I. Сумерки возрождение

Джесси вела машину быстрее, чем Крич, и к четырем мы уже приехали в Порт-Анжелес. Я давно никуда не выбирался с подругами и почти забыл, как это бывает. Мы с Саной слушали рок, а Джесси сплетничала о парнях из нашей компании. Ужин с Енджином прошел отлично; подруга надеялась, что к субботе дело дойдет до первого поцелуя. Я тайком улыбался, радуясь, что Енджуна удалось пристроить в хорошие руки. Сана тоже радовалась танцам, хотя Кай ее особо не интересовал.

Джесси допытывалась, какой тип мужчин ей нравится, но тут вмешался я, спросив, что конкретно они собираются купить. Сана посмотрела на меня с огромной благодарностью.

Порт-Анжелес был настоящей Меккой для туристов, гораздо красивее и изящнее, чем Форкс. Джесси и Сана отлично ориентировались в городе и не стали тратить время на осмотр живописных деревянных пандусов в бухте или сувенирных лавочек. Джесси сразу подъехала к большому магазину буквально в двух шагах от бухты.

Если верить пригласительным билетам, то на танцы следовало являться в полуформальных туалетах. Что это может означать, никто из нас не знал. Джесси с Саной отказывались верить, что я ни разу не был на танцах.

— Неужели у тебя никогда не было парня? — изумленно спросила Джесси, когда мы входили в магазин.

— Так и есть, — попытался я убедить ее. Не рассказывать же, что я не умею танцевать! — Я никогда ни с кем не встречался и, кажется, был только на половинчатых свиданиях.

— А почему ты больше не ходишь на свидания? — продолжала допытываться Джесси.

— Никто не зовет, — честно ответил я. Однако мою подругу не проведешь!

— Здесь тебя приглашали, но ты отказал.

Мы были в секции молодежной одежды, исследуя полки в поисках вечерних платьев.

— Всем, кроме Енсана, — спокойно поправила Сана.

— О чем это ты? — испуганно спросил я.

— Енсан всем рассказывает, что на выпускной идет вместе с тобой, — подозрительно глядя на меня, объяснила Джесси.

— Енсан так сказал?

— Он врет, говорила же тебе, — прошипела Сана.

Я молчал, чувствуя, как на смену изумлению приходит гнев. Наконец-то мы нашли кронштейн с платьями, значит, пришло время поговорить о другом.

— Поэтому Наен тебя и не любит, — захихикала Джесси, осторожно касаясь шелкового подола.

— Слушай, если боднуть его машиной, Енсан поймет, что мы квиты?

— Наверное, — усмехнулась Джесси.

Платьев оказалось не так много, но каждая из подруг захватила в примерочную пять или шесть. Устроившись в мягком кресле среди зеркал, я пытался хоть немного умерить свой гнев.

Джесси выбрала сразу два платья: длинное черное без бретелей и ярко-голубое  с глубоким вырезом на груди. Я посоветовал голубое — почему бы не подчеркнуть цвет глаз?

Сане понравилось кремовое: цвет густых сливок выгодно оттенял ее светло-каштановые волосы.

Поздравив подруг с удачным выбором, я помог отнести остальные платья на место.
Определившись с платьями, мы направились за обувью и аксессуарами. Подруги мерили туфли, а я только смотрел и критиковал, самому ничего покупать не хотелось, хотя новая обувь мне бы не помешала. Все из-за Енсана: хорошее настроение испортилось, уступив место зеленой тоске.

— Сана, — нерешительно обратился я, наблюдая, как подруга примеряет розовые босоножки на высоком каблуке. Кай был довольно высок, и девушка радовалась, что может надеть каблуки. Джесси пошла в отдел бижутерии, так что мы остались одни.

— Да? — Подруга повернулась боком, чтобы получше рассмотреть босоножки.

— Отлично смотрятся, — начал я издалека.

— Наверное, возьму, хотя они подойдут только к новому платью.

— Конечно, бери! — воскликнул я.

Сана улыбнулась и закрыла крышкой коробку, в которой лежали гораздо более практичные белые лодочки.

— Сана… — снова начал я, — слушай, а Кимы часто пропускают занятия?

Мне хотелось, чтобы вопрос прозвучал как можно безразличнее, но ничего не вышло.

