Чистая кровь

– М-да, может, и стоило рискнуть, поискать другое место. – Вивьен цокнула языком, оглядев убогое убранство номера, в котором им с Кики предстояло ночевать.

Проведя остаток дня в ленивых прогулках по лесу, за игрой в карты или в поисках работы, путешественники отправились устраиваться на ночлег. Выбор мест был не велик: лес, почти поглотивший город, улица, или тот самый «Одинокий волк», который предоставлял номера. Вампир-трактирщик Яков, чуя собственное превосходство, заламывал невероятную цену: по литру крови с живых, и по полсотни дарэ с не-мёртвых. После того как Вивьен учинила страшный скандал и чуть не разнесла Якову лавку в щепки за такое неприкрытое нахальство (остальные её, по мере сил, поддержали, но Якову хватило бы и одной решительно настроенной ведьмы), цена была значительно снижена: по десять и пять дарэ, соответственно. Но переступив порог выделенного номера, Вивьен всё равно оказалась недовольна.

Обстановка была откровенно убогой: одинокая лампочка, подвешенная за почти оголённый провод, выцветшие кое-где отходящие обои на стенах, потолок в разводах, ковёр, пятно крови на котором не вывели как следует, да и две односпальные кровати вдоль стен выглядели так, словно ворочаться на них было противопоказано. Кроме постелей и ковра в номере имелся только шкаф, куда можно было сложить вещи. Одна дверца у него не закрывалась плотно и противно скрипнула несмазанными петлями под порывом ветра, который впустили с собой девушки.

Кики отставала от Вивьен на шаг. Такое соседство не слишком радовало обеих, но жребий есть жребий. Тянули его только на Кики, потому что она была новенькой в компании. Остальные распределились самостоятельно без лишних вопросов: Джеймс ночевал с Мэттом, а Теренс – с Алексис. Кики с бо́льшим удовольствием бы поселилась в одной комнате с Алексис, которая не выказывала ей неприязни, но спорить не стала.

«Первое впечатление, в конце концов, бывает обманчивым. Может, если узнать Вивьен поближе, она немного оттает?»

– Разве вы не привыкли во время странствий ночевать и в более... неприглядных местах? – поинтересовалась Кики, проходя внутрь и аккуратно кладя сумку на пол, рядом с одной из кроватей.

Вивьен фыркнула и опустилась на другую постель прямо в одежде, мимоходом скинув туфли.

– Привыкли, но гад запросил за этот клоповник как за люксовый номер в отеле. – Она стрельнула в Кики взглядом. – А тебе? Где ты ночевала?

Кики вздохнула.

– Там, где вы меня нашли.

Ведьма вскинула бровь.

– На пепелище?

Девушка поджала губы.

– До сегодняшнего дня там стоял мой дом.

– Оу. – Кажется, на одно краткое мгновение рыжей стало неловко, но она быстро вернула прежний уверенный вид и вдруг щёлкнула пальцами. – Точно! Я так глубоко оскорбилась этой лачугой, что забыла главное: дай мне крови.

Кики крупно вздрогнула и отшатнулась. Она сидела на постели и от этого движения ударилась затылком о стену и скривилась.

– Извини?

– Извиняю, – лениво ухмыльнулась ведьма. – А если серьёзно: ты же не хочешь, чтобы столь гостеприимный хозяин зашёл к нам на огонёк?

Кики ответила отрицательно. Вивьен покивала и села.

– Вот, то-то и оно. А кровь мне нужна, чтобы защиту поставить. У меня понемногу крови каждого из группы, и я заколдую дверь так, что войти и выйти смогут только они. Теперь поделишься?

Такое объяснение звучало логично, и девушка согласилась. Вивьен достала из-за пояса небольшой кинжал, подержала его над зажигалкой, а потом потянулась к чужой руке.

– Девственно чистым мы его уже не сделаем, – сказала Вивьен, имея в виду нож, – но что могу.

«Какая забота».

Вивьен аккуратно и не слишком глубоко надрезала чужую ладонь, а затем живо потянулась к приготовленной пустой колбе, но взгляд её неожиданно прикипел к выступившей крови, а она замерла. Крылья носа дрогнули. Кики невольно дёрнулась.

