Глава 30
Нет, он всё-таки дьявол, самый настоящий. Чувство вины и мести, словно раскалённый прут, прожигало его изнутри. Если секрет останется нераскрытым, если этот груз продолжит давить на душу, то она и вправду истечёт кровью.
За несколько часов до ужина на телефон Даниила пришло сообщение. Неизвестный номер. Всё неизвестное вызывало первобытный страх, заставляло сжаться от предчувствия беды. Он открыл его, пробежал глазами по строкам, и мир вокруг померк. Глаза наполнились... не слезами, нет. Кровью. Кровью ярости.
«Каждый вдох отзывался болью в легких, как будто само дыхание стало проклятием... Фраза знакомая твоему брату, не правда ли? Мучительно умирать, когда тебя душат. Мне жаль, что такое произошло, но что насчёт справедливости? Ты 12 лет её ждал, ну что, она восторжествовала? Даниил, я знаю, кто убил твоего брата. Я знаю всю историю. Вот только она тебе не понравится. Как и то, что ты слишком близок к Софии. Отчасти твой брат поплатился за то, что был с ней... неправильным. Но она не причина, она лишь один из поводов.»
Имя Софии, выжженное на его сознании, оглушило его, словно удар в висок. Сердце бешено заколотилось, заглушая все остальные звуки. Следом пришло второе сообщение:
«Ты сделаешь то, что я от тебя потребую, и тогда я расскажу тебе эту уже мертвую правду. Готов?»
Ошеломление сменилось взрывом ярости. Бешенство, чистейшей воды бешенство, прожгло его изнутри, выжигая всё на своём пути. Двенадцать лет. Двенадцать лет он искал правду, пробирался сквозь ложь и обман, и вот, когда он, наконец, почти достиг своей цели, когда он нашёл некий свет в лице Софии, правда врывается в его жизнь с силой бури, с неприкрытой жестокостью.
Он вскочил на ноги, сжимая телефон так сильно, что костяшки побелели. Кровь стучала в висках, заглушая все остальные звуки. Всё его бытие превратилось в бешеный вихрь ярости и отчаяния. Как? Как он мог так ошибаться? Как он мог не видеть этого раньше? София... Мысль о ней пронзила его как острый кинжал. Эта женщина, которую он начинал любить, стала частью его боли. Или была лишь инструментом?
Его разум метался, словно бешеная птица в клетке. Он хотел кричать, бить, разрушать. Двенадцать лет он жил в ожидании справедливости, и теперь ему предлагали её на его условиях. Условия, диктуемые загадочным незнакомцем, который играл с ним, словно с куклой. Даниил был готов на всё. На всё, чтобы узнать правду. Даже если эта правда убьёт его.
Что бы этот незнакомец ни потребовал, он сделает всё ради правды. Но с одним условием: он должен быть абсолютно уверен в её подлинности. Никаких полутонов, никакой лжи.
«Готов», - лаконично ответил Даниил.
Спустя какое-то время бушующие эмоции немного стихли, но не ушли бесследно. Они лишь залегли на дно, словно хищники, готовые в любой момент вырваться наружу. Время приближалось к званому вечеру, и он понимал, что должен держать себя в руках, хотя бы попытаться. Ради правды, ради брата, ради... Софии?
*
За роскошным столом между ним и Софией был всего метр. Метр, отделявший его от этой женщины, полной тайн и загадок, той, к которой он испытывал необъяснимое притяжение, но... что именно он чувствовал?
Он не мог отвести от неё взгляда, изучал каждое движение, каждую мимику, словно пытаясь прочесть её мысли. София же всячески избегала его взгляда, словно боялась обжечься. Если бы она посмотрела на него с вызовом, с презрением, он бы, наверное, не сдержался и разорвал бы её прямо там, на глазах у всех этих лицемеров.
На протяжении всего вечера он был в своих мыслях, далёкий от разговоров о проекте, о финансах, о будущем. Всё это казалось таким ничтожным, таким бессмысленным по сравнению с тем, что творилось в его душе. Он думал о брате, о правде, о мести. И, конечно, о Софии.