— Да, в хорошую погоду они часто ходят в походы всей семьей. Видимо, им нравится активный отдых, — негромко ответила подруга, рассматривая туфли. Она не задала ни единого вопроса! Вот Джесси, та бы не упустила возможности разузнать, чем вызван мой интерес.

— Ясно.

Больше ничего выяснить не удалось, потому что вернулась Джесси, желавшая показать нам комплект из горного хрусталя, который она собиралась купить под серебристые туфли.

Первоначально мы планировали поужинать в маленьком итальянском ресторанчике на пристани, но поход в магазин занял меньше времени, чем мы думали. Джесси с Саной хотели отнести покупки в машину, а потом прогуляться по причалу. Решив сходить в книжный, я предложил подругам встретиться в ресторане через час. Обе вознамерились меня сопровождать, но я объяснил, что в книжном превращаюсь в полную зануду и подолгу копаюсь на стеллажах. Рассмеявшись, девушки пошли к машине, а я, выслушав указания Джесси, отправился в ближайший книжный.Магазин я нашел быстро. Увы, он оказался совсем не тем, что нужно. На витрине красовались божки и хрустальные фигурки, талисманы и книги с заговорами и рецептами снадобий. Заходить я не стал, особенно увидев за прилавком пятидесятилетнюю женщину с длинными седыми волосами в черном балахоне. Ведьма приветливо улыбнулась, а я поспешно зашагал прочь. Должен же в этом городе быть хоть один нормальный книжный!

Я брел по улицам, заполненным спешащими домой людьми, и надеялся, что двигаюсь к центру. По сторонам особо не смотрел, рассчитывая, что без труда найду дорогу к пристани. В конце концов, именно туда направляется большая часть машин. Отчаяние захлестывало черными волнами. О нем я старался не думать, да и Сана говорила, что… Страшно разочарованным, я старался забыть о планах на субботу, но как только среди машин попадался серебристый «вольво», ничего не мог с собой поделать и думал, думал, думал… Чертов вампир, я схожу по нему с ума!

Я шел в южном направлении к магазинам с большими витринами. Однако, подойдя поближе, понял, что это ремонтная мастерская, а соседнее помещение и вовсе пустует. До встречи с подругами еще много времени, а мне нужно собраться с мыслями и взять себя в руки. Машинально пригладив волосы, я вздохнул полной грудью и завернул за угол.

Только сейчас я понял, что иду не туда. Машин стало меньше, почти все они двигались на север, а место магазинов заняли склады. Я решил повернуть на восток и найти улицу, которая приведет меня к пристани.

Навстречу попались четверо молодых людей, одетых слишком неформально для работы в офисе, и слишком грязных, чтобы быть туристами. Парни выглядели чуть старше меня, громко смеялись и толкали друг друга в бока. Я прижался к стене склада, чтобы мы могли разминуться, а потом быстро зашагал прочь.— Эй, ты! — крикнул один из них, проходя мимо.

Вокруг больше никого не было, значит, они обращаются ко мне. Я непроизвольно поднял глаза. Двое остановились рядом, а еще двое поодаль. Ближе всех ко мне оказался крепко сбитый темноволосый парень лет двадцати, одетый в грязную футболку, затертую фланелевую рубаху и рваные джинсы. Он шагнул ко мне.

— Привет! — машинально пробормотал я и быстро свернул за угол. Грубый хохот несся мне вслед.

— Подожди! — снова закричал кто-то из парней, но я шел дальше, низко опустив голову.

Тротуарная дорожка вела меня мимо мрачного вида складов с запертыми на ночь дверьми. На южной стороне улицы не было даже тротуара, только забор с колючей проволокой, за которым находились детали каких-то двигателей.

Итак, я забрел в район Порт-Анжелеса, который вряд ли показывают туристам. Смеркалось, на западе появились облака, а на востоке — красные и оранжевые полоски. Куртка осталась в машине, и, пытаясь согреться, я скрестил руки на груди. Мимо проехал фургон, дорога опустела.

Небо стало еще темнее, я испуганно оглянулся и увидел двух парней, от которых меня отделяло не более пяти метров.

