Глава 24. Джастин
Школьный звонок ударил по ушам. Крики детей перебили этот звон, и я откинулся на спинку стула, запрокинув одну из тетрадей на голову. До конца учебного года ещё пару месяцев, а я уже чувствую, как отсидел себе все возможные мышцы. Спина еле сгибалась в пол оборота.
Если мне всё же удастся стать известным музыкантом, напишу заявление об увольнении в самую первую очередь. Единственное, что держало меня здесь до сих пор — деньги. Пускай они были не такими большими, как часть моих недавних гонораров, но всё же служили подстраховкой.
Я взглянул на расписание. Нужно было провести ещё три урока для старшеклассников, а затем доделать последний отчёт за неделю. Я превратился в какого-то ботаника.
Учитель-музыкант.
Я поморщился. От одной только пришедший на ум мысли хотелось провалиться сквозь землю.
Перемена выдалась в этот раз достаточно короткой, но даже за эти пять минут меня успели вывести из себя.
— Выступление? — с возмущением произнёс я, пока все остальные собравшиеся коллеги презрительно смотрели в мою сторону.
— Да, Уокер. Вам необходимо выбрать музыкальную композицию и подготовить ребят к ежегодному весеннему баллу. От этого будет зависеть ваше досье. Все мы хотим посмотреть на результаты ваших трудов.
Мистер Николас протянул мне новую стопку бумаг. Скоро мой кабинет мог запросто превратиться в архив, а не музыкальную студию.
— С каких пор мы собираемся провести его ещё во время учёбы?
— Это нововведение в нашей школе. Обычная практика подтверждения вашей квалификации.
Я скрипя зубами пролистал страницы. Если бы я не был здесь простым подчинённым, то послал бы здесь каждого.
— И сколько у нас есть времени на подготовку?
— Неделя. Я постараюсь слегка снизить с вас нагрузку и разрешить пользоваться актовым залом для репетиций.
Клянусь, этот день определённо сможет стать худшим. Мне что, теперь устраивать грёбанный кастинг среди маленьких идиотов, которые приходят ко мне на урок проспаться?
— Спасибо, — выдавил я из себя.
Теперь вместо подготовки к будущим концертам со своими парнями, я буду обязан возиться до утра в школе. Форман растерзает меня на куски, если я не пришлю ещё пару набросков песен для него к концу этих выходных.
— У кого-нибудь есть вопросы? — мистер Николас решил оборвать на этой чудесной ноте свой разговор со всеми нами в своём кабинете.
— Есть совет, — вмешался Адам. Он был учителем по мировой истории и по совместительству моим ненавистником. Я не переносил его на дух. — Вы можете искать нового преподавателя по музыке. Уокеру с этим не справится. Его место на подпевке где-то на уличном переулке у побережья.
Отовсюду раздались смешки. Его подколы были на уровне детской ненависти. Однако это не мешало всем в школе превозносить его, как нечто значимое для общества.
— Не думал, что такие люди, как вы, могли настолько отстать в развитии, что не придумали ничего лучше, как подражать школьникам. В следующий раз изучите моё дело чуть лучше, чтобы было за что зацепиться.
На лице Адама мгновенно исчезло превосходство. Он был унижен при всех. Я бил его же оружием, и он пал через секунду после боя. Слабак.
— Попрошу всех успокоиться и не переходить на личности.
Мистер Николас встал между нами, как рефери на ринге, будто собирался предотвратить драку. Только я не собирался пачкать руки об неудачника.
Когда по громкоговорителю напомнили о начале уроков и попросили всех учителей вернуться на свои рабочие места, я нарочно прошёл мимо Адама победной походкой. Он проводил меня злобным взглядом.
Мне пришлось ускорить шаг. чтобы как можно быстрее пройти несколько коридоров, пока никто не успел сбежать с моего урока.
— Вы снова в шаге от штрафа, мистер Уокер. Ещё одно опоздание и вас точно выгонят, — продолжал Чейз изо дня в день. Скоро я превращу его скучные дни в самую настоящую пытку.
— Отлично подмечено. А теперь поздравляю тебя с новой должностью, — я хлопнул его по плечу и пропустил всех оставшихся в класс. — Прошу представить нашего нового организатора музыкальной группы. С этого дня на него возлагаются все обязанности.