«Она что... меня нюхает? Вроде ведь не кровопийца. Только этого не хватало».

Но страх, что Вивьен лишь прикидывается ведьмой, а на самом деле только и ждёт, чтобы её выпить (потому что нельзя быть одновременно колдуном и вампиром или оборотнем: обращённые колдуны теряли магические способности), оказался напрасным. Вместо этого ведьма недоуменно поинтересовалась:

– Что с твоей кровью?

– А что с ней? – на всякий случай, уточнила девушка. – Вроде, всё должно быть в порядке. Я, считай, всю жизнь питалась субстантом, лишь изредка удавалось съесть очищенные о́ссисом вещи.

Лицо Вивьен вытянулось от удивления.

– Серьёзно!? Никогда о таком подходе не слышала. И откуда у тебя вообще оссис?

– Не у меня, – сухо пояснила Кики. – У моей приёмной матери. Она была весьма влиятельной женщиной здесь.

Ведьма фыркнула.

– Очевидно! Видимо, очень она тебя любила.

В горле резко пересохло. Кики с усилием сглотнула.

– Видимо.

Оссисом назывался порошок из молотых человеческих костей. Это оказалось единственное средство, которым можно было очистить воду и пищу: в воду его просто насыпали, а с пищей либо смешивали, либо вводили внутрь его смесь с водой в пропорции один к одному. К сожалению, как ни старались люди вернуть с помощью оссиса первоначальное состояние обращённым в нечисть людям или с концами очистить все водоёмы и почву, это не представлялось возможным: яд, который невольно вывели учёные в борьбе с первыми вампирами, оказался слишком живучим. Заражено, так или иначе, было всё, включая воздух, который должны были периодически очищать представители колдунов из городских Советов Первых.

– Так что, в итоге, не так с моей кровью? – спросила Кики, поняв, что Вивьен отвлеклась на свои мысли и не собирается ничего объяснять.

Вивьен усмехнулась и, отняв полную колбу от ладони, заткнула её пробкой.

– В том-то и дело. С ней всё так. Что, учитывая нынешние реалии, очень необычно. Она даже пахнет иначе. – Она вздохнула. – Будь я кровопийцей, дорого бы дала, чтобы к тебе присосаться.

«Это она от зависти или...?»

Кики криво ухмыльнулась, наблюдая, как ведьма прибирает колбу с её кровью за пояс, а остатки с ладони собирает на собственные пальцы.

– Кто-то пытался, и даже кресты не всех останавливали, но я не думала, что это из-за того, что моя кровь какая-то особенная. Да и потом, стоило им пересечься с Ламией, желание мной закусить резко отпадало.

«Это сейчас местные постепенно начали прощупывать почву, раз уж Ламии больше нет. Пока, вроде, боятся сунуться, а завтра я и вовсе уеду».

Следующую пару минут Кики с интересом наблюдала, как Вивьен обмакивает пальцы в кровь из других пяти колб, а потом чертит ими знак на дверной ручке изнутри и снаружи и что-то шепчет. Закончив работу, девушка звучно хлопнула дверью, самодовольно усмехнувшись, когда с потолка из-за этого отвалился кусок штукатурки.

– А теперь спокойной ночи. Завтра опять несколько часов в телеге трястись. Надо лежать, пока есть шанс.

К этому совету Кики решила прислушаться, пусть и боялась, что уснуть не выйдет. Однако стоило погасить тусклую лампочку, вскоре девушка провалилась в сон.

***

14 июня. Город P.

В следующем городе, куда они приехали, царило оживление. Город P, как гласила вывеска на границе, оказался больше, чем N, но всё ещё был провинцией, которую с трудом можно отыскать на карте. Телега ехала по просёлочной дороге, не встречая на пути ни людей, ни животных. Чем дальше они ехали, тем отчётливее звучала музыка.

– Похоже, у них там городское гуляние, – заметил извозчик и довольно хохотнул. – Это мы удачно приехали.

Кики и Мэтт невольно переглянулись, без слов понимая друг друга: стоит довезти их до стоянки, как извозчик опять уйдёт напиваться и, если они соберутся ехать дальше, не задерживаясь, придётся ждать, когда он протрезвеет. В извозчики люди обычно не шли, но алкоголь, наркотики и прочее ничуть не хуже действовали и на нечисть. Окончательно убить они не могли, потому что вампиры и оборотни были уже мертвы и только яд поддерживал в них подобие жизни, а вот, например, затуманить сознание – да. Когда не нужно спать, такой способ очень пригождается, чтобы ненадолго отключиться от мира.