Парни были из той компании, что недавно попалась мне навстречу, хотя темноволосого крепыша я не разглядел. Я зашагал быстрее, чувствуя, что меня колотит нервная дрожь, и на этот раз дело было не в холоде. Сумку я специально повесил так, чтобы не украли — ремешок на правом плече, сама сумка — на левом бедре. Газовый баллончик остался в дорожной сумке, я даже не подумал, что его неплохо бы взять. Денег с собой немного — долларов двадцать пять; мелькнула трусливая мысль: «случайно» уронить сумку на асфальт и уйти. Но что-то мне подсказывало, что этим двоим нужны вовсе не деньги.Я весь обратился в слух — парни вели себя очень тихо, не кричали и не шумели. «Дыши глубже! — успокаивал я себя. — Может, они идут не за тобой». Я шел быстро, с трудом сдерживаясь, чтобы не побежать. Через несколько метров можно повернуть направо. Кажется, расстояние между мной и преследователями не сократилось. С юга на улицу выехала синяя машина и быстро пронеслась мимо. Я хотел броситься на дорогу, чтобы остановить машину и попросить водителя отвезти меня на пристань, но в последний момент передумал. А что если меня не преследуют?

Дойдя до угла, я увидел, что это тупик, подъездная дорога к другому складу. Пришлось сделать вид, что меня это ничуть не удивляет. У следующего поворота улица кончалась — на одном из домов висел «кирпич», значит, по перпендикулярной дороге движение запрещено. Я прислушался, решая, идти быстрым шагом или бежать. Судя по всему, незнакомцы немного отстали, хотя в любую минуту могли нагнать. Я боялся, что если попытаюсь идти быстрее, обязательно поскользнусь и упаду. Да, парни действительно отстали. Чтобы успокоиться окончательно, я решил оглянуться. Так, теперь между нами метров десять, я вздохнул с облегчением.

Неужели я никогда не дойду до поворота? Я шел спокойно, надеясь, что с каждым шагом преследователи отстают. Наверное, они поняли, что напугали меня, и теперь об этом сожалеют.Мимо проехали две машины, и я встрепенулся — за перекрестком наверняка улица пооживленнее, и кто-нибудь обязательно подскажет, как попасть на пристань. Я радостно завернул за угол… и остановилась как вкопанная.

Насколько хватало глаз, вдоль улицы тянулась высокая бетонная стена. Где-то вдали, примерно через два перекрестка, горели яркие фонари, ездили машины, гуляли прохожие. Нет, туда мне не дойти, потому что совсем неподалеку, посредине улицы стоял чернявый крепыш с дружком и криво ухмылялся.

Ноги примерзли к асфальту. Тут-то я все понял. Меня не преследовали, а гнали в ловушку.

Я остановился буквально на секунду, но она показалась мне вечностью. Резко обернувшись, я бросился к противоположной стороне улицы, сердцем чувствуя, что делаю это напрасно.

Шаги зазвучали громче.

— Вот вы где! — прогудел коренастый и посмотрел так, что я чуть не подпрыгнул. Оказывается, он обращается вовсе не ко мне.

— Да уж, — послышался низкий голос одного из преследователей, — пришлось немного прогуляться.Расстояние между мной и идущими сзади стремительно сокращалось. Голос у меня громкий, я вдохнул, приготовившись закричать, но горло пересохло. Наверное, вместо крика получится хрип! Я быстро перевесил сумку на плечо, чтобы отдать ее или использовать для самообороны.

Тем временем темноволосый крепыш отлепился от бетонной стены и медленно, вразвалочку, пошел ко мне.

— Не подходи! — закричал я. Почему-то голос прозвучал не грозно и уверенно, а эдаким мышиным писком.

— Не будь несговорчивым, крошка, — просюсюкал здоровяк, а дружки мерзко заржали.

Я попытался взять себя в руки и вспомнить что-нибудь из самообороны. Так, можно ударить кулаком в нос, с силой нажать на глаза, а в идеале — выцарапать, или классический прием — пинок в промежность. Здравый смысл подсказывал, что я и с одним-то из парней не справлюсь, не говоря уже о всех четырех. «Соберись!» — приказал я себе, не желая поддаваться панике. Нет, просто так я не сдамся! Я попытался сглотнуть, чтобы закричать как можно громче.

