Глава 31. "Моя жена"
Дни текли один за другим. Ремонт в доме продвигался стремительно — Кол нашёл лучших мастеров и, как всегда, добился от них максимальной отдачи. Подготовка к свадьбе шла не менее активно. Мы решили устроить церемонию на берегу океана. Пусть это был не тот самый пляж из сна, но он всё равно оставался нашим местом. Где бы он ни находился.
Елена с радостью предложила свою помощь, а вскоре к нам присоединилась Кэролайн. Сначала между нами ощущалась некоторая напряжённость, но после откровенного разговора всё стало на свои места.
Со Стефаном мы почти не пересекались. Он появлялся лишь ненадолго — видел Елену и сразу уходил. Деймона я не видела совсем.
Иногда сердце сжималось от ностальгии. Я вспоминала те времена, когда мы были вместе: я, Бонни, Кэролайн, Елена, Деймон и Стефан. Несмотря на все трудности, тогда мы были единым целым. А теперь… некоторые даже не могут находиться рядом.
Вчера мы с Колом навестили Майклсонов. Элайджа был нам искренне рад, чего не скажешь о Клаусе и Ребекке. Они не знали ни о нашей свадьбе, ни о детях, ни о том, что между нами с Колом. Но вчера мы всё рассказали.
Первой к близнецам подошла Ребекка. Честно говоря, я увидела в ней совсем другую женщину, не ту холодную и язвительную, какой знала её раньше. В её глазах не было высокомерия — только мягкость и трепет. Она тихо спросила, можно ли взять малышей на руки, и, наблюдая за тем, как она улыбается каждый раз, когда дети лепечут что-то на своём языке, я задумалась: а вдруг Ребекка совсем не такая, какой пытается казаться? А вдруг вся её колючесть — лишь маска, чтобы скрыть настоящую себя?
Клаус же воспринял всё иначе. Его взгляд оставался равнодушным. До самого конца он не мог поверить, что у вампира действительно могли появиться дети. В итоге он всё же сказал, что рад за брата, но на свадьбу не придёт.
Когда мы уходили, Ребекка тихо пообещала, что попробует поговорить с Клаусом. Вдруг ей удастся его переубедить.
И вот он — день свадьбы.
Все хлопоты взяли на себя девочки. Кэролайн занялась причёской, Елена — макияжем, а Майя помогла выбрать платье и теперь заботливо поправляла его.
Платье было воздушным, словно облако, с тонкими кружевными рукавами и открытой спиной. Лёгкая ткань нежно обвивала фигуру, подчёркивая талию, а длинный шлейф грациозно тянулся за мной, словно шёлковый след мечты.
Когда всё было готово, девушек проводили к их местам на церемонии. Я же попросила несколько минут тишины. Осталась одна перед зеркалом, глядя на своё отражение. Полтора года назад я переехала в Мистик Фоллс. Тогда я впервые узнала, что являюсь ведьмой. Именно тогда в моих снах начал появляться Кол. Думала ли я тогда, что всё изменится так кардинально? Конечно, нет. А теперь — новый этап. Сегодня я стану женой. Женой человека, которого люблю всем сердцем.
Стук в дверь вырвал меня из потока мыслей. В комнату вошёл папа. Его взгляд скользнул по мне, и на лице расцвела тёплая улыбка.
— Ты выглядишь потрясающе.
— Спасибо, — прошептала я.
— Готова?
— Да... Просто немного волнуюсь.
— Это нормально. Всё пройдёт замечательно, — с уверенностью сказал он.
Я кивнула и взяла отца под руку. Выйдя из домика, мы неспешно направились по выложенной специально для церемонии дорожке. Она вела к пляжу, где нас уже ждали.
Священник и Кол уже ждали у алтаря. Когда мы с папой подошли, он с лёгкой улыбкой передал мою руку Колу. Всё, что происходило дальше, будто заволокло лёгкой дымкой. Я стояла рядом с ним, слушая речь священника, но слова тонули в гуле мыслей — я не могла полностью сосредоточиться, слишком многое чувствовала в этот момент.
— Согласны ли вы, Кол Майклсон, взять в жёны стоящую рядом с вами женщину, любить её, уважать, поддерживать в радости и в горе, пока смерть не разлучит вас?
Кол, не отрывая от меня взгляда, чуть кивнул и твёрдо ответил:
— Согласен.
