Пролог.
В тени изъеденных песчаными бурями скал, в звенящей тишине ночной пустыни оглушительно зашуршали песком чьи-то шаги. Две тёмных, неясных фигуры неторопливо вышли из чёрного, бездонного провала в скале, а песок неистово шуршал и скрипел под их ногами. Скалы вокруг них похожи на ряды кривых и перекошенных, но острых, клыков неведомого хищника. Спустя несколько долгих минут фигуры вынырнули на залитый лунным светом широкий просвет, меж поредевших скальных зубов. Шедшая впереди фигура была чуть выше и массивнее второй. Плащ, больше походивший на балахон, скрывал саму фигуру, а голову полностью закрывал покрытый металлизированной тканью, но утыканный спереди и с боков разнообразными приборами, шлем. Вторая фигура полностью закрыта таким же балахоном, капюшон накинут и из-под него видно только нижнюю часть металлической маски.
Первая фигура остановилась, рассматривая пейзаж перед собой, причудливо залитый лунным светом и изрезанный резкими, угловатыми тенями. Вторая фигура остановилась на шаг позади. Передняя часть шлема первой фигуры раскрылась, и свет луны выхватил из мрака юное лицо, с внимательными, синими глазами старика и густыми седыми бровями. Он посмотрел себе под ноги, а потом поднял взгляд вверх и застыл.
- Твою же мать! - проговорил он не спеша, с чувством, удивлением и примесью недоверчивой иронии. Раскрыв и полностью убрав шлем в массивный воротник, запрокинул совершенно седую голову, обратив лицо к колючему звёздному небу, - а луна то здесь...
- Что-то, не так, господин? - послышался сзади мелодичный женский голос. Вторая фигура так же откинула капюшон и подняла забрало шлема.
Юный старик, (или старый юнец?) не отрывал взгляда от чудного и завораживающего зрелища. Перевёрнутый равносторонний треугольник, с усечёнными углами, сиял в чёрном, звёздном небе ровным, бледным светом. Острому глазу была заметна правильная, симметричная геометрическая разметка сходящаяся в центре. Человек вздохнул, и, помедлив, ответил:
- Всё прекрасно, Амма.Только.. Эта луна, она искусственная. Кто её построил? Когда?
- Мне неизвестно, господин, - ответила Амма, - так было всегда.
- Значит всегда. Вот как. Там, где родился я, луна была круглой. И звёзды были другими.
Ему стало даже интересно, значили ли хоть что-то для неё эти слова? Женщина молчала, хлопая ресницами. Красивая женщина, молода, свежа, черты её лица правильны и чувственны. Большие, выразительные карие глаза, не говорящие ничего. Если бы он не знал, кто она, решил бы, что она соблазнительна. Что на самом деле вложил в эту прелестную головку её прежний хозяин? Он не может ей доверять и в то же время, от неё нельзя избавиться. Конечно, в жизни ничего не бывает легко, просто и понятно. А учитывая обстоятельства, о простоте и ясности нечего даже мечтать.
Он наконец оторвал взгляд от ночного светила и обернулся через плечо.
- Расскажи мне, Амма, об этом мире... Я могу прочесть сводку, но хочу слышать твой голос.
- Да, мой господин, - снова зазвенел её голос, окрасившись оттенками подобострастия, - сейчас это пустыня. Почти везде песок и скалы. Всё, что за шестидесятой параллелью непригодно для жизни человека. Но люди всё же живут там, используя разные защитные костюмы и технику. Нет дождей, нет смены погоды, почти нет различий во временах года. Все водные потоки проходят под землёй. Суточный цикл тридцать шесть часов, год длится триста шестьдесят дней...
Амма говорила, а седой юноша слушал её закрыв глаза.
- Во время феранского восстания, двести девяносто семь лет назад, мир подвергся тотальной зачистке. Применялись орбитальные удары, нуль заряды и даже грязные термоядерные боеголовки. Вся прежняя экология была уничтожена, население практически полностью истреблено. Впоследствии была сформирована новая экосистема.
- Значит всё-таки сформирована. А феранцы?
- Истреблены. За исключением Железной Долины.
Седые брови нахмурились на мгновение, потом синие глаза открылись.
- Продолжай, - спокойно распорядился седой юноша, и двинулся дальше.
* * *
Над волнистым горизонтом заиграли проблески зари, теснящие упрямые утренние звёзды. Всё те же две фигуры неторопливо шли вперёд, по прежнему одна слегка впереди, вторая позади чуть правее. Седовласый юноша и красивая женщина с безучастным взглядом. Теперь скалы вокруг сменились плоской, каменистой равниной. Женщина давно закончила свой рассказ и теперь они шли молча. Впереди маячили в предрассветном сумраке невысокие барханы.
- Амма?
- Да, господин?
- В чьей шкуре я сейчас нахожусь?
- Я... Я не понимаю, господин..
- Чьё это тело? Чей генетический код и бионический профиль используется для всех моих командных кодов?
- Мне не известно имя, мой господин. Я знаю лишь, что это был командующий мобильной феранской армией. И он причастен к нашей цели.
- Всё-таки феранец... Столько сил и времени потратили, чтобы истребить вас. Но я закончу то, что начато. К чему бы это ни привело.
Амма молчала, её лицо оставалось невозмутимым.
- Значит, нет ни имени, ни звания, ни воспоминаний. Просто доступ ко всем секретам, замкам и машинам. Идеальный исполнитель. Вот только...