Вдруг ослепительно вспыхнули фары, и выехавшая из-за угла машина чуть не сбила наглого крепыша. Я бросился на мостовую. Эту машину я ни за что не пропущу! Однако серебристый «вольво» остановился сам, а пассажирская дверь открылась всего в двух шагах от меня.— Садись! — приказал раздраженный голос.

Поразительно, как только я сел на переднее сиденье и захлопнул дверцу, всепоглощающий ужас тут же отпустил. Нет, волна спокойствия разлилась по телу даже раньше — как только я услышал его голос.

В машине было темно, и в свете приборной панели я едва видела знакомое лицо. Шины скрипели, «вольво», распугивая прохожих, стремительно несся на север к бухте.

— Пристегнись! — скомандовал Чонгук, и только тут я понял, что судорожно сжимаю сиденье.

Я тут же послушался, и ремни безопасности громко щелкнули в темноте. Мы мчались вперед, не обращая внимания на дорожные знаки.

Мне было так хорошо, что думать о том, куда мы едем, совершенно не хотелось. Я смотрел на Кима с огромным облегчением, и дело было не только в чудесном спасении. Наблюдая за его лицом, я постепенно успокаивался, пока не заметил, что оно перекошено от гнева.

— Ты злишься? — спросил я, удивившись, как грубо звучит мой голос.

— Нет, — раздраженно ответил Чонгук.

Я так и сидел, молча наблюдая за бледным лицом и пылающими глазами, пока машина вдруг не остановилась. За окном было темно и, оглядевшись по сторонам, я не увидел ничего, кроме темных силуэтов растущих вдоль дороги деревьев. Значит, мы уже не в городе.— Чимин, — сдавленно произнес Ким.

— Да? — прохрипел я.

— Ты в порядке? — Он по-прежнему старался на меня не смотреть, а по лицу видно было, как он зол.

— Да.

— Пожалуйста, расскажи что-нибудь!

— Что сделать? — недоуменно переспросил я.

— Просто болтай о чем-нибудь веселом, пока я не успокоюсь, — пояснил Чонгук и, закрыв глаза, стал тереть переносицу. За что же он так на меня злится?

— Ну, — я ломал голову в поисках какой-нибудь забавной чепухи, — завтра утром я бодну новый «ниссан» Енсана.

— Что? — недовольно переспросил он.

— Он всем разболтал, что на выпускной пойдет со мной. Наверное, если слегка поцарапать его машину, Енсан поймет, что мы квиты, и перестанет лебезить. Надеюсь, и Наен не будет злиться, когда увидит, что он оставил меня в покое. Нет, «ниссан» придется разбить вдребезги, тогда Енсан точно не позовет меня на выпускной!

— Я слышал о том, что болтает он, — уже спокойнее проговорил Чонгук.

— Слышал? — недоверчиво переспросил я, чувствуя, что начинаю заводиться. — Может, на всякий случай сломать ему пару ребер?

Чонгук тяжело вздохнул.

— Если хочешь, можешь на меня покричать, — предложил я.

— За что мне на тебя кричать? — с презрением спросил он, не удостоив взглядом.— Не знаю. Может, станет легче.

В голове теснилось бесчисленное множество вопросов, но с ними лучше подождать, пока Чонгук справится с гневом.

— Хммм, так за что мне на тебя кричать? Неужели ты снова иронизируешь?

— Ну, — осторожно начал я, — мне следовало остаться с Саной и Джесси и внимательно смотреть, куда иду. Еще стоило взять с собой газовый баллончик.

— Совершенно верно! — Наконец-то Чонгук на меня посмотрел. Глаза казались спокойными, а зрачки, хотя в слабом свете приборной доски я мог ошибиться, — чересчур светлыми.

— До сих пор злишься?— Я злюсь вовсе не на тебя.

— Тогда в чем же дело?

— Порой я очень раздражителен, — Чонгук смотрел в окно, — но даже это не заставит меня охотиться на… — Он не договорил и отвернулся, снова сражаясь со своим гневом. — По крайней мере, я пытаюсь себя в этом убедить.

— Да, — совершенно не к месту проговорил я.

Повисла тишина. Я взглянул на часы на приборном щитке. Половина седьмого.

— Сана с Джесси будут волноваться. Мы должны были встретиться.

