Сияние звёздной любви: Пленник

— Это тоже берём! — сказала Майя, пихнув мне в руки крошечный комплект из лёгкого летнего комбинезона с принтом в виде морских звёздочек и милой панамки.

— Майя, это уже пятнадцатая вещь, — улыбнулась я, пытаясь удержать ворох крошечных одежек в руках.

— И что? У тебя двое малышей на подходе, ты вообще представляешь, сколько им всего нужно? — Майя смотрела на меня с таким энтузиазмом, что я только рассмеялась.

В свои семь месяцев беременности я уже привыкла к заботе окружающих, но с Майей это превращалось в настоящее приключение. Она с головой погрузилась в выбор детских вещей, хватая всё подряд: от махровых полотенец с капюшонами до ярких погремушек.

— Вот смотри, этот розовый бодик идеально подойдёт девочке, а этот зелёный — мальчику. Ты только представь их в этих нарядах! — её голос звучал так радостно, что я не смогла сдержать улыбку.

Мы продолжали обходить ряды, наполняя тележку. Моё сердце наполнялось теплом при мысли, как скоро эти вещи будут принадлежать моим детям. Каждая покупка была шагом навстречу новой главе в моей жизни.

Когда мы подошли к кассе, продавщица улыбнулась, глядя на нас с Майей.

— Похоже, вы серьёзно готовитесь к двойному счастью, — сказала она, пробивая покупки.

На улице нас встретило палящее летнее солнце. В жаркий полдень тень от зданий не спасала, а ветерок, хотя и был слабым, приносил небольшое облегчение.

— Может, найдём место посидеть? — предложила Майя, заметив, как я немного замедлила шаг.

Мы направились в ближайшее кафе. Там, под кондиционером, с холодным лимонадом и порцией фруктового мороженого, я наконец расслабилась.

— Знаешь, — сказала я, поглаживая живот, — ещё пару месяцев, и я буду катить перед собой двойную коляску.

Майя улыбнулась, прикрыв глаза. Мы сидели в тихом уголке, наслаждаясь прохладой и спокойствием, пока где-то за окном шумел летний день.

Я поглаживала живот, ощущая лёгкие толчки малышей. Мы уже знали их пол — мальчик и девочка. Мысль о том, что скоро я увижу их, держать на руках, наполняла меня тихим счастьем. По подсчётам врачей, они должны появиться на свет в конце августа, когда лето начнёт уступать место осени.

После кафе Майя предложила заглянуть в ювелирный магазин, чтобы выбрать подарок для Елены. Завтра её день рождения, и Кэролайн устраивает вечеринку в доме Деймона. Мы с Майей долго рассматривали витрины, выбирая что-то особенное. В итоге остановились на изящной цепочке с тонким плетением и маленьким кулоном в виде звезды, а также на подходящих серёжках с такими же звёздочками. Комплект выглядел элегантно и утончённо — идеально для Елены.

Когда мы вышли из магазина, сумки с покупками заметно утяжелились. Майя, как всегда, взяла на себя большую часть, не давая мне особо напрягаться.

— Ты и так носишь двойную ответственность, — сказала она с улыбкой, и я лишь благодарно кивнула.

Домой мы вернулись уже на закате. Подарок для Елены, завернутый в нежно-золотую упаковку с белой атласной лентой, занял место на столе среди остальных покупок для малышей. Крошечные одежки, мягкие пледы и игрушки теперь лежали аккуратными стопками, ожидая своего часа.

Я присела на диван, положив руки на живот, который напоминал о себе лёгкими толчками. В комнате царил уютный полумрак, мягко освещённый закатными лучами. Мысль о завтрашнем празднике и предстоящих улыбках, смехе и радости согревала меня. Сложно поверить, что совсем скоро я буду праздновать такие моменты уже в компании своих малышей, наполняя их детство счастливыми воспоминаниями.

— Как мои внуки? — спросил папа, заходя в гостиную с чашкой чая в руках. Его голос был мягким, но в глазах читалось волнение и радость.

— Прекрасно, только сильно пинаются, — ответила я с улыбкой, поглаживая живот.

Папа подошёл ближе и сел рядом. Он протянул руку, и я, не задумываясь, позволила ему прикоснуться к животу.

— Ого, они действительно активные, — сказал он с улыбкой, почувствовав лёгкий толчок. — Уже видно, кто в семье самый энергичный.

Мы оба рассмеялись. В этот момент за окном зашёл закат, окрашивая комнату мягкими золотистыми тонами. Тёплая семейная атмосфера наполнила гостиную. Папа немного посидел со мной, рассказывая истории о том, как я сама была неугомонным ребёнком.

— Кажется, история повторяется, — подытожил он с улыбкой, погладив мою руку, прежде чем отправиться к маме, которая звала его из кухни.

Я осталась сидеть в гостиной, чувствуя, как малыши снова начинают двигаться. "Такие крошечные, а уже столько энергии", — подумала я, наполняясь трепетом и любовью.

Весь следующий день я с девочками провела в доме Деймона, помогая Кэролайн с подготовкой к вечеринке. Мы украшали гостиную гирляндами, развешивали шарики и расставляли свечи на столах. Кэролайн, как всегда, была в своей стихии, координируя каждую мелочь — от расстановки закусок до плейлиста для вечера.

К вечеру дом уже сиял в мягком свете огней, а из кухни доносились аппетитные ароматы. Первые гости начали подтягиваться, заполняя дом шумом голосов и смеха.

— Где именинница? — спросила я у Кэролайн, оглядываясь по сторонам.

— Наверху, собирается, — ответила она, поправляя одну из гирлянд на стене.

Я направилась к лестнице, чувствуя лёгкое волнение. Медленно поднявшись по ступеням, я оказалась в коридоре и направилась к комнате, которая раньше принадлежала Стефану. После его отъезда с Клаусом прошло уже немало времени, но его присутствие всё ещё ощущалось в этих стенах.

Я тихо открыла дверь и вошла внутрь. Елена стояла перед зеркалом, задумчиво поправляя лёгкое, элегантное платье. В её глазах мелькала грусть, словно тень воспоминаний не отпускала её даже в этот праздничный вечер. Она едва заметила моё появление, настолько была погружена в свои мысли.