Священник повернулся ко мне.
—Согласны ли вы, Айлин Коннорс, взять в мужья стоящего рядом с вами мужчину, быть с ним в любви, верности и доверии все дни вашей жизни?
Я чувствовала, как дрожит сердце, но голос мой прозвучал уверенно:
— Согласна.
— Теперь, прошу вас обменяться кольцами — символом вашей любви и верности.
Кол первым взял в руки кольцо и, аккуратно взяв мою ладонь, надев его мне на палец. Его пальцы дрожали едва заметно, но глаза светились такой уверенностью и нежностью, что у меня перехватило дыхание. Затем я взяла второе кольцо и, глядя ему прямо в глаза, медленно надела его ему.
— Тогда, силой, данной мне, я объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.
Кол не медлил ни секунды. Его руки легли мне на щёки, и в следующий миг его губы коснулись моих. Всё вокруг будто исчезло — остались только мы и этот поцелуй, полный клятв и обещаний.
Когда мы отстранились, где-то позади послышался тихий всхлип — мама, наверное. Вслед за ним — аплодисменты, тёплые и искренние.
Кол взял меня за руку, наши кольца слегка соприкоснулись, отражая свет, и мы повернулись к гостям — уже как муж и жена.
Один за другим гости начали подходить к нам, чтобы поздравить.
— Моя девочка, — прошептала мама, обнимая меня крепко. — Счастья вам, родная.
Следом подошёл папа. Он сдержанно, но тепло улыбнулся, крепко пожал руку Колу и приобнял меня за плечи.
— Берегите друг друга.
Потом подтянулись друзья. Кто-то смеялся, кто-то уже смахивал слёзы умиления. Майя первой подскочила к нам:
— Подарки на потом, а сейчас — обнимашки!
За ней подошли и остальные. Поздравления сыпались одно за другим: искренние, радостные, тёплые. Мы с Колом держались за руки и принимали каждое слово, каждую улыбку — как благословение на наше будущее.
Вдали я заметила Деймона — он стоял в тени, прислонившись к стене домика, где позже будут отдыхать гости.
— Я сейчас, — сказала я Колу и направилась к нему.
Он скрестил руки на груди и смотрел на меня спокойно, но сдержанно.
— Почему ты здесь? Почему не подходишь к нам? — спросила я.
— Думаю, не стоит. Всё-таки я был одним из тех, кто пытался убить твоего мужа.
— Перестань. Это уже в прошлом. Да, тогда я была зла, но теперь всё по-другому.
— Возможно, ты и простила меня... но я сам себя — нет. Я поставил своё желание уничтожить Майклсонов выше нашей дружбы.
— Деймон...
— Не нужно, — он чуть улыбнулся. — Я просто хотел сказать, что рад за тебя, Лапочка.
— Спасибо.
Он немного расслабился и посмотрел в сторону вечернего неба, наблюдая, как мягкий закат окрашивает океан в золотистые оттенки.
— Пойдем ко всем, — предложила я, — скоро веселье начнётся.
Он согласился, и мы вместе вернулись, оставляя позади тени былых конфликтов.
Под звуки живой музыки на берегу пляжа вокруг царила атмосфера радости и праздника. Люди смеялись, разговаривали, кружились в танце.
Где-то неподалёку звучали звонкие голоса, кто-то держал в руках бокалы с прохладными напитками, а на столах стояли блюда, которые гости неспешно пробовали, наслаждаясь вечерним теплом и свежим морским воздухом.
Пары плавно двигались под ритмы музыки, а друзья обменивались историями и шутками, наполняя этот вечер светлыми эмоциями и искренним счастьем.
— Знаешь, что я сейчас хочу больше всего? — сказал Кол, вращая меня в танце.
— Что? — улыбнулась я.
— Закинуть тебя на плечо и бросить в океан.
— Не смей! — предупредила я, но он уже поднял меня на плечо и побежал к воде.
Кол стремительно прыгнул в воду, вызывая брызги, которые искрились на солнце. Вода обняла нас прохладой, а он с улыбкой нырнул глубже, оставляя за собой круги на поверхности.
Вынырнув, Кол крепко обнял меня за шею, и я почувствовала тепло его тела. Наши губы встретились в нежном поцелуе, который говорил больше слов — любовь, счастье и единство в этом мгновении были ощутимы каждой клеточкой.
