Катарсис

Привет, птенец.

-Кит, подай халат.

-Тоже мне, нашла прислугу, не я уходил в душ, гремя всем, чем можно в семь утра, не взяв даже одежду. –я возмущенно перевернулся на другой бок, зарывшись лицом в одеяло.

-Если хочешь, могу выйти так. – за полупрозрачной серой шторкой показалась тень.

Я мигом кинул в неё чем-то валявшимся на полу.

-Это не тот халат.

-Уж, извини, я не выбирал.

-А ты знал, что ты альфонс?

-Ты сама сказала, что я должен эту неделю жить у тебя, чтобы Гомпут и Зи ничего не заподозрили.

-Но даже это не отменяет того факта.

На телефон позвонили. Этого я ожидал меньше всего.

-Привет, чувак!

-Неожиданно, Виктор, по какому поводу?

-Как это по какому? Мы же обсуждали, что скоро будет тур с твоими картинами. Нужно снова пригласить людей, чтобы те распространили информацию об этом. Они же как птицы-хорошо умеют только гадить и разносить свой помет по всем ближайшим окрестностям.

-Ага...И когда вы планируете проводить всё это?

Виктор нервно посмеялся:

-Вечером.

-Каким вечером?

-Ну...-он неуверенно покашлял, пробормотав что-то в сторону. – Этим вечером. Ладно, дружище, встретимся где-то в часов шесть.

-Отлично...

-А что ты хотел? Зарабатывать в этой жизни как-то нужно. Или ты планировал всё делать за мой счет? – Лата поставила на постель кипяточный кофе.

-Лечение оплачивать будешь мне точно ты. –я поспешно убрал с ноги чашку, пытаясь остудить горячее место.

День пролетел незаметно, и я уже подходил к красивому зданию, вокруг которого буквально витали восторг и роскошь. Снова белоснежные отчищенные ступеньки, фиолетовые выглаженные ковры и сотни прекрасных произведений искусства. Меня обволакивало этим маленьким миром. Я жаждал тех чувств, которые испытывал тогда. Тогда, когда Скай была ещё жива...

-Эй-эй, угомони свою анаконду. –Лата увязалась за мной. Она сказала, что будет следить, чтобы я ничего не натворил, правда, нянек я не нанимал и совершенно не нуждался в опеке, но ей было на это как-то всё равно.

Я взглянул на рукава рубашки. Сквозь них просачивался синеватый свет.

-Как оно вообще работает? Почему сейчас?

-Видимо у тебя такая реакция на всё, что связано с искусством. Не забывай, змеи рождаются гениями, сильно привязанными к своему делу, пусть по тебе этого и не скажешь...

Я попытался сосредоточиться, взяв под контроль свои силы. Лата вчера объяснила, что это как убавить яркость на телефоне. Нужно просто найти правильную кнопку и довести до самого конца. Оказалось, что это в несколько раз сложнее, но все же у меня получилось.

Мы вошли во второй зал. В нем находились мои картины. С прошлого раза их даже не сняли. Я подошел к одной из них. На ней была высокая трава зелено-бирюзового цвета. В этой траве, в самых её корнях, лежали несколько лезвий и розовых пушистых бантов, которые окутывали их. Вдалеке можно было разглядеть огромный зал, какие бывают только в дорогих театрах, под потолком которого были разбросаны еле заметные нейлоновые ленты. Они словно что-то изображали, но даже я не мог разобрать что.

-Это всё ты писал? –недоверчиво спросила Лата.

Я хмыкнул, продолжая разглядывать ту картину. Я будто её никогда не видел, хотя понимал, что она точно моя. Она казалась мне удивительно новой, я не мог до конца понять, что именно я хотел на ней изобразить. Раньше такого не было.

-Отвали и дай мне пройти в этот чертов зал!

Я обернулся. К нам неслась...

-...Джесси?

-Этот громила у входа меня не пропускал. –она грозно взглянула на стоящего в дверях охранника, с искреннем непониманием смотрящего на нас.

-Что ты тут делаешь?

-В смысле что я тут делаю? Я писала тебе ещё вчера вечером, что приеду. У меня вообще-то скоро день рождения, а отмечать его со старыми подругами из колледжа я не хочу. Я не смогла достучаться до тебя в квартире, благо твои любезные соседи сказали, что ты в отъезде по работе. А как мне помниться, ты говорил что-то про музей или как его там.

