32
Сумерки, словно густое покрывало, опустились на базу Чака, затопив её непроглядной тьмой и превращая ярко освещённые прожекторами участки в крошечные островки света, затерянные в море мрака. Вдалеке слышался слабый шелест листвы, нарушаемый редкими криками ночных птиц, что добавляло атмосфере напряжения и загадочности. Эндрю и его группа затаились у массивного металлического забора, готовясь к отвлекающему манёвру. Их лица были сосредоточены, а взгляды прожигали пространство впереди.
— Все наготове? — прошептал Эндрю, сжимая в руке дымовую гранату. Его голос звучал глухо, будто не желая тревожить окружающую тишину.
— В любую секунду, — тихо ответил один из его подчинённых, проверяя боезапас.
Эндрю коротко махнул рукой, и через мгновение глухой взрыв расколол ночное спокойствие. Земля содрогнулась, металлический забор затрясся, а густое облако дыма стремительно заполнило пространство у входа. Громкие сирены всполошили базу, и вооружённые охранники в спешке бросились к месту взрыва, покидая свои посты.
— Это наш момент, — коротко бросил Дэвид.
Чарльз и Микаэль, как и предусмотривал план, молча отделились от основной группы и направились к серверной. Их движения были быстрыми и слаженными. Тем временем Дэвид и Люк, стараясь избегать освещённых участков, бесшумно пробирались к крыше главного здания, где находился кабинет Чака.
Каждое их движение было рассчитано до мелочей, каждый шаг сопровождался напряжённой тишиной, разрываемой лишь редким скрипом старых конструкций. Ветер играл в их одежде, будто пытаясь предупредить о приближающейся опасности. Взявшись за край лестницы, ведущей на крышу, Дэвид обернулся к Люку. Их взгляды пересеклись, и в них читалась общая решимость — они не отступят, пока миссия не будет завершена.
— Кабинет Чака должен быть прямо под нами, — прошептал Дэвид, указывая на тёмный участок крыши. — Готов?
Люк, с усмешкой на лице, кивнул:
— Всегда готов. Время показать этим ублюдкам, кто здесь главный.
Они продолжили своё движение, исчезая в тени, словно призраки, готовые нанести решающий удар в сердце врага.
В серверной комнате царил тусклый свет, разбавленный редкими всполохами от мониторов, которые дрожали в полутьме. Несколько человек, охранявших эту зону, не стали серьёзной преградой для Чарльза и Микаэля. Их атака была молниеносной и безжалостной.
— Даже проще, чем я предполагал, — ухмыльнулся Чарльз, бросив короткий взгляд на поверженных противников.
Он шагнул к панели управления, его руки уверенно пробежались по клавишам.
— Не теряй бдительность, — предостерёг Микаэль, глаза внимательно изучали полумрак вокруг. Каждый шорох, каждая тень могли скрывать угрозу.
И внезапно из темноты вынырнул охранник, бросаясь вперёд с ножом в руке. Микаэль едва успел перехватить удар, их тела сплелись в яростной схватке. Чарльз, услышав шум, мельком оглянулся, но тут же вернулся к работе.
— Задержи его ещё на минуту! — крикнул он, лихорадочно вводя коды.
— Ты можешь вообще не торопиться, — с сарказмом произнёс друг.
Микаэль, скрипя зубами, боролся с врагом. В этот момент рядом с Чарльзом раздался свист пули, и он резко пригнулся, сердце бешено заколотилось. Подняв голову, он увидел перед собой Коула. Тот стоял неподвижно, держа его на прицеле.
— Шаг назад, — приказал Коул холодным, бесстрастным тоном.
Чарльз медленно поднял руки, на его лице играла кривая усмешка.
— Ты всегда был мерзавцем, Коул, — с презрением бросил он.
— Но, в отличие от вас, я всё ещё жив, — произнёс Коул с горькой усмешкой, едва заметно прищурившись.
— Пожалуй, это нужно исправить, — раздался голос Микаэля из-за спины Коула. Он держал пистолет, направленный прямо в затылок предателя.
