Пойманная

Глава 5

Сильван не знал, что во имя семи кругов ада, происходит с ним. Сначала выросли его клыки и не один, а два раза. И второй раз он этого даже не заметил. К счастью, он смог убрать их, правда ощущение, что его член застрял в слишком тесных брюках, осталось. Правда, теперь его брачный аромат, казалось, сочился из каждой его поры. Сильван едва ощущал его.

«Почему София так сильно терлась об него?

Её нежное, соблазнительное тело. Полная грудь у моей груди. Её теплый тайный аромат… Она, казалось, даже не осознавала, что мой стояк прижимается к её животу, ну, по крайней мере, она не отстранилась».

Он покачал головой. Нет, невозможно, чтобы застенчивая, явно неопытная София вела себя так распутно, если бы его брачный аромат не работал в полную силу.

«Но этого не должно быть! Я поклялся никогда не призывать невесту. Поклялся в Священной Роще, перед статуей самой Матери. Почему это случилось со мной?» Он не знал.

Стук его ботинок эхом отражался от металлического пола ангара, пока он шел между бесконечными рядами транспортных средств в поисках того, который использовали для полетов они с Брайдом. Наконец он нашел корабль в начале одного из одинаковых рядов в ангаре. Продолговатый, гладкий, серебристого цвета шаттл с очень маленькой кабиной внутри. Сильван обернулся на Софию, которая почти бежала за ним, не поспевая за его широкими шагами. Что если его брачный аромат заполнит кабину шаттла, как это случилось в транспортной капсуле? Есть ли способ подавить его?

Сильвану хотелось бы это знать, но он никогда раньше не встречал воина с подобной проблемой. Обычно, когда у Транк— Киндреда вырастают клыки, а тело начинает источать брачный аромат, он ментально и эмоционально готов претендовать на свою невесту.

«Но я не готов. Я никогда не буду готов. Даже если бы я хотел, мечтал разорвать клятву, София никогда бы меня не приняла».

Он вспомнил выражение ужаса на её лице, когда она показывала на его клыки. Ну, он не мог винить её. Он до боли порезал ей губу. Тем не менее, почему она смотрела на него, как на какого— то монстра? Он уже видел подобное выражение на женском лице раньше — это отторжение. И хотя он не хотел её, во всяком случае, не разумом, но его глупое тело всё же желало её, и этот ужас в её глазах причинял боль.

— Сильван? — Нежная рука легла на его локоть, и он понял, что стоял на месте, задумчиво рассматривая блестящий серебряный челнок. — Сильван? — снова позвала она нежным мелодичным голосом.

Неохотно он обернулся и посмотрел на Софию:

— Да?

— Мне… мне жаль.

Она казалась бледнее бумаги, но в её взгляде светилась решимость. На самом деле она выглядела так же, как в тот раз, когда заставила себя поцеловать его.

— За что ты извиняешься? — Сильван смягчил голос. — Тебе не о чем сожалеть, София.

— Да, но мне жаль, — упрямо повторила она. — Я не должна была… так отскакивать от тебя. Не знаю, почему так поступила, ведь ты просто пытался успокоить меня.

На её прекрасном лице отражались и ужас, и мольба. По какой— то причине от этого Сильван почувствовал, будто она проникла своей маленькой рукой в его грудь и стиснула сердце.

— София… — Он прикрыл глаза и сжал пальцами переносицу, стараясь избавиться от пульсирующей в висках нарастающей головной боли. — Не знаю, почему это случилось. Не знаю, почему вдруг мои клыки выросли дважды…

— Трижды, — тихо поправила она.

— Что? — Он открыл глаза и уставился на неё.

— Ты… они выросли и в Священной роще тоже. Когда ты спасал меня от той жрицы.

Сильван едва не застонал. Это хреново. Тот факт, что его клыки реагировали на похоть, ещё можно объяснить. Но то, что они выросли, подчиняясь защитным инстинктам, — другое дело.

«Я веду себя так, будто мы уже повязаны, и я должен защищать её! Во имя семи кругов ада, что со мной происходит?»