-А ты находчивая...-Лата слегка наклонила голову, оценивающе посмотрев на Джесси.

-Это ещё кто с тобой?

-Это...

-Его знакомая. Латея Реликта. –она протянула руку Джесси, слегка ухмыльнувшись. –Ты его...сестра, верно? Джесси Хейз... - она задумчиво посмотрела куда-то вбок, затем мило улыбнувшись. –Он говорил про тебя. Буквально позавчера. Рассказал мне такой интересный сон с твоим участием...Но он тебе потом сам его расскажет.

Джесси вопросительно посмотрела на меня. Я попытался выдавить что-то невнятное, но шум из коридора спас меня. Иногда я просто обожал манеру Виктора заходить в самых неловких ситуациях.

-Ого, вас уже так много. –он бегло взглянул на нас, зацепившись глазами за Джесси.

-Что здесь делает этот дикарь? –она недовольно скрестила руки.

-Твоя сестра может хоть иногда быть дружелюбной? Вообще-то я вице-владелец этой галереи.

-А такие разве бывают? –Джесси недовольно отвернулась, напоказ закатив глаза.

Виктор протянул руку Лате, следом поцеловав её пальцы.

-Рад познакомиться, Виктор.

-«Рад познакомиться.» –передразнила его Джесси. - А он ко всем так клеится? В прошлый раз ведь была какая-то другая...

-Хочешь тоже?

-Как противно...-она села на кресло возле входа, махнув головой.

-Вечер предвещает быть веселым...-Лата сняла длинное зеленое пальто, кинув его одному из сотрудников.

Примерно через пол часа в галерее находились толпы людей. Их было больше, чем в прошлый раз, но, благо, мне не нужно было произносить каких-либо речей. Виктор сказал, что я нужен в виде дополнительной рекламы. Многие хотели увидеть меня больше, чем мои работы. Уж не знаю почему, но даже так я радовался, словно ребёнок, выигравший мешок конфет на детском празднике.

Все общались друг с другом, выпивали, даже Лата каким-то удивительным образом нашла компанию. Наверное, она им начала угрожать нижним апперкотом, если они перестанут делать вид, что разговаривают с ней. Джесси же никогда не была обделена вниманием, и даже сейчас к ней пристроилась пара мужичков в солидных рубашечках, то и дело достававших её странными вопросами. Виктор же за этими мужичками следил. Не то чтобы он злился на них или что-то ещё, он сказал мне, что просто оценивает то, сколько денег они положат, уходя, в коробку пожертвований. И пусть его оценка занимала уже половину вечера. Здесь не было только Мистера Понса. Он приболел, вроде как идет серьезный процесс реабилитации после опьянения. Всё-таки похмелье, оно такое. Чем занимался я, спросите вы. А я, как мне сказали, работал лицом. Разносил напитки и еду совсем не как официант, а как «самый настоящий заботившийся о своих зрителях художник». Мне ведь как-то нужно находиться у всех на виду, показывать себя...Ну да, ну да, по-другому меня никто не заметит. Я вновь наполнил бокалы резко пахнущим розовым сидром и пошел в зал.

-Молодой человек, прошу, заберите. – выкрикнул какой-то парень, нервно тряся бокалом.

Я подошел к нему, но в попытке взять бокал, оказался отвергнутым. Он оскалил зубы, грозно посмотрев на меня.

-Арчи? –я серьезно удивился. Это был мой ровесник, который попал раньше меня в ту самую контору. –Что ты тут делаешь?

-Решил заскочить, проведать моего старого приятеля. – он положил руку на мое плечо, приблизившись лицом к моему уху. - Смотрю, ты так поднялся, что ж, видимо, слава затмила тебе глаза, только этим я могу оправдать то, как часто ты звонишь нам. А ведь мы страдаем, Кит. После того, как ты убил Обжигателя и на нас вышла полиция, наши ряды стали заметно редеть. – он отодвинулся и взял бокал с моего подноса, прислонив его к губам. –Ты совсем не заботишься о нас, Кит, разве мы растили тебя эгоистом? Продаж стало меньше, клиенты предпочитают те группы, у которых нет проблем с полицией. Ты писал прекрасные картины, доказательством чему эта замечательная выставка. Но ты ушел, сбежал, оставив нас, как маленьких котят в коробке у старого киоска. Так ещё и предал. О, Кит, разве мы заслужили этого. – он развел руками, почти облив сидром рядом стоящую женщину. –К чему эти войны, ведь они приносят только боль. Тебе ведь не нравится, когда делают больно, Кит. Не нравится, когда по твоей вине погибают маленькие девочки...