Коул вздрогнул, пальцы на мгновение ослабли на курке.
— Микаэль... — с примесью сожаления произнёс он, словно вспоминая о былом товариществе.
Но секунды промедления стоили ему жизни. Чарльз, воспользовавшись замешательством, рванулся вперёд, выбил оружие из рук Коула и сам направил его на врага. Раздался выстрел, и Коул пошатнулся, хватаясь за грудь, где расплывалось кровавое пятно. Он рухнул на холодный пол, с трудом переводя дыхание. Его глаза искали ответ в лицах бывших соратников.
— Друг... — выдохнул он, кашляя кровью и смотря на Микаэль.
Парень же с безразличием прицелился в голову Коула. Его палец без колебаний нажал на курок, раздался глухой выстрел, и предатель замер навсегда. Лицо Микаэля оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнула тень разочарования — возможно, в себе, возможно, в том, кем стал их бывший товарищ. Уил был отомщён.
Чарльз вернулся к панели, пальцы его двигались быстрее прежнего. Наконец, экраны замигали, и изображение пропало. Сирены на мгновение смолкли, будто база задержала дыхание.
— Готово, — выдохнул он, оборачиваясь к Микаэлю. Тот стоял неподвижно, глядя на безжизненное тело Коула.
Они справились, но усталость давила, словно невидимый груз. Оба знали, что эта победа была лишь шагом в их длинном и опасном пути.
Дэвид и Люк тихо сняли решётку с вентиляционного люка, позволив ночному воздуху проникнуть внутрь. Металл холодил руки, но это их не остановило. Они осторожно начали спускаться вглубь тёмного лабиринта. Шёпот голосов и шаги охранников доносились снизу, смешиваясь с приглушённым гулом работы механизмов. Каждый звук мог выдать их местоположение, поэтому оба двигались бесшумно.
— Мы близко, — едва слышно произнёс Дэвид, остановившись на мгновение, чтобы изучить тёмный коридор, освещённый лишь тусклым светом аварийных ламп.
Когда они достигли массивной металлической двери, за которой, по их предположениям, находилась Лия, их план резко сорвался. Перед входом стояли трое вооружённых охранников, чьи острые взгляды методично осматривали пространство.
— У нас проблемы, — шёпотом произнёс Люк, прижимаясь к стене.
Дэвид бросил на него быстрый взгляд, кивнув.
— Разберёмся, — коротко ответил он.
Всё произошло в мгновение ока. Они атаковали, используя внезапность как главное оружие. Первый охранник рухнул, не успев поднять тревогу, второй был обезврежен Люком быстрым ударом в горло. Но третий оказался более ловким, чем они ожидали. Скрестившись с Люком, он вытащил нож и, уклонившись от удара, вонзил его в бок противника.
— Люк! — крикнул Дэвид, его захлестнула ярость.
Главарь бросился на оставшегося врага, обезоружил его и рывком сломал шею.
Люк, пошатнувшись, упал на холодный бетонный пол. Его лицо побледнело, кровь густыми потоками вытекала из раны, оставляя алые следы на одежде.
— Иди за Лией, — прохрипел он, пытаясь поднять голову, но его силы стремительно покидали.
— Нет, ты мне нужен, — ответил Дэвид с отчаянием в голосе, опускаясь рядом с ним на колени. Он прижал руку к ране, стараясь остановить кровотечение.
Люк слегка улыбнулся, его взгляд стал мягким, будто он примирился с происходящим.
— Это мой конец, — выдохнул он, голос звучал едва слышно. — Ты должен знать кое-что... Лия могла сбежать, но выбрала остаться.
Дэвид замер, его лицо исказилось от боли — не физической, а той, что прожигает душу.
— Я знаю, — тихо произнёс он, опуская голову. — Микаэль пытался ей помочь.
Люк слабо кивнул, его глаза затуманились.
— Ты знал? И о том, что я помогал ему?
Дэвид, не отрывая взгляда от лица друга, ответил с твёрдостью:
— Да. Ты всегда был лучшим напарником и верным другом.
