4.
But happiness does not last long.
В тишине раздаётся звонкий шлепок кожи о кожу, но совсем не тот, о котором можно подумать.
Щека горит огнём, как и глаза напротив. Чёрные волосы, цвета вороньего крыла, которые когда-то так привлекли Тэхена, закрывали глаза почти полностью, делая выражение лица Чонгука и его взгляд более пугающими, скорее похожими на взгляд маньяка.
– Ты можешь перестать вести себя как ублюдок?! – у Тэхена глаза от злости блестят, голос грубый, резкий, не такой, как обычно. Точная ровня Чонгуку сейчас, но его не интересует, как он выглядит в чьих-то там глазах.
В моменты ссор сразу забывается все хорошее, что было. Никто не помнит, как сидели вместе на диване, смотря очередной фильм; как рассказывали самые сокровенные тайны, считая, что на этого человека можно положиться; как просыпались утром вместе и пили чай с лимоном; ничего. Только плохое, помимо самих причин ссоры, только плохие воспоминания скатываются в огромный ком, давя на нервную систему, из-за чего Тэхен сейчас просто теряет самоконтроль. И еле удерживает себя от желания ударить не ладонью, а кулаком.
Потому что он блять заебался от Чонгука.
Чонгук смотрит зло, каре-красные глаза вновь приобрели рубиновый цвет. Кажется, ещё чуть-чуть и внутренний зверь выйдет наружу. Чонгук дышит тяжело, на щеке будто раскаленный металл. У Тэхена, по сути, всегда был хороший удар, даже несмотря на то, что он не бьёт кулаками, редко.
Он понимает, что ещё немного и сорвётся, сжимает крепко зубы, настолько, что Тэхен видит, как желваки на лице начинают ходить. Младший собирается в кучу, не давая самому себе выйти за поставленные рамки, разворачивается быстро, кинув полный злости взгляд, и уходит, с размахом хлопнув входной дверью, заставив Тэхена вздрогнуть.
– Сволочь, – у Тэхена дыхание тяжёлое, ноздри раздуваются, как у бешеного зверя. Хотя Ким сейчас и есть бешеный зверь. С не менее бешеным парнем. Пока что не бывшим, хотя кто знает.
Он ходит по квартире, не зная, куда деваться, то ли от злости, то ли от обиды, то ли от всего вместе. Его раздражает все: начиная от слишком громкого шума дождя за окном, капли которого будто врезаются в его перепонки острыми кинжалами, заканчивая слишком яркой на нем одеждой. Раздражает буквально то, что он существует и что существует все это вокруг. Он просто хочет разбить что-нибудь, а желательно оторвать кому-нибудь голову, а желательно Чонгуку. Урод.
В конце концов он понимает, что его агрессия ничего не изменит и что он тратит лишь свои нервы. А Чонгуку сейчас вообще плевать, он, сука, по-любому нажирается в хлам или идёт убивать очередную девчонку. Скотина. Эгоистичная скотина.
Ким немного успокаивается, может, через час, может, больше. Садится за стол, зарываясь в волосы ладонями, и не думает ни о чем. Пытается ни о чем не думать, потому что, когда начинается хоть какой-либо мыслительный процесс, в его голове возникает образ младшего и то, как старший поливает его отборными ругательствами, если не избивает. Но он, конечно же, не сделал этого в жизни, потому что не может, по сути. И поэтому злится ещё сильнее.
Тэхен настолько обижен и зол, что даже уже и забыл, отчего именно они поссорились. Оттого ли, что Чонгук снова начал грубить, как последняя мразь, или оттого, что Тэхена встречает опять какая-то непонятная дурная компания. Ему блять на улицу можно вообще выйти, в конце-то концов, и не готовиться к встрече с какими-то мутный типами. Наверное, все же потому, что Чонгук начал вести себя как свинья. Хотя почему "как", он же и есть свинья, пф.
Тэхен хмыкает, сползая со стула. Оказывается, его успокоение заняло около двух часов, что достаточно быстро на этот раз. Вот что значит привыкнуть к таким отношениям. И к такому парню...
Единственное, что хочется сделать сейчас, так это напиться в драбадан, но Тэхен хреново переносит алкоголь, поэтому он в курсе, что либо будет тусить к клубе после и на кого-нибудь нарвётся, либо в пьяном угаре будет звонить Чонгуку. А ему это нужно? Может и нужно, но он не признает. Потому что ему как-то надоело постоянно быть маленьким добрым Тэхеном.