Не сказав ни слова, Чонгук завел мотор, и мы помчались обратно в город. В считанные секунды мы выехали к пристани и запетляли среди машин, медленно направлявшихся к парому. Стоянка была переполнена, но Ким отыскал крошечное местечко и аккуратно припарковался.

Выглянув в окно, я увидела вывеску «Ла Белла Италия» и Сану с Джесси, как раз выходящих из ресторана.

— Как ты… — начала было я и тут же осекся. Чонгук вышел из машины. — Ты куда?

— Приглашаю тебя на ужин, — улыбнулся он и сильно хлопнул дверцей. Я отстегнул ремень и поспешно выбрался из машины.

— Останови Джесси с Саной, пока это не сделал я, — велел Чонгук.

— Джесси! Сана! — закричал я и помахала рукой.

Девушки бросились ко мне. Когда они увидели, кто стоит рядом со мной, облегчение на их лицах уступило место шоку. Обе застыли в полуметре от нас с Чонгуком.

— Где ты был? — бросилась в атаку Джесси.

— Заблудилась, — нерешительно ответил я, — а потом встретил Чонгука.

— Не возражаете, если я к вам присоединюсь? — мягким вкрадчивым голосом спросил Чонгук.

По ошеломленным лицам подруг я понял, что они никогда раньше не испытывали на себе силу его чар.— Да, конечно, — пролепетала Джесси.

— Вообще-то мы поели, пока ждали тебя, Чимин, — призналась Сана. — Прости!

— Все в порядке, я не голоден, — пожал я плечами.

— Думаю, тебе стоит поесть, — тихо, но настойчиво сказал Чонгук. Взглянув на Джесси, он заговорил чуть громче: — Не возражаешь, если я сам отвезу Чимина  домой? Тогда вам с Саной не придется ждать.

— Наверное, так будет лучше… — закусила губу подруга, пытаясь по выражению моего лица понять, возражаю я или нет.

Больше всего на свете мне хотелось остаться наедине с тем, кто уже не в первый раз спас мою жизнь, и я украдкой подмигнул Джесси. Нужно задать Чонгуку столько вопросов, а при девчонках это невозможно.

— Ну, ладно, — первой нашлась тактичная Сана. — Увидимся завтра, ребята!

Она схватила Джесси за руку и потащила к машине, которая виднелась в некотором отдалении. Я смотрел им вслед, чтобы убедиться, что подруги благополучно сядут в «форд». Джесси помахала на прощание — представляю, как она сгорает от любопытства. Машина скрылась за поворотом, и только тогда я решился повернуться к Чонгуку.

— Мне честно не хочется есть, — сказал я, внимательно вглядываясь в его лицо.

— Сделай одолжение, — безапелляционным тоном произнес он и открыл дверь.

Возразить мне было нечего, и я покорно вошел в ресторан.

Посетителей было немного, туристический сезон еще не наступил. Хозяйка, молодящаяся ухоженная итальянка, смотрела на Чонгука с нескрываемым интересом. Мне это очень не понравилось, тем более что женщина была ярче и интереснее, чем я.— Столик на двоих? — сладко промурлыкала хозяйка. Она мельком оглядела меня и успокоилась, увидев, что до красавца мне далеко, а Чонгук не держит меня за руку. Захватив меню, она подвела нас к столику на четверых в самом центре зала.

Я собирался сесть, но Чонгук покачал головой.

— А можно что-нибудь более уединенное? — Кажется, он уже успел отстегнуть ей чаевые. Неужели она откажет?

— Конечно, — с удивлением ответила итальянка и подвела нас к маленькому столику за перегородкой. — Подойдет?

— Отлично, — ослепительно улыбнулся Чонгук.

— Ладно, — кивнула хозяйка, — устраивайтесь. — Она рассеянно посмотрела на нас и нетвердой походкой ушла на кухню.

— Тебе не следует так поступать с людьми, — пожурил я Кима. — Это несправедливо.

— Поступать как? — не понял он.

— Ослеплять и поражать — бедная женщина наверное задыхается от желания.

Чонгук смутился.

— Да ладно тебе, — съязвил я. — Будто не знаешь, какое впечатление производишь!

— Я ослепляю людей?

— А то сам не замечал! Думаешь, все так легко добиваются своего?

— Тебя я тоже ослепляю и поражаю? — проигнорировал мой вопрос Чонгук.