Слабая улыбка тронула губы Люка, и он закрыл глаза. Его дыхание оборвалось, оставив в воздухе тяжёлую тишину. Дэвид, сжав зубы, поднялся, взгляд тут же стал холодным. Теперь он остался один, но его цель была ясна, как никогда. Лия должна быть спасена, а их враги — уничтожены. Любой ценой.
Дэвид, едва сдерживая бурлящую ярость, рванулся вперёд и распахнул дверь с силой, которая едва не сорвала её с петель. Однако комната встретила гнетущей пустотой. В воздухе витал слабый аромат духов Лии, напоминание о том, что Лия находилась здесь совсем недавно. На полу парень обнаружил серёжку и отпечатки тонких подошв. Дэвид понял, что опоздал.
— Чёрт! — вырвалось из его груди. Голос эхом отразился от стен, усиливая бессилие момента.
Внезапно снаружи раздался пронзительный крик, её голос. Дэвид мгновенно насторожился, метнувшись в коридор, он обнаружил окно, где успел заметить, как Чак, держа Лию за запястье, заталкивал девушку в чёрный внедорожник. Глухой рёв мотора заполнил ночной воздух, и машина рванула прочь, оставляя за собой облако пыли.
Дэвид, стиснув зубы, устремился к выходу. Его шаги отдавались глухими ударами в пустых стенах, мимо лежащих на полу тел охранников. Каждое движение было пропитано решительностью, каждый вдох — яростью и болью.
Добежав до выхода, он осмотрелся и заметил брошенный седан с ключами в замке зажигания. Не раздумывая, он влетел внутрь, захлопнул дверь и повернул ключ. Двигатель взревел, точно разделяя его ярость. Дэвид вдавил педаль газа в пол, и машина сорвалась с места, оставляя позади запах жжёной резины.
Фары выхватывали из темноты следы колёс внедорожника Чака. Сердце Дэвида колотилось в бешеном ритме, мысли путались, но он не собирался останавливаться. Лия была его целью, его причиной жить, и он готов разорвать мир, чтобы вернуть её.
Разъярённый Дэвид мчался по извилистой дороге, яростно преследуя машину Чака. Автомобиль резал густую тьму, а рёв двигателя разносился эхом по скалистым утёсам. Впереди, всего в нескольких десятках метров, внедорожник Чака метался из стороны в сторону, пытаясь уйти от погони.
Мелькнула лунная дорожка над краем утёса, словно зловещий предвестник близкой развязки. Машина Чака резко затормозила, колёса взвизгнули, оставляя на дороге тёмные следы. Водитель попытался развернуться, но Дэвид не дал ему времени. Он вдавил педаль газа до упора и направил свой автомобиль прямо на траекторию внедорожника, заставляя его остановиться. Металл заскрежетал, искры разлетелись в стороны, но цель была достигнута: враг лишился возможности двигаться дальше.
Двери внедорожника распахнулись, и на дорогу выбрались Чак и его телохранитель — массивный, широкоплечий мужчина с суровым выражением лица. Лия осталась внутри, её крик, полный отчаяния, прорезал ночную тишину. Она яростно дергала дверную ручку, но замки не поддавались. Чак бросил короткий взгляд на Лию, затем на Дэвида, его лицо искривилось в злорадной усмешке.
— Разберись с ним, — холодно приказал он своему громиле, указывая на Дэвида.
Телохранитель двинулся вперёд, как горный обвал — тяжело, но неудержимо. Дэвид, не теряя ни секунды, схватил первый попавшийся под руку камень и бросился в бой. Удар громилы был сокрушительным, но Дэвид уклонился, а затем метко всадил камень в висок противника. Тот покачнулся, но не упал. Схватка продолжилась. Дэвид использовал всё, что попадалось под руку: камни, обломки веток, и даже дверь своей машины, сбив его с ног. Но тот поднялся вновь, его лицо заливал поток крови.
— Ты упрямый, — прошипел Дэвид, стиснув зубы.
