Часть 1
Сухо во рту, будто песка пожевал. Пекло адски, задница дико вспрела в штанах, но проветрить не вариант - задует пыли, потом не вытряхнешь. Часа три, наверное, хотя какая разница? Можно посмотреть по часам, если они ещё не сдохли, только в такую бурю не разглядишь даже собственный хрен, не то что тоненькие стрелки на циферблате. Сезон адского пекла... Не лучшее время, чтобы выбираться из дома, но заказ есть заказ, если не взяться за эту работу, другая может подвернуться только через месяц, а то и больше, тогда пиши пропало: накопленных денег едва хватит на то, чтобы не сдохнуть, а ведь ещё хотелось телик посмотреть. Сейчас бы джина или чего еще покрепче да плотной еды. Но до ближайшего заведения ещё миль сорок, а у Ника на исходе бензин, да и мочевой пузырь уже не раз напоминал о себе. Придется терпеть. По молодости он пытался мочиться в пустыне во время бури, так потом две недели умолял врачей спасти его дружка и не дать ему пасть смертью храбрых. Хер ему спасли, но вот люлей вставили знатных, с тех пор он больше портки не снимал в неположенном месте. Как там раньше говорили - не плюй против ветра - в себя попадешь? Сейчас же не ссы в песчаную бурю - хер там оставишь.
Вот когда буря закончится, тогда он обязательно помочится в баклажку. Вроде дурацкое приспособление, но какое же, сука, нужное. Ты в него поссал, поплевал, все свои жидкие дела сделал, а он тебе через пару часов чистую воду накапливает. Ну золото, а не приблуда. Ник нащупал свой водосборник и по весу определил, что воды в нем на два глотка. И пополнить его не удастся: буря. Дерьмово. Хорошо, что хотя бы верный железный конь вез его исправно: не зря всю зарплату потратил на эту старую развалюху, хотя скрипел он жутко, особенно на поворотах. Допотопная технология, ещё на старом топливе работала - квадроцикл называется. Страшная вещь, но такая родная, лишь бы не помер драндулет.
Кто-то проехал вдалеке на слегка помятой песчаной вездеходке. Человек вывесился наружу и, указав пальцем туда, куда держал путь Ник, показал перекрестные руки, а после изобразил выныривающее движение. Ник кивнул, поднял руку, согнул пальцы и помахал рукой. Незнакомец пожал плечами и умчался дальше. Вот и поговорили. Знакомый до зубовного скрежета язык жестов. «Не едь. Песчаные черви» - сказал ему путник. «Понял. Мне надо». В пустыне иначе не поговоришь: рот разинешь - песка надует, вот все на пальцах и общаются. Редко когда услышишь чей-то голос, от края до края простираются немые равнины. Ненавистный цвет песка. Он везде. Внизу, в небе, на одежде - тошнит уже от этого охрового.
Незнакомец не обманул, в самом деле впереди показались свежие лунки от выныривающих голов. Ник чертыхнулся и прищурился под защитными очками. Черви - те еще мерзавцы. Эти вроде небольшие, всего восемь футов, но маленькие гаденыши всегда сбивались в группы, поэтому их просто так не объедешь. Песчаные черви заинтересованно подняли свои тупорылые слепые морды, и Ник ловко выудил бластер из-под полов укороченного плаща. Пришлось потратить все заряды, чтобы распугать диких тварей и проехать мимо, пока они испуганно уползали прочь, пряча обожженные тела в песке. Ник хмыкнул и убрал пушку обратно. Таким добром в людных местах лучше не светить - все-таки военная технология, не принято такое таскать обычным путникам. Хотя обычный - это точно не про него. Остаток пути не преподнес ничего дурного, до первой остановки Ник добрался живым и относительно целым, разве что седалища не чувствовал. Маленький городишко - Милтон, население - человек сорок, и проездом столько же. Последний перевалочный пункт, оазис для несчастного путника, а дальше - минимум сто миль отборного песка, куда ни посмотри. Поссать, купить воды, пополнить запасы, поесть, отдохнуть - и снова в путь. Ник поморщился: как же ему не хотелось тащиться в такую даль, но работа есть работа. Старенький драндулет пристроился под навесом, чтоб песка в железяки не задуло, и послушно заглох. Ник слез с сиденья и охнул: задница саднила будь здоров, а он только треть пути проделал, и это в лучшем случае. Ему срочно нужно отдохнуть, а где отдыхать, если не в приличном заведении? Хотя приличным его с большой натяжкой можно было назвать. Ник завалился в трактир, едва не рухнув на пороге. Пошатнувшись, он с трудом устоял на ногах и кое-как выпрямился в полный рост, хрустнув позвонками. Потёртые черные очки на резинках, как у сварщиков, защищавшие его от колючего ветра, наконец-то оказались натянуты на лоб, а дурацкий платок приспущен с носа.
