- Держись, куколка! [16+]

Я стояла перед зеркалом в ванной, рассматривая хорошо заметные на моей шее бордовые пятна.

Засосы.

Спорить с Тео было... сложно. Но еще сложней спорить с человеком, когда вы вдвоем хотите одного и то же, а тебе лишь приходится притворяться, что ты имеешь что-то против мягких губ, прижимающихся к твоей коже в таком чувствительном месте.

Но я и не притворялась. Я просто наслаждалась его касаниями, руками, обнимающими меня, горячим дыханием, от которого у меня шла дрожь по телу, и...

И через десять минут у меня начинался урок литературы, а я все еще стояла в ванной комнате, сжимая тюбик тонального крема в руке, с трудом представляя, как мне удастся это скрыть.

Конечно, моя водолазка была идеальным выходом из ситуации, но я не могла ходить в одной и той же одежде каждый день.

Где-то после пяти минут тщательной работы я вполне могла назвать это удачной маскировкой. Я очень редко пользовалась тональным кремом, лишь в случаях, когда мне приходилось скрывать высыпания на лице, которыми, слава богу, природа меня щедро не награждала. Но, как и у любой девушки, у меня всегда имелась небольшая косметичка при себе, и я всегда могла найти в ней что-нибудь полезное.

Внезапно дверь ванной комнаты скрипнула, и в проходе появилась Розмари. Я не имела понятия, пришла она только сейчас или стояла там уже какое-то время.

Несмотря на то, что мы жили в одной квартире, я очень редко виделась с ней. Или она проводила время в своей комнате, запираясь в ней, или же Розмари, наоборот, отсутствовала. Я никогда не видела ее сидящей в гостиной, и даже никогда не ссорилась из-за постоянно занятой ванной, как это иногда бывало с Маргарет.

- Что ты делаешь? - спросила она меня, подозрительно поглядывая на тюбик тонального крема в моих руках.

Я не знала, видела ли она мои засосы и имела ли понятия о том, кто именно их мне поставил. Я очень надеялась, что нет.

- Наношу макияж, - как можно равнодушней ответила я, пожимая плечами.

Это было довольно глупо, потому что на мне не было косметики, и Розмари это заметила. В любом случае, она была не той, перед кем мне следовало оправдываться.

Я быстро сложила все принадлежности в маленькую сумочку, именуемую косметичкой, и поспешила на выход, освобождая для Розмари комнату. Но у прохода она схватила меня за руку, останавливая.

- Что у тебя с ним? - требовательно спросила она, и от ее тона мне стало не по себе.

- Что у меня с тональным кремом? - переспросила я, потому что ее вопрос был достаточно расплывчатый. - Знаешь, когда у меня начался переходной возраст, мы стали просто неразлучны.

Розмари возмущенно вздохнула, явно недовольная моим ответом, и отпустила меня. Я решила не задерживаться в тесном помещении с девушкой, при одном виде которой у меня бежали мурашки по телу от страха. Лишь закинув на плечо рюкзак, полный тяжелых книг, и оказавшись в коридоре, шагая в учебный корпус, у меня появилось немного времени подумать.

Конечно, я прекрасно понимала, о ком говорила. Но больше всего меня волновало, каким образом она вообще узнала обо мне и Тео. Мы не скрывали наши отношения, но пока для Джастина это оставалось тайной, нам приходилось это временно... не афишировать. Мы проводили друг с другом время - взять хотя бы вчерашнее поедания мороженого, но на людях мы даже никогда толком не разговаривали. Если народ и знал о наших с Тео взаимоотношениях, то их разговоры ограничивалось темой «как-то раз Дэниэлс выплюнул чай на новенькую».

Но Розмари не была обычной девчонкой. Она была той, с кем Тео занимался сексом, и, если верить его словам, для Розмари это не было обычное удовлетворение сексуальных потребностей. В процессе их взаимовыгодного договора у нее появились чувства к нему, на которые он не ответил.

А потом, прямо в середину их драмы, влезла я.

Я не могла винить ее за то, что она недолюбливала меня, подозревая, что я могла уводить у нее из-под носа парня, который ей неравнодушен. Я ненавидела ее за то, что она спала с Тео, но одновременно с этим я глубоко сочувствовала ей. В него сложно не влюбиться, и, в отличие от меня, он не оставлял на ее шее засосов. Она была лишь предметом, который Тео использовал, пока он нуждался в нем до поры до времени.

