Я не успеваю сообразить, как руки парня обхватывают за талию и притягивают к себе. Грубо оттолкнув его, Рик, стараясь перекричать музыку, громко рычит:
— Она со мной!
— Тогда держи свою сучку при себе! — отмахивается парнишка и толкает Рика в ответ.
Я вижу, как загорелись его глаза. Вижу, как в нем начинает просыпаться зверь. На скулах играют желваки. Он, сильно стиснув зубы, хватает беднягу за воротник и что-то говорит тому на ухо, отшвырнув его так, что парень почти падает на спину. К месту событий начинают подтягиваться какие-то парни, сжимая кулаки и готовясь к драке. В этот момент Джефф наконец отлипает от Мелиссы и дергает Рика в сторону, попутно крича всем успокоиться, и сообщая о нашем уходе.
— Какого хрена, Холлтер? Почему я постоянно должен вытаскивать тебя из драк? Мы повеселиться приехали, а не кулаками махать!
— Я не просил твоей помощи, справился бы и сам! — огрызается тот.
— Все завязывай, твои вспышки никому не нужны! — Джефф хлопает ему по спине и поворачивается в мою сторону. — Ты как? В норме?
— Да, — шепчу я. — Наверное, нам лучше пойти домой.
— Поддерживаю, я не чувствую ног! А хотелось бы завтра еще просто погулять по городу, — кричит Мелисса, и обнимает нас со спины.
По дороге до дома мы с Риком практически не разговариваем. Мел и Джефф громко хохочут за спиной, обсуждая то, как последний неуклюже танцует. Аккуратно беру Рика за руку, и он поворачивается ко мне.
— Прости, я не хотел портить отдых.
— Ты ничего не испортил. Любой бы поступил так, если бы начали приставать к его девушке. Только прошу не поддавайся беспочвенной ревности. Я люблю только тебя, и никто другой мне не нужен.
— Хорошо, постараюсь, — прижимает меня и целует в макушку.
В субботу мы посещаем Аквариум Северной и Южной Америки, смотрим на морских коньков, черепах медуз и даже акул. Следующим пунктом становится Новоорлеанский музей искусств, где нам удаётся оценить красоту картин Моне, Дега, Ренуара и Родена, а также произведения японских и африканских мастеров кисти. Помимо картинной галлереи, мы гуляем по саду скульптур под открытым небом. Все скульптуры сада вселяют восторг, будто каждая из них находится именно на своем месте и рассказывает свою историю. Самой впечатляющей оказывается инсталляция под названием «Карма». Семиметровая композиция, представляющая собой девяносто восемь стальных мужских фигур, сидящих на корточках, и закрывающих друг другу глаза.
— Корея. Мастера своего дела. Говорят, эта скульптура символизирует человеческую эволюцию — каждое следующее поколение должно быть духовно выше предыдущего.
— Тогда ты застрял в самых низах этой цепочки! Бездуховный, мрачный тип! — смеётся Джефф. — Не будь зазнайкой, я тоже умею читать!
— Умеешь, но ведь не делаешь этого.
— Мальчики, я опять хочу есть! Когда будет привал? – кричит Мелисса, строя грустную гримасу и обхватывая живот руками.
Я как завороженная хожу, между незнакомых мне памятников и монументов. Яркое солнце освещает каждый сантиметр парка. От него не получается скрыться даже за деревьями. Ребята идут, болтая о всяких мелочах, а я стараюсь отложить в памяти эти моменты. Моменты счастья и радости, когда мы можем вот так просто гулять, не задумываясь ни о чем. Моменты, которые помогают мне похоронить дурные мысли, забыть обо всей боли, которую когда-то причинил мне Рик. Наконец-то я чувствую себя свободной от всей той грязи, которая шла по пятам последние несколько месяцев. Свободной от плохих мыслей, разочарований и жгучих слез.
Я по уши влюблена в этот день, и по уши влюблена в самого непостоянного, но все равно, такого родного Эрика Холлтера. И если вдруг судьба решит, что нам не по пути, и я появилась в его жизни, только для того чтобы вытащить его из болота, я избавлюсь от этой суки, и больше никогда не позволю ему оставить меня.
————————————
* — популярный, шумный и веселый праздник перед Пасхой (в народе «Жирный вторник» или «Вторник перед пепельной средой» и началом Великого поста, последний день карнавала).
** — верховная жрица («мамбо») луизианского вуду в Новом Орлеане XIX века и одна из самых влиятельных его жительниц того времени, ещё при жизни называвшаяся «Королевой вуду».