Я подошла ближе, не спеша, чтобы не спугнуть этот хрупкий момент тишины. Елена выглядела красиво, как всегда, но её выражение лица выдавало внутреннюю борьбу.

— Ты выглядишь потрясающе, — мягко сказала я, остановившись чуть позади неё.

Елена обернулась, её глаза встретились с моими. На её лице появилась благодарная улыбка, но в глубине глаз всё ещё тлела грусть.

— Спасибо, — прошептала она, опуская взгляд. Её руки нервно перебирали ткань платья, словно она пыталась найти в этом жесте утешение.

Я подошла ближе, осторожно коснувшись её плеча.

— Сегодня твой день, Елена, — напомнила я с тёплой улыбкой. — Ты заслуживаешь быть счастливой, хотя бы ради себя.

Елена кивнула, но её взгляд скользнул обратно к зеркалу. Словно видя там не своё отражение, а образы прошлого. Я знала, что она скучает по Стефану. Даже спустя время, его отсутствие оставляло рану, которую непросто было залечить.

Я достала из сумочки небольшую коробочку, обёрнутую в нежную золотистую бумагу, и протянула её Елене.

— С днём рождения, — сказала я с лёгкой улыбкой, наблюдая за её реакцией.

Елена удивлённо подняла брови, аккуратно взяла коробочку в руки и начала развязывать ленточку. Она открыла крышку, и её лицо осветилось мягким светом, когда она увидела тонкую серебряную цепочку с изящным кулоном в форме сердечка, украшенным маленьким рубином.

— Это… так красиво, — прошептала она, внимательно разглядывая подарок.

— Я подумала, что это будет напоминать тебе о тех, кто любит тебя, — ответила я. — Даже в самые сложные моменты.

Елена улыбнулась, и в её глазах на миг мелькнула искренняя благодарность.

— Спасибо, Айлин.

Она обняла меня, и я ощутила её тепло, такое же хрупкое, как и она сама в этот момент.

— Только не говорите, что вы плачете, — послышался голос Деймона.

Мы обе обернулись на звук и заметили его у двери. Он стоял, облокотившись на косяк, с привычной ухмылкой на губах и с бокалом бурбона в руке.

— Нельзя же такой важный день тратить на слёзы, — добавил он с лёгким сарказмом, входя в комнату.

Елена закатила глаза, но уголки её губ дрогнули, выдавая улыбку. Я лишь покачала головой, зная, что Деймон никогда не упустит шанса вставить своё слово.

— Кэролайн уже всех построила внизу, чтобы встречать тебя, именинница. Так что пора спуститься и сиять, — продолжил он, жестом приглашая нас следовать за ним.

Елена, вздохнув, поправила платье ещё раз, словно собираясь с силами. Я подала ей руку, и вместе мы двинулись к двери, где нас ждал Деймон.

— Ну, вперёд, дамы, шоу должно начаться, — бросил он, открывая перед нами дверь.

Спускаясь по лестнице, мы уже слышали громкую музыку, которая доносилась с нижних этажей. Когда мы выходили в коридор, встречающие нас люди сразу поздравляли Елену, делая ей комплименты. В воздухе витал запах вкусной еды, а смех и разговоры смешивались с ритмами танцевальной музыки.

Зайдя в зал, мы с Еленой оказались слегка в шоке от увиденного. Народу было просто невероятно много. Столы, украшенные свечами и цветами, были переполнены гостями, а центральная часть комнаты была отведена под танцпол. Музыка играла всё громче, и в зале царила атмосфера веселья.

Елена замерла на мгновение, оглядываясь по сторонам. Я заметила, как её взгляд метался от одного лица к другому. Что-то мне подсказывает, что она и половины из этих людей не знает. В комнате было столько людей, что даже самые близкие друзья казались как будто бы в меньшинстве среди общего потока лиц, улыбок и поздравлений.

Я присоединилась к Елене, подойдя ближе, и попыталась успокоить её взглядом.

— Ну что, готова к этой чудовищной толпе? — спросила я, стараясь вывести её из ступора.

Она вздохнула и улыбнулась мне, но в глазах всё же оставалась доля сомнения.

Елена поправила платье и сделала шаг вперёд, пытаясь собраться с мыслями. Её улыбка становилась шире с каждым новым поздравлением, но я видела, как напряжение всё ещё угадывалось в её жестах. Она была словно актриса, умело исполняющая свою роль, но внутри явно переживала.

Я оставалась рядом, стараясь быть поддержкой, ведь знала, что такой поток внимания иногда может быть тяжёлым. Вокруг звучали смех, голоса, поздравления, а кто-то даже пытался сфотографировать её, заставляя принимать разные позы.

Ко мне подошла Майя, лёгким жестом указав в сторону дивана. Я последовала за ней, стараясь протиснуться сквозь толпу гостей. Когда мы добрались до свободного места, она ловко уселась рядом и протянула мне тарелку с фруктами, которые, видимо, успела набрать, пока я была занята наблюдением за Еленой.

Я с благодарностью приняла тарелку и начала медленно есть, наслаждаясь свежестью и сладостью фруктов.

— Куда он? — спросила я, наблюдая, как Деймон выходит из дома, его силуэт скрывается в вечернем тумане.

— Не знаю, — пожала плечами Майя, но её взгляд становился всё более игривым. — Но я обязательно узнаю.

Встав, она ловко направилась за ним, её шаги становились всё быстрее, и я могла бы поклясться, что её глаза искрятся решимостью.

Из-за непрерывного шума у меня начала болеть голова. Я встала с дивана, стараясь не делать резких движений, и направилась на кухню, надеясь найти хоть немного тишины. Зайдя, я застала Джереми, стоящего у раковины и внимательно рассматривающего что-то в своих руках.

— Ты чего здесь? — спросила я, немного удивлённо, заметив его в кухне.

Увидев меня, он мгновенно бросил что-то в раковину, а затем поспешно выкинул это в урну. Я сделала шаг вперёд, но он мгновенно выставил руку, как будто пытаясь отгородить меня.

— Не подходи, — сказал он, с видимым напряжением. — Я только что курил, а ты беременна.