— Мне жаль, — ответил он наконец, не зная, что еще сказать. — Извини, если я напугал тебя.

— Всё в порядке. — Но судя по её лицу, ничего не было в прядке. — Ээ… может, мы просто вернемся на Землю. Если… если ты всё ещё не против отвезти меня?

У него на кончике языка вертелось под каким— нибудь предлогом предложить ей найти другого пилота. Предпочтительно того, кто уже счастливо повязан, и не станет источать дурманящие сознание, погружающие в туман феромоны, которые окружали его, как пар в бане. Он предложил бы кому— нибудь другому отвезти её домой и в последствии выслушал бы лекции Брайда о том, что пренебрег её безопасностью. Кидреды не нарушают данного слова, и предложи он сейчас кому другому отвезти её, Сильвана бы обвинили в худшем виде измены. К тому же, от одной только мысли, что другой мужчина будет находиться настолько близко к ней, пусть даже счастливо связанный и не заинтересованный в Софии, Сильван приходил в ярость.

«Моя, — подумал он неосознанно. — Чёрт побери, она моя!»

Его клыки и член ныли.

«Ох, похоже, я в полной заднице», — подумал Сильван, сосредотачиваясь на том, чтобы убрать клыки. Боги, как же это больно. В очень большой заднице. Но он ничего не мог с этим поделать, нужно просто доставить её на Землю, развернуться и уйти, никогда не встречаться с ней больше.

— Сильван? — нерешительно спросила София, и он понял, что она всё ещё ожидает его ответа.

— Не волнуйся, — с трудом произнес он. — Я отвезу тебя. Но если ты снова почувствуешь какой— нибудь восхитительный аромат, просто игнорируй его. Ладно?

— Что? — она нахмурилась, явно озадаченная.

— Ничего, — Сильван покачал головой, слегка успокоившись. В прошлом, во время периода предъявления прав Брайда и Оливии, Сильван объяснял ей про брачный аромат мужчины Киндреда. Либо она забыла о том разговоре, либо до сих пор не сопоставила его с тем, что случилось между ними в транспортере. И Сильван безмерно этому обрадовался. Достаточно и того, что его клыки всякий раз внезапно удлинялись, он не хотел ещё объяснять ей, почему активировался его брачный аромат. Тем более он не знал, как рассказать ей об этом.

— Давай просто отвезем тебя домой, — сказал он, упираясь рукой в борт челнока. — Иногда я и сам думаю, что мы просто должны забыть о том, что случилось.

Какое— то мгновение на лице Софии отразилась боль, а затем она кивнула:

— Хорошо, прекрасно.

Сильван молча вздохнул. Судя по тону голоса Софии и мрачно поджатым губам, он каким— то образом обидел её. Но у Сильвана не было ни времени, ни желания выяснять что к чему. Ему просто нужно как можно быстрее доставить её на Землю и уйти от её сладкого, ароматного и соблазнительного тела.

Сильван прикоснулся к интеллектуальной панели в виде его ладони на борту челнока, и перед ними появилась дверь. Сильван распахнул перед Софией люк и жестом пригласил забраться внутрь. Когда она благополучно уселась и пристегнулась, он сам уселся в кресло пилота, пристегнулся и запустил водородный двигатель. Сильван до последнего момента не закрывал люк шаттла, но когда запищала кислородная энергосистема, у него не оказалось выбора. Вздохнув, он прикоснулся к панели на стене, и створки люка захлопнулись, а затем челнок поднялся в воздух.

«Да поможет нам Богиня, вот мы и поехали».

Он просто надеялся, что путешествие к её дому пройдет спокойно и без приключений.

* * * * *

София всё больше и больше разочаровывалась.

«Во— первых, то он обнимает меня и ласкает волосы, ведет себя так, будто на самом деле обо мне заботится, и у нас почти случилось то самое мгновение. Не то чтобы я хотела это самое мгновение, но всё же, это оказалось по— своему… приятно. А затем, я посмотрела вверх и увидела, что его долбаные клыки сошли с ума. Хорошо, неловко получилось, но я напугалась. Любой бы испугался. Он шести с половиной футов росту, сложен, как борец, с огроменными клыками. И всё же вел себя так мило, до того как сказал, что мы должны забыть о том, что случилось. В чем его проблема?»