- Джина! - гаркнул заявившийся путешественник - Сосисок и джина!
Женщина за стойкой лениво оторвала взгляд от мухи, ползающей по столу, и посмотрела на клиента.
- Джина нет, - лаконично ответила хозяйка.
- А что есть?
- Пиво есть.
- Моча это разбавленная!
- Зато холодная.
- Давайте две, - смирился Ник. Хозяйка пожала плечами и отправилась наливать разбодяженную трижды бурду, пока посетитель, тяжело звякая водосборником и карабинами, прошел за столик в самом углу и бухнулся на скамейку, со стоном вытянув ноги. Дерьмово. Такими темпами у него снова геморрой вылезет. Ник вытер пот со лба и посмотрел на криво висевшие на стене часы - полшестого. Еще немного, и пустыню накроет непроглядная тьма. Нужно оставаться на ночлег, впрочем, он так и планировал.
Он с трудом сидел относительно ровно, хотя велик был соблазн свалиться на пол и уснуть мертвым сном часов на десять, но ему помешали. Хозяйка поставила прямо перед его носом тарелку с поджаренными сосисками и тушёной фасолью и стакан холодного, если не ледяного пива. Ник невольно взбодрился и потянулся к еде. На удивление пиво оказалось не таким уж дерьмовым, а ко второй кружке так и вовсе почудилось даром божьим. От усталости скребя вилкой по тарелке, Ник накалывал поджаренные кружочки сосисок и заталкивал их в рот, впервые за долгое время наедаясь от души. Кто знает, когда в следующий раз ему так повезет?
После алкоголя и отдыха в Нике всегда просыпался романтик. Посидев и отдышавшись немного, он захотел прогуляться по вечернему городишке перед сном, размять затекшие ноги. Ник забронировал себе койку и вышел на улицу, как следует выгнувшись в позвоночнике до блаженного хруста. Он неторопливо брел по маленьким пустым улочкам Милтона, заваленным всяким хламом и пустыми ящиками из-под товаров и лениво пинал камушки. К ногам вернулась хоть какая-то подвижность, задница начала подавать первые признаки жизни. Что ж, на самом деле все не так уж плохо. Приедет в город, шлепнет одного ублюдка, за голову которого назначена нехиленькая сумма, может, прибьет его прислужников, заберет вознаграждение и снова поедет в свою лачугу, куда даже самый сумасбродный путешественник не доберется. Не жизнь, а мечта.
Размышления о вечном прервал звук взведенного курка, и Ник вздрогнул всем телом. Вот сколько раз он себе говорил не совершать необдуманных поступков, но нет, каждый раз на одни и те же грабли наступал.
- Руки вверх, красавчик. И даже не думай доставать нож.
Трое не слишком доброжелательных ребят вышли из темноты и продемонстрировали свое оружие и не слишком приятные рожи. Хотя поди там разбери, темно же.
- Вот дерьмо! - буркнул под нос парень.
Ник вздохнул и поднял руки, как было сказано. Драться не вариант, их трое, все вооружены, а он один, с пустым бластером и безумно уставший. Он сейчас своему хрену проиграет, не то что бандитам. Сука. Вот поэтому он и жил в туево-кукуево, а не в городах.
- Будешь рыпаться? - на всякий случай уточнили из темноты.
Ник еще раз взвесил все за и против и покачал головой.
- Только по очереди, парни, - он медленно повернулся к ним спиной и, все также держа руки на виду, лег грудью на какой-то ящик.
- Вот и молодец, - похвалил кто-то сзади и, судя по звуку, поставил пистолет на предохранитель.