Курил? Джереми снова курит? Это была мысль, которая сразу пришла в голову, пока я стояла на месте, не понимая, что происходит. Я чувствовала, как внутри меня всё сжалось. Мысли о том, что он не изменился, что снова вернулся к своим старым привычкам, не давали покоя. В его действиях я заметила нервозность, словно он сам осознавал, что сделал что-то, чего не должен был. Всё это напомнило мне, как легко было потерять контроль и, кажется, самоуважение.

— Елена знает? — спросила я, пытаясь скрыть растерянность.

— Нет, — ответил Джереми, быстро опустив глаза и сдавленным голосом добавил: — Не говори ей... пожалуйста.

Я тяжело вздохнула, ощущая, как внутреннее напряжение растет.

— Ладно, это ваше дело, — сказала я, стараясь не показывать, насколько меня это беспокоит.

Подойдя к холодильнику, я достала бутылку воды и сделала несколько глотков. Постепенно головная боль начала отпускать.

— Как малыши? — спросил Джереми, внимательно наблюдая за мной.

Я улыбнулась, стараясь скрыть тревогу.

— Всё хорошо, — ответила я, — хотя порой они так долго пинаются, что это становится настоящим испытанием.

— Наверное, это тяжело, — пробормотал он, опуская взгляд на свои руки, будто пытаясь подобрать слова.

— Бывает, — кивнула я, ставя бутылку на стол. — Но всё это стоит того.

Джереми задумчиво кивнул, а затем, словно решившись, тихо добавил:

— Ты сильная. Елена говорит то же самое.

Я удивлённо посмотрела на него, но промолчала. Было странно слышать от него что-то подобное, но в его словах чувствовалась искренность.

— Я бы хотел у тебя кое-что узнать, как у ведьмы, — сказал Джереми, подойдя немного ближе. Его голос был тихим, но в нем сквозила неуверенность. — Только я не хочу, чтобы все об этом знали.

Я посмотрела на него, настороженно вслушиваясь в его слова. Неужели он готов был довериться мне с чем-то таким?

— О чём ты? — спросила я, стараясь сохранить спокойствие.

Джереми вздохнул, явно колеблясь, прежде чем продолжить.

— После того, как Бонни вернула меня из мёртвых, со мной стали происходить странные вещи, — сказал Джереми, его глаза избегали моего взгляда, словно он боялся услышать собственные слова вслух. — Я стал видеть то, чего не должен.

Я чуть наклонила голову, чувствуя, как тревога нарастает.

— Что ты видишь? — спросила я, стараясь не выдать беспокойства.

— Призраков... — его голос едва слышался, а глаза были полны смятения. — Я вижу Викки и Анну, хотя они мертвы.

Эти слова застали меня врасплох. Викки и Анна… Призраки, которые могли являться ему, словно напоминание о том, что смерть не всегда заканчивает всё.

Викки была сестрой Мэтта, и хотя их отношения с Джереми нельзя было назвать настоящей дружбой, они иногда проводили время вместе. Он давал ей таблетки, чтобы она могла расслабиться, но между ними не было никакой глубокой связи. Это были поверхностные встречи, наполненные моментами, которые не оставляли следа. Анна же была вампиром, и её отношения с Джереми сложились гораздо глубже, чем обычная влюбленность. Она стала тем, кого он потерял, но не смог забыть. Эмоции, связанные с обеими, теперь возвращались, в виде призраков, напоминая Джереми о том, что иногда нельзя просто оставить прошлое позади.

Я внимательно смотрела на Джереми, пытаясь понять, что он чувствует. Его взгляд был устремлён куда-то в сторону, словно он пытался убежать от собственных мыслей.

— Викки и Анна... Они действительно многое для меня значили, — наконец сказал он, его голос звучал глухо. — Но почему именно они? Почему не кто-то другой?

Я задумалась. Его вопрос был логичным, но ответ на него мог скрываться гораздо глубже, чем казалось на первый взгляд. Может быть, дело было в том, что они оставили в его жизни незаконченные истории. Викки — это вина за то, что он давал ей таблетки, Анна — это любовь, оборванная смертью. Эти чувства могли быть настолько сильными, что привязывали их к нему даже после смерти.

— Иногда незаконченные истории не дают нам покоя, — осторожно сказала я, подбирая слова. — Может, это их способ сказать что-то, чего они не успели при жизни.

Джереми кивнул, но выглядел ещё более растерянным.

— Но что они хотят? — пробормотал он, словно обращаясь больше к себе, чем ко мне.

Я смотрела на него, размышляя, как ему помочь. Если эти призраки действительно пытались что-то передать, нужно было понять, что именно. Но это могло быть не так просто — духи редко бывают прямолинейными.

— Мы можем попробовать выяснить, чего они хотят, — предложила я после короткой паузы. — Но для этого тебе придётся быть готовым. Возможно, они хотят, чтобы ты что-то изменил в своей жизни или отпустил то, что держит их здесь.

Джереми поднял на меня глаза, в которых смешались страх и надежда. Это было сложное решение, но, кажется, он был готов попытаться.

— Может, расскажем об этом Бонни? Она нам поможет. Пока я беременна, стараюсь сильно не влезать в магию, — предложила я, надеясь, что Бонни сможет как-то помочь с этим странным состоянием.

— Нет! — резко запротестовал Джереми, его лицо вдруг стало жестким, как камень.

— Почему? — я была удивлена такой реакцией.

— Потому что Викки и Анна — мои бывшие, а с Бонни я сейчас в отношениях, — его голос дрогнул, как будто этот факт сам по себе был болезненным для него. — Как думаешь, что она подумает, когда узнает, что я вижу бывших девушек?

Я остановилась, осознавая, насколько для него это сложно. Конечно, Бонни могла воспринять это как нечто большее, чем просто странные видения. В его словах звучала не только тревога, но и стыд.

— Не обязательно говорить, что это Викки и Анна, — осторожно предложила я. — Можно сказать, что это неизвестные тебе люди или что-то в этом роде.

Джереми замялся, его взгляд блуждал по комнате, словно он искал выход из ситуации, которая его тяготила.

— Я не знаю, Айлин, — наконец произнес он с тяжёлым вздохом. — Давай пока забудем об этом. Мне нужно подумать.

Он развернулся и быстро покинул кухню, оставив меня в тишине. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как напряжение остаётся висеть в воздухе. Было понятно, что он не готов к обсуждению, но скрыть это от Бонни вряд ли было долгосрочным решением.