Не то чтобы она хотела каких либо отношений с воином, у них возникли разногласия с тех пор, как Брайд заявил о своих правах, и Оливию против её воли забрали с их квартиры на связывающую церемонию с Брайдом. Конечно, во время периода предъявления прав София не могла добраться до Брайда, а потому выливала свой негатив на Сильвана при каждой встрече. Все их разговоры заканчивались плохо.

Но несмотря на их разногласия, после поездки на транспортере он успокаивал её, поглаживая по голове… так нежно. Смотря на его мускулатуру и ледяные голубые глаза, никто бы и не догадался, что в Сильване столько нежности. И от него так хорошо пахло.

София задумалась.

«И что ты делаешь? Пожалуйста, скажи мне, что ты на самом деле ничего не чувствуешь к нему? Потому что это глупо. Ведь он совершенно ясно дал понять, что ты ему безразлична».

Не чтобы она испытывала к нему какой— либо романтический интерес. На самом деле сейчас она чертовски злилась на большого воина. Вне всяких сомнений, Сильван привлекательный или был бы им, не выпускай он страшные клыки— кинжалы. Находиться рядом с Сильваном — всё равно что гладить кошку, лежащую на твоих коленях, и вдруг обнаружить, что она превратилась в тигра. В саблезубого тигра.

Мысли Софии смешались, и она безмолвно наблюдала, как открылся шлюз, и шаттл вылетел в черноту космоса. Справа от них она увидела серое в крапинку лицо Луны, на орбите которой зависла космическая станция Киндредов. Далеко под ними виднелся синий шарик в завитках из белых облаков.

Земля. Кто бы мог подумать, что я буду любоваться ею с космоса? Нет, она и раньше навещала Оливию, но слишком нервничала, чтобы расслабиться и наслаждаться пейзажем. На этот раз она нервничала не из— за полета, она чувствовала напряженность из— за пилота. И не сводила глаз с Земли, медленно приближающейся на смотровом экране, только чтобы не смотреть на Сильвана.

По всей видимости, он ощущал необходимость завести ничего не значащий разговор, чтобы развлечь её, а потому прокашлялся и сухо произнес:

— У тебя чудесный мир.

— Э— э, спасибо. — София быстро взглянула на Сильвана краем глаза, но воин смотрел прямо перед собой, сосредоточив всё внимание на сложной панели управления.

— Отсюда она выглядит такой маленькой, — ответила София. — Такой… невзрачной.

— Все думают так, когда впервые видят свой родной мир из космоса, — его голос стал более спокойным, возможно, Сильван расслабился пилотируя шаттл. — Вселенная настолько огромна, и ты впервые понимаешь, что твоя планета — всего лишь песчинка на дне океана.

— Ты так и подумал? — София посмотрела прямо на него. — Увидев впервые свой мир, Транк— Прайм, с космической станции?

Он мрачно рассмеялся:

— Более или менее. Но я представлял её, как кристаллик льда в огромном леднике. У нас на Транк— Прайм нет пляжей. Во всяком случае, они не такие, к которым ты привыкла.

— Так в твоём родном мире всё время снег? Каково это?

Он посмотрел на неё:

— Холодно. Очень холодно.

— Нет, мне на самом деле интересно. — Любопытство победило в Софии раздражение, по крайней мере, на данный момент. — В смысле, я прожила во Флориде всю жизнь и видела снег всего лишь раз. Когда мы в старших классах школы ездили кататься на лыжах в Колорадо, то я тогда вывихнула лодыжку, едва встав на лыжи, и провела остальную часть поездки, лежа в постели и попивая противный быстрорастворимый какао, в то время пока остальные веселились. Так что я пропустила довольно много. Игру в снежки, конкурс слепи снеговика, катание на коньках по льду… — она замолчала. Сильван недоверчиво и внимательно смотрел на неё. — Что? — спросила она.