Был бы он чуть глупее и моложе, воспользовался бы шансом и дал бой, но Николас Вуд не был идиотом и видел, как такому же парню, как и он сам, разбили голову, а потом сделали все то, что собирались изначально. Как бы ему не был дорог зад, голова все же была дороже. - Сплюньте хотя бы, - попросил Ник, когда чужие руки довольно проворно расстегнули и приспустили его джинсы до колен.
- Не переживай, - успокоили сзади - Будешь хорошо себя вести, мы тоже грубить не станем.
- Ну и славно. Вуд повернул голову в сторону стены и принялся считать царапины и выбоины на кирпичах.
Что ж, кажется время помедитировать немного. С него стянули трусы, и тут же сбоку раздался одобрительный присвист.
- Вот это красота.
Тот, кто раздел его и явно собирался быть первым, шлепнул его по ягодице.
- Ты в отличной форме.
- Работа такая, - Ник чуть поелозил грудью, устраиваясь удобнее - Не порвите, ладно? Мне ещё ехать завтра до Санта-Коралины.
- Не переживай, - успокоил незнакомец.
Дырки коснулось что-то влажное и теплое, и Вуд благодарно раздвинул ноги шире - смазали, дай бог здоровья! Кто-то мог бы удивиться, почему он такой спокойный, а дело было все в двух кружках пива и в целом не вспыльчивом характере. Хлопнул бы джина - вообще петь начал.
Первый член всегда принимать трудно, больше морально, чем физически, но мужик ему адекватный попался, можно сказать ласковый. Не бил, не тянул за волосы, даже по пояснице погладил, чтобы расслабить.
- Вот так, хороший, не зажимайся, умница, - тихо приговаривал он на ухо, и Ник в самом деле немного размяк.
Он обдумал все те мысли, что откладывал на потом, потому что надо же было чем-то заняться. И как только он до жизни такой докатился? Николас Вуд, наемный убийца, головорез, считай, хотя зависело от требований заказчика, сейчас стоял пьяный, уставший, в безумно дерьмовом настроении, и мрачно терпел, пока его отымеют трое каких-то ублюдков. Нет, ну а чего он хотел? Думал, что пронесёт? Ну так зря думал, вот за то что он такой умный его драли и в хвост и в гриву. Так себе вышло, если честно. А все из-за законов, конечно. На очередном заседании важных шишек было принято решение о запрете насилия в адрес женщин всех возрастов. Кто-то скажет - прогрессивные нравы, кто-то скажет - нашли чем заняться, и так дел по горло, но здравое зерно в этом чтении всё-таки было. Вот изнасилуешь ты какую-нибудь красотку, да даже необязательно красивую, а она бац - и родит от тебя мелкого. И что тогда? На этого засранца уйдет больше воды и еды, чем на взрослого мужика, а про электроэнергию вообще молчок. Можно, конечно, изнасиловать и убить, чем не вариант, только вот людей на планете осталось так мало, что пропажа станет очевидна, особенно в городах, где все друг друга знают. Так что женщин старались не трогать, проблем будет как астероидов в туманности Лилит, то бишь дохрена.
Вот и оставалось оголодавшим маньякам да и другим несдержанным личностям подыскивать себе жертв без сисек, но за это особо не ругали. Побить могли, конечно, но больше для острастки. Все все понимали. Кто-то специально мателотажем промышлял, а Ник предпочитал бродить по пустыне в одиночестве, правда сейчас на его пожелания хер клали. В общем Николас так задумался о жизни своей нелегкой, что даже не заметил, как сзади произошла смена, аж два раза, и почти заснул, так что в конце его даже тормошить пришлось.
- Эй, дружочек, вставай, мы все.
Ник сонно поморщился и приподнялся на руках, хрустнув позвоночником. Нормально, вроде даже стоять может, удачно отделался. Первый любезно натянул ему трусы с джинсами обратно и даже застегнул на все кнопки, напоследок сжав ягодицу.
- Ну, не хворай.
- И вам того же, - рассеянно махнул рукой Ник и поплелся дальше, куда изначально и шел. Закончив прогулку, он вернулся в трактир, добрался до койки и уснул мертвым сном, не переживая о всяких мелочах. Что ж, дерьмо случается.