Малыш неожиданно сильно пнул живот, заставив меня вздрогнуть.

— Ау! — прошептала я, чуть морщась от боли. — Аккуратнее, а то вашей мамочке слегка больно, — добавила я, мягко поглаживая живот, будто успокаивая маленького непоседу.

Выйдя из кухни, я заглянула в зал, пытаясь найти Елену. Хотелось сказать, что я собираюсь домой, так как сильно устала. Но её нигде не было видно. Не найдя её на первом этаже, я решила подняться наверх.

В комнате Стефана было пусто. Постучавшись в комнату Деймона, я осторожно открыла дверь. Внутри оказались Елена и Кэролайн. Кэролайн держала в руке пакет с кровью — видимо, ей нужно было подкрепиться.

— Всё в порядке? — сразу спросила Елена, заметив меня.

— Да, просто хотела сказать, что я уже ухожу, — ответила я.

— Так рано? — удивилась Кэролайн, убирая пакет с кровью на стол. — Сейчас же торт будет.

— Я устала, да и малыши пинаются, — объяснила я, касаясь живота.

Кэролайн улыбнулась и шагнула ко мне, заключая в тёплые объятия.

— Иди сюда, — сказала она, крепко прижимая меня к себе. Затем, протянув руку к Елене, добавила: — И ты тоже.

Елена не заставила себя ждать, и уже через секунду мы стояли втроём, окружённые уютом и теплом этого момента. Это было нечто большее, чем просто объятие — это был знак поддержки, заботы и любви, которая связывала нас всех.

Мы вышли из комнаты и направились вниз, в зал. В воздухе витало лёгкое волнение, предвкушение момента, который должен был порадовать Елену. Кто-то выключил свет, оставляя комнату в полумраке. Через несколько секунд двери кухни открылись, и оттуда вынесли торт, украшенный горящими свечами, которые мягко освещали лица собравшихся.

Вся комната ожила: друзья и близкие Елены дружно собрались вокруг, улыбки озаряли их лица. Каждый, кажется, искренне радовался этому моменту. Свет от свечей играл на торте, придавая ему волшебный вид.

Когда торт поставили на стол, все разом воскликнули: "С днём рождения, Елена!" Радостные голоса наполнили комнату, создавая атмосферу уюта и тепла. Елена выглядела немного застенчивой, но её глаза светились от счастья.

Она наклонилась, чтобы задуть свечи, и все замерли в ожидании. Один глубокий вдох — и пламя исчезло, оставляя после себя лёгкий дымок и радостные аплодисменты. Это был момент, который все запомнят: простой, но наполненный любовью и заботой.

— Спасибо, что была здесь, — прошептала Елена, обняв меня. Мы стояли возле двери, прощаясь. После торта я всё-таки решила уйти. Усталость накрыла, и мысль о том, чтобы лечь в свою кровать, становилась всё более заманчивой.

— Пока, Елена. Ещё раз с днём рождения, — я улыбнулась, обнимая её в ответ, и направилась к машине Майи.

Майя и Деймон вернулись буквально несколько минут назад. На их лицах читалась тревога, смешанная с печалью. Я хотела спросить, что случилось, но Майя, поймав мой взгляд, жестом дала понять, что расскажет позже. Сейчас не время, да и портить остаток вечера Елены не хотелось.

Мы ехали в полной тишине. Даже музыка не играла, что только усиливало напряжение в воздухе. Майя держала руки на руле, сосредоточенно глядя на дорогу, но её взгляд казался отстранённым, будто она была далеко мыслями.

Когда машина остановилась возле моего дома, мы так и не заговорили. Некоторое время сидели в машине, погружённые в свои мысли, пока Майя не нарушила молчание:

— Стефан объявился, — её голос дрогнул, и я тут же насторожилась.

— Что? Когда? — спросила я, чувствуя, как в груди нарастает беспокойство.

— Сегодня, — ответила Майя, вытирая уголки глаз. — Деймон получил звонок от Энди, она просила его забрать её. Вот почему он ушёл тогда.

Майя сделала паузу, словно собиралась с силами, чтобы продолжить.

— Когда мы добрались до студии, её там не было. Мы нашли только её сумку, лежавшую на полу. А потом услышали её голос. Энди стояла наверху, на балконе, выглядела странно… И вдруг появился Стефан.

Я затаила дыхание.

— Он был как без чувств, — Майя отвела взгляд. — Сказал Деймону, чтобы они с Еленой перестали его искать. Но Деймон, конечно, не мог этого принять. Он ответил, что никогда не оставит его с Клаусом, ведь они братья.

Я почувствовала, как напряжение в комнате стало почти осязаемым.

— И тогда Стефан… он заставил Энди сделать шаг вперёд.

Майя заплакала, но продолжила, её голос стал еле слышен:

— Она… она сделала этот шаг. Упала с высоты прямо перед нами.

Я не знала, что сказать. Стефан вернулся спустя столько месяцев. Но что насчёт Клауса? Он тоже вернулся? Если да, то Елена в опасности. Клаус ведь не знает, что она жива, и это может привести к беде. Я зажала ладони в кулаки, ощущая, как сердце начинает биться быстрее. Все эти мысли роились в голове, создавая жгучее беспокойство.

Сколько всего могло произойти за этот период, и что теперь будет с нами? Как бы мы не пытались отыскать Стефана, он всегда оставался шагом впереди. А теперь еще и Клаус... Я не могла позволить, чтобы всё это пошло наперекосяк.

— Ты скажешь Елене? — спросила Майя, её глаза были полны заботы.

— Не сегодня, — ответила я тихо, пытаясь осознать всю тяжесть ситуации. — Она должна хотя бы немного побыть счастливой. Сейчас ей не нужно знать об этом. Она уже пережила так много, и если я скажу ей, это только добавит страха и беспокойства. Мы не можем забрать её спокойствие, даже если всё вокруг рушится.

— Иди отдыхай. Я успокоюсь и приду, — сказала Майя, её голос был спокойным, но я видела, как сильно она переживает.

— Хорошо, — ответила я, хотя сама чувствовала, что нервничаю больше, чем готова признать.