Он покачал головой:

— Думаю, у тебя совсем другие представления о холоде, чем у меня. Мы «играли» в снегу на моей планете не больше, чем вы на Земле плавали ради развлечения в водах, кишащих белыми акулами. Условия жизни там невероятно суровые и беспощадные.

— Ох. Я не знала. — София посмотрела на свои руки.

— Ты ещё много не знаешь о нас, — резко ответил он низким голосом.

Сильван на неё разозлился? Неужели он серьёзно настолько нервный? Вернувшееся разочарование обломало весь кайф от разговора.

— Видимо, ты много не знаешь о себе.

Он приподнял бровь:

— И что это значит?

— Я имею в виду всю эту историю с клыками? — Софи понимала, что не должна задавать вопросов на такую щекотливую тему. Но вопросы вылетали сами собой. — Джиллиан меня уверяла, что целоваться с тобой безопасно, потому что они вырастут только, когда ты встретишь женщину, с которой ты хотел бы…

— Спариваться. Связаться, — закончил он за неё резко.

— Да. — Щечки Софии полыхали от смущения, но она всё же продолжила: — Так почему они отреагировали на меня? Я хочу сказать, ведь я тебе даже не нравлюсь.

— Так вот что ты думаешь? Что ты мне не нравишься? — нахмурился он.

— А что ещё я должна думать? — вспыхнула она. — Сначала ты такой нежный, а потом вдруг рассердился…

— Я не сержусь на тебя.

— Ну, ты оказался очень убедителен. А что насчет твоих слов, что ты хочешь поскорее отвезти меня домой и забыть о… просто забыть? — довольно неубедительно закончила она.

— Потому что забыть — мой единственный выбор, — говоря, он смотрел прямо перед собой. — Я принял обет никогда не призывать невесту, София. И не могу его нарушить.

— Никто не просит тебя нарушать его, — возразила она.

— Даже если бы я хотел, это не принесет мне ничего хорошего. — Он пристально посмотрел на неё и отвернулся.

София развела руками:

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Пусть всё так и останется. — Он уставился прямо перед собой, сосредоточившись на пилотировании. — Ты явно не хочешь иметь со мной ничего общего, и я должен чувствовать по отношению к тебе тоже самое. Так что…

— Так что? — спросила она, но он не ответил. Взглянув на Сильвана, она увидела, что он, озабоченно нахмурившись, смотрит на панель управления. — Сильван? — спросила она. — Всё в порядке?

— Нет, — несмотря на спокойный голос, он сжал пальцы на штурвале так, что костяшки побелели.

— Что… что случилось? — София посмотрела на широкий смотровой экран и увидела, что Земля, до этого приближавшаяся к ним, вдруг стала удаляться. Нет, поняла она. Это не Земля удаляется, это мы! — Сильван? — спросила она тихим, дрожащим голосом. — Почему ты увозишь нас подальше от Земли?

— Это не я, — тем же отстраненным и спокойным голосом ответил он, напряженно, жестко сжав руками штурвал. Очевидно, он боролся за контроль над управлением шаттлом.

— Но тогда что… кто?

— Скраджи. — Он мотнул головой в ту сторону, куда их тянули. — Очевидно, они расставили энергетические сети. И мы в них попали.

— Боже мой, — прошептала София, чувствуя слабость. Она никогда не видела ни одного Скраджа, но достаточно наслушалась о них. Оливия как— то попала к ним в плен, и её сознание сканировал Всеотец, само зло во плоти. Даже после того как её отпустили, и впоследствии она воссоединилась в Брайдом, её близняшку до сир мучили кошмары о пребывании в плену. — Боже, — снова простонала София.

— Ты можешь молиться любому божеству, — голос Сильвана звучал мрачно. — Они нас заблокировали.

— Мы в ловушке? — Софи прикусила губу и взглянула через смотровой экран на быстро удаляющуюся Землю.

— Нет… не совсем. — Сильван бегло скользнул по ней взглядом. — Есть шанс, что я смогу нас вытащить, но кораблю придется туго.

