28 глава
До падения министерства Скотт Аллардайс и Роб Джонсон получили приказ не спускать глаз с Малфоя-младшего, чтобы не допустить его воссоединения со старшим.
Последнего аурорат с упорством, показательным для данного учреждения, продолжал причислять к пособникам Волдеморта. С чем Люциус бы, например, категорически не согласился. Он, с недавнего времени, был склонен причислять себя скорее к жертвам Тёмного Лорда. Но факты, а ими Лорд умел управляться очень ловко, просто вопияли о неблагонадёжности Малфоев.
В связи с чем, Драко, в итоге, занял место рядом с портретами предков на стене. И вовсе не в том смысле, в каком бы ему хотелось.
— Висеть рядом с тобой, — противным скрипучим голосом сказал один из портретов, — оскорбление для чистой крови Блэков, — видно, про женитьбу Драко прознал.
— Иди ёжиков попой ешь, — вполне доброжелательно посоветовал ему Малфой.
Старик на портрете чопорно выпрямился и с оскорблённым видом поспешил уйти из картины — данный представитель чистокровного семейства был знаменит тем, что превратил восьмерых своих сыновей в ежей.
В тишине покинутого помещения раздались аплодисменты. Хлопки, неторопливые и непродолжительные, показались Малфою оглушительными. Вздрогнув, Драко повернул голову в направлении звука. Финиас Найджелус Блэк, изобразив на своём угрюмом лице кислую ухмылку, прервал свои аплодисменты, сложил пальцы домиком и поверх них уставился на потомка.
— Очень неплохо, — снисходительно обронил самый непопулярный директор Хогвартса. — Я про ваш союз с… магглорожденной. Я бы даже сказал — умно.
Не отрывая настороженного взгляда от портрета, Драко молча ждал продолжения.
— А это что же? Заклятие Липучки? — с наигранным интересом продолжал Блэк.
Малфой непроизвольно дёрнулся. Его мозг, склонный к рискованным экспериментам, ещё на первом курсе, после того, как он узнал об этом заклятии, разработал контрмеры. Для некоторых заклятий они оказались довольно просты. Что сейчас пригодилось. Особенно если учесть, что палочку Драко отдал Дэну Фримену — «это всего лишь формальность, мистер Малфой» — ещё во Франции, потому что доверился соратнику Моуди. И теперь спрашивал себя: уж не сглупил ли он?
— Какова же подготовка у нынешних ауроров, что они неспособны удержать даже не закончившего школу юнца? — посетовал Финиас Найджелус, наблюдая, как упомянутый юнец, оставив прилипшую на стене одежду, вылезает в камин.
Через камин Драко попал в находящуюся над кухней Зелёную гостиную.
Первым делом он бросился к двери — увы, она оказалась заперта. Малфой развернулся и замер, опершись о дверь, когда понял, что в комнате он не один.
— Вот так сюрприз! — с притворным благодушием воскликнул буйволоподобный аурор. Кажется — Аллардайс?
Второй из них — бегемотообразный Джонсон — поспешил закрыть камин заклятием. Покосился на раздетого Малфоя.
— Не холодно в неглиже? А то можно камин затопить?
Хмыкнув, Драко опустил ресницы.
— Разве вы не должны быть в министерстве? — голос Малфоя так и сочился сладким ядом. — Ну, там, служить и защищать? — ещё и подколол бездействующих.
Аллардайс сразу насупился, а вот Джонсон пронять не получилось.
— Ждём смену, — устраиваясь на диване с газеткой, просветил тот.
— Хочу повидаться с женой, — Малфоев голос становился всё более склочным, переходя на высокие истерические ноты. — Можно?
— Нельзя, — лаконично обрубил Роб Джонсон и закрылся печатным изданием. Маггловским, кстати.
— Почему? — холодно осведомился юнец, разглядывая неподвижные маггловские картинки с другой стороны газеты и мысленно разрывая невинную бумагу на куски.
— Если вы ещё не поняли, мистер Малфой, вы арестованы, — не без удовольствия заявил Скотт Аллардайс, вальяжно разваливаясь в кресле.
— На каком основании? — по-змеиному повернулся к нему Драко.
Скотт переглянулся с напарником.
— Ну, хорошо, — пожал он плечами. — Вы… задержаны, — переменил он меру пресечения, — на основании подозрений в пособничестве Сами-знаете-кому.
— Не знаю, — прикинулся непонимающим Малфой, тараща глаза. — Кому?
* * *
После объявления принесшего панику и унесшего всех из дома Блэков, Гермиона ощутила некоторое неудобство физического плана. Остановившись посреди пустого коридора, она опустила ладонь на свой живот.
— О, нет, только не сейчас, — пробормотала она.
Видимо волнение от сообщения, которое озвучил патронус Кингсли о падении министерства, спровоцировало схватки. Или ещё кое-что посерьёзнее…
— Уж не знаменитая ли это новобрачная? — услышала она язвительный и холодный голос, и, повернув голову, увидела, что с ней заговорил портрет. — Профессор Блэк, — представился мужчина с тощим, желтым лицом и острой чёрной бородкой клинышком, в котором Гермиона признала одного из директоров Хогвардса. Благо Британскую Историю Магии она хорошо учила. — Ну и наделали вы переполоху в портретных кругах!
— Мне неловко прерывать вас, профессор, — чопорно заметила миссис Грейнджер-Малфой. — Но не могли бы вы кого-нибудь позвать. А то, у меня будет ребёнок… — на секунду задохнулась, — прямо здесь и сейчас!
— Что? — многие бы захотели посмотреть, как самодовольное лицо профессора Блэка забавно вытягивается.
Но единственной зрительнице, а также виновнице сей метаморфозы, было не оценить достославного зрелища.