Я медленно вышла из машины и направилась к дому, но в голове всё крутились мысли о Стефане, Клаусе и возможной угрозе для Елены.

Оказавшись в постели, я долго ворочалась, не в силах найти покой. Мысли о Стефане, Клаусе и том, что меня ждёт впереди, не давали мне расслабиться. Я пыталась выключить эти мысли, но они возвращались снова и снова, как назойливый шёпот в голове.

Наконец, усталость взяла своё. Я закрыла глаза и, хоть и с трудом, погрузилась в сон.

— Поставь меня обратно, — смеялась я, пока Кол крутил меня, крепко держась за мои объятия.

Он улыбался, наслаждаясь моментом, и я видела, как его глаза искрятся озорным светом. В его руках я чувствовала себя совершенно безопасно, как будто весь мир мог бы рухнуть, но с ним я была в безопасности. Мы оба смеялись, и этот момент казался таким лёгким, полным радости и свободы, будто все наши заботы исчезли.

Кол аккуратно поставил меня на землю, но его улыбка не исчезала. Он не отпускал меня сразу, его руки всё ещё покоились на моей талии, а взгляд был полон веселья и какого-то скрытого смысла.

— Ты так неосторожно со мной, — поддразнила я, слегка отступив, но не спеша вырваться из его объятий.

Он наклонился, и я почувствовала его дыхание рядом с ухом.

— Я всегда был неосторожен, — его голос звучал низко, почти соблазнительно. — Но ты не против, правда?

Я почувствовала, как внутри меня что-то ёкнуло, и, не в силах ответить, просто улыбнулась в ответ. В такие моменты его близость казалась настолько естественной, что я теряла счёт времени и окружающим меня вопросам.

Кол поднял голову, и его глаза встретились с моими. В его взгляде читались страсть и уверенность, будто он был уверен, что этот момент принадлежит только нам. Его губы чуть изогнулись в едва заметной улыбке, которая всегда так манила меня.

— Ты даже не представляешь, как сложно мне удержаться, — прошептал он, не отводя взгляда.

Я чувствовала, как тепло разливается внутри меня, его слова отзывались где-то глубоко в душе. Всё вокруг стало неважным — только он, только это мгновение.

— И кто сказал, что тебе нужно удерживаться? — прошептала я в ответ, сама удивляясь своей смелости.

Его улыбка стала шире, и, не раздумывая больше ни секунды, он снова притянул меня к себе, накрывая мои губы своими в поцелуе, в котором смешались нежность и страсть.

Его поцелуй становился всё глубже, заставляя меня полностью забыть о времени и пространстве. Его руки мягко скользили по моей спине, притягивая меня ближе, будто он боялся, что я могу исчезнуть. В этот момент всё остальное перестало существовать: не было ни прошлого, ни будущего, только этот момент, полный тепла и эмоций.

Моё сердце билось как бешеное, а внутри разливалось сладкое чувство, которое я не могла описать. Кол умел быть одновременно нежным и настойчивым, и я не могла не поддаться этому.

Наконец, он слегка отстранился, оставив между нами лишь несколько сантиметров. Его дыхание было тяжёлым, как и моё.

— Ты сводишь меня с ума, — признался он, заглядывая в мои глаза. Его голос звучал хрипло, и я знала, что каждое слово было правдой.

— Это ты сводишь меня с ума, — ответила я, не отводя взгляда, и лёгкая улыбка коснулась моих губ.

Кол тихо рассмеялся, притягивая меня обратно в свои объятия. В этот момент я чувствовала себя бесконечно счастливой, как будто весь мир был в его руках — и я вместе с ним.

Кол прижал меня к себе так крепко, что казалось, будто он никогда не отпустит. Его тепло и запах окружали меня, создавая ощущение полной безопасности. Я позволила себе закрыть глаза, просто наслаждаясь этим моментом, где всё было так просто и естественно.

— Ты даже не представляешь, насколько мне это нужно, — прошептал он, его голос звучал мягко и чуть надломленно.

Я подняла голову, чтобы посмотреть на него. Его лицо, обычно уверенное и немного дерзкое, сейчас было спокойным, но в глазах читалась уязвимость, которую он редко показывал.

— Кол, — тихо произнесла я, проводя пальцами по его щеке. — Я здесь. И я никуда не уйду.

Он прикрыл глаза на мгновение, будто смакуя мои слова, а затем снова улыбнулся — той своей фирменной улыбкой, которая могла заставить забыть обо всём на свете.

— Тогда ты официально моя, — сказал он с тёплым юмором в голосе, но в его словах ощущалась неподдельная серьёзность.

Я засмеялась, слегка качая головой.

— Всегда была, Кол. Всегда была.

— Тогда это нужно показать всем, что ты моя, — сказал Кол с игривой улыбкой, оглядываясь вокруг.

Он наклонился и сорвал с земли тонкую травинку, быстро сплетая её в неуклюжий, но трогательный круг, напоминающий кольцо. Я не смогла удержаться от смеха, наблюдая за его стараниями.

— Вот, идеально, — заявил он, поднимая своё творение и глядя на меня с гордостью, будто это было самое драгоценное кольцо в мире.

— Ты серьёзно? — спросила я сквозь смех, протягивая ему руку, чтобы увидеть, что он задумал.

— Абсолютно, — ответил он, беря мою ладонь и аккуратно надевая кольцо из травы на мой палец. — Теперь все будут знать, что ты занята.

Его тон был шутливым, но в глазах блестела искренность. Этот жест, каким бы простым он ни был, заставил моё сердце трепетать.

— Ну, теперь я официально твоя, — сказала я, поднимая руку с кольцом и с улыбкой смотря на него.

— И это только начало, — добавил Кол, его голос стал чуть ниже, а улыбка превратилась в мягкий, нежный взгляд, от которого по моей коже пробежали мурашки.

Кол мягко провёл пальцами по моей руке, задерживаясь на кольце из травы, будто это был самый ценный подарок, который он когда-либо дарил. Его прикосновения были тёплыми, оставляя после себя приятное покалывание.

Мы стояли под вечерним небом, вокруг нас царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев и далёким пением птиц. Этот момент казался таким правильным, будто всё в мире стало на свои места.