Дорога до центральной площади заняла минут двадцать, и там действительно хватало народа. На этой площади, так же, как и в городе N, высилось здание Совета Первых с часовой башней и даже балконом, куда советники, очевидно, время от времени выходили с объявлениями. В стороне играли музыканты, а народ плясал, смеялся и выглядел удивительно мирно.

– Что празднуете? – поинтересовался Мэтт у хозяина тележной стоянки, который только что принял плату за постой и свистнул мальчишке, чтобы занялся лошадью.

– Да знамо что, а то вы не видели: вон, в белом платье. – Мужчина махнул рукой в сторону, и путешественники обернулись. Молодая черноволосая девушка в белом платье и со сверкающей на солнце аккуратной диадемой танцевала с холёным юношей, ни один прилизанный золотистый волос которого не растрепался от энергичных движений.

– Это – невеста нашего вампирского советника, Лиза. У них как раз свадьба сегодня. Весь город гуляет и даже кое-кто из окрестностей приехал.

Джеймс присвистнул.

– Необычно. Редко встречаю, чтоб советники в брак вступали.

Хозяин стоянки знающе хмыкнул.

– А то. Говорят, тут любо-о-овь, – протянул он, – а я думаю, дело всё в том, что человечья девчонка страсть, какая хорошенькая, везёт же нашему вампирскому брату! Да и папка её – опытный охотник. Тут лес недалеко как раз, а это значит: мясо, шкуры и главное, кровь. – Мужчина облизнулся и стали заметны клыки. – Людская, конечно, ни с чем не сравнится, – он подмигнул Кики, заметив на шее цепочку, – но и это неплохо.

– Ясно, – резко отозвался Мэтт, как бы невзначай вставая между девушкой и нечистью. Тот примирительно поднял руки.

– Спокойно, юноша. В такой день строго приказано всем радоваться и дружить и кто мы такие, чтобы перечить Совету, верно?

В словах вампира была доля истины. Совет Первых имелся в каждом городе и власть была именно у его членов. Могли появляться другие влиятельные фигуры, но Совет был новым органом местного самоуправления, который пришлось вводить с появлением большого количества нечисти. Состоял Совет, соответственно, из четырёх членов: представителей людей, вампиров, оборотней и колдунов. Сначала пытались их переизбирать и переназначать, но со временем органы самоуправления превратились в органы самоуправства: где-то регламентировали сроки правления (например, сто лет для нечисти и двадцать пять – для живых), где-то решали этот вопрос более радикально, где-то назначали наследников, а где-то проводили выборы... или хотя бы пытались проводить. Чтобы хоть как-то отрегулировать этот хаос, в каждой стране был Совет Первейших. Однако до разбирательства с ним дело доходило редко, потому что предпочитали решать всё на местах, самостоятельно. А свадьбы советников действительно были чем-то необычным. Неудивительно, что весь город гулял в едином порыве, и общее настроение передалось и приезжим: все остались на площади, чтобы не отрываться от общей массы. Теренс довольно смолил добытой самокруткой, держа в другой руке бокал с шампанским (« – Ладно, Алекс, в честь праздника выберу что полегче, но только ради тебя!»), Алексис, сидя рядом на скамейке, сосредоточенно плела венок из нарциссов, потому что её об этом попросили подбежавшие маленькие девочки с охапкой цветов. Мэтт утащил Кики танцевать, игнорируя её слабое сопротивление и бормотание о том, что она не умеет, Джеймс со смехом наблюдал за ними, салютуя высоким стаканом пива, а Вивьен... Вивьен мрачно стучала ногтями по столу. Они с братом разместились за одним из столов, выставленных на улицу, у заведения с прозаичным названием «У Джоша». Кто бы ни был этот Джош, о посетителях он думал явно больше, чем помянутый Яков, и пиво было весьма приличным. Ведьме же пить свою порцию вдруг перехотелось, глядя, как родной брат салютует танцующей парочке. Мэтт, хохоча, что-то рассказывал девушке, подталкивая её кружиться. В конце концов, они нечаянно налетели на невесту и чуть не сбили её с ног (жених вовремя подхватил), и Вивьен уже было порадовалась, что сейчас чужое веселье омрачится скандалом, но нет. Вместо того чтобы ругаться и выяснять отношения, молодожёны свели с Кики и Мэтттом знакомство, а через некоторое время Лиза и вовсе потащила Кики к музыкантам. Ведьма слегка сдвинула брови, а, поняв, что музыкантам дан приказ играть то, что Кики может спеть, нахмурилась и, не глядя, потянулась к непочатому стакану.