— Чего? Какие на хрен обязанности. Вы случаем не перегрелись?
— В конце этой недели нам необходимо подготовить вступление. Если кто-то мечтал почувствовать себя в роли музыканта, прошу вперёд на запись к Чейзу.
Класс стал перешёптываться, а я молча опустился на своё место, наблюдая за тем, как каждый из присутствующих склонил вниз головы.
— Никто не будет этим заниматься, — не унимался он. — Из нас всех больше всего это нужно вам, а это уже не наши проблемы.
Чейз развернулся и подмигнул всем позади себя.
— Твоя проблема — это аттестация по моему предмету. Даю вам десять минут на размышления, что мы будем с этим делать. Поверьте, но это дерьмо тоже не входило в мои планы.
Я взял в руки телефон и стал пролистывать последние сообщения. Мы должны были встретиться после занятий с Тайлером и Нейтом, но эта подготовка уже разрушила мой вечер.
Пальцы стучали по экрану с извинениями и оправданиями. Если бы я не был так зависим от этих долбанных обязательств, то непременно бросил всё и ушёл.
Ответа не пришлось долго ждать. Не одному мне так не повезло. Нейту поставили ночную смену в баре. Он тоже пролетал мимо. Тайлер обозвал нас придурками. После той драки на концерте мы почти не собирались вместе. Форман устроил нам что-то наподобие забастовки. Если мы не вернём часть суммы для покрытия убытков, нам можно не появляться ему на глаза.
Я оттягивал встречу с Уильямом как можно дольше, но всё равно понимал, что это неизбежно. Помимо того, что я вновь появился на его территории, чтобы окончательно согласиться на его условия, он обещал связаться со мной ещё раз. Но несколько дней стояла гробовая тишина.
Ниже всех контактов оказался последний добавленный номер. Он принадлежал модели, укравшей моё сердце. Странно было лишь то, что он располагался сразу под Уильямом. Это походило на издевательство, словно очередной знак подавал мне сигнал о тупости моих поступков.
Я изменил контакт на Мелоди.
Теперь её номер стал выше на несколько ступеней. Теперь они были слишком далеко друг от друга.
Но в жизни всё было иначе. Уильям был её боссом, а она его подчинённой.
Стэллонд вызывал у меня отвращение. Он что-то скрывал и недоговаривал, словно у него была какая-то одержимость Тиффани. Их что-то связывало, иначе я не мог объяснить происходящее.
Это был один из способов подобраться ближе к истине, раскрыть секреты, что они оба утаивали.
С недавнего времени меня стала волновать Тиффани. Мне хотелось всё разузнать о её жизни до моего появления. Стать ближе к ней насколько это было возможным. Заслужить доверие и сберечь её сердце. У меня, определённо, появился синдром главного героя, который так хотел подобраться к объекту своей влюблённости.
Влюблённости.
Я застыл, прокручивая свои мысли.
Тиффани интересовала меня как девушка во всех значениях этого слова. Я был готов отдать всё на свете, лишь бы снова коснуться её шелковистых волос, увидеть светящиеся глаза и услышать голос. Поистине ангельский. Наши тембры звучали вместе так гармонично, что мы могли бы без особых преград написать совместную песню и исполнить её вдвоём.
Но сейчас эта идея казалась издёвкой по отношению к ней. Я не хотел, чтобы она чувствовала себя использованной, поэтому сразу обозначил, чтобы она не привязывалась ко мне. Если правда когда-то выльется наружу, я не переживу её разочарования во мне.
Я открыл вкладку с её номером и принялся печатать:
"Как ты?"
И быстро стёр обратно. Она дала мне свой номер, а я так и не связался с ней. Ни разу не позвонил и не написал ничего стоящего.
Я попросту не знал, как начать диалог.
О чём вообще разговаривают люди, когда встречаются? Неужели никто не придумал подробную инструкцию для таких, как я?
— Мы всё ещё здесь, мистер Уокер, — остановился возле моего стола Чейз.
— Ты уже успел всё продумать? — я взглянул на часы и понял, что провёл большую часть урока в своих раздумьях. Вот же чёрт.
— Отчасти, — он слегка занервничал. — Мы с Кортни встанем на гитару, Дэвид на барабаны, Амелия с Венди споют, а вам остаётся самое простое.
Чейз указал взглядом на стоящее фортепиано.