Кол слегка наклонился ближе, его тёмные глаза смотрели на меня с такой интенсивностью, что я почувствовала, как время замедлилось. Он будто запечатлевал каждую деталь этого момента в своей памяти.

Ветер легко трепал наши волосы, а слабый аромат травы и леса смешивался с его запахом, создавая неповторимую атмосферу. Я чувствовала, как его присутствие окутывает меня, как невидимый кокон, защищающий от всего внешнего мира.

Всё остальное исчезло. Был только он, его тепло, наши дети в животе и это кольцо из травы, которое внезапно стало значить гораздо больше, чем можно было предположить.

Утро было ранним и тихим, словно весь мир ещё наслаждался сладким сном. Лёгкий утренний ветерок шевелил листья, а воздух наполнял свежий аромат травы и цветов. Я тихо вышла во двор, стараясь не разбудить никого в доме.

Сев на старые деревянные качели, я начала медленно раскачиваться, слушая скрип их цепей. Летние лучи солнца пробивались сквозь густую листву деревьев, мягко касаясь моей кожи. Я закрыла глаза, позволяя теплу окутать меня, как уютное одеяло.

Пение птиц раздавалось где-то вдали, словно нежная мелодия, созданная специально для этого утра. Лёгкий ветер нежно трепал мои волосы, а качели продолжали ритмично двигаться взад-вперёд, унося мои мысли далеко-далеко.

Хруст веток под ногами раздался неожиданно, заставив меня насторожиться. Тишина утра была нарушена, и сердце замерло на мгновение. Я остановила качели и внимательно прислушалась, пытаясь определить источник звука.

Обернувшись, я увидела Елену. Она шла ко мне по тропинке, слегка растрёпанная после сна.

— Рано ты сегодня.

— Мне нужна твоя помощь.

— Какая? — нахмурившись, спросила я, чувствуя, как её напряжение передаётся мне.

Елена замялась, её взгляд опустился на мои руки, сложенные на животе. Она сжала губы, будто раздумывая, стоит ли продолжать.

— Я понимаю, что ты беременна, — начала она осторожно, глядя мне в глаза. — И то, что я собираюсь предложить, это рискованно. Но... — Елена сделала глубокий вдох, словно пытаясь собрать все свои силы. — Но у меня больше нет других идей.

Я почувствовала, как что-то холодное скользнуло по моей спине. Слова Елены прозвучали слишком серьёзно, слишком отчаянно, чтобы быть обычной просьбой.

— Вчера, когда вечеринка была окончена, Деймон рассказал мне, что видел Стефана и все, что тот натворил, — сказала Елена, её голос звучал глухо, а взгляд блуждал где-то в стороне.

— И что ты будешь делать? — настороженно спросила я, чувствуя, что разговор принимает опасный оборот.

Елена повернулась ко мне, её глаза блестели от решимости.

— Он здесь, Айлин. И я хочу найти его.

— Не думаю, что это отличная идея, — ответила я, стараясь говорить как можно мягче, но внутри всё сжалось.

— Я знаю, но... сейчас он у нас под носом. Я думала, если ты поможешь его отыскать с помощью магии, то я найду его и хотя бы поговорю, — в её голосе чувствовалась отчаянная надежда.

— Почему ты не попросишь Бонни? — спросила я, не понимая, зачем ей нужно именно моё участие.

Елена закусила губу, явно раздумывая, как лучше ответить.

— Она будет меня отговаривать. А потом, возможно, сообщит Аларику или Деймону. А я не хочу, чтобы кто-то вмешивался, пока я не разберусь сама.

Её слова прозвучали резко, но я поняла, что за ними скрывается желание защитить всех вокруг от боли, даже если это значило рискнуть самой.

— Я могу сделать лёгкое заклинание, — сказала я, обдумывая, насколько далеко смогу распространить его действие. — Оно будет искать Стефана в нескольких милях, не больше.

— Спасибо, — с облегчением ответила Елена, её плечи слегка расслабились, но взгляд всё ещё оставался напряжённым.

— Мне нужна его вещь, — добавила я.

Елена молча сняла с шеи кулон, который, как я знала, был ей очень дорог. Стефан подарил его ей в самом начале их отношений. Это был не просто аксессуар, а символ их любви, их воспоминаний.

— Кулон подойдёт?

— Конечно, — кивнула я.

Взяв кулон в руки, я почувствовала его тепло, словно в нём ещё сохранялась часть энергии Стефана. Закрыв глаза, я сосредоточилась, позволяя магии пробудиться. Она текла по моим рукам, мягкая и пульсирующая, словно река, устремляющаяся к цели. Шёпот заклинания наполнил тишину двора, а лёгкий ветерок начал кружить вокруг меня, как будто подтверждая, что силы природы откликнулись на мой зов.

Энергия завибрировала, цепляясь за ниточки, связывающие кулон с его владельцем.

В голове замелькали образы, словно отрывки из фильма. Я видела густой лес, окружённый туманом, группу палаток, людей — вернее, оборотней. Они были напряжёнными, их движения настороженными. А затем появился он. Клаус. Его присутствие ощущалось угрожающе, как будто он был центром всего, что происходило.

Я резко открыла глаза, сердце бешено колотилось. Протянув кулон Елене, я сказала:

— Я знаю, где он.

Елена встрепенулась, но я продолжила прежде, чем она успела что-то сказать:

— Но тебя одну я не отпущу туда.

— Айлин, прошу, — вздохнула Елена, её глаза смотрели на меня умоляюще, будто искали поддержки.

Я нахмурилась и скрестила руки на груди.

— Я ничего тебе не скажу, если ты пойдёшь одна, — твёрдо произнесла я. — Но если ты возьмёшь с собой кого-то, то без проблем, я скажу.

Елена выдохнула, понимая, что уговаривать меня бесполезно. Она знала, что я не отступлю от своих слов.

— Ладно...я пойду с Алариком. А тепер прошу, скажи где Стефан.

Я внимательно посмотрела на Елену, оценив её выбор. Аларик — надёжный человек, и хотя я всё ещё переживала, с ним она хотя бы будет в безопасности.

— Ладно, — вздохнула я. — Стефан сейчас в лесу. Там палатки, оборотни... и Клаус. Ты должна быть крайне осторожна.

Елена кивнула, её лицо стало серьёзным.