– Не конец света, в конце-то концов. Что за сопли я тут развёл, – причитает он себе вслух, вытирая слёзные глаза. – Не девчонка, а ною, как плакса. Вот ещё.
Он собирается было уже пойти на кровать и спокойной почитать (плевать, что этого, конечно, не получится) или что-то вроде этого, ведь видеть он сейчас все равно никого не хочет: ни друзей, ни людей. Соц. сети тоже не вариант, остаются книги или алкоголь, но со вторым мы разобрались. Однако ему не дали.
Телефон в кармане свободных домашних штанов начал вибрировать, настойчиво вызывая своего хозяина.
– Чонгук чуть не убил Чимина.
Тэхен вылетает из квартиры, накинув на себя куртку, надевает ботинки на ходу и бежит к склепу.
«Чонгук чуть не убил Чимина».
На улице дождь барабанной дробью отбивает мелодию страха и злости. Тэхен не понимает ничего и не может понять. Ему просто страшно. Он не знает, что будет делать, как и зачем, но знает, что должен. Под ногами брызгают лужи, а сквозь растёгнутую куртку проникают капли дождя, делая его кофту до противного мокрой. Но это никого не волнует. Он бежит с такой скоростью, с которой только может.
«Чонгук чуть не убил Чимина».
Он не понимает ничего, не понимает, что ему сказал Хосок. Не понимает, что произошло между Чимином и Чонгуком, не понимает блять. И не знает, как он может помочь, но знает, что нужен там. А ещё, что там его скотина, урод и подлец. И что ему нужна помощь.
Тэхен появляется на заброшенной улице меньше чем через три минуты. Но он не обнаруживает никого, на секунду даже кажется, что это все шутка. Что голос Хосока может быть был наигранно испуганным, а Чонгука тут и близко нет. Но эта мимолетная мысль исчезает почти сразу, как только он слышит голос Юнги.
Между домами был тупик. Но он отчётливо слышал кричащие голоса.
– Чёрт возьми! – Тэхен ударяет по стене, ударяет ещё раз, косяшки разодраны, саднят, но похуй.
Тэхен чувствует запах людской крови, видит Намджуна, держащего в стороне разнотипных вампиров. Все это больше похоже на какую-то арену для борьбы без правил, а главные герои на сегодня: Юнги и Чонгук.
Его сразу же окружают, не давая пройти и требуя между теми двумя драки, чтобы кого-то из них поставили на место.
Чонгук прижат к стене за шею. Юнги поднимает его, давит сильно, но вырывает только ядовитую ухмылку и шипение. Мин рычит низко, начинает говорить про Чимина и долбит Чона об стену, но тот не реагирует, только улыбается.
А Тэхён просто... А Тэхён первый раз в жизни видит, чтобы Чонгук так просто давал себя бить. Но проблема в том, что он видит на лице того только какое-то... Превосходство?
– Юнги, Юнги, хватит! Остановись! – Тэхена хватают двое за руки, не давая пройти дальше чем на шаг. Он вырывается, крича Юнги, чтобы тот прекратил, но тот, кажется, его не слышал совсем.
Тэхена затыкают, давая понять, что, если он не заткнется, ему будет хреново.
Чонгук вдруг резко ударяет старшего ногами, заставляя его упасть, седлает его и давит локтем на шею.
И это пугает гораздо больше, ведь...
Чонгук настроен убивать.
Тэхен широко открывает глаза, хватает ртом воздух. На шее и лице Юнги появляются трещины, а Чонгук продолжает скалиться.
– Чонгук! – Тэхен ударяет одного из парней с такой силой, что тот отправляется на свидание со стеной, но, к сожалению, ломает её. Вырывается из хватки второго, расталкивает всех. Для него это не просто зрелищное шоу, как для них, а какой-то ад. Где-то внутри все туго сжимается и завязывается в тугой узел, проклятая душа болит так, будто она стала о каким-то действительно осязаемым предметом. Ему сейчас похуй на все, кроме Чонгука и того, что он может натворить.
Намджун пытается справиться с волной так называемых зрителей, которые явно против того, чтобы это зрелище заканчивалось. И ему, кажется, удаётся это сполна, когда появляется его Джин.
– Прекратите, боже мой, что вы творите?! – Тэхен пытается оттолкнуть Чонгука. На его прикосновение второй реагирует моментально, чувствуя запекшуюся кровь на костяшках старшего.
– Сладкий, – Чонгук чуть сильнее надавливает на горло Юнги и резко отпускает, вставая с того. – Привет, малыш.