— Кого волнует шаттл? Просто сделай это, — воскликнула София.

— Не думаю, что ты поняла меня, — ответил он сквозь зубы, продолжая бороться за контроль над челноком. — Этот маневр может разорвать нас на части. Мы вырвемся из сети Скраджей, но челнок может развалиться прежде, чем мы доберемся до Земли.

Какое— то мгновение София не знала, что ответить. Затем голос Лив эхом зазвучал в её голове: «Я думала, что умру. Через минуту Всеотец забрался в моё сознание своими холодными, мерзкими когтями и начал копаться в воспоминаниях, заставляя переживать всё самое худшее что со мной случалось, и я думала, что умру».

Похоже на то, что делала жрица в Священной роще. Только в тысячу раз хуже. Лив рассказывала, что иногда они проецируют воспоминания на огромный экран, чтобы каждый смог их увидеть, именно так поступили с Брайдом.

«Что если они нас поймают, и меня подключат к этой машине? Что если все увидят…»

Она не смогла заставить себя закончить мысль.

— София? — низкий голос Сильвана был напряженным, его спокойствие давало трещину. — Меня назначили ответственным за твою безопасность, тебе выбирать.

София похолодела.

— Если они нас поймают, мы в любом случае умрем. Не так ли?

Он коротко, отрывисто кивнул:

— Сдавшись, возможно, мы выиграем немного времени, но в конце концов, да, умрем.

Это означает, что в конце они замучают нас до смерти. «После того как вытащат из моего сознания ВСЕ самые худшие воспоминания, и все увидят их, особенно то, что случилось в ту ночь…»

— Предпочитаю умереть при попытке спастись, — решительно ответила она. — Делай то, что считаешь нужным, но не позволь им взять нас живыми.

Он окинул её одобрительным взглядом:

— В тебе дух воина.

«Нет, я лучше умру, чем позволю тебе или кому— то ещё увидеть то, что скрыто в моём сознании. Лучше смерть, чем вновь пережить ту ужасную ночь».

Она не сказала этого вслух. Просто потуже затянула ремни безопасности, удерживающие её в пассажирском кресле, и кивнула на смотровой экран.

— Давай, вырывайся отсюда!

— Хорошо. Мы прорвемся через центр сети, где наиболее устойчивая энергия. — Мышцы под его синей форменной рубашкой напряглись, челюсти сжались в мрачной решимости. — Держись, София. Сейчас… мы… прорвемся…

* * * * *

Они оба умрут.

Сильван хотел бы рассказать Софии о своих истинных чувствах, о том, что он не ненавидел её, даже если она ненавидела его. Хотел бы он иметь время, чтобы исследовать то, что происходит между ними, даже если это никуда не приведет. Но больше всего ему хотелось встретить её до того, как он дал свой обет.

Сейчас не время для сожалений. Стиснув зубы, он вывернул штурвал управления в сторону и одновременно нажал на газ. На мгновение внезапно возникло отсутствие сопротивления, а затем резкая встряска, от чего их обоих отбросило вперёд. Сильван жал на ускоритель, благодарный ремням безопасности, что удерживали их на месте. Шаттл сильно задрожал, его повело из стороны в сторону, раздался противный скрежет металла.

Тем не менее он вдавил ускоритель в пол, одновременно нажимая на микрометр, преодолевая сопротивление сети. Слой за слоем шаттл терял защитное покрытие, как земной овощ под название лук шелуху. Умный металл — невероятно прочный и устойчивый к нагреванию — из которого состояло внешнее покрытие шаттла, сгорал слой за слоем, уменьшая их шансы благополучно преодолеть атмосферу Земли.

Этот самоубийственный маневр — единственное, чего враг от них не ожидает. Сильван надеялся застать их врасплох, выиграть достаточно времени, чтобы челнок мог прорваться и улететь. Вернуться на космическую станцию Киндредов невозможно. После того как Скраджи расставили сеть, они заблокировали все пути отхода. Но у Сильвана был шанс благополучно добраться до Земли, если к тому времени, как они вырвутся из ловушки противника, не сгорит весь умный металл, составляющий оболочку шаттла.