— Бывает, — признался я, стараясь на него не смотреть.

Тут подошла официантка, оглядывая нас с явным интересом. Вне всякого сомнения, хозяйка успела рассказать о том, как красив молодой посетитель, и девица не обманулась в ожиданиях. Она сладко улыбнулась, откинув назад смоляную прядь.

— Привет. Принести чего-нибудь выпить?

От меня не ускользнуло, что она обращается только к Чонгуку .Он посмотрел на меня.

— Мне колу.

— Тогда две колы.

— Буквально минутку, — пообещала девушка, снова улыбнувшись, но Чонгук ее не замечал.

— Ты что? — спросил я, когда официантка ушла.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он, голос звучал как-то сдавленно и напряженно.

— Отлично, — ответил я. Почему он нервничает?

— Может, тебе холодно, страшно или голова кружится?

— Она должна кружиться?

Чонгук усмехнулся.

— Ну, любой был бы в шоке от того, что случилось.

— Боюсь, от меня такого ждать не стоит. Я частенько попадаю в разные передряги.

— Тем не менее мне будет спокойнее, если ты поешь.

Официантка принесла колу и плетеную корзинку с хлебными палочками.

— Готовы заказать? — спросила она у Чонгука, повернувшись ко мне спиной.

— Чимин?

Девица нехотя посмотрела на меня.

— Хм… грибные равиоли, — я назвал первое попавшееся на глаза блюдо.

— А молодой человек? — ласково спросила официантка.

— Спасибо, я не голоден, — вежливо улыбнулся он.

Не голоден, как же!

— Ну, дайте мне знать, если передумаете, — кокетливо улыбнулась девица, но Чонгук на нее даже не взглянул, и она ушла, явно обиженная.

— Пей колу! — приказал он.

Я послушно сделал маленький глоток, потом, поняв, что умираю от жажды, разом осушила стакан. Чонгук пододвинул мне свой.

— Спасибо, — пробормотал я и задрожал, чувствуя, как ледяная жидкость двигается по пищеводу.

— Замерз?

— Это из-за колы, — мелко дрожа, объяснил я.

— А где куртка?

— Боже, я оставил ее в машине Джесси!

Чонгук снял пиджак. Как же я не обращал внимания на его одежду? Ладно, лучше поздно, чем никогда. Под пиджаком из тонкой бежевой кожи была шерстяная водолазка цвета слоновой кости, обтягивающая мускулистую грудь. Чонгук протянул мне пиджак.

— Спасибо, — снова пробормотал я, засовывая руки в рукава. Кожа оказалась холодной; мои куртки были такими, когда я забывал их на ночь во дворе. Зато как пахла! Я вдохнул поглубже, пытаясь понять, что это за запах. Уж точно не парфюм! Рукава были слишком длинными, и их пришлось подвернуть.

— Мертвенная бледность тебе к лицу! — сострил Чонгук, а я вспыхнул.

Он подтолкнул ко мне корзину с палочками.

— Я в полном порядке и ничего не боюсь!

— Зря! Любой нормальный человек испугался бы, а тебе все нипочем. — Таких светлых глаз я у него еще не видел — цвета золотого песка на калифорнийском пляже.

— Мне очень спокойно, когда ты рядом. Он нахмурился и покачал головой.

— Все сложнее, чем я предполагал. Не сводя глаз с его лица, я взял хлебную палочку.

— Обычно, когда у тебя светлые глаза, ты в хорошем настроении, — сказал я, надеясь отвлечь его от мрачных мыслей.

— Что? — ошеломленно переспросил он.

— А когда они черные, к тебе лучше не подходить… Это так, теория.

— Еще одна? — Золотые глаза сузились.

— Ммм. — Я откусил палочку, притворившись равнодушной.

— Надеюсь, на этот раз ты придумал что-нибудь получше, или опять комиксов начитался? — Он вроде и улыбнулся, но глаза смотрели строго.

— Нет, на этот раз информация из другого источника, — неохотно признался я.

— И что же ты нарыл?

Тут принесли равиоли. Разговаривая, мы неосознанно наклонились друг к другу, а когда приблизилась официантка, резко отпрянули. Девушка поставила тарелку передо мной и тут же повернулась к Чонгуку.— Не передумали? — с надеждой спросила она. — Я могу вам чем-нибудь помочь?

