- 16 -
«Постараюсь нaвек сохранить этот вечер в груди. Не сердись на меня. Нужно что-то иметь позади»
— Иосиф Бродский
Проснулась я уже одна. Помню, что тренер говорил, надо ехать на эту чёртову встречу.
— Фиби? — прокричала я, дома тишина и никого не могу найти.
— Фи-и-иби! — ответа не приходит.
Я обежала весь дом. В итоге: я дома одна.
«Только не говорите, что Фиби тоже уехала»
Я решила сходить в гараж.
Ну конечно, она тут.
— Фиби! Подожди!
Она повернулась ко мне, сидя на мотоцикле. У неё было такое выражение лица, будто я её застала за сексом с моим парнем. Тьфу.
— Чего тебе, Амелия?
Я сейчас вообще ничего не поняла.
— Куда ты? — я подошла к ней и встала перед мотоциклом.
— Уйди.
— Блин, ты можешь со мной поговорить? Что случилось за ночь? Мы даже не говорили...
Он сверкнула глазами и встала с транспорта. Потом подошла ко мне.
— Просто, я не могу их отпустить одних.
— Но ты не можешь поехать за ними, это опасно, — начала отговаривать подругу. Может быть мне и страшно, но лучше не виденье, чем в живую.
— Хорошо, но а если... — я не дала ей договорить. Не стоит произносить этих слов вслух. Всё должно быть так, как спланировано, иначе — беда.
— Давай позавтракаем? — люблю переводить тему, хотя получается это редко.
Я обняла подругу, и она в ответ.
— Прости...
— Не нужно. У нас есть бекон? — она улыбнулась, кивнула, и потащила меня за руку в дом.
Кэмерон
— Ты уверен? — спросил у меня тренер.
Мы скрылись за деревьями около одного из главных «штабов-домов» Феликса и Ника. Феликс, конечно же, пешка во всех этой игре, но Ник слаб здоровьем и своей дочкой. Именно поэтому мы выиграем.
— Я уверен. У них в 20:00 встреча вон в том окне, там кабинет, — я указал на огромное окно на втором этаже, — дальше, мой человек зайдёт к ним, и притвориться одним из миллиардеров. Дальше он подложит дымовые шашки и только потом наш ход. Ещё ему надо не забыть открыть то самое окно, — тренер кивнул, хоть и знал весь наш план.
Через три минуты открылось окно, а через пять, оттуда повалил дым. Вот и привлекли внимание всех амбалов наверх.
Я шёл первый по лестнице на второй этаж, тренер сзади.
Господи, хоть бы всё получилось, повторял я, пока не наткнулся на Ника.
— Ну, привет, дорогой, — сказал тот и направил на меня пистолет, — какими судьбами, да и с другом, а ещё и с подставным дымом.
— Ты же не убьёшь меня, — ухмыльнулся и тоже направил свою пушку прямо на его голову.
Сделав два шага назад, а я вперёд, он ответил:
— Нет, это мне не по силам, а вот друг твой... — он прищурился и уже смотрел в его глаза. Джон только выпрямился и наклонил голову в бок.
— Ты серьёзно? — засмеялся тренер, — мы же знаем про твою дочь, милый, и она у нас.
Это мы тоже спланировали. Её мать — моя старая знакомая, настолько меня боится, что отдала малышку, только я забрал вместе с матерью, поэтому я всё-таки не тиран. Ей 4 года, и она очень милая.
Теперь его взгляд упал на меня и мой пистолет, направленный на него. Не уж то заметил.
— Кэмерон, с ней всё нормально? Ты же не сможешь её убить.
— Нет, не смогу. Пока ты не освободишь моих и Амелиных родителей.
— Я не могу. Я не главный, — он врёт, я сам видел записи с самолёта, я всё видел! Он врёт!
— Ты врёшь! — гаркнул я свои мысли.
— Может и так. Но я не могу. Мне нужна эта кровь, я умираю.
— Да всем плевать, помрёшь ты или нет!
— Хорошо, можно мне только увидеть дочь?
Я перевёл взгляд на Джона, но тот лишь пожал плечами.
— Ладно.
Амелия
Мы уже пообедали, а мальчиков до сих пор нет.
Я уже вся извелась. Я встала с дивана и пошла на кухню, пить десятую кружку успокаивающего зелёного чая. Как только я налила, услышала скрип входной двери и мигом побежала туда.
— Боже, — тренер почти умирал. У него ранение прямо в живот, слава Богу Кэм жив, — кто так тебя?
Я подняла глаза на парня, у него были настолько пустые глаза, что аж дрожь пошла по телу.
— Феликс. Мы уже было выиграли войну, но они сбежали от нас самым тупым образом! — он опустился с Джоном на пол и закричал, — Ты справишься?
— Да, я умею иди, — он кивнул, ушёл, а потом я услышала, как очень сильно захлопнулась дверь ванной комнаты, — всё будет хорошо, — прошептала я, и из глаз потекли слёзы.