Хоть Сильван и догадывался, что у Софии в прошлом было психологические проблемы, но сейчас она молча сидела рядом с ним с абсолютно сухими глазами. Окинув её быстрым взглядом, он увидел, как она побелевшими пальцами вцепилась в подлокотники кресла и сильно сжала губы. И хотя её прекрасные зеленые глаза были полны ужаса, она не издала ни звука. У него сжалось сердце от подобного мужества перед лицом почти верной смерти.

Боги, как же он хотел притянуть её к себе и просто обнять, так же как после их поездки на транспортере. Те несколько секунд, до того, как она отскочила от него, напуганная клыками, лучшее, что он испытывал в своей жизни. То, как она расслабилась рядом с ним, полностью доверяя, позволяя удерживать в безопасности, успокоить. Её тело прижималось к его… он хотел бы повторить всё снова. Самым плохим из возможных способом. И теперь он никогда этого не получит.

«В любом случае, даже если вы переживете этот безумный маневр, что кажется всё менее и менее вероятным, у тебя нет ни единого шанса, — прошептал тихий голосок в его голове. — Она не желает иметь с тобой ничего общего». Но тогда почему она так расстроилась, подумав, что она ему не понравилась? Почему…

С треском сеть разорвалась, и они освободились. Шаттл рванул вперёд, как подстегнутая лошадь, и Сильван, маневрируя, снова взял курс на Землю. Но когда круглый голубой шарик снова стал увеличиваться в размерах на смотровом экране, Сильван заметил что— то слева от них. Нечто, похожее на размытое нефтяное пятно в космосе, на самом деле оказавшее невероятно жуткой чёрной дырой, создавалось впечатление, что она поглощала весь свет вокруг себя.

Его сердце ухнуло вниз, когда он узнал истребители Скраджей. Только они использовали для перемещения технологию чёрных дыр, из— за этого их корабли практически невозможно обнаружить, разве только с помощью датчиков корабля. На первый взгляд они выглядели скорее как рассеянный свет, нежели какая— то форма, заметная для глаз. Сколько их? И главное — почему они пришли за нами? Вслух же он произнес:

— Держись, София, у нас компания.

— Что? Кто? — Она с широко открытыми глазами смотрела на смотровой экран.

— Истребители Скраджей. Ты не можешь их видеть. — Сильван начал проводить отвлекающие маневры, стараясь сделать их более трудной мишенью. — Но они здесь. Я просто предупреждаю тебя, на случай…

Прежде чем он успел закончить, шаттл затрясло, и что— то металлическое оцарапало корпус. В космосе не было слышно ни одного звука, но в герметичной тесной кабине резкий металлический звук прозвучал особенно четко.

— Что это? — срывающимся голосом, задыхаясь, спросила София.

Сильван выругался:

— Они используют грейферы, чтобы подтянуть нас к себе. Держись.

Он снова вывернул штурвал, совершая безумные маневры и держа Землю в поле зрения. Вдруг его коммуникатор, потрескивая, вернулся к жизни сам по себе.

— Воин, — раздался холодный мужской голос из центрального динамика. — Знай, мы не стремимся забрать твою жизнь. Нам нужна только девушка, София Уотерхаус. Передай её нам, и тебе позволят беспрепятственно вернуться на станцию. Я даю тебе слово командира Скраджей, — неизвестный говорил на английском, а не на универсальном языке Киндредов — ещё одно доказательство, что Скраджи изучали свою добычу.

Сильван оскалился, выпуская клыки от ярости. На этот раз он не пытался их сдержать.

— Никогда, — прорычал он, сжимая штурвал, будто шею командира Скраджей. — София моя. Я не отдам её ни тебе, ни кому— либо ещё.

София удивленно уставилась на Сильвана, но он не братил на это внимания. Слишком был занят, избегая грейферов, отскакивающих со звоном от корпуса через равные промежутки времени.

— Не будь глупцом, — в холодном голосе послышалась ярость. — Ты найдешь себе другу женщину. На этой планете их полно.

