Глава IX
Прошла неделя.
Провел я её, что называется, со вкусом, наслаждаясь утренними и дневными пробежками вокруг района, вечерней тишиной, гулом ветра и треском сухих ветвей в соседствующем с районом лесу.
Была бы моя воля, я бы с 9 удовольствием променял купленную мне папой новую хату в самом центре города на одну из стареньких квартирок в данном месте, либо в каком-либо другом спальном районе. Меня с самого детства угнетали урбанистические суета, суматоха и шум, за этим за всем очень трудно услышать глас своего сердца. А тут...я ради физкультуры пробегусь по району с утра, потом зайду в магаз за тушенкой и дошиком, пообедаю, потом совершу повторный променад, а затем вечером сажусь на продавленный диван, из которого кое-где торчат пружинки и кусочки ваты, начиная обдумывать сюжет для очередной своей писанины. Кайф, да и только!
Но только вот ночные ушедшей недели продолжали являться мне в дреме, пусть и не так явственно, как тогда. "Турок," летучие мыши и криповая деревня - все по кругу...
И вот, на восьмой день после нашей беседы с Толяном я снова встречаю его на улице. Мы поприветствовали друг друга, пожали друг другу руку, да только Толян был уже не столь радостен и лучезарен, чем неделей ранее. Было ощущение, что его явно что-то гнетёт. Я начал пытаться его разговорить, и вот минут через 15 мои попытки наконец-то увенчались успехом.
- Знаешь, Тём, после того, как Данька написал тот портрет, он словно-бы сам не свой стал - с явным волнением в голосе начал Толик
- во первых он будто-бы помешался на том мужике, который изображён на нем, постоянно на него пялится
- Что-ж в этом такого то? он любуется своим произведением, я когда рисовал - тоже также потом разглядывал свои работы, любовался ими, гордился что это я нарисовал, ну, конечно, при условии если картина была удачной - ответил я
- Не, не, Тема, дело не вовсе не в получении эстетического удовольствия от картины, а о том, что он будто бы видит в том чуралее живого человека. Но это, это не главное...
Голос Толика начал дрожать ещё сильнее
- Дело в том, что Данька стал ложиться на рассвете, весь день спит, однако после захода солнца наоборот начал полниться энергией, хотя до этого всегда был "жаворонком"
- Погоди, но Данька же влюблен, может это он так страдает от того, что до сих пор не подъехал к своей "дамой сердца" и не познакомился с ней?
- Нет, я его несколько дней подготавливал к тому, чтобы познакомиться с ней, он с ней уже знакомился у дверей нашего отдела Гарибальди, я был очень рад, что Даня стал гораздо раскованнее, мне стало даже казаться, что его болезнь очень ослабила хватку и он медленно, но верно становится нормальным подростком, они, вроде, даже страницами в Телеге и Вк обменялись, но понимаешь, Даня очень поменялся характером, стал каким-то скрытным, тётя Ира очень обеспокоена этими изменениями.
- Слушай, а у Даньки друзья в Вк или каких либо других соцсетях есть?
- Конечно, целое море, но больше всего он ценит дружбу с одним парнем из Нижнего, с ним он прям откровенничает в голосовых, ну мы с тётей Ирой конечно за ним не шпионим, но все же слышно, как он с ним по душам беседует, он даже с мамой родной так не откровенен, как с ним.
- Слушай, Толик, вот ему Данька скорее всего уже рассказал, в чем дело, ты усыпи его бдительность и открой чат с ним, и перешли мне переписку, может что то будет ясно.
- А недурственная идея, давай, может к вечеру перешлю переписку, если он её, конечно, не стёр - согласился Толян.
Мы пожали друг другу руки ещё раз, обнялись и я пошёл обратно, ожидать сообщений от друга.
Приблизительно на следующее утро они, наконец появились.
Сказать то, что пересланная переписка меня потрясла, это ничего не сказать...