Но я однозначно была раздражена тем фактом, что Розмари, возможно, была кем-то вроде сумасшедшей подружки-психички, которая следила за своим объектом обожания, и знала все о нем: начиная с того, какой аромат у его мыла и заканчивая тем, с кем и где Тео проводил свое свободное время прошлым вечером. Иначе я не могла предположить, как она узнала о том, что у меня «что-то с ним есть».

Литература прошла достаточно скучно. Я не прочитала положенных пятидесяти страниц романа, который мы начали на этой неделе, потому как была занята кое-чем более важным, и весь урок не могла вникнуть в запутанный сюжет. К счастью, мистер Барнс забыл о моем существовании, и уделял все внимание Камиле, подготовленной к сегодняшнему уроку.

На перемене между психологией и историей я зашла в туалет, чтобы поправить свои волосы. Именно в этот день они полностью отказывались собираться в хвост, выступая неаккуратными волнистыми прядями за пределами резинки.

И как в глупых американских фильмах, скорее в ужастиках, чем в подростковом кино, в отражении огромного зеркала, висящего на стене, я увидела силуэт рыжеволосой девушки. Возле Розмари, стоящей прямо позади меня, была еще какая-то блондинистая красотка, но и я понятия не имела, как ее зовут.

Меня никогда не трогали задиры из моей бывшей школы, но именно в этот момент мне показалось, что настал тот момент, когда мою голову опустят в унитаз.

- Похоже, родители хорошо тебя разбаловали. Ты захотела слишком многого.

Я обернулась, оказываясь лицом к лицу с Розмари. Она выглядела злой, недовольной, и явно готовой на то, чтобы выдрать у меня клочок волос.

- Понятия не имею, о чем ты говоришь.

- Не притворяйся дурочкой. Твой внешний вид и без того показывает уровень твоего интеллекта, - сказала она.

Я была готова с этим поспорить, поскольку внешние данные уж никак не были показателем умственных способностей человека, но, похоже, для Розмари количество косметики на лице было единственным признаком, по которому она определяла интеллект людей.

- Тео, - подсказала незнакомка хриплым и осипшим голосом, как будто она была курильщиком с десятилетним стажем. В любом случае, ее грубоватый тон наводил достаточно ужаса, чтобы вызвать мурашки на моем теле, и теперь мне становилось понятно, зачем Розмари ее притащила.

- Лучший друг моего брата?

- Да, маленькая шлюшка! - произнесла Розмари, как будто выплевывая мне эту фразу в лицо.

- Извините? - я сделала шаг вперед, оказываясь еще ближе к ней. Из-за каблуков она казалась на полголовы выше, но это никак не пугало меня. - Ты только что назвала меня шлюхой?

- У тебя есть проблемы со слухом? - сказала блондинка, встревая между нами двумя. От нее сразу запахло сигаретами. - Или тебе просто нравится, когда люди зовут тебя так? Шлю-ха.

- Весьма занятно, как вы обвешиваете людей разными прозвищами, но, надеюсь, себе вы подбираете подходящие? Что-то вроде «рыжая бестия» и «никотинозависимая»?

Похоже, мои слова Розмари разозлили еще больше, и она грубо схватила меня за предплечье, сжимая до боли.

- Я вижу, ты любишь открывать свой ротик. Неудивительно, что Тео обратил на него внимание, - Розмари пододвинулась еще ближе, сжимая мою руку крепче. - Ты здесь всего пару недель, а уже успела найти себе член. Только ты не учла, что конфетка, которую тебе захотелось, уже занята. Нехорошо уводить чужих парней.

Мне хотелось рассмеяться от того, что Розмари решила провести ассоциацию Тео с конфеткой, поскольку я сама всегда считала, что он состоит из сплошной карамели, но это явно было бы неуместно.

- Извини, Розмари. В отличие от тебя, я не сосу член парню, который ничего ко мне не чувствует.

Она пыталась надавить на какие-то болезненные точки, чтобы заставить меня отступить? Похоже, вместо нее это сделала я.