— Спасибо, Айлин. Я всё сделаю правильно.

Она быстро развернулась и направилась к машине. А я осталась сидеть на качелях.

*Вы должны меня понять* — подумала я прикоснувшись к животу.

Встав с качель, я стремительно пошла следом за Еленой. Если и искать Стефана,то делать это вместе. Сев к ней в машину, Елена в недоумении посмотрела на меня.

— Я еду с вами.

— Но твои дети...

— Я смогу защитить себя. — перебила я ее. — Заклинание защиты не требует много сил. Я справлюсь, а тепер поехали к Аларику.

Елена завела машину и, бросив на меня ещё один сомневающийся взгляд, начала набирать номер Аларика.

— Привет, это я, — сказала она, когда тот ответил. — Нам нужна твоя помощь.

Пока мы ехали, Елена рассказала ему всё: о том, что Стефан вернулся и о моём заклинании. Аларик выслушал её молча, но я заметила, как Елена нахмурилась, будто спорила с ним мысленно.

— Послушай, я знаю, что это рискованно, но у нас нет другого выбора, — продолжила она, когда он не сразу согласился. — Просто поверь мне. И, пожалуйста, не говори ничего Деймону. Ты знаешь, он будет против.

После ещё нескольких минут разговора Аларик нехотя согласился, но добавил, что нам нужно быть предельно осторожными.

Когда мы подъехали к его дому, он уже ждал нас у входа. В руках у него была сумка с оружием и необходимыми вещами.

— Ну что, готовы? — спросил он, бросив хмурый взгляд на нас обеих.

— Готовы, — твёрдо ответила я, хотя внутри ощущала лёгкий страх.

Елена и Аларик переглянулись, а затем он сел в машину. Теперь нас трое, и обратного пути уже не было.

— Не забывайте, что сегодня полнолуния, и здесь полно оборотней. Нам нужно убраться отсюда до захода солнца, — сказал Аларик, оглядывая лесную местность, как только мы вышли из машины.

Елена нервно кивнула, проверяя, всё ли на месте. Аларик осторожно достал из своей сумки несколько деревянных кольев и небольшой флакон с вербеной, протянув один из колов мне.

— Возьми, Айлин. На всякий случай, — сказал он, пристально глядя на меня.

— Спасибо, — ответила я, чувствуя лёгкую дрожь в руках.

Лес был тихим, но эта тишина казалась зловещей. Каждый хруст веток под нашими ногами заставлял меня напрягаться. Елена шла чуть впереди, уверенно держа в руках кулон, который, казалось, давал ей силы.

— Мы не должны разделяться, — предупредил Аларик, догоняя Елену. — Здесь может быть опасно.

— Я знаю, — коротко ответила она, но по её тону было ясно, что она сосредоточена на одном — найти Стефана.

Я шла чуть позади, стараясь сосредоточиться на магии. Я чувствовала, как остаточные следы заклинания влекли меня куда-то вперёд, будто невидимая нить тянула нас в правильном направлении.

Солнце постепенно клонилось к закату, и напряжение росло. Вдалеке слышались слабые звуки — шум ветра, шорох листьев, а иногда... казалось, кто-то наблюдает за нами.

— Давайте остановимся здесь, — попросила я, чувствуя, как ноги налились свинцом после часа ходьбы. Мы уже делали несколько коротких перерывов, чтобы перевести дух, но этого было недостаточно. На этот раз я предложила сделать чуть более долгую остановку.

Елена согласилась, тяжело вздохнув и присев на ближайший упавший ствол дерева. Аларик огляделся, внимательно осматривая окружение, прежде чем поставить свою сумку на землю и сесть рядом.

Я прислонилась к дереву, обхватив живот руками, пытаясь успокоить дыхание. Дети внутри меня тоже, казалось, почувствовали напряжение, слегка шевельнувшись.

— Нужно сохранить силы, — тихо сказала я, чувствуя, как солнце постепенно склоняется к горизонту.

Елена вытащила бутылку воды и протянула мне. Я благодарно взяла её, сделала пару глотков и вернула обратно. Аларик молча разглядывал лес вокруг нас, явно напряжённый и настороженный.

— Ну и жара, — пожаловалась Елена, снимая рубашку и оставаясь в лёгкой майке.

Аларик только фыркнул, продолжая всматриваться в лес, словно ожидая, что из-за ближайших деревьев вот-вот выскочит что-то опасное.

— Рик, сядь и расслабься, нам ещё неизвестно сколько… — не успела договорить Елена, как кто-то толкнул её вбок, и она с громким плеском упала в озеро, что находилось совсем рядом.

Я застыла, как и Аларик, но вскоре мы оба развернулись на звук тихого смеха. Из-за ближайшего дерева вышел Деймон с довольной ухмылкой на лице.

— Деймон?!

Елена, вынырнув из воды, кашляла и возмущённо смотрела на старшего Сальваторе

— Что ты здесь делаешь? — воскликнула она, пытаясь подняться на берег.

— Я бы спросил то же самое, но, кажется, знаю ответ, — невозмутимо сказал Деймон, скрестив руки на груди. — Ты решила снова вляпаться в неприятности, а заодно прихватить с собой беременную.

— Вообще то я сама поехала с ней. И как ты нашёл нас? — спросила я, глядя на Деймона с прищуром.

— Мой друг сказал, — невозмутимо ответил он, кивнув в сторону Аларика.

— Что? — Елена резко повернулась к Аларику.

— А что мне оставалось делать? Отпустить вас двоих в полнолуние одних в лес? — ответил Аларик, смотря на Елену с явным раздражением. — Похоже, вы забыли, с кем имеете дело.

— Ты что, серьёзно? — возмутилась Елена, отжимая мокрую рубашку. — Мы же договорились никому не говорить!

— Эй, не вини его, — перебил её Деймон с ухмылкой. — Он просто заботится о вашей безопасности. Да и, честно говоря, вы вряд ли справились бы без меня.

— Ты невероятно самоуверен, — пробормотала я, чувствуя, как напряжение в воздухе нарастает.

— Только когда знаю, что прав, — подмигнул Деймон. — А теперь расскажите, где именно вы надеялись найти Стефана?

Мы рассказали Деймону о том, что Стефан где-то в этом лесу с Клаусом.