Он пытался понять, какое место она занимает во всей этой истории. Инструмент? Жертва? Или что-то большее? Почему незнакомец так заинтересован в их отношениях? Что скрывает эта женщина?
Даниил чувствовал, что он ходит по краю пропасти. Один неверный шаг, и он сорвётся в бездну безумия и отчаяния. Но он не мог остановиться. Он должен был узнать правду, чего бы ему это ни стоило. И он был готов пойти на всё, даже если это означало предать Софию, предать свои чувства.
Чувства... Такое странное понятие для Даниила. Разве он умеет что-то чувствовать, кроме злобы и ярости? Этот мужчина, казалось, полностью поглощён тьмой, в которой он сам себя заточил.
В этот момент на телефон пришло ещё одно сообщение от неизвестного: «Твоя связь с Софией – ключ к разгадке. Но будь осторожен, ключ может сломать замок и освободить того, кого ты не хочешь видеть на свободе. Даниил, держись подальше от неё, и, возможно, ты окажешься рядом с правдой».
Кулаки под столом сжались с такой силой, что побелели. Почему всё крутится вокруг неё? Будет ли он вечной марионеткой, или у него всё-таки будут свои правила? Если этот кто-то хочет, чтобы он от Софии отстал...
Он заметил, как София явно неважно себя чувствовала, а после и вовсе удалилась. Это был его шанс. Он выбрал строить свои правила. Получится ли?
Через несколько минут после ухода Софии он тоже удалился, бросив небрежное «ненадолго». Но он, как и София, мало кого волновали, в отличие от Виктора, который практически следом сорвался с места, чтобы проследить за Даниилом.
Ну уж нет. Теперь ему никто не помешает.
*
Несколько недель назад.
Даниил знал, что ему нужно было что-то найти на Виктора. У каждого есть свои скелеты в шкафу, и Виктор не был исключением. На самом деле, это оказалось куда легче, чем он предполагал. Ему стоило лишь заплатить круглую сумму денег человеку, который мог легко взломать его сетевое поле.
Они вдвоём сидели в его кабинете, возвышающемся над ночной столицей, и лишь огни улиц мерцали внизу, словно маленькие звёздочки. Пока Даниил, откинувшись на кресло, неспешно потягивал виски, хакер активно щёлкал по клавишам, выбивая сложные коды, прописывая команды. Уже спустя тридцать минут по экрану побежали строчки, и, щёлкнув окончательно по ENTER, открылось окно заставки компьютера Виктора.
Уже тогда Даниилу стало интересно. Он приблизился, вглядываясь в экран.
Даниил тщательно просмотрел всё, начиная от всех папок компьютера, заканчивая запросами в браузере. И там было кое-что интересное. История браузера пестрела запросами, связанными с Софией: статьи о ней, фотографии из социальных сетей, даже какие-то устаревшие форумы, где она когда-то общалась. Ледяной смешок вырвался у Даниила, когда в истории браузера обнаружился запрос порно категории «коллеги». Но это было лишь началом.
В папке с зашифрованными файлами хакер обнаружил фотографии. Даниил приказал их открыть. Сначала шли обычные деловые фотографии, затем – фотографии Софии с различных мероприятий, на которых она была с Виктором. И вдруг, словно из параллельного мира, появились совсем другие снимки.
Один снимок – спящая София, а на её плече лежит рука... рука Виктора. Потом второй – фотография женских трусиков, кружевных, шёлковых, по которым не оставалось сомнений, кому они принадлежат. На третьем снимке – силуэт Софии, принимающей душ, запечатлённый сквозь матовое стекло душевой кабины.
Чёрт возьми, да он не просто влюблён в неё, он озабочен ею! То, что увидел Даниил, не просто повергло его в шок, его охватила ярость. Ему захотелось сорваться с места, найти Виктора и разбить ему лицо в кровавое месиво. Но он сдержался. Пока сдержался.