Боже, ну и язык у этой девицы!

— Нет, спасибо! Впрочем, принесите, пожалуйста, еще две колы. — Тонкая белая рука показала на пустые стаканы.

— Конечно! — обрадовалась девица и унеслась на кухню.

— Итак, что за теория? — спросил Чонгук.

— В машине расскажу. Если, конечно… — замялся я.

— Будут какие-то условия?

— Ну, есть кое-какие вопросы.

— Неужели?

Девушка принесла колу, поставила на стол и тут же ушла. Я жадно схватил стакан.

— Зачем ты приехал в Порт-Анжелес? — По-моему, вопрос довольно безобидный.

Ким скрестил руки на груди и уставился на стол. В брошенном украдкой взгляде сквозила насмешка.

— Следующий вопрос, — ухмыльнулся он.

— Ты не ответил! — возмутился я.

— Следующий!

Не желая продолжать, я взял вилку и начал есть. Равиоли оказались вкусными.

— Ну, ладно, — глотнув колы, продолжал я, — предположим, чисто гипотетически, что кто-то умеет читать мысли других людей. Ну, за редким исключением.

— Одним-единственным, — поправил Чонгук, — гипотетически.

— Ладно, пусть за единственным исключением. — Я радовался, что он мне подыгрывает, и старался говорить как можно спокойнее. — Как же так получается? Чем объясняются исключения? Как этот кто-то может находить другого человека в нужное время и в нужном месте?

— Гипотетически? — съязвил он.

— Реально, практически.

— Ну, если этот кто-то…

— Давай назовем его Джо, — предложил я.

— Ладно. Этому Джо достаточно быть внимательным и собранным, чтобы везде успевать вовремя. — Чонгук закатил глаза. — В таком маленьком городишке только ты умудряешься попадать в неприятности. Ты бы испортил криминальную статистику Форкса лет на десять!— Давай не переходить на личности! — ледяным тоном бросил я.

Ким рассмеялся.

— Да уж. Давай тогда назовем тебя Джей!

— Как ты узнал, что я здесь? — не вытерпел я, снова пододвигаяся к нему.

Он колебался, будто решал, стоит ли рассказать мне правду.

— Слушай, мне ты можешь доверять, — прошептал я.

— Не знаю, есть ли у меня выбор. — Его голос превратился в шепот. — Я ошибался, ты гораздо наблюдательнее, чем мне казалось.

— Я думал, ты никогда не ошибаешься!

— Раньше именно так и было! — покачал головой Чонгук. — Я ошибся не только в этом. Ты притягиваешь не неприятности, это слишком широкое определение, а беды и опасности. Если в радиусе десяти миль есть источник опасности, ты обязательно его притянешь.

— Себя ты тоже считаешь опасным?

— Разумеется! — Его лицо внезапно стало холодным и непроницаемым.

Я снова потянулся через стол, не обращая внимания на реакцию Кима, и робко коснулась кончиками пальцев его руки. Рука была холодной и твердой, как камень.

— Спасибо, что спас меня уже во второй раз.

Выражение прекрасного лица немного смягчилось.

— Третьего пусть лучше не будет, ладно?

Я нахмурился, однако кивнул. Чонгук поспешно отдернул руку.

— Я следил за тобой и поехал за «фордом» Джесси в Порт-Анжелес, — нехотя признался он. — Никогда раньше не пытался спасать чужую жизнь. Это сложнее, чем я предполагал. Наверное, все дело в тебе. В жизни обычных людей гораздо меньше неприятностей и происшествий!

Вероятно, стоило возмутиться — ведь он за мной следил, — но мне было очень приятно! Губы сами собой растянулись в улыбке.

— А ты не думал, что в тот день мне было суждено попасть под машину Енсана, а ты играешь в бога, вмешиваясь в судьбу? — задумчиво спросил я.

— Ну, мне не привыкать, — чуть слышно ответил Чонгук, и я удивленно на него посмотрел. — Я вмешался в твою судьбу сразу, как только увидел.Зловещие слова вернули тот день, когда, даже не узнав, кто я такой, он окинул меня исполненным ненависти взглядом. Однако все тревоги и волнения тут же утонули в омуте бесконечного покоя, который я испытывал в его присутствии. Когда Чонгук на меня посмотрел, в моих глазах не было страха.