Отключить рекламу
— Где Драко? — Гермиона, от боли и страха ставшая как тряпичная кукла, безвольно начала сползать по стене на пол. — Мне нехорошо…
— Не сидите на полу, глупая девчонка, — обеспокоенно велел директор Блэк. — Встаньте сейчас же!
* * *
От подобного наглого утверждения оба аурора впали в лёгкий ступор. Как ещё назвать того, кого иначе и не назовёшь? Говорить «Тёмный Лорд» — это всё равно, что к УпСам себя причислять, Волдемртом — ну, это какое-то запанибратство, которого никто кроме усопшего Дамблдора позволить себе не мог, а уж настоящее имя Волдеморта никто и не помнил.
Неизвестно, чем бы кончилось дело, если бы в этот волнительный момент на огромном пустом портрете не появился Финиас Найджелус Блэк с известием, что у юной миссис Малфой отошли воды.
После чего у её мужа началась полномасштабная истерика. Причём заранее спланированная и блестяще проведённая. Малфой загодя подготовился — прочёл соответствующую литературу — и в должный момент вывалил на неподготовленных, ничего не подозревающих, невинных и случайных лиц тонну информации о возможной патологии родов. Испуганные, шокированные и слегка психически травмированные ауроры узнали о том, чего никогда не хотели бы знать. Аллардайс не выдержал первым. Он заорал и вылетел за дверь. По пути он сшиб спешащих на помощь подруге Рона и Гарри. Да так, что мальчики покатились с лестницы как горошины. Чему бы очень порадовался Малфой, если б узнал.
* * *
Интервал между схватками всё учащался. У Гермионы было всё подготовлено заранее, и единственное чего она не учла — как всегда — так это человеческий фактор. Прогнозировать, как поведут себя люди в экстренной ситуации — невозможно. Например, она никогда не предполагала, что внезапно падёт министерство, и все убегут на войнушку, оставив её рожать в одиночестве. А также не думала, что в самый ответственный момент её друзья — такие ответственные и надёжные, поведут себя как незрелые подростки, каковыми они, в сущности, и являлись. Рон просто впал в ступор, обалдело хлопая глазами то на корчащуюся в родовых муках Гермиону, то на бьющегося головой о плинтус Гарри. Ему вдруг Волдеморт залез в сознание, угнездился там, в обнимку с поп-корном, и мерзко похихикивал, наблюдая «размножение Малфоев», как по маггловскому ТВ. А уж куда запропастился любимый — Гермиона и знать не хотела — это она кричала каждый раз при начале новой схватки, и жалобно пищала обратное утверждение при её угасании.
* * *
Крик Гермионы, в общем, и решил дело. Малфой был достаточно осторожен, чтобы не кидаться грудью на двух взрослых ауроров. Но, как ни странно, такой капризный элемент как человеческий фактор, сыграл ему на руку.
Так же как храбрые ауроры не выдержали простого разглагольствования о трудностях родовспоможения, так и юный папаша от вопля беременной подруги превратился из трусливого подростка в психованную машинку для убийств. Эдакий свихнувшийся бритвенный станок.
* * *
Беспомощно переводя растерянный взгляд с подруги на друга, Рон просто не мог выбрать, кому броситься помогать первому. К счастью, командование на себя взял портрет директора Блэка.
— Ну, что вы встали столбом, глупый мальчишка? — прикрикнул он на Рона. Возвёл глаза к потолку: — За что я награждён столь нерадивым потомком? — риторически вопросил профессор. Он приходится прапрадедом Молли Уизли. — Поднимите с пола миссис Малфой… Что? Грейнджер-Малфой? Что за плебейская фамилия! Хотя, с другой стороны, такой навозный довесок на фамилию досточтимых Малфоев… Хе-хе! Так им и надо! Куда вы её потащили? Несите в ближайшую комнату… Что за бестолочь! В ближайшую комнату с кроватью. Что теперь делать? Откуда мне знать? Я профессор Магии, а не гинекологии!
* * *
Единственный, осведомлённый в области гинекологии, проводил взглядом стремительно скрывшегося за дверью Аллардайса и хмыкнул. Минус один аурор.
Повернулся ко второму. Джонсон мужественно боролся с тошнотой. Он был достаточно толстокожим, но утончённая истерика Драко никого не могла оставить равнодушным.
На самом деле было бы у Малфоя времени побольше, Джонсон и так бы сдался. Но именно время сейчас, когда крики Гермионы учащались — Драко считал промежутки между схватками — и не хватало. Требовалось нажать посильнее.
* * *
Гарри слегка очухался от мозговой атаки Волдеморта — тот отвлёкся на пытки — и пополз на поиски друзей. Они обнаружились тут же, в соседней комнате. И тут Гарри понял, наконец, простую истину — ту самую, которую всегда с таки презрением бросал им в лицо Драко — они с Роном ни на что не годны. Привыкли получать от Гермионы помощь на всех уровнях. Но когда помощь потребовалась ей, они оказались более чем не состоятельны. Благо, подоспел главный виновник и спаситель в одном Малфое. И освободил их от тягостной заботы.
* * *
Героической саге о том, как Драко, прорываясь к любимой сквозь строй (из одного вертикально поставленного аурора), опрокинул неприятельские ряды (в количестве того же единственного неприятеля), не суждено было покинуть Зелёную гостиную. Потому что, во-первых, кто бы поверил, а во-вторых, признаваться кому-либо, что его уронил тощий юнец, было бы стыдно. А самому Малфою очень скоро стало не до того. Ибо роды начались. И он успел к началу.
……………………...
Короткая сшибка
На лестнице щипкой,
На лестнице сыпкой…