— Пожалуй, я откорректирую твоё предложение. Последняя часть мне кажется немного недоработанной.
— Вы учитель музыки или кто? Вам ничего не нужно будет делать, кроме того, чтобы изображать самого себя.
Он был прав. Только была одна проблема. Я ненавидел клавишные и каждый раз они давались мне с трудом. А здесь я должен был на полном серьёзе отработать целую партию и не облажаться перед всей школой.
Тайлер показывал мне одни из самых лёгких произведений, которые я с трудом запоминал. Вывести что-то подобное было для меня пыткой.
Я стал придумывать различные варианты в голове, пока в памяти не всплыла картина, играющей на синтезаторе Тиффани. Когда она сыграла при мне первый раз, я сразу же понял, что она живёт музыкой. Её игра отличалась от игры Тайлера. Она была непринуждённой и глубокой, словно зритель сам должен был проявить заинтересованность и понять суть, которую хотела донести Тиффани.
Она могла мне помочь.
Иногда этот идиот не настолько бесполезный, как я думал.
— По рукам. Обсудим остальные детали позже.
Я отдал Чейзу варианты песен, что мы могли представить на концерте, и тут же урок подошёл к концу. Все тут же выбежали из класса, и я принялся пару минут наслаждаться тишиной. Мне нужна была разрядка после такого напряжённого дня.
Я выпил чашку кофе, выкурил сигарету через школьное окно, как когда-то делал раньше, а затем принялся рыться в архиве, чтобы найти образцы для некоторых отчётов. Я потратил полчаса на то, чтобы среди всех гребанных бумаг не оказалось всего одной, что была мне нужна.
Другие, не менее важные заявления продолжали мозолить мне глаза, но на сегодня было достаточно.
Я собрал все свои вещи и слился с толпой школьников, которые сломя голову сваливали от этого места подальше. Я был похож на переросшего одиннадцатиклассника, поэтому меня никто не заметил.
Сегодня я задержался после дополнительных занятий на час позже, чем обычно. Я отработал лишнее время, за которое мне наверняка ни черта не заплатят, так с чего я должен выполнять ещё больше ненужных поручений?
Голова раскалывалась. Мне нужен был хороший сон. Не припомню, когда последний раз высыпался. Я проводил почти всё своё свободное время за проверкой никчёмного домашнего задания и прочей херни, когда мог придумывать песни для грядущего альбома.
Только я собирался сесть в свой Dodge и включить на всю громкость Thirty Seconds to Mars, как завибрировал телефон.
Я поднял трубку, не посмотрев на главный экран.
— Джастин, поднимай свою задницу и вали в бар!
— Ты же не пьёшь на рабочем месте, Нейт, — отшутился я.
— Твою мать, здесь Тиффани. И я не разглядел до конца, но похоже и тот придурок, с которым ты подрался на концерте, пошёл за ней.
Музыка на фоне заставила меня мгновенно прийти в себя.
— Какого черта ты тогда звонишь мне, иди проверь, где она! Я буду через три минуты! — закричал я и тут же запрыгнул в машину.
Я вдавил на газ в полную силу и выехал на дорогу. Сердце бешено стучало в груди. Оставалось только молиться, чтобы Мейсон ничего не успел с ней сделать, пока я не выбил из него всё дерьмо до смерти.
На спидометре мигала цифра под сто двадцать. Мне повезло, что рядом не было патрульных машин. Обычно под вечер Лос-Анджелес был переполнен, но сегодня стояла непривычная тишина. Это было к лучшему.
Всё разрывало изнутри. Я не мог допустить того, чтобы с Тиффани что-то случилось. Казалось, что отныне я в ответе за её безопасность. Я не подпускал девушку к себе ближе, но был вынужден сам скитаться за ней по пятам, куда бы она ни пошла.
Я вбежал в бар и сразу же стал пристально смотреть вокруг. Нейта не было на месте за барной стойкой. Бесполезно тратить время на звонок. Я принялся заглядывать в каждые комнаты по порядку. Отдёргивал занавески и следовал дальше. Спустя пару таких комнат, я всё же отыскал нужную.
— Ты держишь её, Далия? Приложи нож к горлу. Пусть давится, дрянь!
Мейсон едва не смеялся, пока Нейт с размаху не попал ему по носу.
Я остановился всего на пару секунд.
