Глава 2: Улицы, которые помнят всё
Дверь скрипнула, как старый корабль, отправляющийся в последнее плавание. Леон вышел в коридор, где воздух был густым от запаха перегоревшего масла, человеческого пота и чего-то еще – может быть, разлагающейся надежды.
Стены здесь были исписаны граффити, наслоениями лет и отчаяния. Кричащие неоновые символы банд – "Стальные клыки", "Голодные тени", "Дети распада". Предупреждения о зонах заражения, где уровень радиации превышал все допустимые нормы. Реклама подпольных клубов, где за пару кредитов можно было купить наркотики или продать собственные органы.
Лифт не работал уже месяц – если верить надписи на панели, "ожидает запчастей с 2087 года". Леон начал спускаться по лестнице, ступени которой прогибались под его весом, словно вот-вот рухнут. На третьем этаже его остановил сосед – старик Харлоу, бывший инженер, теперь больше похожий на призрака. Его левая рука была механической – дешевой подделкой, без тактильной чувствительности, с постоянно дергающимися пальцами.
— Леон... — его голос дрожал, как провод под напряжением. — Ты не видел мою кошку?
— Нет, Харлоу.
— Она ушла... опять. — Старик беспокойно оглянулся. — Говорят, на нижних уровнях их ловят. На мясо.
Леон промолчал. В этом городе даже кошки были роскошью. Последний раз он видел живую кошку года два назад – тощее создание с выпадающей шерстью и глазами, полными первобытного ужаса.
Улица встретила его шквалом звуков и запахов, обрушившихся на органы чувств, как волна грязной воды. Гул антигравитационных машин, пролетающих где-то высоко над крышами. Визг рекламных голограмм, проецируемых с фасадов зданий – "Новый вид синтетического счастья всего за 99 кредитов!". Крики уличных торговцев, предлагающих все – от украденных нейроимплантов до свежих органов в вакуумной упаковке. Воздух был густым, как суп, пропитанный выхлопами и гарью фабрик нижних уровней. Леон автоматически задержал дыхание – старый рефлекс, хотя он знал, что это бесполезно. Токсины уже давно въелись в его легкие, как и в легкие всех остальных обитателей этого уровня.
Башни-муравейники вздымались вверх, теряясь в смоге. Их стены были покрыты паутиной мостов, труб, проводов – словно гигантское гнездо какого-то механического паразита. Где-то наверху, за облаками из выбросов и искусственного тумана, жили корпоративные шишки – те, кто мог позволить себе чистый воздух, настоящую еду и, самое главное, право не знать, что происходит здесь, внизу.
Леон шел по Бульвару Разбитых Окон – главной артерии этого уровня. Когда-то, судя по старым голозаписям, это была красивая улица с деревьями и фонтанами. Теперь деревья были заменены на ржавые металлические конструкции с имитацией листвы, а фонтаны превратились в мусорные баки.
Здесь все продавалось. В открытую или из-под полы. Украденные нейроимпланты, которые могли сжечь мозг за пять минут. Чужие воспоминания, записанные на чипы – от первого поцелуя до последних мгновений перед смертью. Органы – свежие, бывшие в употреблении, синтетические.
— Эй, Векс! — окликнул его тощий паренек с тремором в руках – явный признак дешевых имплантов. Его глаза неестественно блестели, зрачки были расширены от постоянной стимуляции. — Есть чипы?
— Есть, — Леон не остановился. — Но не для тебя.
Паренек что-то крикнул ему вслед, но Леон уже сворачивал в переулок, ведущий к "Ржавому ангелу" – бару, где можно было толкнуть что угодно, от памяти до собственной почки.
Переулок был узким, темным и пахшим чем-то кислым. Стены здесь были покрыты слоями плакатов, наклеенных один на другой – реклама десятилетней давности, объявления о розыске, политические лозунги, уже потерявшие актуальность. Где-то в глубине переулка копошились тени – бездомные, наркоторговцы, или что похуже.
Леон привычной походкой шел по середине переулка – не слишком быстро, чтобы не выглядеть испуганным, не слишком медленно, чтобы не стать мишенью. Его правая рука лежала на "Кайтсу" в кармане плаща.