Следующее открытие оказалось ещё более интересным. Переписка с неким человеком, где детально описывались нелегальные переводы крупных сумм, уход от налогов, схемы отмывания денег... Буквально вся подноготная теневого бизнеса Виктора была разложена по полочкам.
Даниил откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Это было даже лучше, чем он рассчитывал. У него в руках оказался мощный компромат, который мог разрушить жизнь Виктора. Но что он с ним сделает? Просто уничтожит его? Или использует в своей игре?
Мысль о Софии, о тех снимках, снова взбудоражила его гнев. Он не мог допустить, чтобы Виктор и дальше преследовал её, чтобы унижал её своим грязным вниманием. Ему нужно было остановить его. Раз и навсегда.
*
Виктор, словно хищник, выследивший свою жертву, схватил Даниила за плечо, резко развернув к себе.
«Хватит! Хватит её преследовать! Тебе мало слов о том, что она ни в чём не виновна? Ты больной псих, одержимый местью!» – грубо выплюнул Виктор, тяжело дыша от гнева, клокочущего внутри.
Больной псих, одержимый местью... Даниил усмехнулся. Он назвал его тем, кем он и являлся. И он, чертовски, прав, вот только у него есть причины. А перед ним – буквально озабоченный сталкер, который мастурбирует на фотографии своей коллеги и всячески ублажается, находя что-то, связанное с ней. Интересно, как он ещё находится в живых, после того как София выгнала его, приняв за предателя, кем он фактически и являлся.
Настал момент первой правды. Момент, когда он точно заткнёт ему рот и выбросит из этой паутины.
Схватив Виктора за воротник, Даниил яростно прижал его к стене. «Сукин ты сын, ты ещё не понял, что я буду делать всё, что мне вздумается, пока не найду правду?!» – прорычал он, его глаза застилала пелена ярости, предвещая бурю.
Он впился взглядом в перепуганное лицо Виктора, словно пытаясь выжечь его из своей памяти. Сейчас он видел перед собой не успешного бизнесмена, а жалкого, похотливого типа, одержимого больной страстью.
Даниил ещё сильнее сдавил воротник Виктора, лишая его возможности дышать. «Знаешь, что я о тебе узнал, Виктор? Знаешь, какие грязные секреты ты прячешь? Я видел твои фотографии, твои переписки. Я знаю всё, что ты скрываешь. И поверь мне, это только начало», – прошипел он, его голос звучал как смертный приговор.
Даниил выпустил воротник Виктора, оттолкнув его от себя. Виктор закашлялся, жадно хватая ртом воздух. Он смотрел на Даниила с неподдельным страхом, понимая, что его разоблачили.
«Что?» – словно опьянённо, в полном непонимании пробормотал Виктор.
«Да, удивлён? Так что, сука, не стой у меня на пути, иначе все узнают тебя не как успешного адвоката, а как извращенца. Да ещё в придачу – махинатор денег. Так сильно боролся с коррупцией, что она прижала тебе лицо к земле?!» Ругательства продолжали вырываться из Даниила, как лава из вулкана, но, произнеся их, он почувствовал какое-то болезненное облегчение. Ярость начала отступать.
«Откуда?» – словно сбросив все маски и показав своё истинное лицо, спросил Виктор.
«Там, где деньги, там и все возможности», – холодно ответил Даниил и тут же нанёс удар. Прямо в лицо. А потом ещё раз, так быстро, что Виктор сообразил защититься только после второго удара.
Струйка крови потекла из разбитого носа Виктора, заставляя его осесть на пол.
«Я дам тебе совет, Виктор. Держись подальше от Софии. Держись подальше от меня. Иначе тебе придётся очень сильно пожалеть», – холодно произнёс Даниил, разворачиваясь, чтобы уйти.
Теперь Даниил знал, что у него есть рычаг давления на Виктора. Он знал, что тот боится разоблачения, боится потерять свою репутацию и свою власть. И он обязательно использует это в своих целях.
