Моя звезда

Лиам Кларк

Для чего она такая красивая? Я не так много грешил, чтобы мучать меня этой девушкой. Я настолько ненавижу её, что люблю.

- Хемсворт, расскажи про себя. - Подала голос та, а я лишь усмехнулся.

- Что тебе интересно, странная? В каких позах я люблю? - Невозмутимо спросил я, выпиливая вправо.

Девушка звонко рассмеялась и ударила меня в плечо.

- Придурок.

- А ты сумасшедшая.

- Да, какая прелесть. - Она улыбнулась и показана средний палец. Дура.

Я всегда всё планирую. Уже с утра я точно знаю, как пройдет весь день. Но только ей стоило появиться на пороге аудитории, как я перестал что-либо понимать. Не знаю, что произойдет в следующую минуту. Она перевернула весь мой идеальный порядок. Устроила полный пормаш, и что самое странное, меня это устраивает. Абсолютного перефекциониста устраивает бардак. Что сказать, это никуда ни годится.

Я, который всегда смотрит наперед, ставлю цели, планирую свои дни, вообще стараюсь всегда мыслить реалистично, согласился на отношения с ней на один день? Я вообще в своем уме? Похоже, нет и уже давно.

- Боже, я до безумия хочу пончиков. Таких, только что испеченных и, чтобы там было максимально много жирного масла. - Сказала девушка, а я улыбнулся.

- Звучит как мечта. К Раулю?

Её глаза загорелись, она повернулась на меня и с улыбкой до ушей кивнула. Хорошо. Значит к Раулю за лучшей уличной едой в городе.

Мы шли вдоль набережной и ели вкуснейшие пончики.

- Я разбил лицо твоему жениху.

Девушка остановилась, пару секунд с пристальной серьезностью просверлила меня глазами, но потом неожиданно рассмеялась. Я тоже улыбнулся.

- Так это ты поставил ему синяк? Боже, он же психотерапевт. - Девушка не прекращала смеяться, а я повторял за ней. - Что он говорил пациентам, мол плевать на слова, все можно решить только кулаком, твердым и мужским?

Я обнял её и прижал к себе, девушка ещё посмеивалась. Я поцеловал её в висок и прошептал:

- Такая красивая.

Девушка посмотрела на меня долгим взглядом и слабо улыбнулась.

- Лиам, а ты хорошо бегаешь?

Я сдвинул брови и вопросительно посмотрел на неё, но не успел я ничего сказать или подумать, как она выхватила у меня пакет с пончиками и побежала. Вот же засранка. Я рассмеялся и побежал за ней.

Буквально в пару секунд я догнал её и зажал в своих руках. Девушка смеялась и пыталась высвободиться.

- Поехали, ты уже замерзла.

- А вот и нет, - Сказала девушка и откусила пончик из моих рук.

- Почему без шапки? На улице зима. - Я нацепил ей на голову капюшон и завязал шарф потуже.

Мало же она в больнице лежала, захотела теперь с простудой слечь.

- А ты что моя мамочка? - Нахмурилась та и сняла капюшон.

- Предпочитаю больше - папочка. - Я обратно натянул ей на голову капюшон, а она цокнула и закатила глаза.

Мы сели в машину и минут в двадцать оказались в моем доме. Она здесь ни разу не была. Да, по правде сказать, здесь особо никого не было. Я не люблю гостей, дом - это скорее моя крепость. Ключевое слово - моя. Это место только для меня, не для посторонних.

Девушка вышла из машины и посмотрела огромными глазами на дом. Да, это мой маленький тесный дом в лесу. Ничего необычного, как у всех.

- У тебя есть бассейн? - Ошарашено спросила та, осматривая дом.

- Да у всех есть бассейн, - отмахнулся я и достал бокалы и вино.

Я хочу выпить с ней. Не припомню, чтобы мы напивались с ней в стельку, а мне бы хотелось. Ничего такого противозаконного и аморального. Просто выпьем.

Девушка взяла бокал и выпила до дна, я - следом за ней. Ненавижу вино. У меня от него скручивает желудок, но она, наверняка, любит. Хотелось сделать что-то с ней вместе, иметь нечто общее.

Алкоголь уже давал знать о себе, она стала чаще смеяться, и мы болтали на все темы.

Может сформироваться ошибочное мнение обо мне, что, вот, я, Лиам Кларк, решил таким способом затащить девушку в постель. Мне не нужно напаивать девочек, чтобы они переспали со мной.

- Давай в правду или действие? - Спросила та.

Я покачал головой, а та поджала губы.

- Давай в вопросы.

Она с вопросительной улыбкой посмотрела на меня. А знает же ведь, что я не предложу ерунды.

- Если хочешь узнать человека, предоставь ему выбор и посмотри на его ответы. Ты ведь хочешь узнать меня?

- Ты первый. - Скомандовала та и налила себе ещё вина.

Я на секунду задумался. В голове был четкий вопрос, но не то время, ситуация и мы.