***
— Заснули? — шепнула я, когда Кол тихо прикрыл за собой дверь в детскую.
— Угу, — отозвался он, ставя радионяню на тумбочку и подходя ко мне.
Я положила расчёску и задержала взгляд на нашем отражении в зеркале. Он встал за моей спиной, не касаясь, но его присутствие ощущалось кожей.
— Моя жена, — прошептал он, коснувшись губами моей макушки, — моя королева.
Я закрыла глаза, улавливая тепло его дыхания, такое родное, обволакивающее. Он обнял меня за талию, и я легко прижалась к нему, словно возвращаясь домой.
— Знаешь… — прошептала я, — иногда мне всё ещё кажется, что это сон. Что всё это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— Тогда я буду напоминать тебе каждую ночь, — его губы скользнули по моему виску, опустились к шее, — что ты — моя реальность. Моя.
Я повернулась к нему, и наши взгляды встретились в полумраке. Столько в нём было нежности, заботы… желания. Я потянулась и легко коснулась его губ своими. Он ответил поцелуем, глубоким, уверенным, в котором было обещание и вечность.
Он поднял меня на руки так легко, будто я была частью него. Я обвила его за шею, зарываясь лицом в его волосы, вдыхая запах кожи, знакомый и любимый до дрожи.
Комната была тёплой, наполненной мягким светом и лёгким ароматом жасмина, доносившимся из сада. В этом уединённом уголке мира мы принадлежали только друг другу.
Кол осторожно опустил меня на постель, не отводя взгляда. Его пальцы скользнули по щеке, убрали непослушную прядь волос. Я провела рукой по его лицу, чувствуя щетину, гладкость кожи, тепло, которое исходило от него.
Он медленно потянулся ко мне, и наши губы снова слились в поцелуе — спокойном, но полным нарастающей страсти. Каждое движение было как прикосновение к душе: неторопливое, изучающее, искреннее.
Мои пальцы расстегнули пуговицы на его рубашке, обнажая знакомое тело. Он замер, когда ткань моего халата соскользнула с плеч. В его взгляде не было ничего хищного — только благоговение и трепет. Он касался меня так, будто я была чем-то драгоценным, ускользающим.
Мы растворились в этом моменте — в дыхании, в кожей к коже, в мягком шелесте простыней. Всё было нежно, интимно, глубоко. Не спешка, не пламя, а тепло, которое проникает до самых костей.
Это была не просто близость. Это была клятва. В любви. В принадлежности. В том, что мы — одно целое.
И мир за стенами комнаты просто исчез.
Всю ночь мы растворялись друг в друге, забыв обо всём, кроме наших прикосновений. Иногда тишину нарушал детский плач из радионяни, и мы, едва успев укрыться простынёй, бежали в детскую, чтобы успокоить малышей.
Утром в дверь тихо постучала Майя. Улыбаясь, она сказала, что заберёт близнецов на весь день — чтобы мы могли побыть вдвоём.
Теперь мы были под душем, окутанные паром и теплом. Вода стекала по нашим телам, смывая остатки ночи, но не чувства. Наши взгляды говорили больше, чем слова, а прикосновения были нежными и неторопливыми — будто время остановилось только для нас.
Тёплая вода стекала по моей коже, обволакивая нас лёгким паром. Его прикосновения были нежными, почти медитативными, будто он запоминал каждую линию моего тела. Я чувствовала, как в нём сочетаются забота и страсть — в том, как он проводил пальцами по моей спине, в том, как задерживал дыхание, касаясь губами моей шеи.
Между нами не было слов — только взгляды, только дыхание, ставшее единым ритмом. Его ладони мягко скользили по моим бёдрам, вызывая дрожь под кожей. Моё тело отзывалось на каждый его жест — искренне, без страха, полностью доверяя.
Я закрыла глаза, позволяя себе раствориться в этом моменте. Здесь и сейчас не было ничего, кроме нас двоих. Вода плескалась где-то рядом, но мы были словно в другом мире — там, где всё было позволено, где чувства не прятались, а говорили громче любых слов.
***
Я стояла в ванной напротив зеркала, завернутая в мягкое полотенце. Капли воды стекали с кончиков моих волос, оставляя влажные следы на плечах. Кол стоял сзади, держа в руках фен. Его движения были осторожными, почти ласковыми — будто он боялся причинить мне хоть малейшую боль.