— Помнишь? — мрачно спросил он.

— Да, — спокойно ответил я.

— Но раз ты здесь, значит, тебя это не останавливает!

— Да, я здесь только благодаря тебе. Как же ты сегодня меня нашел?

Я надеялся, что он все-таки ответит на мой вопрос. Чонгук плотно сжал губы и искоса взглянул на меня, словно решая, стоит ли откровенничать.

— Ешь, а я буду рассказывать.

Я тут же схватил вилку и начал жевать так быстро, что чуть не поперхнулась.

— Следить за тобой — дело довольно хлопотное. Обычно я легко нахожу людей, особенно прочитав их мысли. — Он замолчал и бросил на меня многозначительный взгляд — я понял, что перестал жевать. Пришлось съесть еще один равиоли.

— Практики ради, я решил заглянуть в сознание Джесси, но упустил тот момент, когда вы разошлись. Не увидев тебя рядом с подругами, я отправился в книжный. В магазин ты не заходил, и я понял, что ты заблудился. Кружа по городу, я читал мысли людей в надежде узнать что-нибудь полезное. Особых причин волноваться не было, но от чего-то мне стало не по себе… — Чонгук замолчал, задумчиво уставившись в пространство. — Я все ездил по улицам и прислушивался. Солнце садилось, и я собрался продолжать поиски пешком. А потом… — его лицо перекосилось от злости, и он с огромным трудом взял себя в руки.— Что потом? — прошептал я.

— Я прочел их мысли, — глухо прорычал Чонгук, его верхняя губа поднялась, обнажив передние зубы, — и понял, что они хотят с тобой сделать. — Склонившись над столом, Кии закрыл лицо руками. Движение было таким стремительным, что я испугался.

— Не представляешь, каких трудов мне стоило оставить их… живыми. — Чонгук осекся. — Можно было отпустить тебя с Джесси и Саной, но я боялся, что, оставшись один, начну их искать.

Охваченные смятением, мои мысли разлетались, как испуганные птички. Сложив руки на коленях, я устало откинулся на спинку стула. Чонгук сидел неподвижно, как статуя.

Наконец он испытующе посмотрел на меня.

— Ты перестал есть.

— Извини, больше не могу.

— Ты в порядке? Разве «в порядке» уместно в такой ситуации?

— Шока не испытываю, — осторожно сказал я.

— Готов ехать домой?

— Конечно!

Как здорово, еще целый час мы проведем наедине! Еще столько нужно обсудить!

Словно по мановению палочки к нам подошла официантка. Может, она подслушивала?

— Чего-нибудь желаете? — спросила она Чонгука.

— Будьте любезны счет! — Просьба прозвучала резковато, но девица так и застыла с раскрытым ртом.

— Да, конечно, — вздрогнув, пролепетала она и, достав из кармана передника листочек, положила на стол.

Едва взглянув на счет, Эдвард вернул его официантке вместе с заранее приготовленной купюрой, судя по всему, большого достоинства.— Сдачи не надо, — улыбнулся он, вставая, и выжидательно посмотрел на меня.

— Желаю отличного вечера, — сладко улыбнулась официантка, а Чонгук поблагодарил ее, даже не удостоив взглядом. Я едва не расхохотался.

— Это я должен был платить, ты-то даже колу не выпил!

Ким сделал вид, что ничего не услышал. Он галантно открыл передо мной дверь, но за руку так и не взял. Вспоминая рассказы Джесси о намечающемся поцелуе с Енджуном, я завистливо вздохнул. Чонгук вопросительно на меня посмотрел, и я уже в который раз обрадовалась, что он не может читать мои мысли.

Через минуту я устроился на переднем сиденье «вольво», а Чонгук, захлопнув за мной дверцу, обошел машину спереди и сел рядом. Боже, он двигается, как танцор!

Взревел мотор, и мы понеслись прочь. На улице сильно похолодало, вероятно, ясной погоде конец. В кожаном пиджаке было так уютно, и тайком от хозяина я упивался его запахом.

Ловко лавируя между машинами, «вольво» летел на запад по направлению к автостраде.

— Теперь твоя очередь! — многозначительно проговорил Чонгук.