photographer
я встречаю Гарри возле небольшого кафе, которое находится в конце города, но люди здесь есть постоянно, потому что тут готовят самое вкусное кофе в нашем городе, а еще здесь работает мама Гарри, поэтому у нас есть некие преимущества посещать это кафе, ну, и пятипроцентная скидка на десерты, если Гарри поможет вымыть посуду после закрытия. Вскакиваю со скамьи, когда на горизонте появляется мой мальчик, Гарри поправляет волосы, закрепляя их солнечными очками: несносный ветер не дает покоя этим летом. на нем сегодня голубая рубашка, в такой же горошек, как и в прошлый раз, но чуть мельче. может это тонкий намек на то, что ему нравится горошек? Гарри хлопает меня по плечу в знак приветствия и приоткрывает для меня бледно-розовую дверь, пропуская вперед, а сам задерживается на некоторое время, осматривая желтую вывеску, которая находится практически напротив него. недолго любуясь своей работой, ведь мы потратили две ночи на то, чтобы смастерить её, Гарри ныряет в кафе.
ещё одно небольшое преимущество то, что наш маленькие столик никогда не будет занят, мама Гарри бронирует его для нас уже несколько месяцев, я отправляю Гарри за стол, а сама направляюсь к месту, где можно сделать заказ.
— у меня есть для тебя кое-что, — говорю я, — но это чуть позже.
Гарри пытается, что-то возразить, но его перебивает официант, который принес наш заказ. поднос кладут на наш столик, и я забираю тарелки: в свою сторону я кладу небольшую тарелку с десертом, что-то розовое., а в сторону Гарри отправляю тарелку с разными видами горошка: консервированный, замороженный и свежий. он смотрит на меня.
— что, — спрашиваю, когда кладу в рот первую ложку своего непонятного десерта, — тебе не нравится горох?
— Эдд, я его просто ненавижу, — вздыхает Гарри, — морщась на то, что лежит у него в тарелке, покатывая одну из горошинок в сторону.
— но твоя рубашка говорит об обратном.
— в тот день, когда на мне была футболка с хот-догами, я их так и не дождался.
я хлопаю по столу, пытаясь настигнуть солнечного зайчика, который так и норовит убежать от меня. когда я потеряла все попытки словить этого зайца, отправляюсь на кухню вместе с грязной посудой. и указываю Гарри ждать меня здесь, за этим же столом, только если к кафе подъедет фургончик с мороженым, ему разрешено выйти.
на кухне меня ожидает ослепительная чистота посуды и блеск поверхности, на которой режут еду. загрузив посуду в раковину, отправляюсь к стойке с коктейлями, Энн чаще всего можно найти именно там.
— добрый день, — щебечу я и присаживаюсь напротив Энн, — хотела лишь сказать, что забираю у вас Гарри на пару часов. он сделал для меня так много, мне бы хотелось сказать ему спасибо.
Энн улыбается мне, протирая стаканы, и подувает на волосы, которые так и норовят вылезти из хвоста.
— конечно, Эдделин, Гарри большой мальчик.
— вы знали, что Гарри не нравится горох и почему вы предложили подать его?
— кое-что нужно узнавать лично.
я улыбаюсь на прощание и толкаю дверь.
мы идем по небольшому скверу, который по обе стороны заставлен магазинами с красочными витринами, на которых выставлены изделия лучших мастеров нашего города. Гарри кружит вокруг, в его глазах блеск от солнца и витрин смешивается в радугу. я даже не замечаю, как в его руках оказывается пицца, а он невозмутимо откусывает маленький кусочек.
— нельзя же забирать еду у прохожих, Гарри. я хлопаю его по ладони, в которой нет пиццы.
— ты лишила меня перекуса, а мой желудок не может потерпеть такого непорядка.
Гарри продолжает кружиться и напевать песни из всевозможных мюзиклов, но останавливается возле одной из витрин. его внимание привлекла одна из камер, которая находилась по ту сторону магазина. я одергиваю Гарри и беру его за руку.
— идем же.
— Гарри ты можешь войти, — кричу я, — мы тебя ждем.
— мы? — спрашивает Гарри, когда заворачивает за угол и оказывается в помещении среднего размера с абсолютно белыми стенами, большими окнами и отличным освещением. пока Гарри стоял у входа и смотрел на все, что мне удалось сделать за неделю с небольшим, меня перебирает тридцать три эмоции.
— Эдделин, что здесь происходит? — указывает Гарри на тех людей, которые стояли сзади меня.
это неделя была просто сумасшедшей. мне пришлось в буквальном смысле летать по городу в поисках идеального помещения для Гарри, в поисках людей, которые смогли бы мне помочь., а ещё я порезала мизинец, когда доставала из разбившейся копилки накопленные деньги для того, чтобы Гарри ни в чем не нуждался., но самым трудным оказалось даже не это. тяжелее всего было искать людей, которые могли бы мне помочь. и мне удалось найти парочку хороших., а сейчас я оказалась довольна своей работой, надеюсь Гарри тоже.
— это твоя фотостудия, которой ты сможешь пользоваться чуть больше месяца, Гарри, пора бы исполниться ещё одной мечте. теперь ты сможешь фотографировать все, что тебе хочется, — указываю на камеру, которая стоит на стуле, — ты сможешь устраивать фотосессии, а эти люди могут тебе с этим.
— о, Эдд, тебе не стоило, — Гарри обнимает меня.
— ты сделал для меня слишком много, — я обхватываю его лицо ладонями, — ты спас меня, Гарри, пожалуйста, прими этот подарок.
я ждала Гарри около трех часов, а в ушах отдавался звук « щелк, щелк », но сейчас это был самый приятный звук, вперемешку со смехом тех людей, что пришли к нам на помощь, со смехом Гарри. сейчас его волосы были завязаны в неуклюжий пучок, но клянусь, это самое милое, что мне удалось увидеть за всю жизнь. я не заметила, как щелчки приблизились ко мне, а когда повернулась, фотоаппарат был направлен прямо на меня.
— зачем ты это делаешь?
— ты научила меня фиксировать лучшие моменты.
— лучшие моменты остаются в памяти, Гарри.