Противостояние

Он обнимал ее, а я чувствовала, как сердце разбивается на тысячи осколков, впиваясь острием в легкие, отчего становилось труднее дышать. Соленая влага собралась в уголках глаз, но  упрямо не отводила взгляд от парочки, чертова мазохистка. Я отдала этому засранцу полгода своей жизни, мы строили планы, которые он разрушил за тридцать минут. Как я вовремя не увидела, что этот «порядочный мальчик», как любила называть его моя мама, решит изменить мне на глазах у всех.

-Иззи, чего ты там встала? –слышала я голос Бриттани, либеро из свой команды.

Норман вздрогнул и перевел на меня взгляд своих голубых глаз, в них вспыхнуло сожаление. Тебе меня жаль, чертов ублюдок?

Злость кипела во мне с такой силой, что хотелось свернуть ему шею, а длинноногой курице выдрать клок волос.

-Изабелла, я хотел тебе сказать, но...-я выставила руку вперед, прерывая его оправдания, и устало прикрыла глаза. Посчитав до десяти и глубоко вдохнув, осмелилась посмотреть в глаза, которые когда-то дарили мне любовь.

-Заткнись, Норман, мать его, Вайли– сейчас, сквозь пелену злости, он не казался таким прекрасным, чем пару часов назад. Его раскосые, голубые глаза оказались слишком блеклыми, а идеально уложенная прическа - нервировала. Вся нежность к этому человеку сменилась жгучей ненавистью, которая выжигала мое влюбленное сердце.

-Ты сама виновата, не давала мне то, что дает Кетти.

-Ну извини, что не делала тебе знатный отсос. Кетти, это все, чем тебе есть похвастаться или мне нужно знать что-то еще? - Блондинка вылупила на меня свои глаза, ее надувной рот открывался и закрывался, как у рыбы, выброшенной на берег.

Такая посредственность, неужели Нормана привлекают такие девушки? Хм, тогда я бы была явным выходом за шаблоны его типажа. Наши отношения изначально были настроены на провал, мы слишком разные. Всего в нас было слишком. Он любимчик учителей, каждый школьный кружок хотел, чтобы он пополнил их ряды. Хотите, Норман напишет вам компьютерную программу, а может лучше поставит пьесу, которая определенно соберет аншлаг. В этом парне и правда сочеталось много талантов, но было и то, что не давалась и ему. Астма не давала ему в полной мере заниматься спортом, на каждом уроке физической культуры ему приходилось сидеть на лавке запасных и нервно сжимать ингалятор, который покоился в его кармане. А что насчет меня? Ха, я была его полной противоположностью. Спорт в моей жизни был неотъемлемой частью. Постоянные тренировки, разъезды и дисциплина, к которым привыкла с легкостью, благодаря военному прошлому отца. Но учеба давалась мне с большим трудом, а очки на табло в первенстве юниоров по волейболу это все, чем я могла похвастаться. Наверное, поэтому он решил обратить на меня свое внимание. Если не дается спорт, то определенно даст спортсменка. Черт.

Прозвучал свист, а это значит, что футбольная игра окончена. На нашу сцену из романтического боевика смотрело намного больше зевак, и только истинные фанаты американского футбола не отрывались от зрелища, которое разворачивалось на поле. По скандированию трибун можно было понять, какая команда одержала победу. Люди ликовали, вверх летели головные уборы, шарфы и даже чьи-то трусы. Шум вокруг нарастал, вдруг меня кто-то толкнул в плечо, от чего я пошатнулась и будто отмерла, перестав изучать лицо напротив. Норман приближался, намереваясь меня обнять. С каждым его шагом мне всё больше хотелось кричать, словно банши, оповещающая всех о смерти нашей любви.

-Не подходи ко мне! -реакция была у меня отменная, а рука для лучшего бомбардира – слишком тяжелой. Следующее, что я увидела, как Вайли схватился за свой нос и медленно осел на землю.