Я проходила курсы медсестры, поэтому ножевой порез — не беда.
Я остановила кровь и сделала всё как надо. Потом Фиби помогла перенести его на диван. Я села рядом с ним.
— Хей, всё со мной нормально. Спасибо. Иди к нему, — он посмотрел на меня и взял за руку, — не надо плакать, иди, только ты с ним справишься. Мы ещё не проиграли.
Конечно, мы не проиграли... Как же я устала, устала от того, что обессилена.
Я кивнула и поднялась с дивана, направляясь в туалет.
Я зашла в комнату, Кэмерон стоял под душем и не шевелился. Он первый раз был таким злым.
Я сняла всю одежду и зашла к нему в кабинку, он не шелохнулся. Я обняла его сзади и прижалась щекой к твёрдой, сильной спине.
— Всё хорошо, — прошептала я. Он развернулся и заключил меня в медвежьи объятия.
— Будь со мной.
— Я всегда буду рядом с тобой. Я люблю тебя, дорогой, — мои слёзы смешались с водой, я даже не заметила, как он начал покрывать полностью всё моё лицо поцелуями. Потом его губы накрыли мои, и я забыла, о чём думала.
* * *
Утром было всё как обычно, без разговоров поели, потом собрание. Обговорили что делать дальше, и все разошлись по комнатам.
Я взяла книгу Стивена Кинга с полки и начала читать на специальном подоконнике в библиотеке. Кажется, что это самая большая комната в этом доме.
Пока я читала, услышала крики и ругань. Я сразу бросила книгу и побежала на звуки.
Джон с Фиби орали друг на друга, пока первый держал силком её в объятиях. Я всегда знала, что у них что-то есть. То как её глаза светятся при разговорах о нём.
Я спряталась за углом и наблюдала. Это неправильно, но мне интересно. Кто-то резко положил руку мне на плечо, я чуть не закричала, но Кэм закрыл рукой мой рот. Я кивнула, и мы всё вместе наблюдали.
Когда настал момент для поцелуя, то я хихикнула, и получилось слишком громко, отчего ребята посмотрели в нашу сторону. Я помахала им и схватила парня; убежала к себе в комнату. Там мы расхохотались и включили фильм, чтобы хоть как-то отвлечься.
Под вечер подруга постучалась и с нашего разрешения зашла в комнату с планшетом в руке.
Я изогнула бровь.
— Я сейчас всё покажу, не буду ничего говорить, — она положила планшет ко мне на колени и вышла.
Я взяла и начала читать вслух:
— «По новостям известно, что в Китае прошло наводнение, погибло очень много человек. Выложило мало, у всех, кто погибли близкие, приносим соболезнования» — Я откинула планшет и заплакала. Кэмерон обнял меня.
— Всё будет хорошо, — шептал он. Но мы оба знали, что хорошо уже не будет. Теперь нет никакой надежды на что-то доброе и счастливое.
Мы уже не будет теми, кем мы были до этой новости.
* * *
Прошла неделя, никто ничего никому не говорил.
Я похудела на три килограмма. Кэмерон не отпускает бутылку своего любимого вина. Фиби закрылась в комнате, а Джон без остановки бьёт грушу на улице, без футболки, несмотря на дожди и ночные холода. Мне казалось, что он стал психом, но нет, он немного всё же разговаривает.
А я просто хожу по дому и пытаюсь забрать бутылку у Кэма, но у меня это не получилось ни разу. Тренер помогать отказался. А до Фиби не достучаться.
Уже опять через неделю я психанула и начала бить посуду, не обращая на кого-либо внимания.
— Боже! — я впервые за две недели услышала голос Фиби, — что ты делаешь?
— Что я делаю? А может, это вы мне объясните? — после этих слов показались Кэм и Джон, — мы их никогда не видели, и нам никто не давал их местонахождение, у нас нет гарантий, что это именно они там уплыли! Вы сидите в своих комнатах, тот вообще на улице, другой в обнимку с бутылкой! Я устала уже! Вы кроме своих мыслей не видите меня, не видите то, как мне плохо, как мой парень напивается, как Джон без остановки бьёт грушу. Я всё это зато вижу! И вы ничем не помогаете! Достали! — я кинула напоследок кружку и выбежала на задний двор, сев на скамейку.
Больше двадцати минут ко мне никто не подходил, но потом парень заключил в объятия и стал просить поцелуй. Я отказывалась, но тот укусил меня и поцеловал, пробираясь ко мне в рот с языком.
— Ты же знаешь, что я сильно тебя люблю? — спросил Кэмерон, садясь рядом и обнимая крепче обычного.
— Я знаю. Я тоже люблю тебя, но если ты не ослабишь хватку, то я не смогу тебя любить, — я засмеялась, а парень отпустил меня и посадил к себе на колени, зарываясь в волосы.