Он сделал стремительный рывок, бросившись на противника с голыми руками. Удары сыпались градом. В пылу ожесточённой схватки Дэвид уловил мгновение — мимолётный проблеск невнимательности противника. Телохранитель, тяжело дыша, попытался вытереть кровь, стекавшую в глаза, и этого оказалось достаточно. Дэвид, собрав последние силы, обрушил противника на боковую панель машины с такой яростью, что металл прогнулся под тяжестью удара. Гулкий звук столкновения эхом разлетелся по скалистой местности.
Телохранитель осел на землю, оглушённый и временно обезвреженный. Дэвид не терял ни секунды. С грохотом он сорвал замок двери внедорожника, используя обломок металлической трубы, найденной неподалёку. Дверь с треском открылась, и Лия, встревоженная, встретила его взгляд.
— Лия! — прохрипел он, протягивая руку девушке. — Быстро, вылезай!
Её глаза были широко распахнуты от страха, но в них блеснуло облегчение. Лия крепко схватилась за его руку, и он вытянул девушку наружу. Едва её ноги коснулись земли, Дэвид посмотрел ей прямо в глаза.
— Беги, Лия! — велел он, указывая на извилистую тропу, ведущую к груде скал неподалёку. — Спрячься среди камней и не выходи, пока я не приду за тобой.
Она замялась, желая что-то сказать, но Дэвид подтолкнул её вперёд, не давая времени на раздумья.
— Иди! — его голос стал резким, почти яростным, и Лия, собравшись, кивнула.
Дэвид обернулся. Охранник начал приходить в себя, пошатываясь и поднимаясь на ноги. Дыхание главаря стало рваным, тело стонало от усталости, но воля оставалась несгибаемой. Бой ещё не окончен. В руке охранника поблёскивал нож. Он бросился на Дэвида, издав хриплый крик, полный ненависти. Дэвид, едва успев увернуться от первого удара, ухватился за острый обломок железа, лежавший у ног. Ладонь тут же покрылась кровавыми порезами, но он стиснул импровизированное оружие, не обращая внимания на боль. Звуки ударов и тяжёлое дыхание разносились по пустынной местности. Нож охранника мелькал в воздухе, угрожая каждым движением, но Дэвид уклонялся с невероятной быстротой. Внезапно он нашёл возможность нанести удар. Кусок железа вошёл в шею охранника, и тот захрипел, хватаясь за рану. Его колени подкосились, и он рухнул на землю, больше не представляя угрозы.
Не успел Дэвид перевести дух, как раздался резкий выстрел. Пуля, выпущенная Чаком, впилась ему в плечо, словно раскалённый гвоздь. Боль была ошеломляющей, но Дэвид, стиснув зубы, не дал себе упасть. Он развернулся, лицом к лицу встречая своего главного врага. Чак, ухмыляясь, стоял с пистолетом в руке, его глаза светились торжеством.
— Ну что, герой, — насмешливо произнёс он. — Думаешь, сможешь остановить меня?
— Да, — прохрипел Дэвид, бросаясь вперёд, несмотря на рану.
Их борьба началась, жестокая и беспощадная. Дэвид, используя каждую унцию силы, бился, чувствуя, что от этого зависела вся его жизнь — и жизнь Лии. Они сцепились, как два разъярённых зверя.
Лия замерла, её сердце билось так, будто хотело вырваться из груди. Она наблюдала за отчаянной схваткой, не в силах отвести глаз. Дэвид, несмотря на раненое плечо, продолжал сражаться, его движения были порывистыми, но полными стойкости. Каждый шаг мужчин приближал их всё ближе к краю утёса, где бурлящий ветер грозил сорвать всё живое вниз. Чак, воспользовавшись моментом, толкнул Дэвида, заставив того пошатнуться. В следующий миг он выхватил пистолет, направив его прямо на грудь своего противника. Угроза была явной и неумолимой, и Дэвид, ощутив спиной пустоту за обрывом, понял, насколько критично его положение.
— Где флешка?! У тебя последний шанс! — голос Чака прорезал воздух, полный ненависти и нетерпения.
Дэвид выпрямился, стиснув зубы от боли, и, удерживая рукой раненое плечо, бросил ему в лицо холодный, вызывающий взгляд.