Первая секунда послужила, чтобы я отыскал глазами Тиффани. Она сидела, не сопротивляясь и нюхала с острия траву. Её руки едва двигались. Сколько они заставили её принять? Взгляд Тиффани опустел. Он был холодным. Я понимал, что наркотики уже начали действовать. Мне был знаком этот эффект.
Вторая секунда, и я закатил рукава, сжимая ладонь в кулак и размахиваясь со всех сил, целюсь прямо в грудную клетку. Мейсон пошатнулся и был в шаге от того, чтобы упасть, поэтому я тут же накинулся на него всем своим телом.
— Сволочь! Я же предупреждал тебя!
Я оттолкнул Мейсона и дал несколько раз ему по лицу. Его кровь от разбитой губы стекала по моим рукам, но это действовала на меня сильнее красной тряпки для быка.
Мейсон продолжал что-то невнятно бормотать под нос, пока я расправлялся с его тупой улыбкой.
— Она дала тебе только потому, что настолько отчаялась в жизни.
— Гребанный ублюдок. Ты накачал её наркотой!
Я попытался нанести ещё один удар, но Мейсон перехватил мою руку и ударил меня по вискам. Я скорчился и закричал от раскатившейся боли, но продолжил держать его под своим контролем. Его тело обездвижено лежало под моим.
Мы пытались разгромить друг друга. Каждый по-своему и за свои принципы. Вокруг стоял тошнотворный звук железа.
— Сука, она заслужила всё это! Какая тебе разница, что с ней будет? — стонал от боли Мейсон, но я не останавливался.
— Мне не всё равно, — говорил я сквозь зубы, тяжело дыша и удерживая ворот его футболки.
— Она обычная подстилка, не более. Какой от неё толк, кроме того, чтобы трахать?
— Тебе конец.
Последний удар и тело Мейсона начали биться в конвульсиях. Несмотря на то, что он был немного крупнее меня, мне всё же удалось показать этому ублюдку место.
Когда я убедился, что он не сможет подняться, я плюнул ему в лицо. Встал с коленей и принялся вытирать красные пятна со своего лица. Мейсон оставил на нём всего пару незначительных ссадин. Ему повезло меньше. Он был на полпути в иной мир.
— Чтобы я на хрен больше не видел тебя рядом с ней. Метр и я засажу тебя.
— Как наших приятелей. Сраный трус, — откашливаясь повторял Мейсон.
— Тебе лучше знать. Я готов рискнуть.
Я отряхнул свои руки от следов. Нейт уже успел напасть на блондинку, что по приказу Мейсона держала её возле себя. Нож с грохотом упал на пол и вместе с ним белый снег.
Она со слезами на глазах смотрела на теплый труп, а потом просто вырвалась из хватки и упала на колени возле него.
От ударов слегка онемела рука. Я перешагнул через побитое тело и направился к столу.
Первым делом проверил пульс.
Она жива.
— Джастин...
Тиффани закатила глаза и с грохотом свалилась на диван. Это были наркотики с усыпляющим эффектом. Если бы я опоздал хотя бы на минуту, этот ублюдок воспользовался бы ей.
От одной только этой мысли я желал закончить начатое и отправить Мейсона на тот свет. Меньше всего мне нужны были сейчас проблемы с законом, когда за спиной висело много долгов.
— Тише, Тиффани. Смотри на меня, не смей засыпать.
— Я не могу. Всё плывёт перед глазами.
— Потерпи. Я отвезу тебя домой. Только скажи мне адрес, пожалуйста.
Сквозь невнятное шептание девушки мне всё же удалось его узнать.
Я подхватил Тиффани под плечо и поднял на руки.
— Закрывай бар, пока к вам не пришли с проверкой. Я останусь с ней, — Нейт кивнул и тут же собирался выйти, как я добавил. — Спасибо.
Я притянул Тиффани к себе ближе и накрыл часть её тела своей джинсовкой.
— Мне страшно, Джастин, — она дрожала, пока я укладывал её на заднее сидение автомобиля.
— Я рядом. Всё будет хорошо, — я потянулся к лбу девушки и оставил на нём лёгкий поцелуй.
Ни черта ничего хорошего. Я создал вокруг неё иллюзию лучшей жизни, а теперь ловил последствия. Вот, что я мог дать ей, если бы она выбрала меня.