Мы пошли дальше, оглядываясь вокруг. Листья шуршали под ногтями, а тишина была пронзительной. Лишь изредка нарушаемая звуками наших шагов. Местами лес становился все гуще, и воздух был насыщен запахом сырости и земли.

Каждый из нас был поглощен своими мыслями, готовясь к неизведанному. Я чувствовала, как мои силы были на пределе, но все же на удивление не теряла уверенности. Мы двигались все глубже в лес, и с каждым шагом понимание того, что мы не одни, становилось все более явным.

Мы остановились, прислушиваясь. Внезапно из-за деревьев вышел мужчина. Его одежда была изношена, а на лице виднелась кровь.

— Вампир, — сказал он, глядя на Деймона, и через мгновение напал на него. Деймон быстро отбил атаку, удерживая его на месте.

Елена присела и начала что-то искать в своём рюкзаке.

— Лови! — Крикнула она, подкидывая взрывчатку с оканитом в сторону Деймона. Тот ловко поймал ее и, не раздумывая, швырнул в лицо оборотню.

Взрыв был оглушительным. Оканит взорвался, ослепив нас ярким светом. Оборотень взвизгнул от боли, стал закрывать лицо руками. Елена достала верёвку и стала поливать ее оканитом. Аларик помогал Деймону держать оборотня, пока мы с Еленой привязывали его к стволу дерева.

— Они долго его не удержат, — сказала я, как только веревки закончились.

Тело мужчины начало меняться на глазах, его кости ломались и вытягивались, а кожа темнела, принимая более звериный вид. Он рычал, теряя человеческий облик.

— Это невозможно, ещё не полнолуние, — пробормотал Деймон, явно удивлённый.

Елена подтянулась ближе, её лицо выражало беспокойство.

— Уходим! — выкрикнула я.

Мы быстро покинули опасную территорию, стараясь держаться вместе, ускоряя шаг. Лес вокруг нас погружался в темноту, и напряжение ощущалось с каждым шагом.

Солнце полностью скрылось за горизонтом, оставив лишь тусклый свет, едва пробивающийся сквозь деревья.

— Возвращаемся к машине, — командовал Деймон, сдерживая себя, но его голос звучал решительно. — И быстрее.

Мы повернули назад и начали идти по знакомой тропинке, но страх и адреналин ещё не покидали меня. Лес становился всё более угрожающим, а ощущение того, что нас преследуют, не исчезало.

Елена споткнулась и упала, и в этот момент из темных кустов вышел оборотень.

— Не двигайся, — тихо сказала я, удерживая её взглядом. Она медленно подняла голову и встретилась глазами с волком.

— Волчонок, — пробормотал Деймон и, не теряя времени, с вампирской скоростью побежал. Оборотень, быстро оценив ситуацию, последовал за ним.

— Уходим, — решительно сказал Аларик, помогая Елене подняться.

— А что с Деймоном?

— Он справится, — ответил он, не сбавляя темпа.

— Я найду его, — твёрдо сказала я, не сомневаясь.

— Нет, ни за что, — возразил он, хватая меня за руку.

— Рик, уведи Елену, а я пойду искать Деймона.

— Айлин…

— Не заставляй меня использовать магию, Рик, — мой голос звучал спокойно, но в нём была твёрдость, которую невозможно было игнорировать.

Я пошла в ту сторону, куда исчез Деймон, и начала тихо проговаривать заклинание поиска. Вдруг передо мной засветилась тонкая дорожка, словно магический след, который указал мне путь. Я шла по нему, и чем дальше, тем сильнее ощущала приближение цели.

Когда я наконец нашла Деймона, я замерла. Он был не один.

— Стефан! — выдохнула я, не веря своим глазам.

Он обернулся, и его взгляд сразу же упал на мой живот. Лицо Стефана исказилось от удивления. Он не знал, что я беременна,ведь уехал раньше,чем я успела забеременеть.

— Мы переживали за тебя, — сказала я, подходя ближе.

— Не нужно, я в порядке, — ответил Стефан отстраненно. Его голос был холодным, и в нем не было прежней теплоты. — Лучше уезжайте отсюда и перестаньте меня искать. — добавил он, прежде чем развернуться и уйти в темноту.

— Пойдем, — протянул мне руку Деймон.

Нечего не сказав, я взяла его руку, и мы пошли обратно к машине. Аларик с Еленой уже ждали нас внутри. Увидев нас, Елена выскочила из машины и побежала навстречу.

— Вы в порядке? — она обняла меня, её голос был полон тревоги.

— Всё хорошо, — ответила я, слабо улыбнувшись, хотя внутри меня всё было далеко не спокойно.

— Он тебя не укусил? — спросила Елена, отрываясь от меня и обращая внимание на Деймона.

— Нет, — коротко ответил он, его взгляд был серьёзным. — А теперь поехали отсюда.

Дорога домой тянулась в тишине, только звук мотора нарушал покой ночи. Когда мы подъехали к её дому, Елена немного помолчала, а затем посмотрела на меня.

— Останешься со мной? — тихо спросила она.

— Конечно, — ответила я, с теплотой глядя на неё.

Когда мы зашли в дом, Елена пошла на кухню, а я присела на диван. Всё было так спокойно, но внутри меня всё кипело. Мы прошли через столько всего, но сейчас я чувствовала, как напряжение медленно уходит.

Через некоторое время Елена вернулась с чашкой чая и села рядом. Мы молчали, но в этот момент молчание было комфортным. Звуки ночи проникали в дом, создавая ощущение уюта и безопасности.

— Он в порядке, — нарушила я тишину.

— Что? — не поняла Елена. — Вы видели Стефана?

— Да.

Глаза девушки наполнились слезами, и она опустила голову, пытаясь скрыть эмоции. Мне было больно смотреть на неё, зная, как сильно она переживает. Я подошла и обняла её, надеясь, что хотя бы немного смогу утешить.

— Всё будет хорошо, Елена, — тихо сказала я, поглаживая её по спине. — Мы найдём выход, ты не одна.

Она молча кивнула, но в её глазах оставалась неизбывная печаль. Мы оба понимали, что прошлое не вернуть, и что путь вперёд будет сложным, но она была сильной. Я верила, что она справится.