Катарсис

Чистый холст.

Эта неделя прошла так же быстро, как и началась. Все дни были сплошной рутиной. Не знаю почему, но я не пропустил ни одного дня в университете. Я не мог перестать думать о Скай. Моё сознание каждую секунду воспроизводило картинки с того вечера, и буквально сводило меня с ума. На самом деле, учёба в какой-то мере помогала, но освободиться от того странного чувства я все же не мог. Я стал больше рисовать. А рисовал я её. Вернее сказать, её черты. В особенности глаза. Они были почти на каждом моем рисунке. Я изображал их на любом предмете, который только попадался мне, будь это затертая бумажка или кусок картона. Я рисовал, будто боясь, что забуду как они выглядят, хотя прекрасно понимал, что не смогу.

Воскресенье. Единственный выходной и, пожалуй, единственный день свободы. Сейчас я подходил к своему подвальчику на краю улицы. Там я писал свои картины. Не скажу, что они были хорошо написаны, но люди покупали их. Я никогда не обучался рисованию профессионально, не ходил в художественные школы. Я сам, день за днём, сидел и учился, выводя каждую деталь, каждый элемент, а все из-за того, что мне было интересно. Люди часто говорили, что я особенный в своём деле.
В моих руках оказалась небольшая кисточка и палитра. Вдохновение нашло на меня очень резко, и я с замершим сердцем и прерывистый дыханием начал набрасывать первые мазки. В этот раз я работал очень быстро, минуты всегда ускользали, раз за разом касаясь кисточкой холста. Волосы лезли в глаза, я чувствовал, как моё лицо было испачкано краской, но во время этого процесса я не мог думать о подобных мелочах. Время в эти моменты останавливалось, чувства притуплялись, выходило лишь одно: желание делать, делать все больше. В эти моменты, будто отключался внутренний рычажок стопа и я не мог остановиться, не мог отвлечься. Творчество поглощало меня целиком, я будто сливался с холстом, мои руки превращались в кисти, сознание порождало идеи, выбрасывая их на бумагу и соединяя в окончательный рисунок. Так сегодня я и провел вечер. Картина была сильным чувством. Она буквально источала из себя что-то очень громкое, что-то нежное, что-то, что наполняло и заставляло светиться, что-то, что тревожило и успокаивало, убивало и тут же воскрешало.
С громким вздохом, уставший я плюхнулся на кресло, стоящее в углу подвала. Подвал был скромный и в нем ничего не было кроме пыльного шениллового кресла, мольберта, и висящий по середине лампе. Запах пота и краски ударил мне в нос. Духота стояла жуткая. Я открыл окно, за которым стояла страшная вьюга. Я высунул руку. Крупинки снега с бешеной скоростью врезались в кожу, и будто проходили через неё насквозь. Из-за снега почти ничего не было видно. Я уже собирался закрывать окно, как услышал знакомый голос. Это была Скай. Она еле держалась на ногах из-за ветра, да и выглядела, как продрогший маленький котенок, пытающийся спрятаться под стеклянной крышей остановки. Время было позднее и транспорт почти не ходил. Я, словно опаздывая, захлопнул дверь и, на ходу натягивая куртку, перебежал дорогу.
-Скай? Что ты тут делаешь?
Она вздрогнула от неожиданности и повернула голову:
-Кит? Ничего себе, не ожидала тебя здесь увидеть. - пыталась перекричать ветер она. - Я покупала книги для учёбы, в городе их осталось мало и я целый день их искала.
-Ты вся дрожишь...Автобус приедет минимум через час, я могу вызвать тебе такси.
-Не стоит. Тебе нужно домой, не трать на меня время. - улыбнулась она.
-Я не могу оставить тебя здесь. Если не хочешь, чтобы я вызывал такси, можешь подождать автобус хотя бы у меня дома, я бы предложил какое-нибудь кафе, но до него далеко идти, и скорее всего оно уже закрыто. Я живу буквально за тем поворотом.
Скай отвела взгляд:
-Не хочу доставлять тебе неудобства...
- Я же сам предлагаю, пойдём, если будем стоять, замерзнешь ещё сильнее.

Не знаю, что в этот момент происходило у меня в голове, и чем я думал, вернее, не думал совершенно, позвав её к себе, но понимал всю безвыходность ситуации. Придя домой, я сразу налил кленовый чай и попытался изобразить что-то вроде арахисовых сендвичей.

- Всегда было приторно, но согревало очень быстро.
В этот вечер мы много говорили. Я узнал, что она только осенью поступила в институт. Она учится на журналиста и довольно неплохо пишет стихи, расписывает вазы и до безумия любит печь шоколадные торты.
-А чем занимаешься ты? Ну помимо того архитектурного факультета? - с нескрываемым любопытством спросила она.
-Я? Ну вообще, я люблю иногда порисовать...
-Рисуешь!? - её взгляд оживился. - Можешь показать свои работы? Ну, же! – она потрепала меня за рукав.
-Ладно. – рассмеялся я. - Думаю, что смогу показать тебе некоторые.
Мы зашли в маленькую комнату в углу моей квартиры. Она была крошечная, словно чулан, но скорее всего, так казалось из-за большого количества картин, висевших повсюду. Скай медленно, всматриваясь в каждую прошла вглубь. Она провела рукой по льняной ткани разукрашенных в самые разные цвета холстов, цепляясь глазами за самые крошечные детали рисунков.
-Они восхитительны...
Я опустил взгляд. На самом деле, я не думал, что хорошо рисую. Да, был навык, но он был минимальным. Я самоучка, и без должного образования, наверное, не смогу писать так, как пишут великие художники.
-Это единственные работы, которые мне понравились, и с которыми я не смог расстаться.
-Были ещё?
-Были, но я их продал.
Она посмотрела на меня так, словно я совершил какое-то преступление:
-Как можно было продать подобное!?
-Ты слишком уж переоцениваешь их. Эти картины выполнены довольно грязно и есть много деталей, над которыми можно поработать. Посмотри на эту. Она одна из первых, и тут ужасные пропорции, а про наложение цветов я и вовсе молчу.
Она удивлённо подняла брови и резко отвернулась:
-Те недочёты, заметны лишь тебе. То, что сидит у тебя в голове, останется лишь у тебя в голове, пока ты не укажешь на это остальным. Вещи будут прекрасны в глазах других, пока прекрасны в твоих.

Тишина. Был слышен лишь стук настенных часов, издаваемый из соседней комнаты. Стрелка медленно ползла по серому кругу, и я пытался отсчитывать секунды. Черная полоса убывала, наворачивая новый оборот за другим. Скай прошла мимо меня и села на кресло в зале.
-Ты не задумывался отдать их в галерею?
-В галерею? -переспросил я. -И мысли такой не было...
-Значит решено! Мы просто обязаны это сделать!
Ее упорство и странная вера передалась и мне. Я не чувствовал подобное раньше. Я повернулся к ней, перехватив тот пыл:
-Думаю, стоит попробовать.