— Ты её не получишь! И только я знаю, где она, — ответил он твёрдо.
Чак нахмурился. Его глаза блеснули пониманием: Дэвид готов был погибнуть, но не выдать тайну. Тогда он повернул голову и заметил Лию, стоявшую неподалёку, её испуганные глаза блестели на фоне рассвета. Чак ухмыльнулся, доставая второй пистолет, и теперь нацелился на неё. Лия вздрогнула, её дыхание стало прерывистым, а руки невольно дрожали.
— Если тебе наплевать на свою жизнь, подумай о ней, — прошипел Чак со зловещей насмешкой. — Последний раз спрашиваю, где флешка?
Дэвид ощутил, как внутренний мир сотрясается от паники. Он едва не бросился вперёд, но остановился, осознавая, что любое поспешное движение может стоить жизни их обоих. Его взгляд пересекся с её, и парень увидел в глазах Лии и страх, и любовь, и несломленную веру в него. Это придало главарю силы. Дэвид сжал кулаки, несмотря на пульсирующую боль, и медленно поднял голову, бросив Чаку новый вызов.
— Ты совершаешь ошибку, Чак. Это конец для тебя.
Слова Дэвида прозвучали как приговор.
Чак держал их обоих под прицелом, словно хищник, поймавший добычу в смертельную ловушку. Во взгляде мужчины читалась холодная уверенность того, кто чувствует своё полное превосходство. Дэвид перевёл глаза с противника на Лию. Секунда казалась вечностью, когда он осознавал неизбежность грядущего. Время сжималось, как натянутая тетива, и ему нужно было действовать. Немедленно.
Ветер, налетевший с морского простора, с трепетом играл светлыми волосами девушки, обрамляя лицо неземной красоты. Голубые глаза Лии смотрели прямо на Дэвида, словно пытаясь пробить стену реальности и достучаться до сердца. Взгляд, который обнажал душу главаря, заполняя её светом и болью одновременно. Дэвид чувствовал, что у него есть лишь мгновение, чтобы запомнить Лию такой, как сейчас: прекрасной и хрупкой. Её кожа, оттенённая алыми отблесками рассвета, казалась фарфоровой, но сейчас она была чуть розовее, чем обычно, будто тронутая пламенем внутреннего волнения. Губы Лии пересохли от ветра, и девушка невольно прикусила их, словно борясь с какой-то внутренней тревогой.
Улыбка Дэвида появилась внезапно, мягкая, прощальная. Отчего взгляд Лии стал острее, настойчивее: она пыталась понять, что же скрывается за этой внезапной нежностью. Дэвид приоткрыл рот, шепча губами, так тихо, что только она могла прочесть:
— Я люблю тебя.
Слова, которые Лия так долго мечтала услышать, разорвали её сердце на части. Девушка вздрогнула, лицо исказило выражение боли, а из глаз брызнули слёзы, сверкающие, как крошечные бриллианты на лучах солнца. Эти три слова не были просто признанием — они стали приговором, финальным аккордом их общей мелодии. Она поняла всё сразу: он задумал нечто отчаянное, что поставит на кон его жизнь.
Её дыхание остановилось, тело напряглось. Но прежде чем Лия смогла что-то сделать, Дэвид рванулся вперёд, как пущенная стрела, схватив противника за пояс. Его движение было быстрым, решительным, подобно порыву урагана. Они вместе полетели в обрыв, где бушевали волны.
Лия замерла, как статуя, глаза наполнились ужасом и пустотой. Всё вокруг погрузилось в мёртвую тишину, нарушаемую только далёким рокотом разбивающихся о скалы волн. Ноги подкосились, и Лия опустилась на колени, закрывая лицо руками, словно пытаясь спрятаться от чудовищной реальности. Девушка знала, что больше никогда не увидит его. Этот момент стал их последней встречей, последней главой их истории. Дэвид снова спас её из плена, как в тот день, когда их пути пересеклись впервые. Но сейчас сценарий завершился трагедией. Их любовь только начиналась, но его жизнь уже завершилась.