Тебе не страшно?
Тишину ночи нарушил шепот дождя за окном, стекающего по стеклу серебристыми ручьями. Я сидела на краю кровати, сжимая в руках смятый платок, пока Елена, обхватив колени, смотрела в темноту за окном. Ее голос прозвучал тихо, словно боясь разбить хрупкое спокойствие:
— Кэролайн уверена, что Мэтт до сих пор любит меня. Но это же не правда... Он не стал бы так поступать с ней.
Ее пальцы нервно перебирали бахрому подушки. Я вздохнула, ловя запах лаванды от свечи на тумбочке. Пламя колебалось, отбрасывая на стены тревожные тени.
— Ты всегда была в центре внимания, Елена. Даже если Кэролайн — твоя подруга, зависть гложет ее. Мать Мэтта, Келли, ненавидит ее. Вчера Кэрри рыдала в трубку, будто ее сердце разорвали. А тебя Келли обожает... — Я замолчала, чувствуя горечь на языке. — Разве это справедливо?
Пауза повисла тяжело, как свинец. За окном ветер завыл, будто вторя нашим мыслям.
— А вечер... Он закончился кошмарно, — Елена сжала веки, словно пытаясь стереть воспоминания. — Стефан предложил Мэтту и Кэролайн прокатиться. А когда мы зашли в их дом...
Она дрогнула. Я наклонилась вперед, предчувствуя недоброе.
— Мы увидели, как Келли целуется с Деймоном.
Через десять минут от той фразы, я наконец покинула спальню Елены, оставаясь наедине. Дверь закрылась с тихим щелчком. Я рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушки, которые все еще хранили запах ее духов — ванили и грушевой нежности. "Келли и Деймон...". Мысль жгла, как раскаленный клинок. Он снова всех обманул. Снова играл с огнем.
Я схватила стакан с водой со стола, но рука дрогнула, и капли упали на простыню, оставив темные пятна.
"Хватит думать о нем", — приказала я себе, но сердце бешено стучало, словно пыталось вырваться из клетки. За окном гром грохнул, осветив комнату синим отсветом. Я закрыла глаза, и последнее, что помню — холодок страха на коже и глухой стук дождя в такт мыслям.
***
Лес вокруг поместья дышал сыростью, а туман цеплялся за деревья, словно призрачные руки. Елена стояла у камина, ее пальцы нервно теребили рукав свитера. Деймон, развалившись в кресле, крутил в руках старинный кинжал, его взгляд скользил по мне, будто ища слабину.
— Он у них, — прошипел он, — но я не могу войти. Хозяйка под гипнозом.
— Значит, я пойду! — Елена шагнула вперед, глаза горели решимостью.
— Нет! — наши голоса слились в унисон. Я схватила ее за локоть, чувствуя, как дрожь пробежала по ее руке. — Это самоубийство.
Деймон вскочил, тень от его фигуры удлинилась, накрыв пол узором из тьмы.
— Кажется, у меня есть идея...
***
Солнечный свет пробивался сквозь пыльные окна, подсвечивая частицы пыли, танцующие в воздухе. Рик замер у шкафчика, его взгляд метнулся между мной и Деймоном, как у зверя в ловушке.
— Ты выглядишь живее всех живых, — Деймон усмехнулся, поправляя манжету. Его голос звенел ядом.
— Ты не можешь мне навредить, — Рик выпрямился, но в его глазах мелькнула тень сомнения.
— О, могу, — Деймон приблизился, и я почувствовала запах его кожи — древесины и чего-то горького, как полынь.
— Но он не будет! — я вклинилась между ними, ощущая, как напряглись их плечи. — Мы здесь из-за Стефана.
Елена вышла из-за угла, ее бледное лицо контрастировало с алым шарфом.
— Рик, нам нужна твоя помощь... Вы нужны нам. Мы бы с Катериной вошли, но...
— Их жизни слишком важны. — перебивая Елену, Деймон продолжил. — А вот твоя.
И он выразительно посмотрел на Рика.
— Рик, мы знаем о твоём кольце.
— А что с ним?
— Дай-ка вспомнить... Ты пытался убить меня, я защищался. Ты умер. Потом, как говорит мой брат и Катерина, кольцо вернуло тебя к жизни. Я что-то упустил? — в своей манере полисном Деймон.
— Да... Часть где я пытаюсь снова убить тебя. Но в этот раз я не промахнусь.
— Мистер Зальцман, пожалуйста, это же Стефан.
— Прости, Елена. Но это не мои проблемы.
— Жаль, Рик. Потому что женщина, которая там главная, может помочь найти твою жену. — Сказала я ему. Похоже это становится в духе Деймона. Елена удивленно на меня посмотрела.
— Катерина, ты врешь.
— Врет? — встал на мою защиту Деймон. Он видно понял чего я добиваюсь. — Почему бы тебе не спросить ее самому. Трус.
— Пойдёмте.
Похоже это стало последней каплей, потому что в следующую секунду Рик уже был полностью согласен, идти спасать Стефана.