- Ты так сильно любишь своих родителей, что готова была бы пожертвовать своей тетей ради них?

Она проморгала и уставилась на меня с немым вопросом. А кто говорил, что мои вопросы будут нежными и мягкими? Я - не Диас. Но я - тот, кто поможет ей понять саму себя.

- Нет. Я выберу тётю. - Ответила та, глядя мне прямо в глаза. Я кивнул. - Твой брат,.. Тьяго, - я напрягся, видимо, не я один мог играть по-черному, - променял бы его на Барбару?

Я открыл рот, чтобы что-то сказать, но осекся. Нет..? Неужели?

- Метко. - Усмехнулся я. А она выжидающе уставилась на меня. - Нет. Я выбираю брата.

Аля кивнула. Она знатно портит мои нервы. Похоже, девушка уяснила правила игры. Предоставленный выбор сильно открывает глаза на многие вещи. Даже мне, человеку, привыкшему анализировать каждый свой шаг.

- Согласилась бы вернуться в прошлое, в свое детство, но с условием пережить заново все болезненные моменты?

- Нет! - Почти вскрикнула та.

Я видел, как буквально весь её страх отразился в глазах. Её самый главный кошмар - призрак прошлого. Это больная рана, которую никак не перекрыть.

- Умереть или признать свою неправоту? - Она хитро посмотрела на меня.

- Пожалуй, первое. - Не отрывая глаз от неё, выпил до дна вино.

- Так и знала. Ты слишком упрям. - Вздохнула та.

- А ты слишком сумасшедшая. - Не повёл и бровью я.

- А ты напыщенный. - Вступила в раунд та. Заведомо проигрышный для неё.

- Ты постоянно влипаешь в неприятности.

- Ты - зануда.

- Нерешительная и безответственная.

- Наглый и беспардонный козел! - Вскочила с места та и крикнула.

- Самовлюбленная, эгоистичная дура! - В её манере говорил я.

- Мудак!

Я подошел к ней вплотную, между губами оставалось несколько сантиметров. Я чувствовал её дыхание. Она не отстранилась.

- Хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе?

- Только попробуй! И я засуну твои губы в твою задницу, в которой ты находишься по всем фронтам. - Она показала ухмылку.

- А я и не прикоснусь к тебе. Предательница, - прошептал я, - выходишь замуж меньше чем через месяц, а ждешь, что тебя поцелует другой парень. Жалкая.

Я выплюнул эти слова. Хотелось нанести ей как можно больше боли.

Она отвесила мне смачную пощечину. Я схватился за челюсть и поиграл желваками.

Девушка злобно улыбнулась. В нужный момент она могла взять себя под полный контроль. Психопатка.

- Ты забываешь, милый Лиам. Мой жених - психолог. Я в момент различаю манипуляции. Если ты хочешь, чтобы я почувствовала себя виноватой, то придумай что-то получше. Я здесь не по собственной ничтожности, а по твоей ничтожности. Это же ты, милый, влюбился в меня до беспамятства. Вот мне и стало жалко тебя. Поэтому я и здесь, то-то и всего.

Она одарила меня ослепительной улыбкой и вышла из дома, только пренебрежительно фыркнув.

189532479074315:0 в её пользу. Я окончательно сдал посты.

Самое страшное для меня чувство - чувство вины и осознание собственной ничтожности. Сейчас я чувствовал и то, и другое. Мой враг - не язык, а мой мозг. Он слишком холоден, своим холодом он способен глубоко ранить человека.

Ведь из моего рта вылетают не бездумные слова, даже во время ссоры я держу над собой тотальный контроль. В своей голове я искусно подбираю слова, которые ранят человека наиболее сильно. Которые не просто оставят чувство обиды, а которые принесут огромную боль, несчастье и оставят после себя пустоту. Это жестокость, садизм в чистом виде. Кто-то сказал, что мы все в душе, возможно, по своей природе, садисты. Просто в ком-то это проявляется больше, а в ком-то - меньше.

Но определенно точно могу сказать, что человек получает удовольствие от жестокости над другими людьми. Да, мы все такие правильные и хорошие. Бить людей нельзя, относиться ко всем нужно с нежностью, никого не обидь. Но признайтесь сами себе, хотя бы раз в своей жизни, вы смотрели над совершением жестокости в любом виде и про себя чему-то радовались, наслаждались этим. Возможно, долю секунд, но вам это нравилось. Уничтожить его грубым словом, заткнуть при всех, наблюдать за насилием. Возможно, радовались, что это не вы относитесь к стороне жертвы, что вам посчастливилось оказаться на стороне власти, той которая взяла на себя право вершить свое правосудие.

Все люди по своей природе жестоки. В детском, подростковом возрасте это проявляется сильнее всего. С возрастом человек становится пассивнее и равнодушнее. Многие его черты стираются, останься лишь спокойствие и безразличие, возможно, обида и недовольство. Жестокость как и другая эмоция требуют затрата энергии, с возрастом не останется лишней энергии. Вот и эта черта уходит.