Пощечина от Розмари, пришедшая прямо на мою правую щеку, не имела ничего общего с ударом отца. Это было совсем по-девчачьи: конечно, с силой и злостью, которая кипела в ней, и вызывающая болезненные покалывания, но абсолютно не смертельная. Возможно, за десять баксов я пережила бы и вторую.

Но поскольку Розмари не собиралась платить за то, что она стала выпускать на мне пар, я перехватила ее руку до того, как она замахнулась ударить еще раз.

- Ты никогда не была и не являешься его девушкой сейчас. Поэтому ты далеко не та, перед кем я должна объяснятся. Но пока что я не спала с Тео, и вообще ни с кем не спала, если тебе интересно, но когда у нас будет секс - а он обязательно будет - ты не будешь к этому никак причастна. Ты не станешь считаться девушкой бабника-изменщика, потому что ты никто ему. Так что остынь и переключись на кого-нибудь другого.

- Это ты переключись на кого-нибудь другого! - крикнула она, толкая меня так, что бедрами я ударилась об раковину. - Тео - мой. Думаешь, ты можешь приехать вот так, посреди учебного года, и выхватить кого тебе вздумается? - мне не хотелось перебивать ее и говорить, что мы, вообще-то, живем в свободной стране, и каждый имеет право выбирать себя в пару абсолютно любого человека. - У тебя слишком большие требования, а здесь все так просто не работает.

- По крайней мере, я не живу ложными надеждами.

Розмари фыркнула, поворачиваясь к подруге.

- Ты это слышала? - спросила она ее, а затем снова посмотрела на меня. - Думаешь, ты будешь нужна ему после того, как раздвинешь перед ним свои тощие ножки? Он поиграется тобой, а потом снова вернется ко мне. Потому что я сомневаюсь, что у него когда-либо будет такой же горячий и страстный секс, какой был со мной.

- А ты не... - я не успела продолжить, потому что она приставила свой палец к моим губам, перебивая меня.

- А еще ты настоящая врушка, - Розмари потянулась к моей шее, простым движением стирая тональный крем и открывая багровые пятна. - Не думай, что ты особенная. Раньше мне приходилось все время ходить в кофтах и скрывать засосы по всему телу, которые он оставлял.

Блондинка подошла ко мне, крепко хватая меня за руки. Я была удивлена тем, насколько сильной она оказалась. Может, она и любила баловаться сигаретами, но спорт явно присутствовал в ее жизни.

- И чтобы наши слова лучше усвоились в твоей крошечной головке, думаю, тебя придется немного проучить, - незнакомка потянула меня в сторону туалетных кабинок, и у меня совсем не получилось сопротивляться.

Возможно, я была всего в паре секунд от того, чтобы быть способной во всех деталях описать вкус воды из унитаза, но дверь в туалет открылась, и обе девушки мгновенно от меня отскочили.

Вероятно, даже их попытка изобразить безразличие никак не помогла Камиле, стоящей в проходе, поверить в то, что все в порядке.

- Что здесь происходит? - спросила она довольно требовательно, и это было не похоже на ее тонкий голосок, которым она всегда разговаривала.

- Ничего, - развела руки Розмари и, недовольно топнув ногой, пошагала к выходу вместе со своей подругой. - Просто имей в виду, Ария, что когда Тео будет трахать тебя в твоей спальне, то же самое он раньше делал через стенку со мной.

И, цокая каблуками по белому кафелю, они исчезли за дверями, оставляя меня и Камилу одних.

Я не знала, откуда во мне вдруг появилась такая хладнокровность и умение сохранять безразличие ко всему, что пыталась мне навесить на уши Розмари, потому что обычно я была чертовски эмоциональном человеком, но именно сейчас ее слова не значили для меня ровным счетом ничего.

Я понимала, что Розмари была просто запавшей на парня девчонкой, который не отвечал ей взаимными чувствами. Но я, в отличие от нее, как раз таки ее и имела. Взаимность.

Лишь через несколько секунд до меня дошло, что фразу, которую Розмари кинула на прощание, услышала не я одна.

Камила стояло ровно, удивленно поглядывая то мне в глаза, то на мою шею, замечая то, что я так старательно пыталась замаскировать утром.

Господи мой.

- Господи мой, - буквально повторила мои мысли она и добавила: - Ты спишь с Тео. Тео спит с тобой. И Джастин, скорее всего, ничего не знает.