- Черт, Ракета, да ты сломала ему нос – это слова прозвучали от того, кого я меньше всего хотела сейчас видеть. Адриан Гонсалес. Король школы, а также мой сущий кошмар, сосед и бывший лучший друг в одном лице.

Его губы тронула беззаботная улыбка, а в глазах полыхала гордость, потому что этому удару меня научил он, когда был еще краснощеким ребенком с очаровательными ямочками на щеках.

— Это лучшая награда за победу – он снял перчатки и принялся аплодировать.

-Клоун – скривилась я и развернулась на пятках, чтобы наконец-то покинуть это место.

-Эй, я бы на твоем месте добил – сказал он мне в спину со смехом. Это его забавляет? Обернувшись, я поняла, почему девочки бегут на игру с таким энтузиазмом. Черно-белая форма «Гиен» делала его еще больше, а каштановые волосы блестели от пота, но это нисколько его не портило. Острые скулы и полные губы, тронутые в усмешке. Красивый. Слишком. Правда характер подкачал, уж это знаю не понаслышке. Показав средний палец, я поспешила удалиться с желанием разрыдаться, при этом уплетая тонны мороженого, которое в моем рационе было под запретом.

-Сбегаешь, поджав хвост? Как на тебя похоже, Иззи – вздрагиваю всем телом. От веселья в его голосе не осталось и следа, но прослеживались и другие эмоции. Боль. Обида. Отвращение. Последнее заставляет сглотнуть вязкую слюну. Не знаю, что было больнее - измена парня или «отрывание коросты» от раны, которая только начала заживать. Адриан знал куда надавить. Знал,и пользовался этим с явным наслаждением, питаясь моей болью и как вампир высасывал из меня любые эмоции.

-Молчишь? Что, не нравится правда? – он наседал и не желал сдаваться, в его глазах вспыхнул азарт, я была для него рулеткой, которую Адриан раскручивал с большим воодушевлением в надежде сорвать куш.

-Гонсалес, не будь засранцем, нам было по 12 – сжав кулаки, так, что ногти впились в ладони, давая понять, что этот разговор не плод моей фантазии. – Мы были детьми, пили теплое молоко и строили замки из песка.

-Но это не оправдывает твоего поступка, Харрис – меня пробрала дрожь, либо от ветра, который принес за собой сумрак, либо от холода, который источал Гонсалес. Его черные, словно уголь, глаза изучали меня, и уверена, он замечал каждую перемену на моем лице. Адриан всегда читал меня как открытую книгу, у него были свои закладки, которые он выдергивал, когда переходил к следующей странице.

-Ты ничему так и не научилась за эти годы. – ряд ровных зубов на фоне его смуглого лица, казался неестественно белым. - Nos vemos, mi paraíso*- перебрасывая спортивную сумку через плечо, он ускорился к своему пикапу, который был припаркован на школьной стоянке. Адриану одному из немногих перевалило за семнадцать, и он считался полноправным старшеклассником с крутой тачкой и прицепом поклонниц. Я слышала шум двигателя, а затем визг шин по асфальтированной дороге. Каждый раз наши встречи, заканчивались так: он уезжал, оставим за собой последнее слово. Как однажды это сделала я.

Я бы так и продолжила стоять и смотреть в сторону, где скрылась большая фигура Гонсалеса, если бы не начавшийся дождь. Погода передавала мое настроение полностью, вдалеке прогремел гром, а затем небо озарил яркий разряд молнии. Мелкие капли стекали за шиворот, заставляя тело покрыться мурашками, а по щекам стекали капли воды смешиваясь с соленной влагой. Все сдерживаемые эмоции вырвались наружу, всегда сильная и непоколебимая - Изабелла Харрис, вытирала слезы тыльной стороной ладони, чтобы никто неувлек ее в слабости. Хотя это не имело никакого смысла. Сегодня мне разбили сердце. Дважды.

*До встречи, мой рай (исп.)