Я изменился в лице:

-О чем ты?

-Знаешь, та малышка, Скай, как мне помниться, была такая доверчивая. Я наплел ей столько интересных вещей, что она окончательно убедилась в выборе своей судьбы. Кстати, даже мертвая, она была такой горячей. –он широко улыбнулся. –Что с твоим лицом? Не нравится слышать это? Но это ведь правда, мой птенчик. Такая же правда, которую ты выдал полиции. Смерть за смерть. Итак, вернемся к первоначальной теме...

Он начал нести какой-то бред насчет перемирия, но меня не волновали его слова. Я слышал лишь скрежет сомкнутой челюсти и звон в ушах. Я бы мог ему не поверить, но он не врет. Он умел убеждать людей, внушать им любые вещи. Это была его работа. И в один из дней он явно работал со Скай. Я чувствовал, что он не лжет. Его лицо сочилось еле сдерживаемой радостью.

-Замолчи. –снова из горла прорвался нечеловеческий рык.

-Ты злишься? Не надо было тебя огорчать, прости, Кит, но...мне как-то всё равно. Тебе ведь было на нас тоже.

-Вы убили её.

-О, нет, она сама умерла. Сама своими маленькими хрупкими ножками пошла на мост, сама своей...

Раздался громкий хлопок. Я ударил его в нос, тут же замарав одежду и ковер. Он даже не шелохнулся.

-Я думал, мы друзья, Кит, а ты так поступаешь...-люди обернулись на нас, с интересом наблюдая за происходящим.

Вены начали набухать. Густеющая от жара кровь била по ним гневом. Я не мог спокойно дышать.

-Что здесь происходит? –спросил Виктор, подойдя к нам.

Звон в ушах стал таким сильным, каким бывает только при видениях. Я хотел разорвать его. Хотел, чтобы он навсегда расстался со своей никчемной жизнью.

Виктор попытался положить руку на мое плечо, но Лата быстро её одернула.

-Не злись на меня, птенчик, я просто работал, как ты сейчас с этим убогим подносом. Ты просто жалкая пыль, которая постоянно прилетает, как только ты её оттёр. Наверное, лучше было умереть тебе, чем той невинной девочке.

-Не смей говорить о ней. –жар пробрал всё тело, я вскипал. Это была самая сильная злость, которую я когда-либо испытывал.

Я выбросил куда-то в сторону бокалы. Треск эхом отразился по тоннелю из дверей. Белая плитка покрылась острыми осколками и нежно-розовыми каплями, стекающимися в одну полноценную лужицу. Я взял его за воротник, прижав к стене. Он улыбался, как конченый псих:

-Правильно говорил Обжигатель. Ты думаешь только после того, как сделаешь. Так было всегда, и ты совсем не поменялся. Тебя оказалось так легко вывести. Главное знать правильные РЫЧАГИ.

-Рычаги?...Нет...Убирайтесь от сюда! Все! Живо! –это было нашим постоянным кодовом словом. Мы использовали его при непредвиденных обстоятельствах или на сделках, когда требовалась помощь.

Люди в панике начали разбегаться. Они что-то кричали, указывая на окно. У входа образовалась каша из нескольких человек, пытающихся втиснуться в дверь.

-Что происходит? –выкрикнула Джесси, прорываясь через бегущий поток людей.

-Виктор, уведи её.

-Не геройствуй, надо уходить всем.

-Это не та ситуация, пожалуйста, просто идите.

-Ты издеваешься, я не оставлю тебя здесь одного.

-Кто сказал, что он будет один? –Лата спокойно стояла у кричащей толпы, крутя в руках зажигалку.

-Да вы оба издеваетесь. Хотите здесь умереть?

-Иди. –твердо ответил я.

Он помялся пару секунд, следом рванув к Джесси.

-Ну, что, змеёныш, какой план?