«Подумать только! И этих очаровала! И что все в ней находят? Решила бы что колдунья, сирена какая-нибудь, как из легенд у бродячих артистов, но два креста – это перебор. Да они бы жгли постоянно, какой там улыбаться и песни петь! – В этот момент рядом с поющей девушкой образовалась шляпа, куда раззадоренные горожане охотно начали бросать дарэ, а не только плясать и подпевать. – Боги! Смотреть больно! Да они должны на неё кидаться и пытаться сожрать, а не давать денег! Разве не чуют, что у неё кровь другая? По сравнению с прочими людьми, должен быть чуть ли не нектар».

Бокал пива Вивьен стремительно пустел. За ним незаметно добавился второй, потом ведьма отжала у Теренса раздобытый косяк. Мысли приятно затуманились, пусть и удалось сделать всего пару затяжек, и неспешно перетекали с Кики на Мэтта, потом на Джеймса и остальных присутствующих вампиров и оборотней, пока, наконец, не оформились в идею.

«Надо пустить ей кровь. Пусть все узнают. Пусть узнают...»

Но лично подойти порезать девушку Вивьен не решилась, понимая, что остальным это не понравится, поэтому пришлось прибегать к магии. Магическая сила слушалась плохо, – чтобы колдовать, требовался как можно более ясный ум, иначе последствия предсказать сложно – но, в конце концов, кое-что получилось: никаких гарантий результата не было, однако Вивьен удалось заставить шнурки на кроссовках Кики развязаться и попасть танцующей девушке под ноги. Это сработало, и Кики, запнувшись, споткнулась и упала, успев выставить перед собой ладони и опустившись на одно колено. Чужая гримаса раздражения была для ведьмы бальзамом на душу.

«А теперь ждём».

Ждать пришлось недолго. Почти сразу в толпе стало заметным лёгкое оживление. Кто-то принюхивался и водил головой из стороны в сторону. На Кики обратили внимание и ни Кики, ни находящему рядом Мэтту это не понравилось. Вивьен плохо разбирала их речь, но по нарастающей громкости и жестам становилось понятно, что миром дело не кончится. В свару вливались другие вампиры и оборотни, которые, кажется, просили Мэтта поделиться, из-за чего тот чуть не кинулся с кулаками на превосходящего противника, позабыв о магии. Вивьен прикрыла глаза и глотнула пива.

«Просто прекрасно».

Кажется, она слегка отключилась от реальности, потому что очнулась от того, что Джеймс тормошит её за плечо.

– Эй, давай, подъём! Надо сваливать.

– Что? Почему?

Рыжий раздражённо закатил глаза.

– Местной нечисти что-то сильно пришлась по вкусу Кики. Нет, она, конечно, хорошо пахнет, но это не повод давать её в обиду. Алексис и Мэтту приходится отгонять эту разошедшуюся свору магией, так что в этот раз транспорта ждать не будем, побежим. Хватайся, я тебя понесу.

Вивьен с расстроенным стоном поднялась на ноги и заглянула Джеймсу за спину. Действительно, Кики уже охраняли Мэтт, Алексис и даже Теренс рычал, сверкал клыками и был в шаге от обращения. Настроение резко испортилось. Джеймс, тем временем, сделал остальным знак и, подхватив сестру на руки, сорвался с места. Пейзаж расплылся. Вивьен понятия не имела, куда Джеймс её несёт, но была уверена: остальные последуют за ним.

Её затея не сработала, но в данную секунду ведьму больше печалило то, что пришлось покинуть чудесное место за столом и недопитое пиво. И она с большим удовольствием досмотрела бы разворачивающийся спектакль до конца.