***
Дождь хлестал по спине, пробирая до костей. Мы с Риком стояли на пороге, притворяясь влюбленной парой. Я прижалась к нему, притворно дрожа — не вся дрожь была наигранной.
— Ох, хорошо, кто-то дома. — Рик явно волновался и я решила взять все в свои руки.
— Машина сломалась... Можно позвонить? — мой голос звучал сладко, как сироп.
Хозяйка в дверях окинула нас оценивающим взглядом.
— Вам повезло, — он усмехнулся, обнажив клыки.
— Вам повезло. — сказал неизвестный нам вампир, похитивший Стефана.
— Да, повезло. Это ведь не проблема? — спросил Рик.
— Нет.
— Отлично. — обрадовавшись, мы с ним вошли в дом. — Мы очень вам благодарны, на улице просто кошмар. Мы с моим парнем промокли просто до нитки.
После этих слов я мило улыбнулась. Когда мы повернулись к проему, то увидели другого, очевидно, вампира.
— Покажи гостям, где телефон. — попросил или приказал ему первый вампир. — И принеси мне что-нибудь выпить.
— Ясно, сделаю.
Когда мы проходили мимо комнаты, в которой стоял бильярдный стол. И много вампиров. Надо оставаться спокойной, иначе я очень быстро нас выдам.
Вампир провёл нас на кухню, в которой была хозяйка дома.
— Мисс Гиббонс, этим людям надо позвонить.
— Конечно, дорогие. Телефон вон там. — произнесла она, своим тонким голосом, и указала на телефон. Рик пошёл к нему, а я начала осматриваться. Осматривая хозяйку дома, я увидела укус на запястье, и похоже не только я, но и Рик. Когда он уже подходил к телефону, на него набросился вампир. Но Рик с легкостью его заколол. Он быстро включил воду и указал мне на блендер. Поняв его план, я его включила.
— Что происходит? — спросила мисс Гиббонс.
— Мне очень жаль, но вам надо пригласить моего друга в дом. — и Рик открыл перед ней дверь ведущую на улицу.
— Извините, ему нельзя входить в дом.
— Мы знаем, но ведь можно сделать исключение. — меня перебил Деймон.
— Вытолкни ее из дома, сейчас же. — я сделала как он сказал. — Мисс Гиббонсс, скажите мне правду: вы замужем?
— Нет.
— Родители, дети, кто-то ещё кто живёт в этом доме?
— Нет. Только я.
— Хорошо. — и Деймон свернул ей шею.
— Деймон! — Шикнула я на него.
— Нет времени. Потом прочитаешь нотацию. А теперь убирайтесь отсюда. И избавьтесь от тела.
Мы с Риком пошли убирать ее от дома подальше. Вроде женщина небольшая, но тяжелая ужас.
— Он всегда такой? — спросил у меня Рик.
— Поверь, сегодня ещё лучше чем ты думаешь.
— Тогда зачем мы ему помогаем?
— Мы помогаем не ему, а Стефану. Стефан заслужил, того чтобы его спасли.
— Он как Деймон?
— Нет, он совсем другой. Он добрее, человечнее. И в отличие от Деймона, всего лишь хочет защитить Елену и быть с ней.
— А Деймон чего хочет?
— Если бы хоть кто-то знал.
А ведь и вправду. Никто не знает чего хочет Деймон.
— Тебе не страшно? — продолжил разговор Рик, после небольшой паузы.
— Ты даже представить себе не можешь как.
И снова пауза. Каждый задумался о своём.
— Как с Дженной? — теперь я возобновила разговор.
— Серьезно? Мы прячем труп, а ты хочешь поговорить о моих отношениях с Дженной? — спросил Рик, немного смеясь.
— Почему нет? Надо же сменить тему разговора и почувствовать себя обычными людьми.
— Да, обычные люди каждый день прячут труп и спасают подростка вампира.
— Ну не каждый день, но раз в неделю думаю каждый такое делает.
После этой моей фразы, Рик с секунду смотрел на меня, а потом рассмеялся. Я подхватила его смех. Наверно странно смотрелось это со стороны: парень и девушка, держат женщину, со неестественно повернутой шеей, под дождем и очень заразительно смеются. Да, думаю странно.
***
Воздух был пропитан дымом и запахом виски. Рик вертел в руках стакан, его карие глаза отражали усталость.
— Он всегда такой? — он кивнул на Деймона, который у бара заигрывал с барменшей.
— Хуже, — я закусила губу, чувствуя, как тепло алкоголя разливается по жилам. — Но сегодня... сегодня он почти герой.
Деймон обернулся, поймав мой взгляд. Его улыбка была острой, как лезвие.
— Ненавидишь меня, да? — он подошел, запах его дыхания обжег щеку.
— Иногда, — я отстранилась, пряча дрожь в пальцах. — Но сегодня спасибо.
Он засмеялся, звук был низким и горьким. Я вышла на улицу, где луна висела над городом, как серебряный щит. "Привязанность — слабость", — напомнила я себе, но где-то в глубине души знала: это битва, которую уже проиграла.