Но главным оставался вопрос: что делать с Софией? Он всё ещё не понимал, какую роль она играет во всём этом. И, несмотря на то, что он чувствовал к ней, он не мог позволить своим чувствам затуманить разум. Правда была превыше всего.
Выйдя на улицу, Даниил глубоко вздохнул. Ночной воздух был прохладным и свежим, но даже он не мог смыть с него ту грязь, в которой он копался. Он чувствовал, как тьма сгущается вокруг него, как он всё глубже погружается в этот мир лжи и предательства. И он понимал, что обратного пути уже нет.
София стояла спиной, такая хрупкая и беззащитная. Ему потребовалось всего несколько шагов, и вот она уже у него в руках. Она вздрогнула от неожиданности, её глаза расширились от испуга и удивления.
Резкими движениями он втолкнул её в свою машину, захлопнув дверцу. Когда она попыталась закричать, он грубо зажал ей рот рукой. Сейчас она была особенно красива: испуганная, растерянная, но в то же время – невероятно притягательная.
Боже, он действительно псих. Не лучше самого Виктора. Но не читателю решать, почему он так поступает. Ими двигали мотивы, которые пока оставались за кадром, спрятанные за пеленой злости и отчаяния.
Страх, переживания и точка невозврата заставили Софию провалиться в бездну беспамятства. А его – действовать решительно.
Они неслись по трассе, и выбора остановиться уже не было. Он пересёк ту черту, за которой начиналась полная неизвестность. Сжимая руль до побелевших костяшек, он вдавил педаль газа в пол, увеличивая скорость.
Уже через мгновение они были в его квартире. То, что он собирался сделать, было безумием даже для него. Он совершит поступок, за который будет ненавидеть себя до конца своих дней. Но он был уверен, что другого выхода нет.
Он связал Софию, лишив её всякой возможности двигаться. От резких, грубых прикосновений верёвок она начала приходить в себя, словно пробуждаясь от глубокого сна.
Но, осознав, что происходит, она почти моментально отбросила сонливость. Её глаза расширились от ужаса, а тело забилось в отчаянной попытке освободиться.
Даниил молча сидел на стуле напротив неё. Его взгляд был чужим, холодным, словно он смотрел на неё впервые. В этом взгляде читалось что-то тёмное, пугающее. Казалось, он готов совершить нечто ужасное.
«Что происходит? Почему я связана, Даниил?!» – закричала София, яростно дёргаясь.
Даниил молчал.
«Эй, я с тобой разговариваю! Развяжи меня!» – Её голос дрожал, выдавая нарастающую панику. Страх захватывал её, пробуждая самые примитивные инстинкты.
Даниил продолжал молчать, не отводя от неё взгляда. В его глазах читалась внутренняя борьба. Он хотел подойти к ней, обнять её, сказать, что всё будет хорошо. Но он не мог. Он должен был узнать правду.
«Ты должен мне объяснить, что происходит! Почему ты так поступаешь со мной?» – В голосе Софии появилась мольба. Она смотрела на него с отчаянием, пытаясь понять, что заставило его совершить это.
Даниил медленно поднялся со стула. София замерла, наблюдая за каждым его движением. В тишине было слышно только её учащённое дыхание. И вдруг он достал из-за пояса пистолет.
София проглотила все слова, застывшие у неё в горле. В её глазах вспыхнули слёзы, отражая отблески света. Повисла звенящая тишина, в которой каждый звук казался оглушительным. Казалось, что если её нарушить, то её неминуемо убьют.
Даниил хладнокровно навёл пистолет на Софию. Он видел её страх, видел отчаяние в её глазах, но не дрогнул. Он должен был довести дело до конца.
Он достал телефон и сделал снимок: София, связанная, в слезах, с пистолетом, нависающим над ней. Фотография получилась жуткой, леденящей кровь. Она как нельзя лучше отражала всю безысходность ситуации.
Закончив, Даниил отправил фотографию неизвестному номеру, добавив короткую надпись: «Приезжай. Поболтаем».