— Я дал слово её защищать. — Сильван вывернул штурвал, маневрируя, и Земля снова начала увеличиваться на смотровом экране. — Но что ты об этом знаешь, ты, лишенный матери ублюдок? Ты мерзкий Скрадж, в жизни не имевший женщины, размножающийся в пробирках, как бактерии. Что ты знаешь о том, как защищать и ухаживать за женщиной?

— Это из— за вас, из— за Киндредов, у нас нет женщин! Твои оскорбления только увеличат её мучения, — слова, наполненные яростью, лились из динамика, и Сильван почти видел искаженное от ненависти лицо командира Скраджей. — Мы разденем её до гола, прежде чем отвести к всеотцу. Сорвем с неё одежду и трахнем прямо перед тобой, заставим смотреть, как она будет умолять спасти её, а ты, беспомощный, ничего не сможешь сделать.

— Чёрта с два! — Ярость красным облаком затуманила глаза Сильвана. Как правило, в бою он оставался холоден, как лед, но не сейчас. Не тогда, когда они угрожали Софии. Угрожали его женщине. — Слушай меня внимательно, — обратился он к командиру Скраджей, направив шаттл к Земле. — Ты никогда её не получишь. И если я когда— нибудь встречусь с тобой лицом к лицу, заставлю заплатить за эти слова. Я вырву твое гребаное горло зубами.

Злой смех заполнил маленькую кабинку.

— Своими зубами, да? Ты говоришь как Блад— Киндред, воин. Я обязательно вырву твои клыки и в качестве трофея преподнесу их всеотцу, конечно, после того как закончу с твоей женщиной. Я…

Сильван снял руку со штурвала и с силой впечатал кулак в динамик. Раздался хруст, и на металлической консоли появилась огромная дыра. Руку мгновенно прострелило болью, пошла кровь, но Сильван сразу почувствовал себя лучше. Он и София, вероятно, погибнут, и будь он проклят, если отправится в последний путь, слушая голос этого больного ублюдка.

Сильван заметил, что София уставилась на него во все глаза с лицом белым, как вновь выпавший снег, но времени на объяснения не было. Раздался ещё один лязг металла о корпус, и шаттл угрожающе наклонился. Сильвану стало плохо. Они зацепили их одним из крючков! Единственное, что он мог сделать, — продолжать бороться.

Молясь Матери всего Живого, прося помощи, он наклонил корабль, стараясь сбросить крючок. Земля всё ещё надвигалась на них, заполняя собой весь смотровой экран. Они были так близко… так близко…

С визгом маленький шаттл дернулся, освободился от крюка и, словно из катапульты, полетел вперёд. Они ворвались в верхние слои атмосферы и сейчас на полной скорости неслись к Земле, оставив истребители Скраджей далеко позади. Умное металлическое покрытие на корпусе до сих пор держалось, но было не ясно, повреждено оно или нет. А когда Сильван попытался снизить скорость, шаттл практически не реагировал на команды.

— Э— э, Сильван? — голос Софии наполнился чистым ужасом, когда Земля стала стремительно приближаться. — Мы, эм, летим слишком быстро. Есть ли шанс замедлиться?

— Не большие, мне жаль. — он сверкнул мрачной полу— улыбкой. — Частично отсутствуют системы наведения и посадки. Либо она сгорела, когда мы выбирались из сети, или её сорвал последний крюк. В любом случае нас ожидает аварийная посадка.

— Ох, — выдохнула она. — Мы… выживем?

— Если нам повезет, и я смогу найти достаточно большую гору.

Он успел стабилизировать шаттл и направил его к ближайшей горной гряде. Если они смогут на полной скорости врезаться в скалу, ударная сила активирует систему безопасности шаттла. Если нет… ну…

Совершенно очевидно, София не знала об амортизации их кораблей.

— Гора? Ты пытаешься врезаться в гору?

— Не пытаюсь, собираюсь, — ответил Сильван. — Держись.

Он увидел, как её глаза становятся всё шире и шире по мере того, как скалистая каменная стена заполняла собой весь смотровой экран. Она открыла рот, собираясь закричать, и…

Удар.