— Ты действительно умеешь с этим обращаться, — усмехнулась я, глядя на его отражение.
— Удивлена? — в его голосе звучала лёгкая насмешка. — Поверь, у меня есть скрытые таланты.
Тёплый воздух приятно обдувал кожу, и я прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Его пальцы иногда касались моей шеи или уха, и каждый раз по спине пробегали мурашки.
— Кол…
— М-м?
— Мне нравится, когда ты заботишься обо мне.
Он на секунду остановился и поймал мой взгляд в зеркале. В его глазах было столько тепла, что я невольно прижалась спиной к его груди.
— Я буду делать это каждый день. Ты только скажи.
Мы заказали завтрак прямо в виллу. Я накинула его рубашку, которая пахла Колом и морем, и, босая, вышла на террасу. Он шёл следом, не отводя от меня взгляда — будто смотрел не просто на меня, а вглубь. Сквозь.
Я села за столик, а он подал мне чашку с кофе. Я сделала глоток, и в тот же момент его пальцы скользнули по моему бедру, чуть приподняв ткань рубашки. Он наклонился, поцеловал меня в шею, а потом — в губы. Завтрак снова отложился. Мы то ели, то целовались, не в силах насытиться друг другом.
— Если мы и дальше будем завтракать так, — прошептала я, — мы никуда не выйдем.
— А кто сказал, что я хочу выходить? — усмехнулся Кол, прижимая меня к себе и целуя в висок.
Но всё же, спустя время, мы выбрались на улицу. Солнце уже прогревало песок, волны мягко катились к берегу. Я шла босиком, держась за его руку, ощущая, как ветер играет моими волосами. Он рассказывал какую-то историю, но я ловила себя на том, что слушаю не слова, а звук его голоса.
Кол остановился, обнял меня сзади, прижал губы к моей щеке.
— Знаешь, — прошептал, — ты выглядишь так, будто создана для таких утр.
Я обернулась, посмотрела на него снизу вверх, и он снова поцеловал меня — медленно, нежно, но с той страстью, от которой у меня подкашивались ноги.
Мы гуляли вдоль берега, не спеша, словно это утро могло длиться вечно. И я так хотела, чтобы оно действительно не заканчивалось.
— Когда я была маленькой, — начала я, не поднимая взгляда, — думала, что закат — это момент, когда небо решает отдохнуть. Как будто оно тоже устаёт.
Кол тихо рассмеялся, чуть сжав моё плечо.
— А теперь?
— Теперь думаю, что это самое искреннее, что может подарить день перед тем, как исчезнуть. — Я подняла взгляд и улыбнулась. — Ты не находишь это красивым?
— Очень, — он наклонился ближе и коснулся моих губ лёгким, почти неуловимым поцелуем. — Но ты — красивее.
Я закатила глаза, но улыбка не сошла с губ.
— Банально, Кол.
— Но правда, — он снова поцеловал меня, чуть дольше, мягко, с ленивой нежностью. — Я всё больше теряюсь, когда смотрю на тебя. Словно всё остальное тускнеет рядом.
Мы замолчали. Слушали, как ветер играет в волосах, как волны шепчут свои вечные тайны. Я положила ладонь на его грудь, чувствуя ровный ритм сердца.
— Как думаешь, — тихо спросила я, — что будет дальше? Между нами?
Кол взглянул на меня, серьёзно, почти не по-мальчишески.
— Всё. Всё, что ты захочешь, Айлин.
— А если я захочу быть с тобой... всегда?
Он не ответил сразу. Вместо этого его пальцы переплелись с моими, и он притянул меня ближе, позволив уткнуться носом в его шею.
— Тогда всегда. Без оговорок. Без страхов. Без «а если». Только ты и я. Всегда.
И в этот момент, под медленным дыханием моря и светом умирающего солнца, я поверила ему. Поверила не потому, что хотела. А потому что сердце отозвалось без колебаний: он не солгал.
***
Вот такая милая глава получилась. Я долго думала какой диалог вставить в конце. И решила взять момент из жизни.
Я действительно в детстве говорила так о закате. Для меня закат это любимое время суток.
Я его как никогда ждала.
Ещё из новостей: я уволилась с работы. С первого числа я официально не работаю. Поэтому времени для написания глав будет больше.