Он говорил вслух, ноне обращался к ней. Просто давно не слушал звук собственного голоса. И теперь понял, что даже голос этот другой,чужой. Он остановился и оглянулся через плечо. Амма тоже встала на месте, выжидательно глядя на него.
- Амма. Если твоему хозяину был нужен просто хороший исполнитель, почему он оставил мне мою личность? Всю мою память и свободу выбора? Для чего?
- Я не знаю, господин.
- Значит не знаешь. Тогда забудь.
Он замолчал. Покачал головой в подтверждение своих мыслей и пошёл вперёд.
- Мой господин, светает. Солнце нагреет пустыню, поднимется ветер, погонит песок. Будет лучше закрыть шлем.
Он кивнул, но закрывать шлем не спешил. Просто шёл навстречу восходу и песчаному прибою впереди. Эта фальшивая, запрограммированная забота. Раздражает. Солнечные лучи уже начали прорезать небо над самым горизонтом. Синие глаза видели первый рассвет после бездны времени.
- Мой господин. Ближайший город..
- Я знаю, Амма. Мы не пойдём туда. Мы сделаем иначе.
- Но..
- Ты споришь со мной? - он резко оборвал женщину ожесточённым тоном.
- Нет, мой господин, я не смею.
- Хорошо. Вторая жизнь даётся человеку раз в тысячу лет. И я сам решу, как её прожить, - его голос снова звучал спокойно и размеренно.
Женщина молча кивнула.
- Шарун слишком близко к Тару Дагора. Касара далеко отсюда и слишком близко к внешним торговым путям. Катирд не представляет интереса. Мы идём в Аргардайу. Сейчас она зовётся Перкем. А теперь я хочу подробнее посмотреть информацию по нашей цели.
Шлем выдвинулся из воротника и, обхватив седую голову, закрылся. Женщина следом за ним закрыла своё лицо. Солнце всходило над косыми вершинами песчаных волн. Яркое и беспощадное.
* * *
Слепящий солнечный свет бил в полумрак небольшого зала, через распахнутые двери, выходящие на балкон. Из-за него невозможно было разглядеть, кто сидел в двух роскошных креслах, напротив друг друга. Хотя внимательные серые глаза, с длинными ресницами, за прозрачным зеркалом очень старались, солнечный поток сиял точно между ними. Оба, и хозяин, и гость, держали в руках по бокалу. Они сидели так уже почти час. И гость даже не притронулся к изумительному дарийскому вину. Он лишь покачивал золотистую хмельную жидкость в бокале, любуясь, как она играет солнечными искрами. Разговор шёл неспешно, однако серые глаза уловили, что напряжённый диалог давался обоим непросто.
Вчера на закате этот незнакомец вошёл в город. А сегодня к обеду, он уже во дворце. Человек с ключами от всех дверей. Серые глаза прищурились, от такого гостя нужно было ждать соответствующих неприятностей. А ещё их хозяйка вспомнила его лицо, юное и с совершенно седыми волосами. Даже брови и ресницы оказались седы! Такого не видел никто и никогда. Это обстоятельство делало подозрительного незнакомца ещё подозрительнее. И нет никакой возможности услышать, о чём говорят эти двое. Везде, где появлялся седой незнакомец, сразу же отключались все следящие устройства.
Через минуту гость поднялся с кресла. Незнакомый, отлично защищённый бронекостюм и накинутый сверху распашной балахон, делали его фигуру довольно массивной. Он что-то сказал и направился к выходу из зала, на ходу поставив бокал с вином на резной мраморный столик. Как только гость вышел из зала, и проследовал за охранником, в зале снова включились все записывающие и следящие устройства. Внимательные серые глаза моргнули и их хозяйка мягкой кошачьей походкой вошла в зал. Довольно высокая, стройная, но хорошо тренированная женщина, с крепкими руками и длинным хвостом густых волос. На ней нечто настолько облегающее, что в неверном полумраке и отражённом солнечном свете играет каждая мышца. Она почти бесшумно прошла по залу, подхватив со столика бокал. Хозяин по прежнему сидел в кресле, задумчиво разглядывая недопитое вино. Женщина подошла к нему и села на мягкий подлокотник кресла. Их лиц по прежнему нельзя было разглядеть в игре солнечной вакханалии и сумрачных теней.
- Думаешь этому человеку можно доверять? - серьёзно спросила она и пригубила из бокала.
- Хм. Я скорее задаюсь вопросом, почему он нам доверился.
- А если он не тот, за кого выдаёт себя?
- Ты же видела, кто он. К тому же, у него и правда получилось сделать всё, что он обещал. И даже больше.
- Насколько это хорошо для нас?
- Зайди к Фараду. Он сейчас от радости до потолка прыгает. Оружие, техника, системысвязи. Но вот то, что наш гость сказал мне перед уходом... Надеюсь, мы это переживём.
- Женщина, с которой он в город вошёл, он так и оставил её на площади.
- Значит в ней он неуверен. Но почему-то держит при себе. Игра становится всё интереснее.
- А что он так хотел от тебя?
- Чтобы я рискнул.
- Рискнул?
- Ему нужен передатчик. Широкополосный ретранслятор для дальней связи.
- И?
- Он получит его.
- Ты точно рехнулся. Этот человек опасен. Кто знает, для чего ему на самом деле нужен этот чёртов передатчик!
- Я знаю. И он прав. Рано или поздно нас всё равно заметят. Я хочу быть к этому готовым.
Женщина покачала головой, глядя на танец солнечных искр в вине. Потом поднесла бокал ко рту и залпом опрокинула.