«Мне очень жаль, Софи. Прости, но у меня не было времени всё объяснить тебе, я…»

Когда они врезались в скалу, их обоих встряхнуло и бросило вперёд… в бурлящий поток голубой гелеобразной субстанции, хлынувшей из каждой трещины, щели и отверстия в консоли. По мере того как мягкий амортизирующий гель заполнял кабину, создавая вокруг них обоих безопасный кокон, сила удара уменьшалась.

Несмотря на гелевый амортизатор, Сильван стукнулся головой о что— то жесткое, возможно, металлический потолок шаттла, и перед глазами у него всё потемнело.

* * * * *

Когда он пришел в себя, вокруг было темно и тихо. Системы шаттла не работали, явно поврежденные и не подлежащие ремонту, липкий гель только начинал плавиться и пениться. Сильван освободился от ремней безопасности, возблагодарив Мать, что корпус в основном сохранил свою целостность. Вокруг валялись куски металла и осколки битого стекла. На потолке шаттла зияла огромная дыра, сквозь которую отчетливо виднелось ночное небо; стены и поток уцелели при падении.

Дыра в потолке оказалась для них удачной случайностью, теперь ему не придется силой пробивать выход из поврежденного челнока. Это позволит сэкономить время, так как ему и Софии придется добираться до безопасного укрытия пешком. И у Сильвана возникло ощущение, что впереди у них долгая дорога. Он даже не знал название горного хребта, в который ему посчастливилось врезаться, но место их крушения оказалось довольно далеко от первоначального пункта назначения — Тампа, штат Флорида.

Где бы они ни были, им нужно убираться отсюда, и побыстрее. Сильван не знал как долго провалялся в отключке, но в одном был уверен точно: Скраджи выследят их. Возможно они и не в состоянии пройти через защитное энергополе планеты, но в их распоряжении есть и более мелкие зонды, которым скорее всего удастся прорваться через защиту. И если они пошлют несколько своих адских снифферов… Сильван покачал головой. Он должен собрать все необходимое для выживания, и увести Софию как можно дальше от места крушения, прежде чем их обнаружат.

— София? — позвал он, высвобождаясь из липкого геля и оборачиваясь к ней. — Софи… — её имя замерло на его губах, она исчезла.

На мгновение Сильван тупо уставился на пустые ремни безопасности. На том месте, где она сидела, остались только следы крови. Он даже не мог учуять её аромат, в воздухе всё ещё витала едкая вонь от выжженного металла и резкий запах геля из системы безопасности.

Что если её каким— то образом выбросило из шаттла во время крушения? Или гель безопасности для неё не сработал как надо? Он с ужасом понял, что система безопасности в шаттле была рассчитана на воина— пилота Киндера, а не на такую хрупкую маленькую человеческую женщину, как София. Неужели она где— то лежала раненная и искалеченная? Или пока он валялся в отключке, оставив её беспомощной и без защиты, её забрали Скраджи? Страх наполнил его, как чёрная вода. Богиня, пожалуйста, нет. Нет!

— София! — её имя вырвалось из его горла громовым ревом. — София! Со…

Он едва не споткнулся об её лежащее ничком на полу шаттла тело. Скорчившись, она лежала лицом вниз в заднем отсеке кабины. Задыхаясь от облегчения, Сильван опустился рядом с ней, на колени.

— София, — прошептал он, проводя рукой по шее и позвоночнику, проверяя на наличие травм. Казалось, повреждений не было, но она никак не отреагировала ни на его голос, ни на прикосновение. Обеспокоенный он осторожно потряс её за плечо.

— София? Пора просыпаться, нужно выбираться отсюда и поскорей. — Но так и не получил ответа.

Опасаясь худшего, Сильван просунул под неё руку, собираясь перевернуть на спину. И нащупал пальцами что— то теплое и мокрое. Замявшись, поднес руку к лицу. Жидкость на его пальцах казалось чёрной в лунном свете, и даже не нюхая, он понял, что это кровь.

Кровь Софии.